Bonten

      Дома было по прежнему тихо, настолько, что было слышно только гул машин и звук ветерка. На улице был приятный холодок, а солнце светило ярко и насыщенно. В такие дни хотелось гулять целый день.       Ази Мори была безумно красивой и кудрявой женщиной. Она стояла у себя на кухне, полностью поглощенная приготовлением традиционного японского супа. Дразнящий аромат мисо и соевого соуса наполнял воздух, пока она умело нарезала свежие овощи и варила бульон на плите.       Пока она осторожно добавляла ингредиенты, ее внимание было внезапно прервано резким и громким стуком в дверь. Вздрогнув, Ази повернулась ко входу и прежде чем она успела среагировать, мать, почувствовав ее беспокойство, мягко положила руку ей на плечо.       — Не беспокойся, дорогая, — успокоила ее мать. — Ты так много работала. Позволь мне открыть дверь.       Ази на мгновение заколебалась, ее глаза были устремлены на дверь. Из-за беременности были страшные качели в настроении и на этот раз её разум охватило беспокойство. Внезапно она услышала громкий шум снаружи, голоса, возбужденные гневом и настойчивостью. Ее сердце колотилось о грудь, а страх струился по ее венам почувствовав дежавю.       Дрожащие ноги быстро несли ее через кухню, ища убежища в закрытой барной стойке что стояла напротив кухонного гарнитура. Слезы текли по ее лицу, затуманивая зрение, когда она втиснулась в тесное пространство, еле прижимая колени к груди. Страх, охвативший тело Ази, был непреодолимым. Каждый звук, каждый скрип половиц усиливал ее ужас, обостряя ее чувства до состояния сверхнастороженности. Женщина изо всех сил пыталась подавить рыдания, ее дыхание стало частым, неглубоким.       Время, казалось, тянулось бесконечно, пока она ждала, в ее голове роились мысли о побеге и выживании.       — Могла бы не повторять прошлых ошибок. — прозвучал мужской и до боли знакомый голос. Женщина закрыла рот рукой стараясь даже не дышать, однако у неё не получалось. Закрыв глаза она почувствовала как её ногу хватают сильные руки, в попытках отбиться она сопротивляется но мужские руки оказываются сильнее и вытаскивают её, позже хватая за волосы кидает в стену.       Разлепив очи, на глаза Ази предстаёт Мочидзуки Канджи собственной персоной.       — Давно же мы не виделись. — он взял локон её вьющихся волос и заправил за ухо. Этот жест возможно стал триггером её слёз которые полились с новой силой. — Хочешь, прогуляемся? Как в старые добрые? — в ответ она нервно помотала голову в стороны.       — Пожалуйста. Умоляю.       — Мы тебе ничего не сделаем, не бойся. — тон его голоса стал заметно тише, а последние слова чуть успокоили женщину. — При условий что ты пойдёшь со мной.       — Что тебе нужно, Моти? — мужчина заколебался на время. Ведь сквозь слёзы женщина назвала его по ласковому, как называла раньше в надежде что это спасёт её.       — У тебя ещё смелости хватает так называть меня? — мужчина усмехнулся. Возможно людям Мочидзуки и самому ему надоело слышать нытьё, ибо минутой позже второй локтем ударил голову Ази заставив её разум помутнеть и упасть бессильно на пол.

***

      Погода вечером стала пасмурной. Однако последождевая атмосфера и чистость воздуха лишь наполнял лёгкие приятным эфиром. Хитоми сидела на машине что направлялась на станцию Токио. Она прижимала левое плечо правой рукой, чуть массируя. Странная появилась привычка после огнестрельного инцидента, Ямада даже сама иногда усмехается этому. Она скучающе наблюдала за пейзажем тёмных улиц. В это время суток мало кто прогуливается, зная в какой безвыходной ситуации можно оказаться.       Машина останавливась на одной из больших переулков. Водитель выключил фары автомобиля.       — Изао, документы. — сказала шатенка. Подчинённый достаёт папку и перебирая отдаёт нужные.       — Здесь документы о свидетельствах рождения, гражданство и документ о работоспособности на имени Сато Кентаро. — мужчина передаёт Ямада имеющиеся документы. — А это, — он достаёт другой. — поддельное подтверждение смерти Терано Сауса, автокатастрофа, которые должны попасть в руки юридического и следственного комитета от рук его родных. — она берёт все эти бумаги глазами торопливо читая каждую строку.       — Ты хорошо поработал, Изао. — говорит она прежде чем выйти из машины.       Хитоми была одета в чёрное платье и пальто такого же оттенка. На лице была маска а на глазах солнцезащитные очки. Образ ее был таков, потому что ей не сошло бы с рук если кто-то узнает о ее контакте с Терано. Она быстрыми но тихими шагами направлялась на назначенное место. Было подозрительно тихо, лишь несколько машин проезжали по дороге, а людей не было и вовсе.       Станция Токио была огромной, словно замок построенный веками назад, зайдя во внутрь она увидела нескольких людей ожидающих свой поезд, позже глазами поймала огромный силуэт сидящий в конце огромного коридора на одной из скамеек. Хитоми подошла и молча присела рядом. Шатенка протянула документы мужчине.       — Если не знаешь для чего они, можешь связаться с моим подчинённым и всё уточнить. — начала женщина.       — Хорошая работа. — сказал он ухмылнувшись прежде чем положить бумаги в свой рюкзак. — Ну, что тебя интересует?       — Кто вообще такой Кацу Хаяси?       — Чтож, — мужчина чуть потянулся и скрестил ноги. — Он был из богатой семьи. Его отец был владельцем оружейной компании, а мать владела фабрикой по производству вина. Богатство было настолько огромным, что они собирались построить целых пять новых университетов в Японии. Многие охотились на его семью, деньги и однажды, ловцы смогли достичь своего. Они украли все деньги затем жестоко расправились с родителями на глазах у Кацу. — мужина замолчал и помрачнел на минуту, это было заметно по его скованному в пол взгляду. Ведь сам когда-то пережил подобное. — Возможно, это оставило огромный шрам на его психическом здоровье.       — Как он попал в преступный мир?       — В пятнадцать он решил расправиться с каждым кто тогда забрался к ним в дом. А в восемнадцать лет на его счету было уже семь убийств. Его хотели завербовать Якудзы в свои деяния, но он отказался в результате чего получил этот жуткий шрам и ослеп на один глаз. Я смутно помню его дальнейшую историю, однако помню как он рассказывал что начал хорошо владеть оружием как раз после того как ослеп.       — Понятно. — бросила она и поправила очки которые скользили с глаз. — Ты сказал что Сенджу пыталась убить одного твоего союзника, кто он?       — Кацу.       — Кацу?       — Тогда, в прошлом, благодаря моим людям он не попал в тюремную решётку. Я не помню почему я ему помог, но это способствовала его доверие ко мне. — наступило молчание. Хитоми получила нужные ответы и пора бы уже уходить. Как только она собиралась встать с места, прозвучал вопрос: — Почему ты так отчаянно пытаешься узнать про него?       — Я уверена он играет гораздо большую роль в этой войне. — ответила она.       — Хитоми. Как союзник, советую быть тебе осторожной с ними. — с некой ноткой беспокойства вздохнул он.

***

      Сердце Ази забилось быстрее, когда она оказалась в кошмаре, который ей снова предстоит пережить. Ази быстро поняла, что она не более чем пешка в их запутанной игре силы и мести. Будучи дочерью одного из злейших врагов Бонтена, Ази знала, с каким риском ей пришлось столкнуться. Дни сменились ночами, и Ази оказалась запертой в грязной комнате без окон, где ее единственная компания — навязчивая тишина и собственные бегущие мысли. Хоть она и ненавидела своего отца, Ази чувствовала тяжесть отчаяния и беспомощности своего отца, зная, что несмотря на отвращений с ее стороны, он сделает все, чтобы спасти ее.       — Проснулась? — послышался глухой голос и скрип открывающегося массивного дверя. Грузные шаги приближались и это стало главным будильником для неё. Ази резко встала с места несмотря на гудящую боль в голове и попятилась назад, еле сфокусировав помутневшие глаза на лицо мужчины. Мочидзуки. Тот присел на корточки. — Нужно было отвечать «Да». — выдал он и заправил за ухо её прядь.       — Не трогай меня, пожалуйста. — умоляла она чувствуя как к глазам подступают слёзы.       — Почему ты меня не слушаешь? — фыркнул он саркастично. — Я же говорил, что не причиню тебе вреда.       — Хватит играть с ней. — послышался ещё один узнаваемый, женский голос. Ази перевела свой взор на спину Мочидзуки, и как же остекленел её взгляд когда перед глазами предстала Хитоми. Ази продолжила смотреть на неё до тех пор, пока не почувствовала как её подняли на руки. Повернув голову кудрявая заметила как Канджи подхватил её. Он пошёл вслед за Ямадой. Ази было неизвестно куда они направлялись, однако она чувствовала что-то неладное.       Несколько минут спустя они оказались в большой комнате. Ази оглянулась. Вокруг был сбор всех верхушек Бонтена, чьи лица она знала наизусть. Ещё больше её ужаснул сидящий в центре Асадзи Мори, её отец. Он был весь побит, руки и пальцы его были в крови, а синяки с ссадинами красовались на каждом миллиметре его тела. Выглядел он жалко.       К Асадзи подошёл розоволосый Харучиё и облил его водой, от чего тот дёрнулся и проснулся. От побоев на обоих глазах был распухший фингал, однако это не помешало узнать Ази Мори, свою дочь что сидела на полу перед ним, ещё больше было заметно эта искра ненависти в её взгляде, что буквально сверлило дыру на его совести.       — Посмотри кого мы привелии~ — протянул Харучиё подойдя к Ази. — Кудрявая, вся в отца. — глаза его помутнели от возбуждения. Санзу подошёл и резко схватил её за волосы. — Что предлагаешь с ним сделать? — обратился к Ази. — Убьём, сожжём или расчленим? Хм? — от услышанных женщину бросило в дрожь, но она старалась не подавать виду и попытаться остаться безразличной. Харучиё отрёкся от неё и подошёл к Асадзи тоже схватив его за волосы. — А ты что предлагаешь? Убить её или отдать на растерзание нашим подчинённым что без ума от кудрявых девочек?       — Отпустите её. — сказал заложник, на что Харучиё лишь усмехнулся.       Внезапно, один из подчинённых принёс ведро воды и пачку соли. На глазах у всех поданный открыл упаковку соли и добавил в ведро с водой, помешивая, тем самым получив солевой раствор. Когда дело было сделано он встал с места и поклонившись покинул комнату.       — Subarashī. — простонав от предстоящего веселья он открыл рот и принял таблетку. Харучиё повернулся к столу, выискивая нужную ему вещь. Спустя минуту он с улыбкой до ушей повернулся обратно к ожидавшим, держа в руках инструмент для полировки. — Сейчас, я просто потребую ответы на простые вопросы, откажешься отвечать или попытаешься солгать, — Харучиё подошёл к Асадзи, включил инструмент для полировки и приподнёс к коже заложника. Кровь мигом разлетелась по сторонам как и крик второго. Когда же Санзу убрал инструмент на месте кожи остался огромный кровавый круг. Самое худшее наступило тогда когда Харучиё обмакнул тряпку в солевой раствор и преподнес к пострадавшей коже вызывая зудящую боль и жуткие вопли, за всем этим наблюдая с блеском на глазах. — Испытаешь это. — сказал он.       Картина которая предстала на глаза Ази были ужасающими, от одного вида кровавой содранной кожи бросало в дрожь. Мочидзуки посмотрел на неё из-под глаз, увидев замерший страх и беспокойство в её очаровательных серых глазах.       Жизнь нанесла Ази Мори жестокую руку. Ее мать была больна, отец тонул в долгах, а Ази оказалась в ловушке мира, где единственным товаром, который она могла продать, была она сама. Она знала, что путь, на который она встала, был сопряжен с опасностью и моральной двусмысленностью, но у нее не было другого выбора. Ази стала эскортницей, продавая свою компанию и время мужчинам, которые могли себе это позволить. Она не хотела этой жизни, но у нее не оставалось других вариантов. Каждую ночь она укладывала мать спать, целовала в лоб и говорила что всё наладится, а когда женщина засыпала Ази выходила зарабатывать.       Однажды она пересеклась с Мотидзуки Канджи, членом печально известной группировки «Бонтен». Опасный человек с непредсказуемым характером, Мочидзуки не был похож ни на одного другого мужчину, которого она знала. Они провели вместе ночь, затем еще одну, и вскоре возникла закономерность. Когда дни превратились в недели, а недели в месяцы, Мочидзуки оказался в ловушке Ази, неспособный воспринимать других женщин так же, как он воспринимал ее. Однако было слишком поздно, когда он осознал свою привязанность к ней.       Ази пошла дальше. Она ушла эскорта и вышла замуж за полицейского по имени Наото. Эта новость поразила Мочидзуки, как удар под дых. Он начал преследовать Ази, пробираясь в ее дом, пугая ее и даже однажды похитив. Но даже когда он продолжал мучиться, часть его жаждала ее счастья. В конце концов он ушел, смирился со своей судьбой и отпустил ее.       Верхушки Бонтена так и продолжили бы сидеть и наблюдать за концертом который устроил Харучиё, но от него не было никакого толку. Асадзи был настойчивым придурком. Хоть и Санзу было задано не трогать Ази, иногда он чуть толкал её. И он бы продолжил это делать, если бы Ази не вырвало прямо перед ногами Харучиё.       От увиденного розоволосому стало мерзко и зная свою особую брезгливость он захотел втащить Ази, если бы не Хитоми которая остановила его. Ямада забрала её с собой и отнесла в медицинскую комнату, так как была в курсе о её состоянии.

***

      Изнеможение Рана тяжело давило на него, когда он устало шаркал к своей машине после долгого дня решения различных деловых вопросов банды. Усталость просачивалась в его кости, мышцы болели с каждым шагом. Стресс и напряжение дня липли к нему невидимой тяжестью, и его разум жаждал передышки.       Живя один в роскошном, богатом районе, Ран искал утешения в стенах своей квартиры. Однако, когда он шагнул в дверной проем, присутствие чужого пронизало воздух. Казалось, в квартире находился посторонний человек. Его разум метался, анализируя возможности, пока он осторожно продвигался дальше в свой дом.       Внезапно, без предупреждения, холодный ствол огнестрельного оружия прижался к его виску, мгновенно разрушив все оставшееся подобие комфорта или безопасности. Сквозь отражение в ближайшем зеркале Ран мельком увидел нападавшего — невысокого человека, окутанного тьмой с головы до ног, в маске, скрывавший его личность. Когда Ран инстинктивно вступил в ожесточенную битву со злоумышленником, ворвавшимся в его дом, оба бойца продемонстрировали впечатляющие боевые навыки. По комнате разнесся стук кулаков и звук сталкивающихся тел. Каждый ход был просчитан, и атмосфера была наполнена напряжением.       По мере того, как битва продолжалась, решимость и сила Рана росли, движимые адреналином, текущим по его венам. В конце концов ему удалось одержать верх, воспользовавшись возможностью сорвать маску, скрывавшую лицо нападавшего.       — Мацури? — имя сорвалось с его губ, почти шепотом. Шок и замешательство были ощутимы. Знакомое лицо, когда-то скрытое за маской, вызвало воспоминания и эмоции, которые давно сдерживались.       Взгляд Рана, смешанный с недоверием и любопытством, остановился на Мацури, ожидая объяснений.