***
Этот запах, который разбудил Сэма. Вытаскивая его из забытья и его желудок тут же скручивается от голода. Сэма окружает прогорклый запах тухлых яиц и он не понимает почему. Он лежит на чём-то мягком, и он медленно открывает глаза. Мрачный свет проникает сквозь решётки на немногочисленных окнах комнаты. Это не очень большая комната. Он лежит на тонком матраце в своей концертной одежде. Проверяя свои конечности, сгибая пальцы на руках, Сэм не обнаружил никаких повреждений, только было такое ощущение, что его горло раздавлено. Ему действительно было необходимо выпить воды, и когда он осмотрел небольшую комнату, то заметил стол и стул. На столе стояла бутылка воды. Медленно, чтобы как можно меньше шуметь, Сэм встаёт с кровати и крадётся к столу. Рядом с ним ведро и рулон туалетной бумаги. Запах уже почти исчез, и он уже не мог отличить его от запаха здания. Не тепло, но и не слишком холодно в здании, небольшое количество тепла видимо исходит от единственной батареи в комнате. Сэм теперь может себе это представить: быть запертым в старой квартире заброшенного здания, девятью этажами ниже него находится древняя печь, которая выглядит как что-то из футуристического изображения Ада. Добравшись до воды, Сэм открывает бутылку и делает короткие глотки воды, мышцы горла протестуют из-за напряжения. Закрыв крышку, он ставит бутылку обратно на стол и снова оглядывает комнату. На самом деле её не так уж много. Вернувшись назад к кровати и присев на неё, Сэм попытался осознать произошедшее. Он помнит, как шёл в туалет по концертной площадке, помнит, как вышел и… И тогда наверно на меня и напали, рассуждает Сэм и вздыхает. Он снова смотрит на дверь и встаёт. Там есть замочная скважина, и Сэм ожидает, что дверь будет заперта. Он тихонько дёргает ручку, но дверь не поддаётся. Конечно, Сэм мог бы попытаться изобразить полную беспомощность, но, к сожалению, — насколько Сэм был обеспокоен, когда думал о большей части своего украденного детства, — его отец научил его взламывать замки до того, как Бобби получил опеку над ним и Дином. Ещё раз осмотрев комнату, когда глаза привыкли к слабому освещению, Сэм не сразу видит то, что могло бы ему пригодиться. И тогда он поднимает матрац и замечает ржавую пружину, которую можно легко отломать. Ухватившись за старый металл, Сэм некоторое время несильно дёргает её пальцами, но спустя минуту или две Сэм высвобождает пружину. Пальцы дрожат от адреналина, когда он начинает делать из пружины пару отмычек для замка. Мне всё равно, кто втянул меня в эту передрягу, я должен выбрать и найти Дина и Каса, думает Сэм, когда начинает работать над дверным замком. Он никогда этим не занимался, но через минуту он осторожно проводит грубыми инструментами по внутренней стороне замочной скважины, замок щёлкает и дверь медленно открывается перед ним. Засовывая отмычки в карман, Сэм выходит как можно тише в своих чёрных ботинках. Он выходит в коридор, на полу лежит изъеденный молью ковёр. Здесь Сэм слышит шум городского транспорта, решившего, что сейчас самое время для обычной суеты города. Сэм предполагает, что он всё ещё в Чикаго, но поскольку он не чувствует, что его накачали наркотиками — и он потерял время, — это имеет наибольший смысл, учитывая стиль разрушающегося здания. Все остальные двери в квартире открыты. Проходя мимо ванной, Сэм съёживается при виде заляпанных дерьмом стен и ванны, которая выглядит так, словно в ней когда-то кто-то умер, красновато-коричневая мутная вода всё ещё в ванне. Страх прокрадывается вместе с адреналином, который испытывал Сэм, и он чувствует себя менее уверенным в себе, когда переходит в следующую комнату. Это другая спальня, но в ней нет мебели, кроме старой фотографии в рамке на стене. Любопытство берёт верх над Сэмом, и он подходит к фотографии, желая её рассмотреть. Он может разглядеть, что это старая чёрно-белая фотография, на ней изображена пара, стоящая на фоне какой-то старой усадьбы. Их наряд и пикап на заднем плане наводят на мысль о начале 1940-х годов. Но на фотографии нет никакого послания, в котором говорилось бы, кто эти мужчина и женщина и где они находятся. Сэм покидает пустую спальню и направляется к тому, что когда-то было кухней и гостиной. Кухонные столешницы покрылись плесенью, а в гостиной прогнивший диван разваливается на куски. Но нет никаких признаков того, кто похитил Сэма. Не было даже места, с которого он присматривал бы за ним. Стараясь не слишком обнадёживаться, Сэм подходит к тому, что, должно быть, было входом в квартиру, и заглядывает в дверной глазок. От двери пахнет гниющим деревом. По ту сторону двери нет ничего, кроме сплошного мрака. Тот скудный свет, проникающий в квартиру, явно не попадает в коридор. Сэм дёргает за ручку, но эта дверь тоже заперта. Достав свои отмычки, Сэм снова начинает взламывать замок. Это сложнее, чем дверь в комнате, но спустя несколько минут, Сэм наконец-то слышит щелчок открывшегося замка, и дверь открывается. Вернув отмычки в карман, Сэм делает шаг в коридор и жалеет, что у него нет фонарика. Издалека, из какого-то покрытого копотью купола, установленного в верхней части лестничной клетки, которая обслуживает коридоры здания, проникает немного света. Но в кромешной тьме, которая окружает Сэма с обеих сторон, невозможно понять, прогнили ли половицы насквозь, и Сэм это знает. Должен ли я остаться или мне следует остаться? Задумывается Сэм. Где-то в глубине души он не может отделаться от мысли, что, возможно, это и было задумкой его похитителя с самого начала. В конце концов он не был связан. Может они хотят, чтобы я свернул шею? Это не утешительная мысль, но Сэм всегда старался быть максимально логичным во всех аспектах своей жизни, за исключением сердечных дел. Оборачиваясь, чтобы посмотреть на квартиру, в которой его оставили, а затем обратно в ещё более мрачную пустоту за ней, Сэм делает выбор. Осторожно продвигаясь по коридору, Сэм делает шаги размеренными и медленными, сквозь полумрак он почти может разглядеть, что слева от него находится спуск, поэтому он следует по нему, придерживаясь той стороны коридора, где есть стены, а не перила. Всё вокруг него имеет какие-то расплывчатые формы и странные фактуры, он кладёт руку на стену, касаясь её пока идёт. Его слух напрягается даже при малейшем слишком громком скрипе — слишком громкий звук может означать, что пол вот-вот провалится или кто-то направляется к нему. Найдя ступени, Сэм не торопиться спускаться по ним. Его сердце так громко бьётся в груди, и он отчаянно пытается убедить себя, что может это сделать. Что он сможет выйти отсюда и найти свою семью. Ты можешь это сделать. Ты можешь это сделать. Ты можешь это сделать… Наконец, он оказывается на следующем этаже и начинает осторожно продвигаться туда, где, по его предположению, будет следующая лестница. Через несколько шагов, глаза Сэма немного привыкают к непроглядному мраку, и он видит тонкую полоску яркого жёлтого света из-под двери квартиры. В воздухе витает запах только что выкуренных сигарет и лёгкий привкус тухлых яиц. Что, если это они? Сэм нервничает, паника пытается накрыть его с головой. Решив, что ему следует просто пройти мимо двери и спуститься по следующему лестничному пролёту, Сэм медленно идёт к двери и собирается пройти мимо неё, когда она со скрежетом открывается на ржавых петлях. - Сэмми, мальчик! Ты как раз вовремя, - Приветствует его незнакомый мужчина с хриплым голосом, голубыми глазами и светло-каштановыми волосами. Он высокий, одет в темную рубашку на пуговицах и темные джинсы. Он выглядит знакомым, с его изможденным лицом и дьявольской ухмылкой, - Мне было интересно, когда ты проснёшься, - За его спиной виден свет от нескольких походных фонарей, - Заходи, не стесняйся! Мужчина отступает от двери и жестом приглашает Сэма зайти. Он мог бы убежать прямо сейчас, он действительно мог, но, если бы он побежал, у него было бы ещё больше шансов упасть. Его желудок сжимается, но Сэм всё же заходит в комнату, и мужчина ведёт его на кухню. - Итак, Сэм, я хотел бы познакомить тебя со своей маленькой семьёй. Я полагаю, ты уже встречался с Руби раньше, - Начал мужчина, его вероятный похититель, но Сэм чувствует, как его глаза вылезают из орбит, когда он смотрит на знакомое лицо Руби, - И ты наверняка встречал Алекс/Энни раньше, - Мужчина указывает на молодую девушку с чёрно-фиолетовыми волосами, - Это всего лишь некоторые из моих самых близких и родных. Сэм просто замирает там, где стоял. Его мозг обрабатывает полученную информацию, просто вываленную на него, как снег на голову, и тогда он вспоминает, где раньше видел этого мужчину. - Ты был на концерте в Цинциннати, - Констатирует Сэм, смотря на мужчину. - Виноват, - Ухмыляется мужчина, - Я действительно твой большой фанат, как и Дина. Хотя на самом деле Дину нет места в том, что я пытаюсь собрать воедино. По крайней мере, пока, - Продолжает мужчина. - Как твоё имя? – Спрашивает Сэм, его голос чуть громче шёпота. - Азазель, - Произносит мужчина, - А сейчас, я уверен, что ты голоден, но сначала нам надо уладить пару вопросов. Почему бы тебе не присесть на минутку, а потом я принесу тебе еды. Что скажешь? Сэм ничего не говорит. Он только кивает и садится на свободное место. Он хочет сбежать, и, если бы он мог заполучить в свои руки один из этих фонарей, тогда, возможно, он смог бы, но он не ушёл бы очень далеко от своего нынешнего местоположения. Что, чёрт подери, мне делать?***
Гостиничный номер ощущался неимоверно пустым без Сэма. Дин был счастлив оказаться как можно дальше от концертной площадки, но он чувствовал себя так, как будто частичку его души просто выдрали. Он очень беспокоится. Чего он хочет, так это отправиться на поиски Сэма, как он бы сделал до того, как они стали знаменитыми. Но копы не уверены в том, являются ли Кас и Дин следующими целями похитителей, так что пока они находятся под замком. Дин чувствует себя бесполезным и беспомощным, он всей душой ненавидит это ощущение. Сотрудники обслуживания номеров недавно принесли кофе, и Дин пытается выпить свой, но на языке ощущает только привкус пепла. Кас переписывается с Мэг, сидящей рядом с ним на диване, на котором меньше суток назад парни трахались. Этот парень, агент Хенриксен, должен был приехать в отель, решив, что на концертной площадке недостаточно уединения для допроса, которое он хотел провести. Он спросил то же, что и полиция, сверил их ответы с записями, а потом сказал, что встретится с ними в отеле. Это было три часа назад, а они всё ждут, когда явится Хенриксен. Время приближается к пяти утра, и Дин не уверен в том, что, если он закроет глаза, сможет снова заснуть. Мы собираемся найти Сэма. Мы собираемся найти Сэма. Мы собираемся найти Сэма. Раздаётся стук в дверь, и Кас поднимается с дивана. Дин не видит, как его возлюбленный открывает дверь, не слушает, как он здоровается с кем бы то ни было. Внезапно Хенриксен садится напротив Дина, его лицо серьёзное и мрачное. - Извините, что не пришёл раньше. Я помогал проверить одну зацепку. Это уже что-то, - Заявляет Хенриксен, одаривая Дина улыбкой, - И я не хочу давать ложную надежду, но мой коллега преследует цель с лучшими полицейскими Чикаго, пока мы с вами разговариваем. - Тогда почему вы здесь? – Резко спрашивает Кас. - Есть и другая сторона дела, которая делает его чем-то большим, чем просто похищение… Дин, что вам рассказывал отец про пожар, в котором погибла ваша мама? Дин собирался повторить то же, что сказал только что Кас, почему он не ищет его младшего брата. Но вопрос Хенриксена застаёт его врасплох. - Уффф, он думает, что какой-то чувак устроил пожар намеренно. Наклонившись вперёд со своего места, Хенриксен потирает подбородок и смотрит Дину прямо в глаза. - Ваш отец прав, и мне необходимо связаться с ним. У вас есть его контакты? - Какое, чёрт возьми, это имеет отношение к похищению Сэмми?! - Практически прямое, - Хенриксен бросает на него мрачный взгляд.