Crimson Peak

Новый Орлеан Ведьмы собрались в круг, все тринадцать женщин были одеты в черные мантии. Провидица провела ножом вдоль правой ладони, прежде чем передать его Айрис, которая последовала ее примеру, пустив кровь по руке. Лезвие было отдано рядом стоящей ведьме, и так все по кругу повторили за главной, пока каждая не сделала разрез на коже. Кровь послужит связующим элементом, который объединит их магию. Они взялись за руки, кровь с ладоней бесшумно капала на каменный пол. — Сегодня ночью Бонни Беннет умрет, — торжественно провозгласила Провидица. Все ведьмы почувствовали, когда между ними образовалась связь. — Мы направим всю нашу силу в охотницу и дадим ей мощь и магию, необходимые, чтобы положить конец этой вероломной шлюхе, — прошипела она, гнев ведьм ощутимо витал в воздухе. Охотница пыталась убить Бонни, но потерпела неудачу. Лучшая из когда-либо созданных Орденом была побеждена какой-то соплячкой. Провидица устала ждать. Бонни должна была умереть, и сегодня охотница наконец добьется успеха. Беннет все это время везло, но Провидица и ее ковен были полны решимости положить конец ей и отродью, которое она вынашивала. Даже если Бонни и была сильной, она не могла справиться с мощью тринадцати могущественных и опытных ведьм. — Давайте начнем, — Провидица начала зачитывать заклинание. Ковен присоединился к ней. В воздухе послышался треск от всплеска их силы. Безопасный дом Все произошло так быстро. В какой-то момент Бонни почувствовала твердый деревянный пол под собой и жар пламени, охватившего их. Она закашлялась, черный дым заполнил легкие. «Ребенок», — в ужасе подумала девушка, когда в следующую секунду ее подняло в воздух. Ей казалось, что она летит. Клаус подхватил ее на руки и вынес из горящего дома на огромной скорости. Бонни в шоке оглядывалась, часто моргая, Клаус осторожно опустил ее на землю в паре футов от дома. Дрожь пробежала по спине, когда небо озарилось светом, и на них обрушился сильный дождь. — С тобой все в порядке? — спросил он, держа ее за бедра. Бонни кивнула, глубоко вдыхая чистый воздух в легкие. Она зачарованно наблюдала, как страшные ожоги на лице Клауса полностью исчезли прямо у нее на глазах. Гибрид внимательно оглядел ее, проверяя, что она не пострадала, чудесным образом у Бонни не было ни единого ожога на коже. Если пламя и коснулось ее каким-то образом, то все уже зажило. Видимо ей помогла его гибридная кровь, которую она выпила за несколько минут до взрыва. Ребекка приземлилась рядом с ними, шипя и ругаясь, когда сожженная кожа начала быстро заживать. — Что, черт возьми, это было? — рявкнула она, вставая. — Охотница, — прорычал Клаус, глядя куда-то за плечо Бонни. В мгновение ока он оказался перед девушкой, заняв защитную позицию. Он повернулся к охотнице, которая шла к ним с решительным выражением лица. — Она не собирается сдаваться, да? — Ребекка встала рядом с Клаусом. — Я начинаю уставать от этой сучки, — пробормотала она. Сколько раз они уже убивали ее? Бонни почувствовала что-то другое в охотнице; сила, которая исходила от нее, казалась мощнее, чем раньше. — Давай покончим с ней, — прорычал Клаус. Они с Ребеккой атаковали одновременно, рванув к охотнице, но взмахом руки та швырнула их прямо в горящий дом. Бонни вскрикнула от ужаса, когда оба первородных исчезли в языках пламени. Охотница злобно улыбнулась. — Да, пора покончить с тобой, — проскрипела женщина. Сковавший ее страх потряс ведьму до глубины души, стоило лишь охотнице вскинуть руку. Бонни почувствовала, как воздух вокруг нее сгущается от темной магии. Запястье зажгло, браслет пытался сдержать пробуждающуюся внутри силу. Экспрессия пыталась отразить угрозу. Охотница послала в ее сторону ударную волну, которая была остановлена невидимым барьером. Она недовольно сощурилась, явно не ожидая этого. Бонни ахнула, чувствуя, как боль пошла дальше до самого плеча. Ей удалось использовать магию даже с браслетом, но от этого заболела голова, зрение затуманилось. Охотница, казалось, была готова напасть еще раз, но прежде чем она успела поднять руку, изо рта вырвался крик агонии, ноги подкосились, и она, схватившись за голову, упала на колени. Из горящего дома вышла темноволосая девушка в сопровождении трех гибридов. «Ведьма», — поняла Бонни, глядя в ее сторону. — «Она была частью стаи Клауса и защищала его дом». Трое гибридов метнулись к охотнице, готовые убить ее, но невидимая сила отбросила их назад в деревья. Охотница вырвалась из-под заклинания ведьмы и развернулась к ней с убийственным выражением на лице. Темноволосая девушка продолжала шептать заклинание, но у нее хватало сил лишь на то, чтобы замедлить женщину. Охотница теперь использовала не только свою магию, она перекачивала ее откуда-то ещё. Бонни чувствовала это. В воздухе было слишком много энергии. Ребекка и Клаус вышли из горящего дома. Если блондинка упала на траву, болезненно постанывая, пока заживала кожа, гибрид и бровью не пошевелил, метнувшись к охотнице. Он неожиданно появился позади женщины, дернув ее голову в сторону и злобно вонзив клыки в шею. В голове промелькнули непонятные сцены, когда рот наполнился кислой кровью. Контракт, заключенный кровью… На нем имя Бонни… Темноволосая ведьма, стоящая на коленях над лужей крови… Клан ведьм, повторяющих заклинание… Новый Орлеан… Клаус отшатнулся, в черепе вспыхнула боль. Он закричал, падая на колени, из носа брызнула кровь, его словно сдавило в тиски магией целого ковена. Охотница презрительно посмотрела на него, прежде чем напасть на темноволосую ведьму, ударив ее ножом в плечо. — Клаус! — закричала Бонни и ринулась к нему. Еще больше гибридов вышло из леса, сверкая желтыми глазами и угрожающе рыча, все разом бросились на охотницу. — Клаус… — Бонни опустилась перед ним на колени, обхватив ладонями его лицо. В тот момент, когда руки коснулись его кожи, чары рассеялись. Клаус ахнул, когда боль прекратилась. Чувство спокойствия и умиротворения нахлынуло на него. Связь дала необходимые силу и поддержку. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Бонни. Он кивнул. — Ковен… — пробормотал Клаус. — Она направляет силу целого ковена, — выругался гибрид, вытирая кровь тыльной стороной ладони. — Мы должны разорвать связь. Джесси подбежал к ним, остальная часть стаи вступила с охотницей в жестокую схватку. Ребекка тоже присоединилась к ним. — Уведи Бонни отсюда, — приказал Клаус Джесси, поднимаясь на ноги. — Ребекка, иди с ними. — Я никуда не пойду, — возразила Бонни, вставая рядом с ним. — Не спорь со мной, Бонни, — рявкнул Клаус. Вдруг раздался пронзительный крик, привлекая к себе внимание Альфы. Бонни обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как охотница вырвала сердце гибриду. Мертвая девушка рухнула на землю, ещё бьющийся орган был отброшен в сторону. Охотница перешла к следующему гибриду. Клаус зарычал, обнажая клыки. — Забери ее, — сказал он Джесси. — Я никуда не пойду, — настаивала на своём Бонни. Она не собиралась убегать. — Мне нужно, чтобы ты отвлек ее, пока я концентрируюсь, — сказала она, взяв его за руку. Он посмотрел на нее так, словно у нее выросла еще одна голова. — Что… — Мне просто нужно сконцентрироваться. — Ты что, блять, с ума сошла?! — закричала Ребекка. — У тебя на запястье браслет… — Я могу прорваться через него, — уверенно заявила Бонни, посмотрев на Клауса. — У меня получится, — она знала это. Бонни смогла использовать магию, когда разозлилась на Софи и когда охотница напала на нее. Если бы она смогла сконцентрироваться и вызвать экспрессию, то она остановит охотницу. Она должна попробовать. — Бонни, — Клаус вздохнул. Он знал, насколько она сильна, он видел, как она расправилась с Сайласом, но использование магии с подавляющим браслетом плохо сказывалось на ведьме. — Милая, ты не можешь… — Ещё как могу! Экспрессия подвластна мне. Просто выиграй мне время, чтобы я успела сконцентрироваться! И мы покончим с ней навсегда, Клаус. Я остановлю ее! — «ради нашего ребенка», — подумала она. Клаус поджал губы, наблюдая, как охотница убила еще одного гибрида. Как бы сильно он ни хотел защитить Бонни, он знал, что экспрессия, возможно, была единственным способом, которым можно убить эту дьяволицу. Клаус неохотно кивнул. — Джесси и Ребекка прикроют тебя, пока я буду отвлекать ее, — он посмотрел ей в глаза. — Но если ты не сможешь, пообещай мне, что уйдешь. — Хорошо. Клаус поцеловал ее в лоб и направился к охотнице. Бонни сделала глубокий вдох. «Я могу это сделать», — подумала она и закрыла глаза, взывая к магии. Она должна была остановить охотницу. Надо покончить с ней. Сегодня. Ребекка и Джесси загородили ее собой, когда Клаус вступил в бой с охотницей. Майклсон яростно отражал все ее атаки и наносил точные удары, рыча от усердий. Охотница с помощью магии оставила несколько порезов на лице и руках, умело блокируя его приемы. Несмотря на боль и магию, он уверенно стоял на ногах. Клаус был сильнее ее физически, но их сравнял ковен. Если бы он был обычным вампиром, у него не было бы ни единого шанса против неё. Стая пыталась помочь как могла, но они были моложе, неопытнее, так что охотница многих вырубила магией. — Оставайся на месте, — сказала Ребекка Джесси и присоединилась к драке, сражаясь бок о бок с братом. Гибрид нервно сглотнул. — Давай, Бонни, — с надеждой прошептал он, сжимая руки в кулаки, когда охотница с лёгкостью одолела его друзей. Все гибриды были отброшены в сторону, но Ребекка и Клаус остались на месте, по-настоящему завораживающе ведя бой, их движения были идеально синхронизированы. Они словно танцевали. Джесси не мог не задаться вопросом, сколько раз брат и сестра сражались вместе. Бонни отключилась от происходящего, сосредоточившись на своей магии. Ей пришлось игнорировать все вокруг себя: борьбу, заклинания охотницы, ливень. Она почувствовала, когда соединилась со своей магией. Все тело начало покалывать, с головы до ног обдало тёплом. Это было и приятно, и больно из-за браслета, который всеми силами пытался сдержать ее магию и не дать ей вырваться на свободу. Вспыхнувшая решимость только подпитывала Бонни. «Я хочу вернуть магию», — повторяла она снова и снова в голове. Она не только не хотела ждать, пока Софи снимет браслет с ее запястья, но и не собиралась позволить другим сражаться за нее. Охотница пришла за ней, за ее ребенком, как бы больно и горестно не было от этого осознания. И эта мысль, потребность защитить невинную жизнь, растущую внутри нее, разжигала ее силу. Она боролась не только за себя, но и за своего ребенка. Бонни закрыла глаза, сосредоточившись. Джесси закричал, когда охотница вспорола ему грудь и отбросила в сторону. — Ты думаешь, что сможешь победить меня? — она засмеялась ей в лицо. — У тебя нет магии. — У меня все виды магии, — ответила Бонни, все еще держа глаза закрытыми в концентрации. — Сила стихий. Вдалеке прогремел гром и дождь прекратился. Пламя, охватившее дом, тоже погасло. Охотница занесла нож, готовая ударить Бонни, но была остановлена невидимым барьером. — Темная магия, — продолжила Бонни, по рукам поползли черные тонкие вены. Браслет на запястье так сжигал кожу, что та зашипела, но через пару секунд металл почернел, и все прекратилось. Теперь магия Бонни подавляла силу браслета. — Экспрессия, — прошептала Бонни, открывая глаза. Зелень исчезла, чернота затопила радужку и белки. Металл, обнимающий запястье, разлетелся на миллион крошечных кусочков. Она сделала это, наконец-то она была свободна. Экспрессия не знала границ, и с ее помощью Бонни могла творить невозможное. Охотница зарычала, посылая волну магии в сторону Бонни, но ее атака была бесполезной. Женщины встретились взглядами. Секунда. На охотницу обрушилась вся сила Беннет. Леденящий душу крик прорвал тишину, когда боль буквально поглотила тело женщины. Она зарычала, глаза пылали яростью, магия скапливалась темным облаком, готовая сразиться с Бонни. «С тобой будет покончено», — подумала Бонни, глядя на женщину, решимость вместе с кровью стремительно неслась по венам. — Ты не сможешь остановить меня. Может ты и убьешь меня сейчас, но я всегда вернусь, — она усмехнулась. — Я не успокоюсь, пока ты и эта мерзость, растущая в тебе, не умрете. Клаус зарычал. Он был парализован этой сукой, но все еще ясно слышал ее. Гибрид начал бороться с невидимыми оковами, удерживающими его на месте. — Я убью тебя и тех, кто тебе помогает! — сердито закричал он. Клаус выследит каждого члена этого проклятого ковена и разорвёт их на части. Ребекка лежала на земле рядом с ним, без сознания. Остальные члены его стаи также были либо парализованы, либо вырублены со свернутыми шеями. Они доблестно сражались, но им было не справиться с целым ковеном коварных ведьм. — Я разорву тебя! — закричал Клаус. Он не мог пошевелиться, но мог выкрикивать столько угроз, сколько хотел. Охотница проигнорировала его, сосредоточившись на Бонни. — Я остановлю тебя, — сказала Беннет, вытягивая правую руку. Охотница повторила за ней, чувствуя себя вполне уверенно из-за силы, текущей от других ведьм. — Мне помогают тринадцать ведьм. В одиночку у тебя нет ни единого шанса. Бонни сглотнула, чувствуя магию, исходящую от охотницы, и зная, что какой бы могущественной она ни была, она никогда не сражалась сразу против тринадцати ведьм. — Я не одна, — прошептала Бонни, встретившись взглядом с Клаусом через плечо охотницы. Ему удалось слегка кивнуть, поняв ее безмолвную просьбу. Охотница направила всю свою силу против Бонни, в то время как та освободила Клауса. Бонни отшатнулась, вытянув левую руку и создав барьер, чтобы блокировать атаки охотницы. Пот градом потек по коже, пока она изо всех сил пыталась удержать темную магию подальше от себя. Взмахом руки Бонни перенаправила волну в охотницу. Женщина зашипела и уже приготовилась атаковать вновь, когда Клаус кулаком пробил ей позвоночник. Кровь хлынула изо рта, когда рука в сильной хватке сдавила сердце. — Что бы ты ни собиралась делать… — сказал Клаус Бонни, его кожа горела от количества тёмной магии. — Сделай это сейчас! — болезненно зашипел он, чувствуя, как из него вытягивают силу. Ощущение было такое, словно Клаус сунул руку в кипящую лаву. Он хотел сразу вырвать сердце, но тогда та просто вернется к жизни. Они должны были убить ее навсегда. Бонни сделала глубокий вдох и закрыла глаза, призывая экспрессию. Первое, что ей нужно было сделать, это разорвать связь между охотницей и ковеном, только тогда она сможет убить ее. Охотница изо всех сил пыталась вырваться из-под ее власти, обрушивая свою мощь на Клауса, но тот не отпускал ее, даже когда кожа рвалась, заживала и рвалась снова. Ребекка села, растерянно моргая, прежде чем встать и побежать к Клаусу на помощь, вместе они прижали охотницу к земле. Ребекка зашипела, закусив губу, когда темная магия начала высасывать из нее жизненную силу. Она посмотрела в голубые глаза брата, он тоже это почувствовал. Если Бонни не поторопится… Ребекка покачала головой, всхлипывая, когда тело ослабло. Бонни уничтожит ее. Обязательно. Магия охотницы усилилась. Ребекка закричала, боль охватила все тело, кожа шеи и лица начала лопаться, кровь брызнула во все стороны. Бонни зажмурилась, пытаясь разорвать связь. Но все ее попытки были остановлены. Кровь хлынула из носа, в голове словно взорвалась бомба. «Я смогу. Разорви», — приказала она своей магии. — «Разорви связь». Охотница закричала, и Бонни затряслась всем телом от количества силы, что была высвобождена. Она почувствовала, когда связь между ведьмами и охотницей разорвалась. Слёзы градом текли по щекам Ребекки, она ни разу не испытывала такую боль. — Ник… — выдохнула она, руки начали сереть. Сердце сжалось, когда она осознала, что происходит. — Ник… — девушка, чувствовала, как ее сердцебиение замедлялось. Она высыхала. — Отпусти, — прошептал Клаус. — Отпусти, Ребекка. Все в порядке, — успокаивающе сказал он, глядя в испуганные голубые глаза. — Прости, — Ребекка, всхлипывая, отстранилась, рухнув на колени. Она с трудом дышала, хрипя и чувствуя, как сердце снова забилось, качая кровь. Сладкое облегчение наполнило тело, но появилось острое чувство голода, словно блондинка не ела месяцами. Клаус по-прежнему сжимал сердце охотницы, несмотря на испытываемую боль. Его руки посерели, а сердцебиение значительно замедлилось. Он долго не протянет. — Сейчас самое время, милая, — крикнул он Бонни. Ведьма кивнула. — Я заставлю кровь свернуться в твоих венах. Я заставлю каждую кость, мышцу и сустав превратиться в камень, — процедила Бонни, впиваясь в охотницу чёрными глазами. Поднялся ветер, земля задрожала от силы, призванной Бонни. Охотница закричала, медленно плоть стала превращаться в камень. Клаус отпустил ее, пошатываясь и задыхаясь от вида своих рук и предплечий. Он застонал, почувствовав острую боль в груди. Тело охотницы застыло, став каменной статуей с помощью экспрессии. Бонни торжествующе улыбнулась, прерывисто вздохнув и убрав волосы с лица. Она вся вспотела, смертельно устала, но это того стоило. Она сделала это. Она освободилась от браслета и навсегда остановила охотницу. Это было невероятно. Она испытывала неописуемый кайф от прилива силы, от вернувшейся магии. Облегчение… счастье… боль… Бонни нахмурилась, ей не было больно. Откуда это взялось? Улыбка сползла с лица, когда она увидела Клауса. Его кожа посерела, и он, казалось, не мог дышать. — Клаус… — она бросилась к нему. — Ты не исцеляешься… — со страхом поняла она. Клаус застонал и осел на землю. — Клаус! — закричала Бонни, хватая его за плечи. Он был слишком тяжел, и они оба опустились на грязную землю. Бонни испуганно посмотрела ему в глаза. Он открыл рот, но не произнес ни слова. — Ты высыхаешь. Новый Орлеан В тот момент, когда Бонни разорвала связь, Провидица закричала, кровавые слезы покатились по щекам. Одна за другой ведьмы попадали на землю, крича от боли и шока, что пришли неожиданно. Охотница была остановлена. Айрис упала на колени, трясясь всем телом и выпучив глаза, кремовая кожа покрылась испариной, температура поднялась как при лихорадке. — Как? — испуганно спросила она, поворачиваясь на бок и глядя на свою наставницу. — Как она это сделала? Провидица сидела на земле, шумно дыша, она была так слаба, словно все силы разом ее покинули. Она едва могла держать глаза открытыми. Женщина больше не чувствовала охотницу. Что еще более важно, она точно знала, что кровный договор был расторгнут, что означало, что охотница мертва. Бонни Беннет снова превзошла ее. — Это невозможно… — пробормотала она, не в силах поверить, что у этой глупой девчонки так много власти. Она знала, что родословная Беннет могущественна, что Бонни не была обычной ведьмой, но… Ярость заставила кровь закипеть в венах, она подорвалась встать, но снова упала от сильного головокружения, затуманившего зрение. Ее охватили слабость и опустошение. — Ты сказала, что охотницу невозможно убить, — тихо спросила Айрис. — Как у неё получилось? — Тихо, — приказала Провидица, пытаясь вернуть себе самообладание. Она никому не позволяла задавать ей вопросы, даже Айрис не имела такой привилегии. Одной из ведьм удалось встать на трясущихся ногах. — Я предупреждала тебя, — сказала она, прислонившись к холодной стене. — Я же говорила тебе, что это будет нелегко! — Молчать! — рявкнула Провидица. Она их лидер, никто не имел права упрекать ее. — Что мы теперь будем делать? — спросила другая ведьма со страхом в голосе. — Если лучшая охотница Ордена не смогла убить ее, то как мы это сделаем? — вопрос с другой стороны. Провидица открыла глаза. Ее ковен уставился на нее в ожидании каких-либо комментариев, которые развеют их страхи, дадут представление о дальнейших действиях. Единственная проблема заключалась в том, что Провидица не знала, что делать. Впервые с тех пор, как она стала лидером ковена, она почувствовала такую сильную эмоцию, которая на секунду заставила ее забыть как дышать. Страх. Провидица почувствовала страх. Она была в полном ужасе. Если эта девушка уже сейчас была способна на такое, то что она сможет сделать через год или два, когда наберется больше знаний? И что еще более страшно, на что будет способен ее ребенок? Безопасный дом Когда охотница превратилась в камень, магия, парализовавшая гибридов, исчезла, и те, кто был без сознания, вскоре пришли в себя. Все они собрались вокруг Бонни и Клауса. К удивлению Беннет, он встал. Ее сердце сжималось от боли, которая эхом отдавалась через связь. Но она понимала, почему он так поступил. Последнее, чего хотел Клаус, это показаться слабым перед своей стаей. — Что случилось? — спросила высокая светловолосая девушка, подбежав к нему. Бонни не упустила из виду то, как незнакомка коснулась его руки, и обеспокоенное выражение ее симпатичного личика. Ревность… чувство собственничества, которое она испытала в тот момент, было сногсшибательным. Ее магия запульсировала под кожей, готовая к атаке. Клаус отстранился от девушки, посмотрев на Бонни и, без сомнения, почувствовав ее ревность. Ребекка встала между Клаусом и девушкой-гибридом. — Ничего такого, чего бы не вылечила кровь, — ответила она, мило и довольно фальшиво улыбнувшись. Она схватила Клауса за руку. Бонни отметила, какой бледной и болезненной выглядела Ребекка, как будто она не ела целую вечность. Клаус кивнул, его кожа все еще была сероватой, покрытой паутиной чёрных вен. Темная магия почти иссушила его, и Бонни знала, что он едва держится. — Нам нужно уезжать, — сказал Джесси, вся его рубашка была пропитана кровью, а боль в груди до сих пор не утихла. — Если соседи вызвали пожарных, они скоро приедут сюда вместе с полицией. Нам надо уехать. — Есть другой безопасный дом в нескольких милях отсюда, — сказал гибрид со светлыми волосами песочного цвета, что держал на руках ведьму с ужасной раной на плече. — Мы можем пойти туда. — Да… — Клаус согласился. Он из последних сил стоял на ногах и притворялся, что все в порядке. Он не мог сказать больше слова. Ему даже было больно дышать. Ещё и Бонни стояла рядом, что совсем не помогало. Ее запах и ровное сердцебиение сводили его с ума. Десны чесались, клыки так и хотели прорваться и впиться в ее шею. Живот свело от голода. У бедного гибрида чуть слюнки не потекли, когда он вспомнил, насколько изысканна ее кровь на вкус. — Надо всем поехать в безопасный дом и отдохнуть, — заговорила Бонни, и все посмотрели на неё. — Нам ещё нужно найти место, где похоронить ваших друзей и ее, — она указала на статую охотницы. — И кто-то должен проверить Софи, ведьму из подвала, — уточнила она, заметив непонимающие взгляды гибридов. — С остальным разберёмся или позже, или завтра. — И кем, черт возьми, ты себя возомнила, чтобы отдавать нам приказы? — огрызнулась блондинка, скрестив руки на груди. Если бы взглядом можно было убить, Бонни уже была бы на глубине шести футов. Она уставилась на девушку, пораженная ее тоном. — Алекса… — прошипел Клаус. Ему заметно хуже, и Бонни знала, что он стоял на ногах лишь потому, что Ребекка поддерживала его. — Делай, что тебе сказали, — приказал он. Девушка, казалось, хотела запротестовать, но Джесси перебил ее: — Машины готовы у входа. Я отвезу вас, — сказал он, посмотрев на первородных и Бонни. — Райли… — обратился Клаус, поворачиваясь к гибриду, держащему ведьму. — Съезди в ближайшую больницу и возьми кровь. Гибрид кивнул. Все они нуждались в ней. Борьба, темная магия истощили их. Им нужна была кровь, чтобы восстановить силы и полностью исцелиться от ран. Бонни взяла Клауса за руку. Она и Ребекка медленно пошли к машине, поддерживая Майклсона. Гибриды бросились выполнять приказы Клауса. — Нам нужно поесть, — тяжело вздохнула Ребекка. Темная магия ослабила ее, не так сильно, как Клауса, но все же ей нужна была кровь. Вены вокруг глаз потемнели, свидетельствуя о голоде. — Может, моя кровь… — предложил Джесси. Ребекка покачала головой. — В твоей крови яд оборотня, — напомнила блондинка. Возможно, она бы и помогла Клаусу, но точно не ей. Может, они смогут поймать какого-нибудь прохожего. — И тебе самому нужно поесть, — сказала она, взглянув на окровавленную рубашку. Джесси сел на водительское сиденье, Ребекка рядом с ним, а Бонни и Клаус устроились на заднем. Клаус тихо застонал, откидываясь на спинку и шумно втягивая воздух через сжатые зубы. Спустя несколько минут он положил голову на колени Бонни, прикрыв глаза. Ведьма начала гладить по волосам и приложила ладонь ко лбу, который оказался холодным на ощупь. Бонни протянула Клаусу запястье, но тот покачал головой. — Тебе нужна кровь. Ты высыхаешь… — прошептала она. Если он не получит кровь в ближайшее время, то совсем окоченеет. Бонни была поражена самообладанием Ребекки и Клауса. Другой вампир на их месте, не задумываясь, воспользовался бы ею или гибридом. Клаус упрямо держал рот на замке, когда Бонни сильнее прижала запястье к его пересохшим губам. Она не понимала, почему он отказывался. Что-то не так с ее кровью? Поэтому он не хотел пить у неё? Но ведь раньше все было нормально. Румянец прилил к щекам при воспоминании о прошлой ночи, когда он укусил ее. Клаус закрыл глаза. Ее прикосновения успокаивали, но в то же время провоцировали. Он пытался абстрагироваться от происходящего вокруг: от ее размеренного пульса и богатого вкуса мощной крови, текущей по венам в непосредственной близости к клыкам. — Клаус… — настаивала Бонни, прижимая запястье ко рту. Но его губы оставались сомкнутыми. — НЕТ! — прорычал Клаус, отстраняясь и слегка отворачиваясь. Бонни вздрогнула, опустив руку и нахмурившись. — Боже, мне надо поесть! — болезненно выдавила из себя Ребекка, схватившись за живот обеими руками. В желудке нереально пекло от голода. Ей нельзя оставаться в машине, иначе она нападет на Джесси и Бонни и истощит. — Я скину тебе адрес! — крикнул Джесси, когда девушка буквально выпрыгнула на ходу машины через окно. Бонни прикусила губу, посмотрев на Клауса. В отличие от Ребекки, у него не было сил выйти из машины и найти случайного прохожего. «И он не хочет моей крови», — печально подумала она, глядя в окно и не зная, что делать и как ему помочь. — «Почему ты не хочешь моей крови?» Бонни поежилась, почувствовав себя отвергнутой и одинокой.

***

Дом был поменьше предыдущего, недавно выкрашенный в голубой цвет, с большим белым крыльцом. Джесси предложил отнести Клауса внутрь, но грозный взгляд первородного гибрида заставил его замолчать. Клаус вошел в дом, медленно, с трудом, но на своих собственных ногах, решив не показывать слабости, несмотря на испытываемые голод, боль и усталость. За ними следовали еще две машины гибридов, которые зашли в дом после пары. Бонни спиной чувствовала их взгляды: любопытные и неодобрительные (в частности был всего один такой). Он вызвал неприятные мурашки, и холодок пробежал вдоль позвоночника, когда она поднималась по лестнице на второй этаж. Бонни была уверена, что это Алекса. «В чем, черт возьми, была проблема этой девушки?» — сердито подумала она. Джесси последовал за ними в главную спальню. Бонни молча наблюдала, как Клаус сел на кровать, прислонившись к изголовью. Он закрыл глаза, и на мгновение показалось, что он заснул. — Райли поехал в больницу за донорской кровью, — сообщил Джесси. — Он скоро вернется, — парень пытался успокоить Бонни, видя беспокойство на ее лице. Бонни кивнула, сев на кровать рядом с Клаусом. — Спасибо, — поблагодарила она, не сводя глаз с Майклсона. Сам Джесси начал чувствовать голод. Гибриды, которые серьезно не пострадали, уже вышли на охоту. Остальные сидели в доме, ожидая крови. — Ты должна остаться здесь, — внезапно сказал Джесси. — Будет лучше, если ты пока не будешь спускаться вниз, — быстро добавил он. Недавно обращённые гибриды не обладали большим самоконтролем. И Бонни была уязвима, будучи единственным человеком. — Не пускай их наверх, — попросил Клаус, закрыв глаза. — Да, конечно, — вряд ли он бы сумел сдержать гибридов, если бы те рванули на Бонни, но он сделает все, что в его силах. Парень улыбнулся ведьме, прежде чем выйти из комнаты. — Наложи защитное заклинание на комнату, — сказал Клаус, открывая глаза. Бонни кивнула, опустив веки, и, сосредоточившись, установила в спальне барьер, чтобы никто не мог войти. — Я в порядке, — пробормотал Клаус, чувствуя ее беспокойство и видя страх, отражающийся в зелёных глазах. — Нет, — тихо возразила Бонни. — Ты не можешь ждать, пока они привезут пакеты с кровью. Тебе нужно поесть прямо сейчас, — чем дольше он будет ждать, тем хуже будет. Но Клаус проигнорировал ее. — Если ты не хочешь пить у меня, ты можешь попросить одного из гибридов дать тебе кровь, — добавила Бонни. Ей не нравилось, как жгучая ревность сразу вспыхивала от одной лишь мысли о том, что он выпьет кровь у кого-то другого. Она даже не понимала свою столь резкую реакцию. Но Клаусу нужна была кровь, и если один из гибридов сможет ее дать, тогда она проглотит свою ревность. Бонни только хотела, чтобы ему стало лучше. — Не стоит ревновать, любовь моя, — сказал Клаус, изогнув губы в улыбке. Даже в таком состоянии, с серой кожей, он все равно захватывал ее дух. — Все они были в какой-то мере ранены. Я не буду пить у них, — сказал Клаус. — Или у тебя. — Почему ты не хочешь мою кровь? — спросила Бонни, уставившись на свои руки, боясь его ответа. — Я не ранена. Я могу исцелить тебя. Клаус ничего не сказал, но Бонни чувствовала на себе его пристальный взгляд. Она упрямо не поднимала на него глаза. — Что-то не так с моей кровью? — спросила она тихим шепотом. — Ребенок… — наконец пояснил Клаус. — Я не хочу навредить ему, — уже тише признался он. Бонни испуганно подняла глаза. — О, — сердце пропустило удар, по телу разлилось тепло и приятное покалывание от его слов, лицо сразу смягчилось. Клаус беспокоился о ребенке, их ребенке. Утром он был шокирован и отрицал этот факт, но, похоже, гибрид наконец-то смирился с ее беременностью. — С нами все будет в порядке, — прошептала Бонни, глядя ему в глаза. — Ты пил у меня прошлой ночью, — застенчиво напомнила она, и яркие воспоминания вспыхнули перед глазами. — Моя кровь сильнее, чем человеческая. Тебе нужно лишь несколько капель. — Бонни… — Клаус застонал, испытывая такое сильное искушение, что дёсна зачесались, клыки так и хотели вытянуться и вонзиться в шею. Ее кровь была уникальной, могущественной, он никогда не пробовал ничего подобного. Клаус жаждал ее. Но как бы сильно он ни хотел ее крови, мысль о ребенке останавливала его. — Я могу потерять контроль… — он мог осушить ее и убить, убить их обоих. Бонни сняла туфли и встала. — Не потеряешь, — уверено сказала она, прежде чем забраться на кровать. Несмотря на дикий голод, который он испытывал и она чувствовала через связь, Бонни знала, что он не причинит ей вреда. Клаус обладал безупречным самообладанием. Она перебросила через него ногу и смело уселась на бёдра. Несмотря на слабость, его руки сразу оказались на ее талии для поддержки. Бонни с легкой нервозностью положила руки ему на грудь и склонила голову набок, обнажая шею: — Пей. Клаус зарычал, склеры сразу побагровели, чёрные вены расползлись вокруг глаз, клыки вытянулись. — Используй магию… — предупредил он, — если я слишком много выпью. Бонни кивнула и приготовилась к боли, ожидая, что он сразу же укусит, но он этого не сделал. Клаус трепетно поцеловал ее в шею, покусывая кожу и посасывая точку пульса, подготавливая ее к укусу. Пить ее кровь, сам процесс — для него это был момент истинного наслаждения. Укусить ее без так называемой прелюдии было бы чрезвычайно неприятно, а он не хотел причинять ей боль. Бонни застонала, выгибая спину и чувствуя его возбужденный член, упирающийся прямо в пульсирующий клитор через джинсы. Руки Клауса удерживали ее на месте, сближая их тела. Он лизнул карамельную кожу, и Бонни задрожала, закрыв глаза. Она вскрикнула, когда клыки, наконец, вонзились в шею, прокусывая плоть. Это была восхитительная смесь боли и удовольствия, когда он жадными глотками пил ее кровь. Стоило лишь изысканному нектару (он не мог назвать это иначе) попасть в горло, как Клаус почувствовал изменения. Эффект был мгновенным: кожа вернулась к естественному оттенку, энергия и сила восполнились. Даже один маленький глоточек уже опьянил гибрида. Кровь была словно наркотик, заставив почувствовать эйфорию и забыть обо всем. Клаус притянул ее плотнее, делая большой глоток. Бонни схватилась за его плечи, постанывая от ощущений и такой близости с ним. Связь между ними ожила, становясь сильнее, чем раньше. Клаус отстранился, зализывая рану. Бонни захныкала в знак протеста, он едва сделал несколько глотков ее крови. Она открыла глаза и улыбнулась, обхватив ладонями его лицо, поглаживая пальцами колючую щетину. Клаус облизнул губы, и Бонни, не сдержавшись, нежно прижалась к его губам, соскучившись по поцелуям. Она сразу отстранилась, внимательно оглядывая его. Ее кровь полностью исцелила его, и он теперь выглядел идеально, как всегда. Бонни слезла с него, и Клаус удобно устроился на кровати, положив голову на подушки. Беннет легла рядом, прижавшись к нему и опустив голову на грудь, слушая ровное сердцебиение и чувствуя тепло его рук, обнимающих ее. Следы от его клыков на шее уже исчезли — в ее организме все еще была его кровь. Им нужно было о многом поговорить. Но сейчас они были довольны тем, что просто оставались в объятиях друг друга. Это был адский день, и немного отдыха им не повредит. — Что мы будем делать с охотницей? — Бросим в океан… — ответил Клаус с закрытыми глазами. — Я думала, что может лучше похоронить ее или спрятать где-нибудь в пещере, — Бонни сначала вообще хотела разбить камень на куски, но боялась рисковать. Вдруг тогда охотница вернется к жизни? — Там, где ковен, который помогал ей, не найдет ее… — Я убью их всех, — пообещал Клаус. — Мы даже не знаем, кто они. И это беспокоило ее: что, если они решат послать за ней другого охотника? Ведьмы, вероятно, были взбешены тем, что она разорвала связь и остановила охотницу. — Я знаю, где они, — сказал Клаус, крепко обнимая ее. — Они в Новом Орлеане, — где он когда-то жил, где был Элайджа, где Марсель был королем, откуда приехали Софи и ее сестра. — Все дороги ведут в Новый Орлеан. — Ты хочешь поехать туда, — Бонни приподняла голову и посмотрела на него. Клаус держал глаза закрытыми: — Нам придется поехать туда. — Ты хочешь поехать туда, где все плетут заговоры против нас, — Бонни села и с недоверчиво посмотрела на него. — Зачем… — Это последнее, чего ожидают наши враги, Бонни, — Клаус открыл глаза и посмотрел на нее. — Они не ожидают, что мы приведем бой к их порогу, — он притянул ее к себе. — Не беспокойся об этом сейчас. Мы обсудим все завтра. Бонни прикусила губу. Она хотела вернуться в Мистик-Фоллс, повидаться с отцом и друзьями. Одному Богу известно, что Деймон сделал с Мэттом. И она, честно говоря, не хотела ехать в город, где жили все их враги. — Клаус… — Завтра, — он нежно сжал ее плечо и снова закрыл глаза. Он не хотел говорить об этом прямо сейчас. Бонни вздохнула, снова положив голову ему на грудь. «Завтра…» — подумала она. Они должны были похоронить трех убитых гибридов, избавиться от статуи охотницы и обсудить свои дальнейшие действия. Это будет не так просто, как кажется. И именно поэтому она позволила себе расслабиться и насладиться моментом. Кто знал, когда у них снова появится такая возможность? Клаус не знал, как долго они так лежали, но в конце концов Бонни заснула. Он чувствовал себя хорошо, удовлетворенно, держа ее в своих объятиях. Клаус мог лежать так целую вечность. Он впервые за долгое время по-настоящему расслабился. Он позволил разуму отвлечься, не думая ни о чем конкретном. И вот тогда Майклсон это почувствовал. Нежное покалывание и притяжение… Кто-то звал его, пытался связаться с его разумом… Знакомый голос эхом отозвался в голове: — Никлаус…

***

Улицы Нового Орлеана были темны и безлюдны. Клаус огляделся, узнавая окружающие его здания. Он знал это место как свои пять пальцев. Но что-то было не так. Город, который должен кипеть от жизни и быть полным снующими туда-сюда как местными, так и туристами, был устрашающе тих. Он был один на целой улице. Единственный источник света — одинокий фонарный столб рядом со скамейкой. Все остальное было окружено тьмой и туманом. — Здравствуй, брат. Клаус резко обернулся на знакомый голос. Элайджа стоял перед ним с легкой улыбкой на губах. — Не так я представлял нашу следующую встречу, — пробормотал он, нахмурившись. — Что происходит? — спросил Клаус. — Как я здесь оказался? — спросил он. Он был с Бонни в Южной Каролине. — Где, черт возьми, ты был? — он не получал вестей от Элайджи уже несколько недель. — Я в гробу, если тебе интересно, — ответил Элайджа, застигнутый врасплох резким тоном голоса брата. — Я пытался связаться с тобой или Ребеккой, но не мог… — он наклонил голову, изучая лицо Клауса. — Тогда я в твоей голове, — понял Майклсон. Он расслабился, обнимая Бонни, и потерял бдительность, что позволило Элайдже втянуть его в свой разум. Они братья, так что их связывала и кровь, и магия, создавшая их, и время от времени Майклсоны общались телепатически. Но уже много лет они этого не делали. — Что случилось? Где ты? — Я думаю, я близок к иссушению, брат, — спокойно ответил Элайджа. Магия, удерживающая его в гробу, питалась от него, медленно высасывая жизненные силы. Он все еще был удивлен, что смог связаться с Никлаусом. — Нам многое нужно обсудить, — Элайджа указал на скамейку через дорогу. — Действительно, — Клаус кивнул. Пришло время поговорить и разработать план нападения на врагов. Клаус планировал начать войну, и ему нужен брат на его стороне.