Crimson Peak

Дом был окружен деревьями и хорошо защищен бесчисленными заклинаниями. Кристиан подобрался так близко, как только мог, прямо к границе барьера. — Она внутри, — сказал Карл, странник, возглавляющий другую группу, посланную за ведьмой Беннет. Только они смогли определить местонахождение ведьмы. — Ты пробовал вытащить ее? — спросил Кристиан, не сводя глаз с собственности. Он видел только свет в некоторых окнах и больше ничего. — Да. Она отбила первое заклинание, потом два других, — он сделал паузу, последние пару часов его группа пыталась телепортировать ведьму к ним. — Она защищена. — С помощью заклинаний, наложенных вокруг дома, — кивнул Кристиан. — Нет. Эти заклинания сильны, но мы можем их разрушить, — Карл в этом не сомневался. — Но ее защищает какое-то другое заклинание или амулет. Нас что-то полностью блокирует. Мы только смогли определить ее местоположение. Их магия отличалась от традиционной, но она была очень мощной, и кровь двойника только усиливала их. Но что-то мешало им подобраться к Бонни Беннет. — Франко устал ждать, — пробормотал Кристиан. — Мы должны завершить миссию. Сейчас или никогда, — Наварро и их сторонники знали, что Майклсоны контролируют город. Они должны были действовать быстро. Франко хотел ведьму Беннет, и Кристиан был полон решимости заполучить ее. Чем скорее они доберутся до нее, тем лучше. — У тебя есть план? — спросил Карл. — Чтобы добиться успеха, нам нужно объединиться, — блеск в глазах Кристиана наводил ужас. — И что ты предлагаешь сделать? — Для начала нам нужно вытащить первородных из дома. Чем меньше людей внутри, тем легче будет забрать ее, — ответил Кристиан. Карл задумался. — И твоя команда будет отвлекать внимание первородных? — Да, — подтвердил Кристиан. — Пока они будет отвлекать гибрида и его брата и сестру, твои люди разрушат заклинания, защищающие дом. — А как насчет ее магии? Говорят, она чрезвычайно могущественна, — до Карла дошли слухи о ведьме Беннет. Он знал, на что она была способна. Она сразилась с целым ковеном и победила. — Не беспокойся, — усмехнулся Кристиан. — С ее магией вообще не будет никаких проблем. Я позабочусь об этом, — в конце концов, он планировал возглавить атаку на дом на плантации. Все, что ему нужно было сделать, так это ввести Бонни через шприц специальный раствор, и ее магия будет заглушена на несколько часов. Впервые с начала миссии Кристиан почувствовал приподнятое настроение. Он уже ощущал сладкий вкус победы на губах. Франко будет чрезвычайно доволен. — Так когда мы приступим? — спросил Карл. Губы Кристиана изогнулись в кривой ухмылке, когда он дал ему ответ.

***

Первым делом, вернувшись домой, Бонни приняла душ с помощью Клауса, потому что гибрид оказался смертельно серьезен в отношении удовлетворения всех ее потребностей. В груди неприятно закололо, когда она заметила засохшую кровь между ног — болезненное напоминание о том, что она чуть не потеряла детей. Клаус помог ей смыть все следы. Его руки были мягкими и нежными, он обращался с ней, как с хрупкой фарфоровой куклой. Удивительно, как прикосновение Клауса могло расслабить и заставить почувствовать себя желанной и любимой. Потом они постояли обнаженные под горячей водой, просто обнимаясь и чувствуя себя счастливыми оттого, что снова вместе. Кошмар закончился. Пока Бонни принимала душ, Эбби приготовила ужин. Она также сделала витаминное зелье для близнецов на целую неделю вперед, чтобы дочери не пришлось о нем беспокоиться. Всё-таки ей сказали две недели воздерживаться от использования магии. Бонни поужинала в постели, и Эбби сообщила ей и Клаусу о приезде тети Вивиан и о том, что в городе есть еще две ведьмы Беннет, хотя они понятия не имели, кто именно. Бонни нервничала из-за предстоящей с ними встречи. Война приближалась, и ее ковен будет решающей силой. Она надеялась, что ведьмы Беннет не только примут ее как свою королеву и лидера, но и останутся сражаться на ее стороне. Эбби описала тетю Вивиан как грозную и пугающую женщину, которой нравится, когда все делается по-ее. Она была яростной, решительной и преданной наследию Беннет ведьмой. — Она хочет встретиться с тобой как можно скорее, — сказала Эбби. — Не нервничай. Просто будь собой и не позволяй ей запугать тебя. Бонни кивнула. Она хотела произвести хорошее впечатление. Что-то подсказывало ей, что поддержка тети Вивиан будет необходима. — Как ты думаешь, когда я смогу с ней встретиться? — Я встречусь с ней сегодня вечером. В конце концов, тетя Вивиан жила с ними. Она хотела выпить чаю с Эбби, Джоанной и Ленор, но вампирша отказалась, решив вместо этого увидеться с Бонни. — Я посмотрю, что она скажет. Но поверь мне, тебе понадобится много сил, — она не хотела заставлять ее волноваться, но также знала, какой пугающей может быть тетя Вивиан. Эбби хотела, чтобы Бонни была готова. — Не волнуйся. Она посвятила всю свою жизнь наследию Беннет, она поддержит тебя. Бонни надеялась, что это было правдой. Мать и дочь поболтали еще пару минут, прежде чем Эбби наконец решила пойти домой. Она обняла Бонни и поцеловала в щеку, прежде чем уйти. — Я надеюсь, что понравлюсь тете Вивиан, — сказала Бонни Клаусу, когда они были в постели позже ночью. — Конечно, понравишься, — заверил ее Клаус. — И даже если нет, ты королева ковена, твое слово — закон. Поставь ее на место и заставь выслушать или отправь обратно с поджатым хвостом, — говоря это, он не отводил взгляда от экрана телефона. Бонни заметила, что с тех пор, как они покинули клинику, его телефон не замолкал. Ему либо кто-то звонил и он не отвечал, либо слал без конца сообщения. — Что-то не так? — когда она разговаривала с Эбби, Клаус вышел, чтобы ответить на звонок. После того, как он вернулся, он продолжил писать с вампирской скоростью. — Кому ты так много пишешь? — слегка резко спросила Бонни. Она наклонилась, пытаясь хоть что-нибудь прочитать. Бонни не была из тех, кто лез в личную жизнь, но ей стало любопытно, с кем он поддерживал постоянный контакт. Она отказывалась признавать, что ревновала. Губы Клауса изогнулись в легкой улыбке. — Не волнуйся, любимая, это не женщина, — он быстро поцеловал ее в щеку, втайне радуясь ревности и собственничеству, которые исходили от ее стороны связи. — Итак, с кем же ты тогда переписываешься? — Даю инструкции стае. Мне нужно убедиться, что город в безопасности, — сказал Клаус. — Я попросил Измаила и стаю помочь гибридам контролировать город, и, некоторые вампиры чувствуют от них угрозу. — Это плохо? — спросила Бонни, надеясь, что не возникнет большой хаос из-за того, что Клаус вернул себе Новый Орлеан. — Элайджа напомнил им, кто здесь главный, — Клаус отправил последнее сообщение и положил телефон на прикроватную тумбочку. Обычно он спал обнаженным, но сегодня вечером он надел мягкие штаны. Бонни не возражала против вида его бледной груди. Она прикусила губу. Иногда она все еще не могла поверить, что он принадлежит ей. — Я должен встретиться с мэром и человеческой фракцией, — пробормотал он. Он не горел желанием, но Элайджа настоял. — У всех были заключены договоры с Марселем, и если я хочу сохранить мир, я должен сделать то же самое, во всяком случае, пока. Измаил организует встречу с Альфой стаи Полумесяца. Теперь, когда с них снято проклятие, они могут попытаться объявить город своим. Они контролировали Новый Орлеан до того, как Марсель взял власть в свои руки. — Как ты думаешь, Марсель попытается вернуть город? — нервно спросила Бонни. У них было и так достаточно врагов. — Пусть только попробует, я с радостью оторву ему голову и насажу на пику, — прорычал Клаус. Бонни положила руки на растущий живот. Она сомневалась, что Клаус убьет Марселя. В конце концов, он воспитал его как сына. Она знала, какие противоречивые чувства испытывал Клаус по отношению к своему протеже. Марселю лучше держаться подальше от их семьи. Клаус накрыл ладонью ее руку. — Не волнуйся, — пробормотал он, нежно поглаживая большим пальцем костяшки ее пальцев. — Все будет хорошо, — он не хотел, чтобы она переживала. Ей нужно было отдохнуть. Бонни придвинулась поближе и положила голову ему на плечо. Она знала, что ей нужно расслабиться и прийти в себя после пережитого испытания, но это было трудно, потому что все ее мысли были о врагах или потенциальных угрозах их семье. Пару минут они сидели в тишине, просто наслаждаясь моментом, каждый погруженный в свои мысли. Клаус забрался под подол большой футболки Бонни, поднимая его и открывая живот своему пристальному взгляду. Он положил теплую ладонь на маленькую округлость, нежно потирая. Бонни улыбнулась. — Согласно тому, что я читала, они размером со сливу. — Скоро будут как лаймы, — добавил Клаус со смешком. Через два дня официально начнётся второй триместр. И да, он прочитал все ее брошюры. Это было удивительно — видеть, как ее живот становится больше с каждой неделей, слышать, как бьются драгоценные сердца, и знать, что его дети растут внутри нее. Он должен признать, что женское тело было чудом. — Ты чувствуешь, как они двигаются? — внезапно спросил он. — Пока нет, — ответила Бонни. — Еще слишком рано. Но я не могу дождаться. — Помню, когда мама была беременна Хенриком, он сильно пинался, — сказал Клаус, продолжая ласково поглаживать живот. — Когда он родился, Ребекка сказала, что это ее ребенок, и потребовала, чтобы все спрашивали у нее разрешения, прежде чем взять его на руки. Он рассмеялся. Все они были очарованы младшим братом. Даже Кол, который хотел, чтобы все внимание доставалось ему, полюбил малыша Хенрика. Бонни печально посмотрела на него, чувствуя его грусть, скорбь, боль и сожаление через связь. Она знала, как сильно он любил брата и как его смерть повлияла на его семью. — Я не помню, когда родился Кол или Ребекка, — продолжил Клаус. Но вот младший брат запомнился очень хорошо. — Но я помню Хенрика. Мама всегда называла его своим милым мальчиком, — он обладал красивой, доброй душой, которую слишком рано забрали. Бонни положила руку ему на плечо, нежно проводя ладонью по руке. Ее сердце сжалось, когда она почувствовала боль и вину Клауса. — Я не смог спасти его, — прошептал он, чувствуя, как в горле образовался ком. — Я убил его. — Клаус, не… — Я взял его посмотреть на то, как обращаются оборотни, и, когда на него набросились, я ничего не сделал… — его собственная кровь, волки из стаи его отца убили младшего брата. Рационально он понимал, что те теряли контроль во время полнолуния, что они не были просто дикими, злобными зверями, какими их представлял Майкл, но это не означало, что Клаус мог забыть, что они сделали с Хенриком. — Они не напали на меня, — волки почувствовали, что он один из них, даже если его ген не был активирован. — Отец так и не простил меня. Бонни нежно поцеловала его в плечо: — Почему ты все еще называешь его отцом? — тихо спросила она. — После всего, что он сделал, — Майкл был щекотливой темой для всех первородных, в частности для Клауса. Она не знала всех подробностей, но понимала, что Майкл был жесток к гибриду, что он причинил ему боль. — Так ранить мог только отец, — тихо ответил Клаус. — Он единственный отец, которого я знаю. Однажды он увидел своего биологического отца, но уже мертвым, после того как Майкл вырезал большую часть поселения оборотней. Клаус ничего о нем не знал. — Иногда я задаюсь вопросом, знал ли он правду, — пробормотал Клаус. — Может, он чувствовал, что я не его сын, — он замолчал. Прошла тысяча лет, а он все еще хотел знать, почему отец так сильно его ненавидел. Клаус боялся, что также разрушит жизнь своих детей. Он не хотел, чтобы они ненавидели его. — Я был свидетельством прелюбодеяния матери, его величайшим позором. — Это не оправдывает его поступки, — мягко сказала Бонни. — Ты был невинным ребенком, его сыном. — Я не был его кровью, — он избегал ее взгляда. Ему стало стыдно. — Кровь — это не главное, Клаус, — она взяла его руку в свою. — Я не знаю, что произошло между Эстер, Майклом и Анселем, но тебе не должно быть стыдно. Ребенок никогда не должен расплачиваться за грехи своих родителей. — Мой отец разрушил меня, Бонни, — Клаус болезненно сглотнул. Было трудно открыто говорить о своих травмах, демонах, но он хотел этого. Каким-то образом он чувствовал, что Бонни не осудит его. — Однажды я могу погубить наших детей, — это было, пожалуй, его самым большим страхом. — Нет, ты этого не сделаешь, — ответила она без малейших колебаний. — Ты будешь отличным отцом, — убежденно сказала Бонни. Она чувствовала его страхи и сомнения так же четко, как свои собственные. Она понимала, потому что тоже боялась. Бонни не хотела подвести своих детей так же, как ее мать поступила с ней. Клаус посмотрел ей в глаза. — Почему ты так уверена? — она верила в него, он чувствовал это, отчего его сердце забилось быстрее. Бонни улыбнулась и коснулась его щеки. — Ты точно знаешь, каким отцом ты не хочешь быть, — она наклонила голову вперед, и Клаус повторил за ней, прижимаясь к ее лбу своим. — Мне тоже страшно, — прошептала она ему в губы. — И это нормально. Мы справимся. Мы вместе научимся. Не было ни книги, ни руководства, которые сделали бы их хорошими родителями, они должны были этому научиться. Ни у одного из них не было потрясающего детства, он жаждал любви отца, она — матери. Но Клаус не был Майклом, а Бонни не была Эбби. Они не станут повторять ошибки своих родителей. Вместе они постараются стать лучше ради детей. Они подарят им всю защиту, всю нежность и любовь, которых их самих лишили. Бонни была абсолютно уверена в этом.

***

— Телепортировалась на другую сторону, — повторила тетя Вивиан. Она сидела во главе обеденного стола, как королева на троне. — И что вы сделали, чтобы вернуть ее и защитить? — она все еще не могла поверить, что духи осмелились сотворить такое с королевой Беннет. Эбби, Джоанна и Ленор были тремя взрослыми женщинами, но под грозным взглядом тети они чувствовали себя тремя маленькими школьницами в кабинете директора. Ни один из них не мог собраться и говорить громче. Когда тетя Вивиан пригласила их в столовую, они знали, что она будет отчитывать их за ошибки. Она отправила Ариадну и Люси в их комнаты. Бедная Люси так и не поужинала, потому что ее губы все еще были запечатаны заклинанием. Как только двери, ведущие в столовую, закрылись, тетя Вивиан, не теряя времени, принялась расспрашивать их и критиковать все, что они сделали. Их неспособность защитить Бонни была на первом месте в списке. — Что вы сделали в качестве подготовки к войне? — спросила тетя Вивиан. — Какое у вас есть оружие? Союзники? — она переводила взгляд с одной на другую. — Сколько ковенов вы убедили сражаться на вашей стороне? Эбби сжала кружку в руках, Джоанна опустила взгляд на свои колени, а Ленор откашлялась и нервно поерзала на сиденье. — Я могу понять неопытность Бонни, — пробормотала тетя Вивиан. — Но вы трое были воспитаны соответствующим образом, — она была разочарована, что отразилось на ее лице. — Время, которое вы потратили впустую, ожидая прибытия ведьм Беннет, следовало бы использовать для вербовки союзников, подготовки, выработки стратегии. — У Бонни есть могущественные союзники: стая Майклсона и Фенрира, — заговорила Ленор. — Она не одна. — И ты думаешь, этого будет достаточно? На двух сильных союзников Бонни приходится по меньшей мере пять врагов, ожидающих своего часа. — Тогда что ты предлагаешь? — не выдержала Эбби. — Первое, что нужно сделать, — это обезопасить город. Это будет лагерь Бонни, так что нужно избавиться от всех врагов. Худшее, что может быть в армии, — это предатель в их рядах. Майклсоны, без сомнения, сосредоточатся на вампирах и оборотнях, но мы должны сосредоточиться на ведьмах, — она повернулась к Ленор. — Ты все еще являешься частью здешнего ковена? — Да, ковен Алгьерс. — Хорошо, ты должна сделать так, чтобы они сражались за нас, — приказала тетя Вивиан. — Если они не хотят воевать, то должны оставаться нейтральными. Мы также должны поговорить с другими ковенами города и привлечь их на нашу сторону. — А если они откажутся? — спросила Ленор. — Пока они сохраняют нейтралитет, проблем не будет. Если они решат сражаться против нас, мы убьем их, — просто ответила тетя Вивиан. — Ты же сейчас не всерьез? — Джоанна уставилась на нее широко раскрытыми глазами. — Мы не можем ходить и убивать людей только потому, что они против нас. Ты говоришь о целых ковенах. — Мы на войне, — напомнила ей тетя Вивиан. — Думаешь, враги проявят хоть какое-то милосердие к тебе, к Бонни? Они без колебаний убьют нас всех ради своих целей, — ее зеленые глаза потемнели. — Ведьмы Беннет заслужили свою репутацию не добротой и нежностью. Если кто-то ранит одного из нас, мы отвечаем все вместе и в тысячу раз хуже, — те, кто на протяжении веков противостоял им, были уничтожены. — Наш род не выжил бы, если бы мы все были милыми. — Значит, ты хочешь опуститься до уровня наших врагов? — спросила Эбби. Тетя Вивиан уставилась на нее с непроницаемым выражением лица: — Не притворяйся хорошей маленькой ведьмой, Эбигейл, когда у тебя столько крови на руках. Эбби вздрогнула. На лице отразился шок, и она уставилась на тетю. Она открыла рот на секунду или две, прежде чем снова закрыла. Она не могла поверить, что тетя Вивиан знала. — О чем ты? — Джоанна перевела взгляд с довольно побледневшей Эбби на тетю Вивиан, которая пронзила ее ледяным взглядом. — Я не… — нервно начала Эбби. Тетя Вивиан презрительно прищурилась. — Не смей разговаривать со мной как с глупой девчонкой, — сердито перебила она. — Я очень хорошо знаю, что ты делала. Эбби сглотнула и отвела взгляд. Все ее тело задрожало. Ее прошлое, то, которое годами она пыталась забыть и вычеркнуть из своей жизни, всегда будет преследовать ее. Ей было стыдно, но в то же время и страшно. Что, если тетя Вивиан решит рассказать остальным? Или, что еще хуже, поведать Бонни? В этот момент Эбби почувствовала ужас перед женщиной, сидевшей во главе стола. Ленор и Джоанна любопытно переглянулись. Они понятия не имели, о чем говорила тетя Вивиан. Чья кровь была на руках Эбби? — Бонни нужно отдохнуть, — продолжила тетя Вивиан, меняя тему и позволяя Эбби вздохнуть с облегчением, по крайней мере, сейчас. — Но мы должны подготовиться к войне, — она лично займется ведьмами Беннет, чтобы они были готовы к встрече с любым врагом, который встретится на их пути. — Итак, нам нужно начать со следующего.

***

На следующий день семья Майклсон собралась в гостиной после завтрака. Клаус спустился с Бонни на руках. Он хотел, чтобы она позавтракала в постели, но Бонни настояла на том, чтобы присоединиться к остальным. Клаус, конечно же, не позволил ей самостоятельно спуститься по лестнице. В данный момент она сидела на диване. Клаус рядом с ней. Мэтт стоял позади них, в то время как Элайджа расхаживал возле окна. Они все ждали, пока Анжелика вызовет дух Кола. — Я распланировала недели твоего постельного режима. Тебе не придется скучать, — с волнением сказала Ребекка Бонни, накрывая ее ноги одеялом. — Ребекка… — начал Клаус, Бонни должна была отдыхать, а не страдать из-за бесконечных планов Ребекки. Он взглянул на сестру. — Первым делом, маникюр и педикюр, — продолжала Ребекка, игнорируя брата. — Очевидно, мы посмотрим фильмы, поиграем в настольные игры и сделаем покупки в интернете. Нам нужно продумать интерьер детской, у меня есть несколько отличных каталогов и палитр, мы также можем посмотреть видеоуроки по родам и… Элайджа был удивлен длинным списком планов Ребекки. Клаус же закатил глаза и покачал головой. Мэтт сунул руки в карманы джинсов и с нежностью улыбнулся первородной, в то время как Бонни кивала в ответ на ее энтузиазм. — У тебя, конечно, будет время поспать, отдохнуть и расслабиться, — продолжила Ребекка. — Я также составлю график визитов, чтобы тебя не беспокоили все подряд. Они должны позвонить и сообщить заранее о своем приходе. — Твою мать, Ребекка! Она человек, а не кукла. Услышав этот голос, Бонни резко повернула голову. — Кол! — поприветствовала она. Ребекка уже рассказала им о разговоре с братом, но вот Бонни увидела его впервые с тех пор, как они оказались на кладбище. Все повернулись к девушке. — Ты видишь его? — спросили они практически одновременно. Кроме Анжелики, конечно, она была занята заклинанием. — Да, — ответила Бонни. Она указала на угол комнаты. — Он стоит там. Она видела его так же, как и на другой стороне. Все повернулись в указанном направлении, но там никого не оказалось. Только Бонни видела дух Кола. — Как это возможно? — спросил Мэтт. Ребекка смогла увидеть и поговорить с Колом только после того, как Анжелика сотворила заклинание. — Может быть, потому что ты вытащила меня с другой стороны, — предположил Кол, посмотрев на Бонни. Он ходил по дому со вчерашнего дня, переходя из комнаты в комнату. Никто не почувствовал его присутствия. Он ночью заглянул к Нику и Бонни, но они спали. Анжелика и девушка-гибрид, Белла или как ее там, тоже не почувствовали его, когда он вошел в их комнаты. Ведьма, запертая в хижине на участке, перестала рисовать, когда он с любопытством зашел в ее маленькую тюрьму. Она мельком взглянула в его сторону, нахмурилась, а затем продолжила свое довольно мрачное и зловещее произведение искусства. Вероятно, она что-то почувствовала, но не стала на этом зацикливаться. Только Бонни четко его видела. — Это что, ведьмовские штучки? — с любопытством спросил Мэтт. — Кол думает, что я могу его видеть потому, что я вытащила его с другой стороны, — сказала им Бонни. — Возможно, он прав. — Я всегда прав, дорогая. Бонни фыркнула и закатила глаза. Майклсоны не были известны своей скромностью. Дух Кола начал исчезать. Он закрыл глаза, когда заклинание снова притянуло его в круг белых свечей. Бонни с интересом наблюдала за процессом. «Так вот как работает заклинание», — подумала она. — «Заклинание сработало в мире живых. Так почему же оно не сработало, когда он был на другой стороне?» Это было странно. Ей нужно еще раз изучить заклинание. Клаус встал, наблюдая, как проявляется дух брата. Он подошел ближе, как и Элайджа. Одно дело знать, что он где-то рядом, но совершенно другое — увидеть своими глазами. — Кол, — Клаус не смог сдержать улыбки при виде младшего брата. Последний раз, когда он видел его, навсегда запечатлелся в его памяти. Его горящее тело было одним из худших воспоминаний в жизни гибрида. Кол улыбнулся в ответ. — Хотел бы я сказать во плоти, но… — он пожал плечами. Быть духом и скитаться по земле, безусловно, лучше, чем застрять на другой стороне. Элайджа тоже улыбнулся: — Ты ни на день не постарел. — Я первородный. Мы, Майклсоны, вечно молоды и красивы, — сказал Кол с ухмылкой. — Согласен, — ухмыльнулся Клаус. — Рад, что ты вернулся, брат. — Как и я, — согласился Элайджа. — Скоро ты будешь с нами во плоти, — пообещала Ребекка. Она чувствовала себя такой счастливой, что не могла перестать улыбаться. Кол улыбнулся, всем сердцем надеясь, что ее обещание скоро сбудется. Его взгляд остановился на Бонни. Если кто-то и мог вернуть его, так это она.

***

После того, как Клаус поблагодарил Анжелику за заклинание, та тихо вышла из гостиной. Мэтт хотел последовать за ней, но Ребекка схватила его за руку и легким покачиванием головы дала понять, что он теперь был частью их семьи и имел полное право остаться. Мэтт улыбнулся и сжал ее руку. — Итак, не хочу показаться грубым, — озорно ухмыльнулся Кол. — Но когда ты сможешь вернуть меня в мое тело? — он выжидающе посмотрел на Бонни. Как бы сильно он ни любил свою сестру и не видел, насколько сильна была ведьма из стаи Ника, Кол знал, что у Беннет больше шансов преуспеть. — Бонни не может сейчас пользоваться магией, — поспешил сказать Клаус. Кол сразу помрачнел. — По крайней мере, не раньше, чем через две недели, — добавила Бонни. И даже тогда, если доктор Мэйфейр не даст ей зеленый свет, она не будет колдовать за исключением острой необходимости. Безопасность детей была на первом месте. — Знаешь, самое трудное позади, вернуть тебя в тело будет довольно легко. — Как именно это произойдет? — спросил Элайджа. Он знал, что она в свое время переместила дух Клауса в тело Тайлера и обратно после восстановления сожженной плоти. — Я дам вам список необходимых ингредиентов, которые я использовала, чтобы восстановить тело Клауса после того, как Аларик убил его, — сказала Бонни, посмотрев на Элайджу. — Земная магия подойдет лучше всего. Мы используем грязь, минералы и питательные вещества земли, чтобы обернуть его прах в плоть, а также вашу кровь, чтобы ускорить процесс, — она повернулась к Колу. — Это займет пару дней. Как только твое тело будет восстановлено, нам останется лишь переместить тебя в него. — Для этого тебе понадобится заклинание, — сказал Кол. Он работал с бесчисленным количеством ведьм на протяжении веков. Он слышал о некромантах и их запрещенных заклинаниях, с помощью которых они воскрешают или помогают мертвым духам овладевать телами живых. Нельзя так просто кого-то поместить в чью-то плоть. — Я знаю заклинание перемещения из одного тела в другое, — она использовала его раньше. — Мне надо будет чуть изменить его или создать новое заклинание, чтобы вернуть тебя в твое тело, — пожала плечами Бонни. — Это не так уж сложно. На мгновение воцарилась тишина, все уставились на нее. — Что? — Бонни не понимала, почему они так странно на нее смотрят. Она повернулась к Клаусу. Он ухмылялся. — Ты создашь новое заклинание? — повторила Ребекка с недоверием на лице. Мэтт не мог понять, из-за чего весь сыр-бор, Бонни и раньше создавала заклинания. — Это не так сложно, как кажется, — сказала девушка. — Я создала заклинание, чтобы забрать магию ведьм и вложить в клубок шерсти. Большинство заклинаний содержат одни и те же элементы, и чтобы создать новое, нужно поиграть с компонентами, — она много читала об этом в гримуарах из коллекции Клауса. — Ты… — начал Элайджа. — Я знаю, я говорю, как ботаник, — перебила его Бонни. — Но мне очень интересна эта тема. — Я хотел сказать «выдающаяся ведьма», — пробормотал Элайджа, не сводя глаз с ее лица. Он не мог удержаться от улыбки. — О, — Бонни покраснела от смущения из-за комплимента. — Создание заклинаний, даже изменение уже существующих, требует особого таланта, Бонни, — сказал Элайджа с благоговением. — Ты гений. На самом деле это не должно его удивлять, в конце концов, она была Беннет. — Спасибо, — Бонни почувствовала себя неловко и весьма польщенной комплиментом первородного. Он не делал их часто. Тот факт, что Элайджа так высоко ценил ее, очень много значил. Клаус взял ее за руку и поднес к губам, нежно целуя костяшки пальцев. — Ты великолепна, любимая, — он очень гордился ею. Сердце Бонни пропустило удар, как всегда. Она улыбнулась и, поддавшись порыву, чмокнула его в губы. Ее не волновало, что его братья и сестра смотрели на них, она любила его и чувствовала себя счастливой рядом с ним. Со своим женихом. Она умирала от желания произнести это слово вслух. Клаус улыбнулся, глядя ей в глаза. «Я знаю», — казалось, говорили они. — Пока мы работаем над возвращением Кола в его тело, нам также нужно подготовиться к нападению Наварро, — сказал Элайджа после нескольких минут молчания. — Первое, что нужно сделать, это обезопасить город. — Да, да, да, всем улыбаться, — недовольно пробормотала Ребекка. Элайджа уже кратко обсудил с ней план по обеспечению мира в городе. Последнее, что им было нужно, — это внутренние конфликты, которыми могла бы воспользоваться стая Наварро. — На данный момент, — сказал Клаус. Они с Марселем смотрели на вещи по-разному, и хотя он был готов пока сохранить статус-кво, рано или поздно все должно было измениться. — Завтра Мэр де Лафонтен проводит благотворительный вечер, — сообщил им Элайджа. — Мы придем и поприветствуем важных лиц, — сам мэр направил приглашение их семье. — Я уверен, что вы с Ребеккой прекрасно проведете время, — сказал Клаус. У него не было желания идти на это дурацкое мероприятие. — Я никуда не пойду, — заявила Ребекка. — Я медсестра Бонни, я должна заботиться о ней. Бонни нахмурилась. Она не знала, что Ребекка была медсестрой. — Только потому, что ты добровольно вызвалась работать медсестрой сто лет назад, не значит, что ты на самом деле медсестра, — сказал Кол, закатив глаза. — Ты даже с собакой не справишься. Ребекка подняла бровь. — Не будь задницей. Клаус усмехнулся. Уголок губ Элайджи дернулся, казалось, что они и не расставались с Колом. — Мы пойдем втроем, — сказал он строгим голосом. — Нам нельзя наживать врагов в этом городе. — Я не пойду, — запротестовал Клаус. Он не хотел оставлять Бонни одну, не говоря уже о том, что у него был один пойманный волк, которого нужно навестить. — Пойдешь, — Бонни повернулась к нему лицом. — Мэр был настроен на сотрудничество, ты новый король города, ты должен встретиться с ним, показать ему, что тебе небезразлична жизнь горожан и что ты готов слушать и работать с ним. — На мероприятии будут присутствовать все сливки общества Нового Орлеана, — сказал Элайджа. — Это прекрасная возможность представиться, проявить вежливость, выслушать их опасения и успокоить. Клаус застонал. — Я не оставлю тебя одну, — сказал он Бонни. Он не мог подавить легкий страх, который эхом прокатился по узам. Что, если с ней что-то случится, пока его не будет? — Я не ребенок, Клаус. Со мной все будет в порядке, — Бонни была тронута его заботой, и как бы ей ни нравилось проводить с ним время, несколько часов разлуки не повредят. Она знала, как важно поддерживать мир в городе. — Я останусь с Бонни, — сказал Мэтт. — И Белль с Анжеликой. Остальные гибриды контролировали вампиров в Квартале. Клаус, казалось, был готов запротестовать. — Со мной все будет в порядке, — успокоила его Бонни. — Мы с Мэттом проведем вместе время, посмотрим фильм и объедимся чипсами, — она улыбнулась, вспомнив школьные годы, до того, как сверхъестественное появилось в их жизни. — Я тоже останусь, — пробормотал Кол. Не похоже, чтобы он мог что-то сделать, так как никто его не видел. Кроме Бонни. Он мог приставать к ней. — Ты тоже иди, — сказала Бонни Ребекке. Ее тон не оставлял места для споров. — Вы все должны пойти. — Прекрасно, — вздохнула Ребекка, несмотря на свое нежелание. Клаус тоже неохотно согласился. На следующий вечер Стефан нервно поправил галстук. Он не мог поверить, что согласился прийти. «На что я только не иду, чтобы уберечь тебя, Деймон», — подумал он. Его брат сбежал из мотеля и отказался отвечать на звонки Стефана. Вампир понятия не имел, что тот решил сделать или где он был. Стефан только надеялся, что его брат не настолько глуп, чтобы обратиться к Бонни. Клаус однажды пощадил его жизнь, Стефан не думал, что тот проявит милосердие во второй раз. Вот почему он позвонил гибриду и попросил поговорить с ним. Клаус сказал, что они смогут встретиться позже, и вчера Стефан получил приглашение на благотворительный вечер. Он понятия не имел, почему Клаус захотел встретиться именно здесь, но Стефан все равно пришел. Он почувствовал, как внезапный холодок пробежал по спине, и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть трех первородных, входящих в бальный зал. Мероприятие проходило в известном отеле и казино, принадлежащем семье Корреа. Все головы повернулись в их сторону, все приглашенные знали, кто они такие и что теперь они отвечают за город. Конечно, всё внимание было сосредоточено на Клаусе. О нем ходили самые разнообразные слухи, и это была первая встреча с гибридом после перехода власти в его руки. Король Нового Орлеана вошел в комнату так, словно это место принадлежало ему, держа под руку свою сестру. — Два часа, — сказал он брату и сестре. — Дольше я здесь не останусь, — он бросил многозначительный взгляд на Элайджу. — Почему ты все так усложняешь? — спросил первородный. — Я твой младший брат. Усложнять тебе жизнь — мое призвание. Ребекка хихикнула, но улыбка сползла с ее лица, когда она заметила фигуру у бара. — Какого черта он здесь делает? — она сердито повернулась к Клаусу. — Я пригласил его. — Ты… Мэр де Лафонтен выбрал этот момент, чтобы подойти к ним со своей женой и поприветствовать. И вскоре подтянулись другие бизнесмены и политики. Ребекка кипела внутри, но натянула улыбку и радостно поприветствовала всех. Ей предстояло сыграть свою роль. Судя по выражению лица Элайджи, он тоже не знал, что Клаус пригласил Стефана. Что, черт возьми, затеял их брат? Клаус проигнорировал их обоих и поприветствовал всех очаровательной улыбкой. Он не хотел быть там, он знал, что эти люди заботятся только о том, чтобы увеличить свое состояние. Пока их карманы были набиты, они закрывали глаза на любые зверства, совершенные вампирами. Стефан наблюдал за ними из бара. Он слышал, что Клаус объявил город своим, но не понимал, что это значит, пока не увидел, как все практически преклоняются перед ним. Он заметил двух гибридов Клауса и одного вампира, следующих за ним, как телохранители. Он покачал головой. Что, черт возьми, происходило в Новом Орлеане? Он не сводил глаз с Клауса, ожидая момента, когда они смогут поговорить.

***

Деймон припарковался у ворот. Он видел горящий свет в окнах дома, но не мог подойти ближе. Барьер защищал плантацию. Он понятия не имел, что делать. Кэролайн была похищена оборотнями, и теперь ещё и Елена. Были ли эти похищения связаны? Как бы то ни было, Деймон знал, что вернуть их ему поможет Бонни. Он пытался уговорить одну из ведьм Квартала помочь ему с заклинанием поиска Елены. Но ему сказали, что у всех ведьм во Французском квартале не было магии. И кто это сделала? Бонни чертова Беннет. Деймон не мог в это поверить. Бонни забрала их магию и в одиночку сразилась и уничтожила целый ковен. Имя Бонни произносили шепотом со страхом, уважением и любопытством во Французском квартале. Одни думали о ней как о королеве, другие — как о сучке гибрида. Но все были в восторге от нее. Деймон не знал, как к этому относиться. Он не мог поверить, что девушка, которую он знал в Мистик-Фоллс, и женщина, о которой все говорили, один и тот же человек. Что Клаус с ней сделал? Как он мог так сильно изменить ее? Мало того, что все в Квартале, казалось, знали о сверхъестественном, так ещё и говорили о новом короле города. Благодаря вампирскому слуху, Деймон подслушал последние новости. Клаус, черт бы его побрал, Майклсон, гребаный ублюдок, теперь был королем города. По словам перепуганной ведьмы, которую Деймон загнал в угол, Клаус в одиночку победил армию вампиров и выгнал старого короля из города. Это также подтверждалось другими. Деймон понятия не имел, что думать об этом. Означало ли это, что Бонни теперь королева? Были ли она королевой Клауса или просто еще одной пешкой в его игре? Сидя в машине и прожигая взглядом дом, в котором теперь жила Бонни, Деймон не мог избавиться от ощущения, что все выходит из-под контроля. Если все, что он слышал, было правдой, то в город надвигалась война. «Все знают, что Наварро хотят Новый Орлеан», — сказала ему испуганная ведьма. — «Это только вопрос времени, когда они нападут». «Все это должно было быть как-то связано», — подумал Деймон. Армия Наварро и их растущая мощь, похищение Кэролайн, Елены. Это были кусочки одной головоломки, он должен был разобраться в этом. Какова была цель Наварро? Но что еще более важно, какое отношение к этому имела Бонни? Ему нужно было поговорить с ней. Поэтому он ждал ее. Рано или поздно Бонни придется выйти. Как бы сильно он не хотел пойти и найти Елену, Деймон знал, что без Бонни ему не справиться.

***

В конце концов Клаус добрался до Стефана, после того как вежливо поговорил со всеми важными людьми, притворившись, что ему небезразлично, что слетает с их уст. Они все были высокомерными, раздражающими, и он просто хотел вернуться к Бонни. Клаус знал, что она была дома, смотрела фильм с Белль и Мэттом. Она воспользовалась телефоном девушки и отправила ему совместную с друзьями фотографию, чтобы он перестал беспокоиться. Но это не сработало. Стефан стоял, прислонившись к колонне, с неловким выражением лица. — Зачем ты пригласил меня? — спросил он, как только почувствовал присутствие Клауса рядом с собой. Элайджа и Ребекка наблюдали за ними с другого конца комнаты. Они разговаривали с Франческой Корреа и ее братьями. — Зачем ты позвонил мне и попросил о помощи? — спросил Клаус вместо ответа. — Елена была похищена, — ответил Стефан. — Деймон полон решимости добиться помощи Бонни. — признался он. — И ты хочешь попросить, чтобы я не убивал его? Клаус покачал головой. Деймон Сальваторе был самым невыносимым вампиром, которого он когда-либо встречал. Клаус хотел разорвать его на куски. — Он мой брат, — ответил Стефан. — Я не хочу, чтобы его убили. Он любит Елену, он не соображает… Клаус фыркнул. — Деймон никогда не соображает, — мрачно пробормотал он. — И никакие твои просьбы не остановят меня, если он подвергнет Бонни и моих детей опасности, — прошипел он. Его глаза на секунду вспыхнули золотом. Стефан нервно сглотнул. — Я знаю. Я тоже не хочу подвергать Бонни опасности в ее состоянии, — последовала пара секунд тишины, прежде чем он, наконец, набрался смелости продолжить: — Как бы мне не хотелось просить, ты можешь помочь нам вернуть Кэролайн и Елену? У тебя есть ресурсы, гибриды, Бонни вообще не обязательно вовлекать. Клаус ничего не сказал. Он сделал глоток шампанского и обвел взглядом бальный зал. — Итак, Елену снова похитили, — пробормотал он. Он не мог не подумать о видениях Бонни. Она видела, как странники брали у Кэтрин кровь. Они имели отношение к похищению Елены? У него возникло неприятное предчувствие. — Как ее похитили? — Лиз сказала, что это была группа ведьм, — ответил Стефан. — Она и раньше была похищена группой ведьм. Ей удалось позвонить нам, и мы ее нашли. Они отличаются от обычных ведьм. — Каким образом? — Они могли колдовать только все вместе. Мы с Деймоном убили их и вернули Елену в Мистик-Фоллс, после чего заперли в пансионате. Оттуда ее и похитили. Я думаю, что это те же ведьмы, они брали у нее кровь, — сказал он. — Я не знаю, для чего. Клаус сразу переглянулся с Элайджей. Брат слушал его разговор со Стефаном, притворяясь, что обращает внимание на своих собеседников. Клаус рассказал ему о видениях Бонни: о том, что странники и стая Наварро работали вместе, и об использовании крови двойника. — Ты знаешь ещё что-то о них? — Нет. Между ними повисла тишина. Клаус перевел взгляд с Элайджи на Ребекку, которая нахмурилась: она тоже слышала его разговор со Стефаном. Если странники смогли причинить столько вреда с кровью одного двойника? Что они могут сделать с двумя? — Что, черт возьми, происходит, Клаус? — спросил Стефан. — Ты король города, — он все еще не мог в это поверить. — Ходят слухи, что Бонни в одиночку уничтожила целый ковен, что стая Наварро хочет Новый Орлеан, и почему у меня такое чувство, что похищение Елены тоже имеет к ним отношение? — Потому что так оно и есть, — сказал Клаус. — Все взаимосвязано. Стефану пришло время осознать, что мир не вращается вокруг Елены Гилберт. Были куда более серьезные проблемы. Стефан нахмурился. — Грядет война, Стефан, — Клаус встретился с ним взглядом. — И в этом будут задействованы все сверхъестественные виды. Братьям Наварро нужен не только Новый Орлеан, они хотят весь мир. Стефан открыл рот как раз в тот момент, когда свет в бальном зале заморгал и погас. Клаус нахмурился, его чувства внезапно начали кричать об опасности. Что-то было не так. Потребовалась секунда или две, прежде чем Ребекка и Элайджа тоже почувствовали опасность. Майклсоны понимающе переглянулись. Феликс, Райли и Тьерри пришли с Клаусом и в настоящее время осматривали бальный зал, пытаясь выявить любые потенциальные угрозы. — Что происходит? — спросил Стефан. Он был намного моложе Клауса, но даже он чувствовал, что что-то было не так. Едва он произнес эти слова, как весь отель сотрясла необъяснимая сила. Последнее, что почувствовал Стефан перед тем, как мир погрузился во тьму, было жжение, охватившее все его тело. Он закричал в агонии. Весь Новый Орлеан содрогнулся, когда бомба взорвалась внутри отеля.

***

— Почему они всегда так делают? — спросила Бонни, жуя попкорн. — Они слышат шум из подвала, идут проверять его и никогда не включают свет, — пожаловалась она, ее глаза были прикованы к экрану телевизора. Клаус, Элайджа и Ребекка ушли примерно час назад. Бонни, Мэтт и Белль решили посмотреть фильм. Ведьма воспользовалась телефоном девушки (ей нужно было купить новый, так как ее собственный отказывался работать), чтобы написать Клаусу и отправить фотографию, чтобы он не беспокоился. Последние полчаса они потратили на критику ужастика. — И ещё они всегда говорят «здравствуйте», как будто убийца ответит им, — пробормотала Белль. — Как они могут быть такими тупыми? — Потому что так написано в сценарии, — Мэтт взял кусочек шоколада. — Если бы они были умными, фильма бы не было. И нам не над чем было бы смеяться. — Хорошая мысль, — сказала Бонни. Из телевизора послышался громкий крик, когда жертва повернулась к убийце в маске. — И она мертва, — Белль взяла горсть попкорна из миски, что стояла у Бонни на коленях. — Я же говорил тебе, что блондинка умрет первой, — сказал Мэтт Бонни. — Мудрость дня: никогда не ходи проверять подвал, если услышишь громкие звуки. Просто беги куда глаза глядят, — Бонни взяла еще попкорна. Надо пойти сделать вторую порцию. Внезапно она подтолкнула миску в сторону Белль и схватилась за живот. — Что случилось? — одновременно спросили Белль и Мэтт. Они оба сразу же насторожились. — Что-нибудь болит? — обеспокоенно спросил Мэтт. — Мне вызвать врача? — Белль нервно уставилась на живот Бонни. Она знала, что ведьма боялась выкидыша, и ей был предписан постельный режим. — У меня странное предчувствие, — пробормотала Бонни. — Что-то не так. Свет погас. — Какого хрена? — Белл встала. Будучи гибридом, она ясно видела в темноте. — Должно быть, надвигается плохая погода. — У меня в комнате есть фонарик, — Мэтт встал. Он уже собирался подняться по лестнице, когда камин внезапно вспыхнул, осветив комнату пламенем. Он повернулся к Бонни. — Это не я, — быстро сказала Бонни. Она хотела, но знала, что ей не позволено использовать магию. Анжелика вбежала в гостиную. — Барьер, — испуганно сказала она. — Кто-то разрушает защитные заклинания вокруг дома. Бонни встала. — Ты можешь поставить его обратно? — Я пыталась, — ответила Анжелика. — Не получилось. Бонни уже хотела открыть рот, когда услышала странный шум. — Ты это слышишь? — она повернулась к Белль, у которой был лучший слух из всех. — Я ничего не слышу, — ответила девушка. Она закрыла глаза и сосредоточилась, пытаясь уловить любой шум. — Я слышу хор, кто-то хором читает заклинание, — прошептала Бонни. Дурное предчувствие только усилилось. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Ее магия так и порывалась выйти на поверхность. Бонни сконцентрировалась и отозвала ее. Она не могла ей пользоваться. Ведьме пришлось успокоиться, прежде чем она случайно подключится к ней и навредит близнецам. Свет снова зажегся. В следующую секунду все окна внезапно разлетелись вдребезги. Мэтт поспешил к Бонни, закрыв ее собой, как и Белль, в то время как Анжелика начала бормотать заклинание себе под нос. Она яростно произносила слова, сжимая свой талисман в одной руке. Она делала все возможное, чтобы создать защитный круг. — У нас проблема, — дух Кола внезапно появился рядом с Бонни. — Тебе нужно убираться отсюда сейчас же. Но он опоздал. Входная дверь распахнулась, и группа людей ворвалась в дом. — О черт, — сказали Мэтт и Кол одновременно. Сердце Бонни подскочило к горлу. Их атаковали, и она не могла защитить себя магией.