Глава 17
26 мая 2022 г., 20:14
Трудно.
Было невыносимо не сдаваться самому, пока идешь в бой: отстаивать собственные шансы на победу.
Если ещё на людей страх давил не столь сильно, ведь у них была надежда на экзорцистку – то у самой заклинательницы такой надежды не было. Страх упал тяжеленной бетонной плитой на плечи Мираиссы, придавливая к земле. Она не могла справиться со своими эмоциями и с каждым часом её волосы светлели, становясь почти полностью седыми.
Девушка старалась не выходить из спальни, которую ей любезно выделили стражники. Она не хотела сталкиваться с взглядами родных и друзей. Хотела закрыться от всего мира, лишь бы не идти к концу...
От огромного потока мыслей вечно нервно кусает кубы и теребит сережку. Ту самую сережку, которую перед смертью подарила ей мать. Аксессуар давал ложное спокойствие и помогал обуздать магию, что так норовилась вырваться наружу в виде очередного бедствия. Стук в дверь заставил вздрогнуть.
— Ты как? — Тихо спрашивает Кристиан, аккуратно подходя к кровати и присаживаясь рядом.
Девушка выглядела слегка удивленной и немного взволнованной, от чего не могла уловить суть вопроса.
— Что случилось? Расскажи. — Нежно попросил лорд воды, убирая вывалившуюся светлую прядь и хмурясь из-за обилия светлых оттенков на волосах.
— Я не знаю… — Выдыхает Мира и роняет голову на руки, замолкая.
Блондин же терпеливо сидит рядом, дожидаясь, когда девушка соберется с мыслями и начнет разговор вновь.
— Вы же читали письма Генри? — Эти слова были скорее утверждением, нежели вопросом. Кристиан врать не собирался: они действительно читали.
— Прости, мы не должны были...
— Нет. — Перебивает экзорцистка, смотря прямо в пол. — Я рада, что вы прочли их без меня, сама бы, да при всём своём мужестве, я не смогла бы вам это рассказать. — выдыхает, а все продуманные диалоги и сюжеты выходят из неё вместе с воздухом.
— Тебя тревожит что-то ещё. — Подмечает водник и Мира косится на него, в который раз убеждаясь: скрывать эмоции она не умеет.
— Да... — Подтверждает заклинательница, взлохмачивая немного волосы. — Чувствую, насколько сильно император прав. Практика в хижине мало чем мне помогала. Но самое страшное, что все вокруг смотрят, — Мираисса запнулась, оглядывая комнату и вспоминая лица людей, — смотрят на меня... Как на спасителя. На божье благословение. Я себя то спасти не в силах, а тут целую империю! — Вскликивает экзорцистка и поворачивается в сторону парня.
Одна из темных прядей Мираиссы на его глазах медленно покрывалась сединой.
— Вдруг всё это было зря?..
— Не говори так. — Он смотрел прямо в карамельные глаза, которые, как он любил, при свете становились точно березовая смола: кристально чистыми и прозрачными.
— Ничего в мире не бывает зря. Так же, как без теории нет смысла в применении магии. Не думай о плохом. Ты самая удивительная волшебница, которую я когда-либо встречал. И ты справишься! Тебе не нужно справляться со всем навалившимся в одиночку. — Лорд воды улыбнулся.
— Почему ты так уверен? — она хотела было разорвать зрительный контакт, но Кристиан взял её своими руками за лицо, не давая этого сделать.
— Потому что я видел, что ты можешь. Я видел, как ты руководила нами во время осады в поле. Видел, как ты спасла оборотня, который между прочим норовился сначала тебя убить. Я видел тебя в действии, Мира! — Слегка прикрикивает лорд, желая достучаться до сердца, смотря точно в глаза. — В твоих глаза не было и грамма страха, в них была железная уверенность, точное знание своей цели и желания. Желания защитить.
— Но это было тогда... По сравнению со всем, что мы пережили, правитель намного опаснее. — Мира убрала чужие руки от своего лица и отвернулась.
— Да, ты права… — Крис замирает на мгновение, смотря как прикрытые ресницы девушки вздрагивают, и придвигается ближе, легонько обнимая за плечи. — Но каждый, с кем ты столкнулась, был опаснее другого. И все они лишь подготавливали тебя к решающему бою. К тому же... Ты тоже небезобидная. — Выдыхает куда-то в висок и Ченг дёргается, поворачивая голову в его сторону. Близко.
— Ты уже не та девчонка из лавки. Ты самая настоящая воительница. Мятежники верят в тебя. Я верю, — Кристиан слегка коснулся губами розовых губ, бесстыдно срывая с них первый поцелуй, — поверь наконец-то и ты в себя... — Крис снова целует, но уже в щеку. — Ты намного сильнее, чем можешь себе представить. — Его ладони держат лицо, а взгляд проникает глубоко под ребра. — И мы оба это знаем. — Последний поцелуй срывается с уст и касается лба.
Кристиан улыбается и, радуясь замешательству девушки, тихо уходит.
Возможно он поторопился с таким откровенным жестом, а возможно и нет. Но она сама же сидела в непонятном вакууме и думала о произошедшем, позабыв о своём волнении, потому что Кристиан поцеловал её. Кристиан Бретт только что буквально сказал ей о своих чувствах! Когда же эта тонкая, но существующая грань успела испариться, словно её и не было? Даже всезнающий Уолтер не ответит на этот вопрос.
Неожиданно дверь снова открылась и Мира сжалась от стыда. Мысль о том, что это мог быть лорд воды застала её врасплох. Ведь ответ на его поцелуи она так и не приготовила, но женская фигура в дверном проёме слегка успокоила девушку. Это был не Кристиан.
— Солнышко. — На кровать присела тётушка, а Мира вздрогнула. Давно она не слышала этого ласкового слова. — Ты себя хорошо чувствуешь? – Женщина провела рукой по светлым волосам и слегка нахмурилась. — У тебя всё лицо горит, не уж то жар? — Эсмиральда пощупала щеки, а потом перешла на лоб, чтобы проверить температуру. От данного замечания, Мираисса покраснела ещё больше, поспешив убрать ладони тёти.
— Я в порядке.
Эсмиральда еще раз оглядела воспитанницу и как-то хитро улыбнулась, словно поняв всё, что хотела скрыть от неё воспитанница. И девчушка смутилась ещё больше.
—Все будет хорошо, солнышко... — Эсмиральда положила руку на хрупкое плечо. — Мы справимся со всем этим.
— Да, спасибо. — Экзорцистка вздохнула с неким облегчением и облокотилась о тёплое плечо тётушки.
От её тела исходил родной запах краски и трав. Близкий душе аромат даровал некоторое спокойствие и навевал мысль о том, что девушка сейчас дома, но...
Где на самом деле её дом? Тут? В Нонстаме? Или там, в лавке живописцев за тысячи километров от сюда? И может ли она считать хоть что-то своим настоящим домом?
— Тётушка...
— Да, милая?
— Расскажи мне о моих родителях, я совсем о них ничего не знаю...
— О... — Эсмиральда слегка замялась, но глянув на руки Мираиссы, что нервно перебирали краешек одеяла, начала. — Твоя мама была такой же буйной, как и ты: в молодости её невозможно было снять с крыши домов или деревьев, по которым она любила лазить. Отец наоборот, был тихим человеком и любил почитать книги, не любил излишнюю беготню... Как эти «вечная суматоха» и «книжный червь» спелись, было загадкой для всего города. — Тётушка по-доброму усмехнулась, вспоминая былые времена. — Их всегда, как мне казалось, связывала любовь к лесу... Вряд ли ты знаешь, но они часто, вопреки на тот момент королевскому запрету, сбегали в лес, чтобы насладиться...
— Свободой.
— Да, они именно так и говорили. — Смеялась женщина, а Мира улыбалась куда-то ей в плечо. — Те ещё чудаки были, если честно. — Очередная усмешка прошлась вибрацией по телу. Эсмиральда с теплотой в душе и со скрежетом на сердце вспоминала свою лучшую подругу и её мужа.
— Они очень тебя любили и были невообразимо упертыми. Ты точно этой чертой пошла в них. — после чего тётушка Эсми неразборчиво буркнула что-то на подобии «ну и досталось же мне», над чем девчушка тихо посмеялась.
Тётушка, наконец-то увидев беззаботное, а не хмурое выражение лица воспитанницы, успокоилась.
— Знаешь, милая. — Эсмиральда вновь привлекла внимание. — Кассандра и Диего были прекрасными родителями, они были самыми сильными даже без магии разрушения, потому что хотели защитить тебя...
— Это случайно не первая истина?
— Да, верно. И первая, и вторая истина были придуманы твоими родителями… Тогда-то они… — Женщина хочет объяснить, но не успевает договорить, потому что в дверях появляется посторонний человек.
— О, вот вы где Мираисса! — Вскликивает незнакомка и растягивает широко губы. — А я вас везде ищу!
— Что-то случилось? —Насторожилась заклинательница и выпрямилась, в готовности в любой момент сорваться с места.
— Нет, что вы... Мы просто хотели попросить вас помочь нам. — Гостья неловко жалась у дверей.
— Мы? — Мира хлопает глазами, а незнакомка в дверях смущенно кивает, открывая ту пошире и предъявляя взору ещё троих девчонок. Брови экзорцистки взлетают вверх. — Оу… — Глаза смотрят на тетушку, спрашивая разрешение.
— Иди. — Шепчет Эсмиральда и улыбается. — Потом договорим.
И экзорцистка весело спрыгивает с кровати, подходя к девчонкам. Они с радостью улыбались ей и, схватив за руку, куда-то повели, весело гогоча.
Мира поддалась порыву, улыбаясь и наконец-то наслаждаясь тем, что у неё, в первые в жизни, могут появиться подруги. Мятежницы же вывели Ченг через задний выход на улицу и отправились в сторону леса.
— В общем... Мы хотели, чтобы Вы, Мираисса..
— Можно на «ты». — Робко отвечает, видя замешательство, а затем и облегчение в глазах напротив.
— Мы хотели, чтобы ты помогла нам с хворостом в лесу, это наше задание. А ещё было бы хорошо, если бы ты рассказала о себе — Незнакомка улыбалась и шла рядом, когда её подруги тихо шли за спиной. — Это же так удивительно! Ты экзорцистка! Нам о многом хочется тебя спросить!
— Да, конечно, я буду только рада с вами пообщаться. — Мираисса ответила на милую улыбку улыбкой.
— А мы то как…
***
Пройдя в глубь леса, бывшая шатенка нарисовала несколько рун, что заставили сухие ветки аккуратно опуститься на землю. Подруги весело защебетали, радуясь, как пятилетние дети первому снегу и стали собирать хворост для вечернего костра. Каждая была занята работой и каждая делилась своими весёлыми историями из жизни, спрашивая о чем-то. Они беззаботно проводили время, уходя всё глубже и глубже в лес. — Ого, смотрите какой каньон! — Вскликнула восторженно первая незнакомка и улыбнулась шире прежнего. Её подруги скинули с плеч тяжелый груз и кинулись посмотреть на природную красоту. Мираисса тоже отправилась посмотреть, но с меньшим энтузиазмом, чем остальные. Ступив на желтую траву и подняв голову к верху, у экзорцистки перехватило дыхание. Каньон был восхитителен настолько, что кружилась голова. Смесь запаха жары и влажности леса слегка отдавалась опьяняющей волной по телу, а в голове пустело, точно прекраснее в мире нет чуда. — Красиво… — Шепчет кто-то рядом, а Мира неожиданно вспоминает, что находится в лесу не одна. Взгляд опускается вниз, замечая: подошла слишком близко к краю. — Да, во истину прекрасно. — Шепчет экзорцистка в ответ и делает шаг назад, испуганно дёргаясь: отойти от края ей не давали. Незнакомка, что так и не представилась, стояла за спиной и грустно улыбалась. Заклинательница хотела обойти препятствие, но другие мятежницы не дали ей и это сделать. — Прости нас… — Тихо, на грани беззвучия шептал кто-то рядом, а затем глухой толчок в грудь и граница между каньоном и землёй растворилась. Мираисса в ужасе раскрывает глаза. Тело ещё некоторое мгновение балансирует на краю, точно весы, не понимая в какую сторону тянет больше. Ветер сыграл решающую роль: подтолкнул Миру и выбил её из равновесия, заставив тело утяжелиться в три раза и сорваться в пропасть. Короткий крик слетает её губ и девушка падает вниз, ударяясь головой о рваный край земли и кое-как успевая схватиться за корень дерева, что свисал над пропастью, как гирлянда. Реальность дала жесткую пощечину: девушки-мятежницы не хотели дружить. Они хотели убить её. — Что вы творите?! — Мира кричит в небо, где возвышаются четыре силуэта. — То, что нужно. — Ворчит кто-то в центре. — Если бы ты не выжила, на нашей земле был бы мир. Наши родители бы не погибли! Если бы ты только умерла в том пожаре восемнадцать лет назад… Нет. Лучше бы ты вообще не появлялась на этот свет! — Ты… Ты... Даже умудрилась присвоить себе одного из лордов! Или ты спишь с ними по очереди? Ну не могли такие знатные люди обратить на ничем неприметную девушку внимание просто так! — Кричит силуэт слева и в нем Мира узнаёт ту незнакомку. Так вот откуда ветер дует. — Но я же.. — Что ты? Думала мы захотели с тобой дружить? Нет. Не бывать этому. Мы выиграем войну и без тебя. Стране не нужна такая никчемная спасительница, как ты. — Усмехается кто-то справа. — Приятного полета, гадина. — Подруги смеются, ударяя друг другу по ладони и, схватив с земли хворост, уходят обратно, как ни в чем не бывало. — Встретимся в аду! — Очередной смешок, что был намного тише остальных. Мятежницы уходили. К сожалению, экзорцистка уже была уверена, что в их головах готова правдоподобная и лживая история её гибели. Мира тряслась. Её распирало не то от гнева и огорчения, не то об обиды и боли в руках. Она попыталась подтянуться, но вместо того, чтобы подняться, немного скатилась вниз. У неё не было возможности использовать магию. Казалось, если палец сейчас сдвинется на миллиметр, она рухнет камнем вниз, и никто не найдет её бездыханное тело. В голове бегали различные мысли. Мира почему-то вспомнила лёгкий поцелуй Криса и объятья брата, улыбку тётушки и проделки младших братишек, звонкий смех сестер. Ей стало плохо от мысли, что если руки сейчас разомкнутся, то придётся оставить их всех. Оставить наедине с войной. Страх подкатил к горлу и чуть было не накрыл волной слез, но реветь никак нельзя. Девушка вновь подтянула себя выше, но затем скатилась по корню вниз, почувствовав, как тот затрещал. Весь мир перестал существовать, а дыхание перехватило. В этот жизненно важный момент девушка вспомнила предсказание гадалки. Ее голос отдавался эхом в голове: — "Вижу в твоем окружении находятся много парней. — Прошептала она, отодвигая шестерку пик. — А девушек наоборот мало, не считая родственников... — И вновь несколько карт перевернулись лицевой стороной вверх. — Верить можно только одной из них. — Взгляд потемневших глаз глянул на экзорцистку. — Слышишь меня? Душа у тебя слишком добрая. Но не верь девушкам! Дурёха! Только одна из всех будет с тобой честна, остальные избавиться от тебя захотят, неугодна им будешь! — Практически прокричала гадалка, опуская взгляд к картам и собирая их, чтобы разложить вновь". Ведь действительно: избавиться захотели. От обиды и горечи, что подбиралась к её горлу, она с трудом сдерживала очередные слезы: не дай Боже отпустить ветку и полететь вниз. Царствующая тишина казалась вечной и мучительной. И кто бы знал, сколько Мира смогла бы так продержаться, слегка покачиваясь на корне, пока снова не послышался протяжный и медленный треск. Глаза метнулись на верх. Корень отламывался. Кора хрустела и мелкие щепки летели на неё, пока с глухим хлопком Мира не осознала – точки опоры больше нет. Она полетела вниз, выброшенным из гнезда птенцом, барахтаясь в попытке за что-то ухватиться. Крика не было, был лишь тихий отчаявшийся скулёж и жажда выжить. Черные щупальца Смерти рванули со дна обрыва к ней на встречу не для того чтобы подхватить, а чтобы быстрее опустить на землю. Экзорцистка закрыла глаза, позорно принимая поражение. Резкий удар в бок заставил распахнуть веки, выдохнуть остатки воздуха и всё-таки выкрикнуть хоть что-то. По инерции она схватилась за что-то, обнаружив там нечто жесткое и мягкое одновременно. Сфокусировав взгляд, осознала, что зажимает в ладонях коричневую с переливом золота шерсть. Она помнит этот оттенок: на глазах навернулись слезы. — Лолита... — Тянет тихо, утыкаясь глубже в мех и чувствуя, как оборотень что-то бурчит на своем языке.***
Лолита лёгким бегом забирается на гору и возвращается в ещё зеленоватый лес. Оборотень остановился около дуба, а шатенка слезла с горбатой спины, падая на землю: ватные ноги отказывались держать тело. Волчица в несколько секунд обратилась, представая перед Мирой в человеческом обличии и почему-то совсем нагой, но Ченг это нисколько не смутило ‒ теперь нет. Она скинула с себя плащ и предложила подруге им прикрыться. — Спасибо. — Лолита ласково улыбнулась и укрылась от прохладного ветра. — Как ты там оказалась? — Сразу спросила жена друга, присаживаясь на траву возле дерева и облокачиваясь о ствол. — Я помогала девчонкам собирать хворост. Думала подружимся, а они столкнули меня, решили избавиться… — Выдохнула экзорцистка, поправив торчащие волосы. — Как они посмели?! Разве члены одной стаи не должны друг друга защищать? — Лолита наклонила голову в бок, точно смотря на всё с другой стороны и непонимающе захлопала глазами. — Ну, они не совсем из моей стаи, в ней они скорее, как гости или чужеземцы. — Разъясняет Мира. — Слишком наивно поверила, что они хотели со мной подружиться. Да и, наверное, я сама больше всего хотела иметь подруг... Правильно говорил Генри, я скорее умру сама, чем кого-то спасу. — Эй, Мираисса! — Прикрикивает волчица и хмурит брови. — Не говори так. Каждый человек имеет право на друзей и не твоя вина, что они оказались прогнившими телами. — оборотень ругалась и между словами иногда прорывался недовольный волчий рык. Мира же давила смешок. — К тому же, я твоя подруга! — Уже улыбалась Лолита, показывая пальцем правой руки «класс». И эта мысль грела душу получше любого костра. — Спасибо. — Мира немного посветлела, улыбаясь в ответ. — Хорошо, что я услышала тебя. Странно, конечно, что остальные оборотни никак не отреагировали. Хотя, я даже не услышала тебя, а ощутила твоё отчаяние и страх. — Говорила спокойно с некой философской ноткой в голосе. — Тогда пойдем домой, я тебя провожу до окраины леса, так будет безопаснее, да и мне спокойнее. — Лолита встает с земли и направляется в сторону Нонстама, девушка же поспешила за ней. Больше они не говорили, да и говорить не нужно было. Тишина между ими двумя не была чем-то угнетающим, скорее необходимым и расслабляющим. — Вот мы и пришли. — Лолита проводит рукой по горизонту, и ветви деревьев расступаются перед ней, как перед королевой леса. — Смотри! Твоя стая тебя уже ждет. —Усмехается волчица, протягивая плащ обратно и мгновенно оборачиваясь в волка. Волчица по-доброму рыкнула что-то на прощание и, махнув хвостом, убежала обратно в лес, слыша в след тихое и одинокое: «Пока». — Мира! — Слышит экзорцистка и снова смотрит на окраину города, там стоят все. Её семья, друзья. Её стая..? Ноги сами срываются на бег и несутся вперед. Слёзы, как облегчение, сами потекли с её глаз. С разбега маленькое тело врезается в то, что больше по размерам и вдыхает морозный запах свежести. Этот человек всегда так пахнет, точно спокойствие. Остальные лишь вскинули брови к небу от неожиданности. Однако без лишних слов и возгласов смотрели на то, как экзорцистка прижимается к лорду воды, а парень в ответ прижимает её к себе сильнее. — Мираисса, что случилось, почему ты плачешь? — Непривычным тоном спрашивает Кристиан, вытирая холодными руками щеки. — Ничего, я просто рада, что вернулась. — Улыбается заклинательница, но объятья разрывать не желает, прижимаясь ближе. — Это там оборотень был? — Удивляется Алан, смотря задумчивым взглядом на границу города и леса. — О, да, это Лолита, моя подруга. — Отвечает Мира уже спокойно и гордо, словно дружить с оборотнем входит в порядок вещей. — Твоя подруга... Оборотень... — Констатирует факт Уолтер. — И кто же она, там, у себя? — Не унимается Алан. — Думаю, королева леса и жена моего лучшего друга, Алекса. — Короткий ответ, а капитан Фриз считает, что если спросит что-то ещё, то ответ его поразит больше, чем он думает. — А Алекс это кто? — Капитан всё-таки решается на последний вопрос. — Вожак стаи оборотней. Молчание окутывает всех ребят. Они молча пытались найти связь между разными расами. И единственное объяснение, которое крутилось на языке, была сама Мираисса. Минуту молчания нарушил соколиный крик. И птица с лёгким грохотом при перевоплощении приземлилась на дорожку. Гибрид тяжело дышал и по глазам было видно: новости у него далеки от идеала. — Император идёт. Он будет здесь меньше, чем через 10 часов. — Говорит Джонатан прерывисто, но и этого хватает, чтобы все вокруг напряглись. Это – сигнал. Кроваво-красный сигнал войны. — Сообщить всем отрядам! У нас боевая готовность! — Раздается крик Алана, и стража разбежалась кто куда. Кристиан же сжал тонкую ладонь экзорцистки, покрываясь холодной корочкой страха. Раньше, лорд воды никогда не боялся войны: война была частью него, а участие в ней – обязанностью. Во время сражения ему нечего было терять, кроме своей жизни, но теперь всё поменялось. Война его не просто пугала, он был от неё в диком ужасе, ибо в этот раз парень мог потерять её.
