Самый горячий мужчина человечества

      Прошла неделя. Разведкорпус процветал благодаря совместным усилиям Леви и специалиста по рекламе. Когда в их полку прибыло, Эрвин объявил цель следующей миссии: возвращение Стены Мария. Он приказал специалисту ограничить интервью с Леви, чтобы капрал мог присутствовать на собраниях, посвященных стратегии, и обучать новобранцев. Благодаря выкроенному времени Леви наконец выпала возможность позавтракать и пообщаться со своим отрядом в столовой.       Когда все собрались, капрал бросил короткий взгляд и кивнул каждому боевому товарищу. Он посмотрел на Микасу, которая полностью проигнорировала его и вместо этого суетилась над волосами Эрена. Он понимал, что это была уловка, но все равно почувствовал иррациональный укол ревности. Эта женщина действительно знала, на какие кнопки надо нажимать, что задеть его.       По уже сложившейся традиции, завтрак начался с очередной бредовой речи Конни.       — Вы видели? В городе появилась Самая горячая женщина человечества! — он помахал газетой перед отрядом. Несмотря на все усилия Леви, Финансовый отдел возобновил подписку на «Трост Трибьют».       Леви вновь посмотрел на Микасу. Она уже успела отойти от Эрена и теперь яростно отрывала корочку от своей булочки. Судя по ее недовольному выражению лица, ее идею присвоили самым наглым образом.       — И кто она? — Саша заглянула через плечо Конни.       — Рафаэлла Харт.       — О, любимица жителей Троста! Красавица-певица, очень знаменитая, ее приглашают на светские мероприятия для высшего класса. Мой дядя однажды взял меня посмотреть на ее выступление, — сказал Жан, ухватившись за возможность поважничать перед сверстниками. — У нее очень приятный голос. Тембр легкий, нежный, но в то же время достаточно насыщенный, чтобы дарить усладу для ушей слушателя. От ее пения распускаются розы, а соловьи готовы лопнуть от зависти.       — Вот сука.       — Хейчо! Нельзя же так оскорблять леди! — потрясенно произнес Жан.       — Я имел в виду тебя, Кирштейн. — Жан бросил на Леви злобный взгляд, а Эрен расхохотался. — Если кто-нибудь из вас еще хоть раз упомянет эту бабу за этим столом, я заставлю того вылизать все конюшни. В прямом смысле. Мне некогда с вами рассиживаться, днем у меня интервью, поэтому быстро и кратко отчитались, а потом я распределю задачи на неделю.

***

      После завтрака Леви вернулся в свой кабинет и обнаружил, что специалист по рекламе уже ждет его.       — Давненько не виделись, капрал.       В последний раз Леви видел Эзру, когда тот появился перед его комнатой в четыре-пятьдесят этим утром, умоляя его надеть майку и развратные узкие шорты для ежедневной утренней пробежки. Вернулся капрал с синяками (после всех этих ощупываний) и с натертыми ляжками.       — Я и не подозревал, что мы теперь с тобой как сиамские близнецы, — огрызнулся Леви. — Убирайся, Штайнер. Мне нужно писать отчеты.       — Приличные люди говорят «Пожалуйста, оставьте меня», а не «убирайся», — поправил Эзра. — Но сегодня никак не получится. У Вас намечается важное интервью с Нико Алленом из «Трост Трибьют».       Нико Аллен был журналистом сей печально известной газеты и получил прозвище «бульдог» за свой агрессивный стиль интервью.       — Запомните, он начнет с разговора об общих аспектах Вашей жизни, таких как работа, хобби, жизнь вне работы. Затем, когда Вы будете меньше всего этого ждать, он засыплет Вас личными вопросами, чтобы сбить с толку. Например, он может внезапно спросить Вас о личности автора статей про Самого горячего мужчину человечества и о Вашей связи с ним.       — И в ответ я одариваю его своей добродушной улыбкой и говорю, что это был новобранец, у которого началась стадия бунтарства, но мы его вычислили и наказали в соответствии с его проступком, — продекламировал Леви в замешательстве. Вышеупомянутая «добродушная улыбка» означала, что Леви прищурит и без того узкие глаза и приподнимет уголки губ на два градуса вверх.       — Именно. Но сегодня к нам присоединится мисс Рафаэлла Харт.       Леви оторвался от своих бумаг.       — А?       — Вы хотели сказать «извините?» или «что?» — Эзра невозмутимо продолжил: — Это эксклюзивное интервью о Самых горячих людях человечества, и она будет там в качестве преемницы Вашего титула.       — Тц. И как это поможет привлечь больше солдат в разведку?       — Речь идет не столько о вербовке солдат, сколько о репутации. Видите ли, мисс Харт — очень открытая женщина, и Вам было бы полезно быть… к ней… поближе.       — Ты хочешь, чтобы я поухаживал за ней.       — Я хочу, чтобы Вы притворились ее возлюбленным, — прямо сказал Эзра. — Рафаэлла Харт пользуется популярностью среди народа, а Командор Эрвин признался мне, что разведчикам нужна общественная поддержка для финансирования предстоящей миссии. Ничто так не повышает любовь публики, как новость о том, что между двумя знаменитостями завязались романтические отношения.       Вот говнюк.       — Что, если я против этого?       — Тогда придется придумать другой план. Но это наш лучший шанс, капрал, и у нас мало времени. Кроме того, наша цель — повысить репутацию за счет интриги. Ни Вас, капрал, ни мисс Харт ни к чему не будут принуждать.       Слова Ханджи про него с Микасой внезапно эхом отозвались в его голове. Не хочу видеть, как кто-то из вас будет страдать.       Если он согласится на эту авантюру, будет ли Микасе больно?       — Хорошо, я сделаю это, — в итоге ответил Леви. — Но что, если Харт не желает моего внимания?       — О, я думаю, Ваши опасения напрасны, — рассмеялся Эзра. Леви нелегко было напугать, но в смехе его специалиста по рекламе было что-то такое, от чего волосы у него на затылке встали дыбом.

***

      Во вторую половину дня Леви и Эзра сидели в небольшой комнате для интервью в главном здании «Трост Трибьют» и ждали съемочную группу. Нико Аллен коротко поприветствовал их, затем извинился и ушел, чтобы проследить за приготовлениями. В это же время в комнату впорхнула Рафаэлла Харт. Знаменитая певица, пухленькая молодая женщина, была наряжена в темно-красное платье, которое восхитительно оттеняло ее золотистые кудри. Она оглядела комнату живыми голубыми глазами, подчеркнутыми дымчато-угольными тонами, и поджала накрашенные красные губы. По всем стандартам мисс Харт была красавицей, но Леви она почему-то напоминала вампира.       Нико вошел следом за ней, и она повернулась, чтобы поприветствовать его.       — Нико Аллен! О, как страстно я желала с Вами встретиться! — с явным притворством проворковала мисс Харт. Она бросилась на журналиста, и Леви отшатнулся, перед глазами так и стояла картина, как прекрасная певица вонзает свои острые клыки в шею этого Аллена. — И младший капрал Леви Аккерман. Я так рада наконец-то познакомиться с Вами! — она сделала глубокий реверанс, затем хихикнула. — Ох-ох-ох! Я должна извиниться за свои негибкие ноги. Я так сильно их согнула, но все равно не соответствую Вашему росту! — мисс Харт протянула ему руку для поцелуя.       — Вы опустились достаточно низко, — пренебрежительно произнес Леви. Он почувствовал, как Эзра толкнул его в спину — не особо тонкий условный знак быть более дружелюбным. Из-за действия Штайнера Леви так и не прикоснулся к руке Рафаэллы.       — Ну разве Вы не очаровательны, — со смехом воскликнула певица, отдергивая руку. — Что ж, уверена, вскоре мы проникнемся друг к другу симпатией. — она повернулась к Нико. — Итак, когда мы сможем начать знакомство с капралом, дорогой?

***

      Если Нико Аллена считали бульдогом, то Рафаэллу Харт уверенно можно было назвать ротвейлером. Женщина напирала на Леви, как грузовик, делая настолько жирные намеки, что у него едва хватало времени сориентироваться. Она трепала его по руке, пока та не покраснела, хлопала ресницами, отчего Леви долго вглядывался, не попало ли ей что-то в глаз, шутила о его чувственной способности кушать маленькие фрукты. В какой-то момент Рафаэлла словно случайно уронила свой носовой платок, а затем встала и развратно наклонилась, в результате чего ее нижние юбки сложились, как лепестки распустившегося цветка и взору Леви предстали ее панталоны. Внезапно мисс Харт схватила капрала за руку, в ответ он посмотрел на нее с такой открытой враждебностью, что она покраснела.       Безусловно, это было самое мучительное интервью, которое Леви когда-либо приходилось давать. Но именно в этой крайне неловкой ситуации Леви бросил вызов обстоятельствам и проявил себя настоящим джентльменом. Несмотря на враждебный взгляд, Леви отвечал на назойливые вопросы Нико в равной мере уклончиво и невозмутимо, а на безвкусные выходки Харт реагировал двусмысленными улыбками. Леви пришлось неохотно признать, что столь высокая терпимость была результатом положительного влияния Эзры Штайнера. Это, однако, не помешало ему помечтать о том, как он выколет большие голубые глаза Рафаэллы Харт и засунет их в такой же большой рот Нико Аллена.       Интервью наконец завершилось, но Рафаэлла никак не могла уняться. Она схватила капрала за руку.       — Леви, дорогой, было так приятно познакомиться с тобой, и теперь мне хочется большего. Не желаешь присоединиться ко мне завтра за послеобеденным чаем?       Леви собирался ответить, что он предпочел бы посмотреть, как она сражается с девиантом, но сдержался, когда Эзра бросил на него предупреждающий взгляд.       — Раз ты настаиваешь, — отрезал он.       — Чудесно! Возьмешь мой адрес у моего личного помощника. Увидимся завтра! — и после этих слова она ускакала по своим делам.       Эзра с улыбкой подошел к Леви.       — Вы сегодня отлично держались, капрал. Я говорил с Нико. Он сказал, что эксклюзивное интервью появится в завтрашней газете. Публика будет в восторге!       Сейчас для Леви будущее человечества выглядело гораздо мрачнее, чем до того, как он вошел в эту забытую богом комнату.