Неужели глава Камисато женился?

***

— Паймон, Люмин, добрый день, давно не виделись. — Аяка улыбнулась, прикрыв рот веером и с хитрым прищуром глаз посмотрела на своих друзей. Ей совсем недавно сообщили о том, что в Инадзуму вернется путешественница, и Камисато была бы не против встретиться с давними друзьями, прошло уже около полугода с того момента, как они уехали. — Аяка! — улыбаясь, произнесла Паймон, махая младшей госпоже клана Камисато рукой и покидая борт корабля. Паймон и Люмин только вернулись из своего путешествия в Сумеру и хотели бы навестить своих друзей из Инадзумы, да поделиться последними новостями, опустим, что изначально они приехали сюда по поручению Катерины. Кто же упустит возможность встретиться с давними друзьями? — Что привело вас сюда? — поинтересовалась Аяка, когда Паймон и Люмин подошли к ней ближе. Странно, но даже за столь большой промежуток времени ни Люмин, ни Паймон ни на капельку не изменились, словно специально поддерживали именно этот образ. — Мы здесь по поручению Катерины из Сумеру, ничего особенного. — Люмин улыбнулась, махая рукой, словно говоря Аяке «Не обращай внимания, все в порядке». — Ах, ну тогда хорошо, раз ничего серьезного не случилось. — Аяка как будто расслаблено выдохнула, но этого почти не было заметно. — Сейчас в Инадзуме на удивление спокойно, даже непривычно как-то — чтобы хоть как-то завязать диалог, произнесла Люмин и была права. Люди стали более спокойными, улыбчивыми и добрыми, словно и не было никогда охоты на глаза бога. Многие даже не боялись показываться на улице с глазами бога и это успокаивало. Значит, они смогли помочь и этому региону. — Да, после отмены охоты на глаза бога стало легче, но внутренние проблемы все же есть. Из-за открытия границ приходится налаживать отношения с торговцами Ли Юэ, это только добавляет работы Аято. — как-то грустно вздохнула Аяка, оборачиваясь на какой-то ларек со сладостями, но тут же вернула внимание к гостям. — Ах, думаю, если бы у него был помощник, или жена, возможно, ему было бы легче. — задумавшись, произнесла Паймон, закладывая руки за спину. Аяка как-то загадочно улыбнулась на эту ее фразу, прикрывая лицо веером, чем смутила Люмин и немного напрягала Паймон. Хотя, наверное, должно было быть наоборот. — Паймон сказала что-то не так? — неуверенно спросила девушка, наклоняя голову и внимательно следя за реакцией Аяки. Девушка только загадочно махнула рукой, словно это ничего не значило. — Мы можем наведаться в Комиссию Ясиро, уверена, брат не откажет вам в том, чтобы рассказать вам о своей жене. — Аяка улыбнулась так, словно она была всезнающим мудрецом, а Люмин и Паймон — ничего не знающие глупцы, обречённые на то, чтобы их обманули. — Паймон правильно услышала? Неужели Аято женился? — девушка выкрикнула это так громко, что наверняка слышала вся улица. Но никто не обернулся на громкий вскрик девушки, кажется, просто игнорируя. Аяка как-то весело засмеялась, но продолжила прикрывать рот веером, словно старалась скрыть свой смех от всех. — Да, вся Инадзума на ушах стояла. — весело сказала Камисато, на минуту закрывая глаза и складывая веер о руку. — Неужели? — удивилась путешественница, но, заметив непонимающий взгляд госпожи Аяки, поправилась — Просто, Аято выглядит так, словно в его жизни нет ничего кроме работы, не пойми неправильно. — Ах, что ты, все в порядке. Брат и правда много работает, иногда меня и Тому это беспокоит, но я уверена, что теперь все будет в порядке. — с ее лица, кажется, вообще сегодня улыбка не сойдёт, раз на каждую фразу она так весело улыбается. — Это потому, что у него появилась жена? — уточняюще поинтересовалась Паймон, вновь заинтересованно склоняя голову в бок. — Именно. — улыбаясь, сказала Аяка, тут же перескакивая с темы на тему. — Ах, давайте возьмем им по напитку, Люмин, я знаю, где подают невероятные напитки, сходим? — Паймон тоже хочет необычный напиток, — тут же ворвалась в разговор девушка, чем вызвала смех обеих.

***

В поместье было на удивление тише, чем обычно. Слуги работали, изредка и тихо переговариваясь о чем-то, стражники тоже не были настроены ругаться или как-то перечить друг другу. Тишь да гладь, что бывало редко. Но все же это было только к лучшему, даже день сегодня очень хороший. Нет грозовых туч, которые могут в любой момент пустить в тебя молнию, только летнее солнце на ясном небе. — А Тома сейчас в городе? — оборачиваясь по сторонам, спросила Люмин, нигде не в силах увидеть блондина, что стал ей хорошим другом, и которого она спасла от утери глаза бога. Все таки по нему, как и по остальным своим друзьям, она скучала. — М? Не припомню, чтобы ему куда-то нужно было, скорее всего в поместье вышивает, кажется, он начал вязать шарфы мне и Аято на зиму, но я не уверена. — спокойно произнесла Аяка, задумываясь. Она приложила кончик веера к губе, как-то хмурясь, вероятно обдумывая Тома в поместье или нет.  — Но мы ведь давно не виделись! — сокрушалась Паймон. — Тем более мы могли бы получить скидку в магазине, если бы пошли с Томой. — Что правда, то правда, думаю, он не откажет прогуляться с нами чуть позже, — хихикнула Аяка, лукаво наблюдая за Паймон. — Аяка, а ты ведь знакома с женой Аято, да? — с интересом уточнила Люмин, также прикладывая руку к подбородку, задумываясь. — Конечно, путешественница, я же участвовала в организации свадьбы, пусть она и прошла довольно скромно, но все же… — девушка пожала плечами, словно это что-то обыденное. Свадьба по меркам клана и правда прошла довольно скромно и закрыто, но на то были причины, которые путешественнице знать необязательно. — А какая она? Ты извини, не каждый день узнаешь, что глава Камисато женился. — Люмин неловко улыбнулась, чуть разводя руки в стороны. — Ах, все в порядке. Хм, дай подумать. — Аяка как-то хитро улыбнулась, заходя на территорию поместья и здороваясь с одним из стражников. — Хм, могу сказать, что это довольно обаятельный человек, к каждому может найти подход, особенно, когда это необходимо, очень добрый и… Хм, наверное, ласковый, трудолюбивый… Ах, и достаточно милый и преданный, я не знаю как, но он стойко выдерживает то, что готовит ему Аято и не жалуется! — Аяка хихикнула, последнее было особенно в тему, потому что, давайте признаем, готовит Аято не очень. — О, Архонты, но ведь Аято готовит плохо! Паймон помнит, как он попросил смешать грибы и молоко, это ведь ужасно! Не представляю, как его жена выдерживает это! — тут же сокрушалась Паймон, видимо, совершенно не завидуя супруге Аято. Аяка вновь хихикнула, заходя уже в само здание поместья. — Госпожа. — поздоровалась с ней одна из слуг, склонившись в уважительном поклоне как только они пересекли порог. — Здравствуй, не знаешь, Тома в поместье? — сложив веер о руку, поинтересовалась Камисато. — Да, леди Камисато, насколько я знаю, он во дворе вышивает, сказать ему, что вы его ищите? — слуга поднялась из уважительного поклона, совершенно спокойно и обыденно уточняя. — Не стоит, хотя… — поймав заинтересованный взгляд Люмин и Памон, поменяла свое решение. — Хотя нет, скажи, что прибыли гости, с которыми мы давно не виделись, думаю, он будет рад встрече. Аяка вновь спрятала хитрую улыбку за веером. — Да, леди Камисато. — слуга вновь поклонилась, и убежала в сторону другого выхода.

***

— Путешественница, Паймон! — буквально через минуту раздался радостный оклик знакомого голоса. Тома вышел к ним с радостной улыбкой от уха до уха, прикрыв глаза. Одна из его рук находилась на талии, а второй он приветливо махал гостям. Люмин вспомнила, что также он приветствовал их в первый раз в Инадзуме. Это навевало воспоминания. — Тома, ты представляешь, что произошло! — Паймон тут же радостно подлетела к нему, улыбаясь и дергая ногами в предвкущении. — Нам не продали еду по скидке! Тома радостно рассмеялся, понимая, что только Паймон могла переживать о такой ерунде, но беловолосая тут же начала другую историю о каком-то торговце, который принял ее за летающую консерву. — Господин, я приготовила стол, как вы просили. — в комнату вновь зашла служанка, склонившись в уважительном поклоне. — А, точно, благодарю. — Тома обернулся, ласково улыбаясь ей, после чего повернулся к гостям. — Предлагаю пройти за стол, сомневаюсь, что вы пришли просто так, заодно и поедим. Ах, леди Аяка, я приготовил то блюдо, которое вы просили, думаю, вам понравится. — Ах, Тома, благодарю, Аято занят, да? — уточнила Аяка, быстро подходя к Томе и идя с ним наравне. — М? — Тома обернулся, чуть замедляясь, чтобы идти со всеми на одном уровне. — Хм, у господина еще оставались дела на вечер, насколько я помню, но я думаю, что он был бы не прочь присоединиться. — Разве такой занятой человек может запросто оторваться от работы? — удивилась Люмин, во все глаза рассматривая Тому, все не в силах понять, что в нем изменилось. Он стал более радостным что ли, хотя, нельзя сказать, что он до этого был грустным. Тома и внешне немного изменился, хотя невооружённым взглядом это заметить было бы сложно. У Томы немного отросли волосы и теперь они доставали ему до лопаток, хотя, возможно даже ниже. Взгляд его зелёных глаз стал более весёлым и жизнерадостным, чем раньше, хотя, казалось бы, куда ещё радостнее. Одежда его не изменилась, но вот привлекли взгляд Люмин руки Томы, хотя, скорее даже то, что было на его пальце. На его пальце Люмин приметила золотое кольцо на безымянном пальце, но подумала, что ей показалось, поэтому не сказала ничего. — Ах, путешественница, поверь, если его попросит Тома, брат сделает, что угодно. — Аяка засмеялась, как-то лукаво смотря на управляющего. — Госпожа… Люмин только заметила как Тома смутился практически до кончиков ушей, под смех Аяки. — Тома! — позвала управляющего Паймон, на что тот кинул на нее заинтересованный взгляд. — А ты видел уже жену Аято? Тома подавился воздухом, тут же отворачиваясь и кашляя куда-то в сторону, пока плечи Аяки тряслись в беззвучном смехе. — Я-я-я, н-не думаю, что я могу разглашать эту информацию. — Тома нервничал, как-то нервно теребя безымянный палец. — Ну скажи, она хотя бы красивая? — не унималась Паймон, видимо игнорируя факт того, что Тома весь красный идёт с ними практически до ушей. — Эмм, ну… Ам, думаю, вполне? — Тома мямлил что-то себе под нос, из-за чего Паймон что-то недовольно говорила, так как почти не понимала, что говорит блондин. Аяка только посмеивалась, лукаво наблюдая за этой ситуацией. Все четверо зашли в комнату, в которой уже был накрыт стол. Здесь было много всяких разных блюд, совершенно по разным рецептам, здесь были и блюда из Ли Юэ, и из Инадзумы, и что-то напоминающее блюда Мондштадта. Но они все были приготовлены, словно на один лад, но это не делало их плохими, скорее наоборот, добавляло некую изюминку. — Ах, неужели это те самые Мондштадтские оладушки? — Аяка радостно, словно на секунду забывая о статусе, захлопала в ладоши, тут же вновь закрывая лицо веером. — Да, госпожа, все же я еще помню, как их готовить, но здесь есть еще много блюд, которые вам понравятся. — тут же весело начал рассказывать Тома, показывая на каждое блюдо. — Ах, блюда Томы лучшие! — воскликнула Паймон, радостно хлопая в ладоши и усаживаясь за свободное место.

***

— Я слышал, к нам прибыли дорогие гости, — двери аккуратно разъехались в стороны, являя господина Камисато во всей его красе. Светлые волосы, пусть и были совсем немного растрепаны, но этого практически не было видно. Глаза, что секунду назад были заполнены вселенской усталостью, теперь только светились каким-то счастьем, поглядывая на Тому. Одежда была привычной, пусть и немного, совсем немного мятой, но несмотря на все, Аято нашел время чтобы прийти сюда, к ним и поесть в спокойствии за разговорами и даже выглядел при этом, при всей своей загруженности и усталостью, великолепно. — Ах, Мой Лорд, вы все-таки пришли. — Тома улыбнулся ему так широко, словно пытался своей улыбкой озарить всю комнату. — Я надеюсь, что мне тут место найдется, верно? — он осмотрел стол как-то лукаво, задерживая после взгляд на Томе. — Конечно, брат, мы специально оставили тебе место рядом с Томой, все в порядке, ты как раз вовремя. — Аяка улыбнулась ему ярко и тепло. Аято так по-лисьи улыбнулся, так довольно, словно кот, наевшийся сметаны. Как и полагается главе клана, он грациозно занял свое место, рассматривая то, что есть на столе. Диалог завязался сначала между Аякой и Аято, все же Люмин больше наблюдала за семьей Камисато и Томой, подозревая, что здесь что-то не так. — Господин Аято, — подождав, пока между братом и сестрой будет пауза, позвала Люмин. — Аяка рассказала нам, что у вас, за время пока нас не было, появилась жена, это ведь правда? Тома тут же прикрыл рот рукой, отворачиваясь и опуская палочки чуть ниже на тарелку. Аято кажется этому вопросу даже не удивился, только лукаво поглядывал на Тому, усмехаясь, словно ждал его реакции на это. — Да, правда, путешественница, что-то произошло? — выждав паузу, произнес мужчина, поворачиваясь на путешественницу и подпирая руками голову так, чтобы руку с кольцом на пальце было видно. — Правда? Но Паймон не видела ее в поместье. Аято вдруг тихо засмеялся, прикрыв рот рукой и частью рукава, что показалось довольно странным, особенно если учитывать, как покраснел Тома от этих слов. На секунду показалось, что он хочет провалиться со стыда под землю. — Паймон, я более чем уверен, что вы уже виделись с моей женой. Верно, дорогой? — Аято повернул голову на Тому, что уже просто руками лицо закрыл, чтобы хотя бы не видеть две совершенно одинаковые лисьи улыбки своих господ. Нет, ну черт возьми, ну почему у них даже чертовы улыбки эти одинаковые? Тома чувствовал, как пылают его щеки, вся эта ситуация была очень смущающей, и Тома правда хотел провалиться сквозь землю. Ну не привык он ещё к такому яркому показу, чуть ли не на всю Инадзуму, что они с Аято поженились. Ему непривычно, и вместе с тем ему было очень приятно слышать такие слова. Он не знал почему, но в груди после таких слов обычно разливалось тепло, но вместе с тем это всё ещё жутко смущало. — А почему Аято так смотрит на Тому? — как бы незаметно шепнула Паймон, но это слышали все за столом. — Тома, дорогой? — Аято бережно, слишком бережно для отношений господин-слуга, взял руку Томы в свою, убирая ее от лица блондина и поднося к своим губам. — Господин, я когда-нибудь со стыда сгорю, если вы продолжите. Аято только тихо рассмеялся, смотря на Тому таким теплым взглядом, словно старался передать ему любовь всего мира. Люмин вежливо кашлянула, словно напоминая этим двоим о том, что они не одни, ну точнее попыталась напомнить об этом Аято, потому что Тома то явно о их присутствии не забывал. — Мой Лорд, давайте не здесь. — шепнул весь смущенный Тома, пытаясь аккуратно убрать свою руку из рук Аято. — Аято, брат, — Аяка отвлекла его от разглядывания Томы, обращая внимание на себя. — Все в порядке на работе?  — Ах, все хорошо, не переживай, все в порядке. Тома, а тебя ничего не беспокоит? — сдержанно кивнул сестре Аято, тут же отвлекаясь на блондина. — Нет, мой лорд, меня ничего не беспокоит. — Тома все еще был немного смущен. Паймон же уже с минуту переводила взгляд то на Тому, то на Аято, и не понимала, что ей кажется неправильным. Но все казалось таким правильным, таким логичным, словно Аято и Тома женаты уже несколько лет. Словно они поженились уже давно, а путешественница только что об этом узнала. Их отношения развиваются уже давно, но решились пожениться они только полгода назад, после отмены охоты на глаза бога. Ну, точнее решился Тома, который долго увиливал от этой темы, но в конце-концов все-таки сдался и вышел за Аято, пусть ещё и волновался иногда на этот счёт. Все-таки Инадзума была лишь в курсе того, что Аято женился и все сами, безоговорочно решили, что его супруга — женщина. Но это не так, но никто из комиссии Ясиро и семьи Камисато не стал переубеждать их, просто позволили слухам распространяться. Ничего плохого от этих слухов не будет, все более высокопоставленные люди в курсе, кто жена Аято. Им, пусть и не пришлась эта новость по душе, но они приняли ее как должное, просто из желания сохранить хорошие отношения с кланом Камисато. — А Паймон хочет узнать! — Аято перевел на нее заинтересованный взгляд. — Паймон правильно поняла, что Тома — жена Аято? Аято как-то весело засмеялся, лукаво поглядывая на Тому, который уже вовсе отложил палочки, и Люмин почему-то показалось, что он уже жалел о том, что Аято пришел сюда. Путешественнице даже показалось, что Тома сейчас, подобно своему глазу бога, сгорит со стыда.

***

— Мой лорд, зачем вы так? — Тома сидел весь совершеннно красный после этого нелепого диалога. И слава богу, что Паймон не такая догадливая, а Аяке удалось под каким-то там предлогом утащить Люмин погулять по городу. — Что тебе не нравится, огонек мой? — Аято, аккуратно положив еду в рот, вновь повернуся к Томе, рассматривая его покрасневшее лицо и уши. Как же ему было приятно наблюдать за именно таким смущенным Томой. Он просто прелесть в любом виде. — Зачем болтать об этом всем, неужели вы хотите, чтобы об этом узнала вся Инадзума? — якобы недовольно произнес Тома, но в голосе его сквозила лишь небольшая обида. — Тома, все кто надо, уже знают, не беспокойся об этом настолько. Тем более разве тебе самому не нравится? Аяка рассказывала, что ты после свадьбы чуть ли не светишься. — Архонты, еще и госпожа Аяка. — Тома вновь закрыл лицо руками, не желая даже взглянуть на Аято. Он не был уверен, что его сердце выдержит ещё одной волны этой ласково-лукавой улыбки — Тома, — растягивая гласные, позвал Аято, но блондин не реагировал. — Тома, дорогой. Тома молчал, совершенно не зная, что на это говорить. — Тома, но тебе ведь нравится это, я же прав. — и это ни черта не вопрос. — Тебе это нравится, я просто не понимаю, почему ты так смущаешься этого факта.  — Просто, от вас это слышать немного странно. — честно признался Тома, не в силах соврать господину, понимая, что ложь обойдется дороже. — Тогда я буду говорить тебе об этом каждый день, чтобы ты привык скорее. Хотя, мне нравится когда ты смущаешься. — Аято повернулся на Тому, опуская палочки на стол и подпирая голову руками. — Аято. — упрекнул его Тома, — Тома, я люблю тебя. Я так рад, что ты вышел за меня замуж. — Аято шептал это таким вожделенным, таким интимным голосом, что это ещё сильнее смущало, чем упоминание о том, что они супруги. — Я тоже тебя люблю. Аято, но прошу не говори так больше, ладно? — Тома понимал, что сейчас Аято согласится на все, но с вероятностью в сто процентов он ещё долго будет об этом говорить специально, много и долго. — Я постараюсь, дорогой. Люблю тебя. — Аято наклонился ближе, оставляя на губах супруга лёгкий поцелуй