Последствия не обратимы

Изначально, что я почувствовала, когда очнулась, это адскую боль. Словно в голове тикал взрывной механизм, готовый вот-вот взорваться. Тяжелые веки еле поднимались. Не видимая сила не давала возможности, ни открыть полностью глаза, ни двигаться. Первые пару минут - как в тумане. Скованность тела, невозможность пошевелиться. Любое движение какой-либо частей отдавалось дикой болью. От безысходности моего положения слёзы наворачивались, стекая теплой струйкой по щеке. Прежде придя в себя, я ничего не помнила, но всего мгновения спустя, воспоминания нахлынули одним скопом. День рождения, счастливые родители, брат, задувающий свечи на праздничном торте, огни, вспышка, испуганный отец, крик матери, «Мы вас любим». Воспоминания били по мне с невероятной силой, одно за другим, отзываясь жуткой болью в голове. Зажмурив глаза, я ничего не могла поделать, единственное, что мне оставалось, это кричать. Вопить от безысходности, беспомощности, и конечно же, от непередаваемой чудовищной боли, разрывающей моему телу на тысячи кусочков. -ААААААААААА, - вопль вырывался из груди, - о господи, Айзек, мама, пап,- забыв о бессилии, попытка встать была безуспешно провалена. Снова и снова пытаясь через силу принять вертикальное положение, всё было впустую. Тело отказывалось слушаться. Разбитая я лежала на раскалённой земле. Сосредоточившись на мышцах шея, едва повернула голову в сторону дома и ужаснулась. Улица, дома, аллеи всё превратилось в пепелище. Огонь безжалостно ещё пожирал вещи, которых уцелели, но таких было мало. Собрав всю волю в кулак, я все же смогла найти в себе немного сил. Ползя к дому, цепляясь за землю руками, тело медленно волоклось по сожжённой траве, иногда попадая на обуглившиеся участки. В воздухе стоял смрад, пахло сожжённой плотью, предположительно моей. Пальцы без труда входили в рассыпчатый грунт, заполняя ногти грязью, гораздо тяжелее подтягивать каменное неподвижное тело, чем терпеть ту боль, которую мне причиняют раскалённые предметы, попавшие под меня. Подбираясь всё ближе к крыльцу, сознание начинает мутнеть, чувствовалось сильное головокружение и резкий запах железа. Не раскалённого, а того которым мы чувствуем перед тем как из носа пойдет кровь. Я ощутила, как она все же хлынула из носа, попадая прямиком в мой пересохший от жажды рот. Глаза тоже словно высохли, их жгло, как будто бы в глаза закапали соус табаско. Я не могла четко видеть все происходящее, только расплывчато и только пятнами. Пред взором преобладали ярко красные оттенки. Невыносимая жара окружало мое тело, ощущения такие будто бы меня варят в котле. Картинка перед глазами еще больше поплыла, словно когда в детстве ты смотришь на окружающее тебя через старые толстые очки дедушки. Хватаясь из последних сил за реальный мир, пытаясь оставаться в сознании, я подняла своё безжизненное тело на одну из ступенек крыльца. На этом силы окончательно покинули меня, туловище обмякло, и я провалилась в сон, такой желанный для организма. Погружаясь все больше в свой бессознательны мир, я позволила разуму построить настолько реалистичную иллюзию моей прежней жизни, что просто забыла обо всём происходящем. Мне снилась семья. Отдых на природе, это был пикник по случаю дня благодарения. Я, папа, мама, Айзек снова были вместе. Радость переполняла моё тело до краёв. -Луна, не сиди на траве, платье запачкаешь, - раздался до боли любимый голос матушки, - оно же белое, потом от зелени не отстираешь, - я мигом оказалась на ногах и подбежала к матери, заключив её в самые крепкие объятья, что были мне доступны. -Чем вы тут заняты? А к вам можно? – прозвучал голос отца за спиной. Он держал на руках Айзек одетого в его любимый костюмчик морячка. Тот беззаботно хлопал в ладоши, радуясь всему на свете. -Папа, - слёзы хлынули ручьём из глаз, - вы здесь. -А где же нам ещё быть всё-таки это семейный пикник, почему ты роняешь слёзы из своих прекрасных зеленных глаз, - его слова были настолько тёплыми и нужными, что я обняла обоих родителей, прижимаясь как можно сильнее. Айзек был немного в замешательстве от создавшейся картины, но это длилось пару секунд, залившись звонким детским смехам, он обнял родителей за шеи. Почувствовать себя счастливой было так просто. Но вдруг сюжет стремительно переменился. Я полетела на землю, так как родители исчезли из объятий. Окружающее меня стало настолько ярким, что кололо в глазах. Смех отдавался басом. Поляна сменилась жутким лесом обволакивающий туманом. Точно начала фильмов ужаса, по коже бегали мурашки, чувства страха нарастало с каждой минутой, не покидая ни на секунду. Вдали среди деревьев виднелись три не расплывчатых силуэта. Предполагая, что это родные, я сорвалась с места и побежала им навстречу, но они пропали. Рядом зазвучал детский смех и что-то маленькое мелькнула неподалёку от меня. Проследив за траекторией движения этого существа, на глаза попались моя семья, но они были повёрнуты ко мне спиной. Усилия их окликнуть, оказались безрезультатны. Я попыталась добежать до них, но чем быстрее я бежала, тем стремительнее они удалялись. В конце концов, упав от бессилия, на секунду сомкнув глаза пытаясь осознать хоть что-нибудь. Открыла их вновь, обстановка снова поменялась, снова оказавшись на поляне, которую тоже затянул густой молочный туман. Под деревом сидел повёрнутый спиной Айзек, всё так же звонко смеясь и активно размахивая руками. Добежав до брата и повернув лицом, меня сковал невообразимый ужас. Айзек сидел весь в крови и улыбался. Возникшие из-под земли родители выглядели аналогично брату. Всё напоминало фильм ужасов, больше экшена и крови, наверное, было только в киноленте «Пила». Я инстинктивно стала отступать, по пути спотыкаясь о, что-то. Возможности посмотреть под ноги или обернуться не было. Взгляд приковали мама и папа приближавшиеся ко мне. В жилах застыла кровь. До ушей донёсся душераздирающий вопль, это был мой крик. Смех родных резал уши. Словно кто-то проводил острым предметом по меловой доске. Попытавши зажать руками голову, чтоб ослабить давление на слуховой канал, перед носом что-то промелькнула. Это были мои руки. Присмотревшись, я увидела, в чём они. Кровь. Она стекала по предплечью и падала крупными каплями на траву вокруг меня. Вот тогда-то я и рассмотрела о, что всё время спотыкалась, это были человеческие останки. Кости полностью застилали поляну, не оставляя ни единого просвета. -Твоя вина…это всё твоя вина,- закричал отец указывая на всё это. -Посмотри, что ты наделала, - завопила мать. -Не ты должна была выжить, а мы, - чуть слышно произнёс Айзек, - НЕ ТЫ! – быстро вскочив, он набросился на меня, схватил за запястье своими крохотными ручками и провернул его так, что я услышала хруст. Часть сломаной кости вывернулась наружу. -Нееееет! – мой крик настолько оказался громки, что после этого последовал глухой удар по голове, и я вновь погрузилась во тьму…