Мне больше не страшно.

Неделя за неделей летели, сменялись дни, желтели и опадали листья, вместе с ними умирала надежда. Надежда Кэтрин, что кошмар, ставший явью, - жизнь без Ходжа Бейкера, поскорее закончится. Она сама сбежала от него, в очередной раз, полагаясь на то, что сбежать=забыть. Но это не работало. Он не позвонил ни в этот день, ни на следующий, ни спустя почти месяц, а девушка в каждый из этих никчемных дней занималась самоуничтожением. Потому что больше сил не оставалось ни на что. За три дня в Нью-Йорке её жизнь скатилась в ещё более глубокую яму, несмотря на то, что Кэт так старательно её оттуда доставала. Как забыть человека, который за 72 часа перевернул твою жизнь, душу, разум, а затем бесследно исчез. Всё было бы правдой, но пожелала исчезнуть сама Кэтрин. Как жаль, что до её юной головки озарения в виде чувства под названием "Любовь" доходят не сразу. Полюбила ли она? Безусловно. Но она так боялась привязываться и верить людям, она знает, как бывает больно. Научена опытом. Но сама причинила адскую боль не только себе. Тренировки - вот единственное, что заставляет её выйти из дома, выдавить из себя жалкое подобие живого человека. Её воспитанницы не виноваты в том, что у их наставника большие проблемы в личной жизни. Глобальные. Именно поэтому сразу после занятий она идёт домой, покупая по пути с десяток разных сладостей, чтобы искусственно породить внутри гормон радости. А затем все по кругу: снова она вспоминает Бейкера - старшего, снова плачет, снова утыкается в подушку, пытаясь вспомнить его запах, но ни черта не выходит, поэтому в жалких попытках засыпает, чтобы увидеть этот кошмар во сне. Каждый раз, услышав звук уведомления на телефоне, она надеется, что это он. Но это не он. Не позвонил спустя месяц, значит не позвонит уже никогда. Она убеждается в том, что была лишь развлечением на пару раз, игрушкой в умелых руках Ходжа Бейкера, и только эта "ненужность" заставляет её каждый день открывать глаза и жить дальше. Пока сложно, но время ведь лечит, верно? Майк. Как ненавистно становится его имя. Он не тот, совсем не тот, но упорно не замечает этого. Кэтрин так и не смогла сказать ему всех тех слов, которые рождались у неё в голове, пока она была в Нью-Йорке. Не получилось, не хватило сил и смелости. А Майк, как назло, старался быть ближе. Он точно знал, что у девушки что-то не так, поэтому пытался достучаться до неё, добиться хоть слова. Но она лишь отмахивалась от него дежурными фразами: "все в порядке", "не волнуйся", "пройдёт". Но спустя даже 5 недель ничего не менялось, хотя она позволила Майку пару раз позвать её на свидание, лишь бы на пару часов забыть образ Ходжа. Он радовался, пользовался своими шансами, как мог, но такая грустная Кэтрин была ему не по душе. Она больше не источала свет, её глаза потухли, словно из них выкачали всю жизненную силу, она похудела, стала призраком той девушки, которая 2,5 месяца назад стала его коллегой. К душевным болям Кэт добавились ещё и старые друзья - фантомные боли в бедре. Она изнывала в буквальном смысле, когда среди ночи, боль разрасталась с новой силой. Таблеток не было. Она же пообещала себе больше никогда не есть эту дрянь. Но как унять боль, она не знала, она просто терпела. Проснувшись однажды утром, Кэтрин решила, что будет блокировать в голове любые моменты, связанные с чёртовым Ходжем Бейкером. Ему нет дела до неё, почему она должна страдать? Она приняла ванную, сделала себе лёгкий макияж, даже уложила волосы, хотя весь предыдущий месяц ходила на работу с простым пучком на голове. Решительно оглядев свой гардероб, она поняла, что с сегодняшнего дня должна выглядеть хорошо ежедневно, потому что в её жизни больше нет места этому ублюдку, который ей воспользовался, и жалеть себя она больше не будет, потому что она сильная, черт возьми. Выбор пал на короткую прямую юбку из твида, и нежно-розовую водолозку из кашемира. Мягкое пальто, сапоги на высоком каблуке дополнили её образ. Она довольна собой, но глаза по-прежнему безмолвны, они потухли, грозясь никогда не загореться вновь. На неё накатывает головокружение, ставшее привычным за последние две недели. Долбанный стресс, океан слез, пролитых из-за одного человека, и бесконечное ожидание его появления сделали свое дело - расшатали её нервную систему до конца, и она то и дело каждое утро выдаёт сбой в виде непрошенного головокружения. Надоело! Надо срочно вылезать из этого дерьма! Выпив стаканчик кофе по пути на работу, Кэт приходит в себя, не подавая виду, что ещё буквально 20 минут назад она готова была свалиться в обморок в собственной прихожей. Словно по расписанию, её встречает Майк, желающий хорошего дня, она ему рада. Кроме него, пусть не такого желанного, но в то же время доброго, заботливого, поддерживающего, у неё в этом городе нет никого. Она цепляется за него, как за спасательный круг, в надежде выплыть из бескрайнего океана своих проблем. Мысленно девушка уже сотню раз наругала себя за свою связь с Ходжем, ведь она изначально знала, что лезет в густые дебри, из мерзких лап Оушена она собственноручно подала себя на ужин другому хищнику - мистеру Бейкеру. Прогоняет навязчивые мысли прочь. Улыбаясь Майку самой милой улыбкой из всех возможных, она произносит: - Привет Майк! Может перекусим вместе в обед? Мужчина ошеломлен её неожиданным предложением, Кэтрин сегодня явно другая, но ему нет дела до причин её странного поведения, ведь, если он не ослышался, она его сама пригласила пообедать, что ж, у него есть идея получше. - Кэт, милая, я бы с радостью разделил с тобой обед, но в это время у меня встреча, поэтому давай лучше встретимся вечером, мои друзья устраивают классную вечеринку, пойдём, тебе нужно развеяться, - лукаво смотрит на девушку, ожидая её согласия. Она сегодня сама не своя, поэтому соглашается, следуя своему главному принципу - меньше мыслей о Ходже. - Отличная идея, Майк. Я с радостью. - Я заеду за тобой в 8, будь готова, милая, - расплывается в улыбке мужчина. Ему не верится, сегодня она проведёт с ним вечер, наконец-то. Как долго он этого ждал, она по собственной воле согласилась, а это значит, что он может пользоваться её добротой и подаренным шансом. Главное дать Кэтрин расслабиться, а остальное пойдёт, как надо. От лица Ходжа: Я не знаю, какой сегодня день, какое число, какой месяц, я потерял себя в своей работе. Я живу здесь. Блять. Я даже не помню, когда в последний раз я спал дома. Дома.. Больше это не дом, потому что там невозможно находится, там она предала меня, выкинула из своей жизни, как ненужный мусор, перед этим разорвав на части. Как ты мог в это вляпаться, старик? Все с самого начала с этой мисс Хилл было не по плану. Я не пускал в свою жизнь женщин, знал что все они лживые алчные шлюхи, знал ведь... И впустил её. Но она ушла, не взяв ничего взамен. Ушла так, словно я пустое место. Теперь моё сердце сплошной лёд на все моё оставшееся существование. Я не способен любить, я не способен прощать, я не способен на любые человеческие возвышенные чувства, я мёртв. Тварь! Как она могла? Моё эго было сильно задето. Но я знал, как себя излечить, знал, потому что нарабатывал свой стержень годами. Работа - вот всё, что у меня есть. А девушку по имени Кэтрин Хилл я больше не знаю. Её не существует. Её портрет, купленный у Брайана, до сих пор лежал в моей квартире, накрытый чёрной тканью, я не мог его даже выбросить, потому что не хотелось трогать что-то, что связано с ней. Спустя время я осознал, что счастлив от того, что она уехала, я больше никогда её не встречу. Тем лучше, никаких флешбеков, никаких воспоминаний. Таких, как она, сотни. Если захочу, то найду себе новую. Омерзительный ход мыслей. Но так легче. Работа занимала всю голову, я был погружен в дела, как никогда. Ещё и старый мерзавец Оушен объявился. Черт бы его побрал! Откуда он только берет всю эту дрянь, которая так пользуется спросом среди обдолбанных малолеток и детей богатеньких родителей. Наркобарон, мать его! Давно пора его упечь за решётку, иначе его веселящие пилюли скоро доберутся и до моего клуба. В кабинет заходит Доминик с новой "порцией" документов, среди которых есть занятная бумажонка с именами тех, кому этот ублюдок Оушен поставляет наркотики в особо крупных размерах. Все это важно для того, чтобы иметь достаточный компромат на старика, поэтому я детально изучаю каждое имя. Пока мой взгляд не цепляется за одно из них. Майк Миллер. Что за тип? Я точно не знаком с ним, хотя все предыдущие имена из списка так или иначе узнавались мной, из-за того, что были они либо владельцами казино в разных штатах, либо владельцами других увесилительных заведений. Но это, неизвестное мне, имя никак не выходит из головы. Отвлекаю себя просмотром других документов из кучи "очень срочных". Но мысли все равно возвращаются к этому списку. Чутье редко меня подводит, поэтому я все-таки к нему прислушиваюсь, ещё не догадываясь в какой заднице окажусь через пару часов, когда на моём столе будет лежать досье на имя Майка Миллера. Трезвый ум и хорошая память - ещё одни из моих лучших качеств, которые сыграли на руку. Как только я вижу физиономию этого салаги, внутри разрастается ком неприятных, сплетенных между собой, мерзких чувств. Вот же блядство! Я узнал его сразу: это с ним сидела в ресторане моя Кэтрин. Какого черта она делает рядом с ним? Что за отношения их связывают? И во что она опять вляпалась? Я хочу узнать, кому толкает наркоту Оушен. Я хочу узнать, кто такой Майк Миллер. Я хочу узнать, что у них с Кэтрин. Блять, ладно, я чертовски волнуюсь за её очаровательную пятую точку. Но я ни за что не позвоню ей. Не приближусь ни на миллиметр, потому что она ушла, и теперь я даже знаю, зачем и к кому. Ревность. Поганое чувство, но оказывается я способен и на такое. Невозможно. Просто, сука, невозможно. Я прекрасно знал о её зависимости от болеутоляюших, с которой она справилась, но неужели она нашла новое "успокоительное"? Меня не должно беспокоить то, что происходит в её жизни, я ведь вообще ничьей жизнью не интересуюсь, кроме своей собственной, но я все равно хочу знать всё о каждом её шаге, оправдывая свой интерес тем, что так легче докопаться до Оушена. Вот только не думал я, что так скоро я узнаю о её "новой" жизни всё и даже больше. Ближе к полуночи Доминик принёс мне папку со словами: - Мистер Бейкер, это по делу Оушена, это важно, но вам это, скорее всего, не понравится. От лица автора: Гримаса боли поселилась на лице мужчины, когда он увидел то, чего боялся. Она действительно была с Миллером, несколько фотографий, подтверждающих их связь, следовали далее, открывая все новые подробности жизни мисс Хилл. Ходж Бейкер постарался натянуть максимальную маску равнодушия, потому что ну не может сломать его какая-то молодая девица, пусть и очень хорошенькая. О том, куда эти двое, Хилл и Миллер, направлялись поздно вечером, информации не было. Но Ходж был уверен, что она опять стала жертвой чёртовых запрещенных веществ, которые любезно ей предоставил Майк. Сомнений у Бейкера не оставалось, он хотел захлопнуть эту папку и больше никогда не видеть довольную Кэтрин рядом с каким-то ублюдком, потому что ревность сжигала все внутри него. Но Доминик вдруг резко остановил своего начальника: - Мистер Бейкер, там ещё кое-что... - Мне неинтересно, нахер ты мне вообще принёс эту фотогалерею? Разве это касается наших интересов? - Бейкер гневно выплевывает эти слова. - Мисс Хилл... Она в больнице...Кажется, у неё передоз, - Доминик старается говорить аккуратно, потому что ходит, словно по минному полю, не зная, где сработает бомба под названием "Ходж Бейкер". На лице Бейкера поселяется ужас, смятение, гнев, страх - все эмоции сразу. Но он резко встаёт из-за своего стола, находу бросая ошеломленному помощнику: - Срочно мне билет на ближайший рейс. Ему никогда не было так страшно, никогда он не чувствовал такой тревоги, потому что ему не за кого было переживать. Он всегда был один, потому что одиночество было для него самым искренним собеседником. Его импульсивное решение сорваться сейчас же к Кэтрин было необъяснимым, но что-то двигало им изнутри, неведомая сила гнала его к ней. И он ей подчинялся. *** Через несколько часов он широкими уверенными шагами рассекал коридор клиники, в которую привезли Кэт вчерашним вечером. Отыскать её лечащего врача оказалось несложно, узнать, что с ней произошло - тоже, нужно было лишь хорошенько надавить на доктора, который увидев обеспокоенный взгляд Бейкера, поведал мужчине все о состоянии здоровья девушки. И пусть то, что услышал Ходж, оказалось для него очередным ударом, главное, он знал, что она будет жить. Этого достаточно. Передоз тоже был довольно условным, но наличие наркотических веществ в её организме подтвердилось словами доктора. Оставалось только ждать, когда Кэтрин придёт в себя. Возле палаты девушки не было никого, кроме Ходжа Бейкера. Сломленного, уставшего, потерянного. Теперь он понимал, почему она сбежала от него, появились хоть какие-то объяснения, но легче не становилось. Он окончательно убедился в том, что она такая же, как все. Жалкая, ущербная, мелочная. Он не мог зайти в её палату, не было сил на встречу с ней, даже спящей под глубокой седацией. Он больше никогда не сможет прикоснуться к ней, потому что она растоптала и выбросила все хорошее, что было между ними. Ходж Бейкер задавался только одним вопросом, почему Миллер не здесь, почему он накачал её своими классными таблеточками и бросил её? Кто ей скажет о том, что произошло, и как она это воспримет? Вопросов было больше, чем ответов. Но недостаток сна за последние двое суток сказывался, и Ходж задремал прямо в больничном коридоре напротив палаты Кэтрин.