Нерушимое обещание

— Я хочу печенье и сливки, пожалуйста! Изуку стоял рядом со своей матерью в магазине мороженого, практически излучая солнечный свет. Он корчил глупые рожи ближайшему ребенку, пока его мать расплачивалась с мужчиной за прилавком. — Изуку, давай посидим снаружи и насладимся нашими угощениями. Изуку повернулся лицом к своей маме и отдал честь. — Хорошо, я выберу столик. Мальчик хотел выбежать на улицу, но передумал и подождал, чтобы открыть дверь своей маме. Оказавшись снаружи, они сели за столик с видом на мини-цветочный сад. — Мама, мама! Ты знала, что герой, эм, Бест Джинс? Да, именно так. Его причуда такая крутая. Он может управлять одеждой! Ну, это не совсем правильно, это больше похоже на… эм, о, как бы это сказать? Это вроде как… Объяснение Изуку превратилось в бормотание, но Инко не возражала, ей нравилось видеть своего мальчика таким счастливым и восторженным, она и не мечтала убить этот момент. Изуку говорил и говорил, переключаясь между разглагольствованиями и бормотанием. ‘Этот злодей сделал это’ и ‘этот герой сделал то’. Героические речи бесконечно лились из уст Изуку, прерываясь только тогда, когда он съедал кусочек своего мороженого. В конце концов Инко пришлось остановить его, чтобы дать ему понять, что пора идти домой. Изуку едва моргнул ресницей. Он вскочил, подошел к матери и продолжил нынешнюю героическую битву, о которой говорил. Они шли около десяти минут, и Изуку ни разу не перестал делиться своими мыслями. — и тогда злодей начал поглощать энергию из травы вокруг него и начал расти еще выше! Теперь ты могла бы подумать, что героям там будет труднее справиться со злодеем из-за этого, но это ч-тьфу! Изуку был прерван, когда внезапно схватился за живот. — Изуку, дорогой, что случилось? У тебя болит животик? Изуку сделал паузу на мгновение, начиная кивать головой, но затем покачал ею, выглядя смущенным. — О нет, может быть, это было мороженое… Мы скоро будем дома, ты можешь продержаться до тех пор? В глазах Инко светилась тревога. — Я не хочу ходить по этому ва-тьфу, — беспокойство Инко только росло. — Ты можешь идти? Ты хочешь чтобы я тебя понесла? — Да… Я могу ходить, — Изуку слабо улыбнулся своей маме. Инко было интересно, что вызвало это. У ее сына никогда не было такой реакции, когда его беспокоил желудок. С каждым шагом к их улице лицо Изуку искажалось от дискомфорта. Когда его спросили, он сказал, что это не больно, что сильно смутило Инко. Внезапно у Инко возникло неприятное предчувствие, что вот-вот произойдет что-то плохое. У нее не было слишком много времени, чтобы размышлять об этом, потому что Изуку внезапно отпустил ее руку и схватился за голову. — Теперь моя голова чувствует себя странно. Мам, что происходит? Ее ребенок казался таким расстроенным, и она ничего не могла поделать. Она достала свой телефон, готовая и вызвать врача, и забрать своего ребенка, и нести его остаток пути домой. Но, конечно, мир был жестоким местом, и его целью номер один, казалось, был Изуку. Как только Инко потянулась к Изуку, вокруг поднялся ветер и их яростно откинуло друг от друга. Как только Инко оправилась от первоначального шока, она сразу же вскочила на ноги, оглядываясь в поисках своего сына. Повсюду царила паника. Люди либо лежали без сознания на улицах, либо бегали вокруг, пытаясь спастись от сложившейся ситуации. Не говоря уже о героях, которые были в этом районе, которые ходили вокруг, пытаясь сделать все, что могли. Медленно идя вперед, ее глаза метались во все стороны, пытаясь разглядеть эти зеленые кудри. Она выкрикнула имя Изуку, надеясь, что он сможет услышать его сквозь все остальные крики. Она заставила себя сохранять спокойствие. Чрезмерное возбуждение не поможет ей найти его. Она не знала почему, но повернулась в ту сторону, куда указала молодая девушка. Маленькая девочка была на другой стороне улицы, едва в поле зрения Инко, но она все равно видела ее, стоящую рядом с той, кого она приняла за свою мать, указывающую в направлении позади Инко. Когда она обернулась, то увидела мальчика с зелеными волосами, который брыкался и кричал, пытаясь убежать от кого-то. Это был ее мальчик. Она, не колеблясь, рванула в том направлении. Они были не слишком далеко впереди, но по какой-то причине она потеряла их из виду. Она продолжала звать своего сына. Она услышала слабое «Мама!» в ответ и заметила его и женскую фигуру, которая держала его. — Кто-нибудь, пожалуйста! Мой сын, его забирают. Остановите их! — задыхаясь, закричала она. Некоторые люди просто наблюдали за ней, в то время как другие пытались выяснить, о чем она говорит. Однако большинство людей вокруг нее были слишком сосредоточены на восстановлении после нападения. Инко хотелось плакать, но она этого не делает, слишком полна решимости вернуть своего сына. Судя по тому, как эта женщина использовала свою причуду, она могла, по крайней мере, держать их в поле зрения. Она продолжала кричать всем вокруг, что ее сына похитили, надеясь, что герой в конце концов услышит и поможет ей пуститься в погоню. Одна и та же игра продолжалась, казалось, целую вечность. Инко подобралась к похитителю достаточно близко, чтобы почти схватить их, но как только она протягивала руку, они исчезали, иногда появляясь у нее за спиной. Как раз в тот момент, когда Инко собирался догнать их в сотый раз, они снова исчезли из виду. Только на этот раз это было не из-за причуд похитителя. Это был тот же ветер, что и раньше, однако теперь она, должно быть, была ближе к источнику, потому что вместо того, чтобы просто сбить ее с ног, он унес ее прочь. Она с глухим стуком упала на землю, едва заметив боль, взорвавшуюся в ее голове. Она резко встала, не обращая внимания на дискомфорт, который это принесло, и посмотрела на своего сына. Она продолжила выкрикивать имя Изуку и ходила вокруг в поисках его. Она поморщилась, почувствовав острую боль в лодыжке, но проигнорировала ее. Она продолжала звать на помощь, надеясь, что ее услышит кто-нибудь полезный. Долгое время ее крики просто оставались без внимания. Она подумала, что, возможно, ей следует пойти в полицию и сообщить об этом. Но тогда это было бы пустой тратой времени, времени, которое она могла бы потратить на поиски своего ребенка. Она также знала, как работает эта система. Они просто отодвинули бы это на задний план, поставив его позади любой атаки злодея, которая «заслуживала большего внимания». Она не собиралась рисковать. Рискни им. — Мисс, вы ранены? Все в порядке? — она немного вздрогнула, услышав этот голос, но взяла себя в руки, когда поняла, что с ней разговаривает про-герой. Он не был тем, кого она узнала, не то чтобы она действительно уделяла кому-то из них слишком много внимания. Он выглядел измученным и был одет во все черное с белым шарфом, накинутым на плечи, и желтыми очками, закрывающими глаза. На первый взгляд, вы бы не подумали, что он профессионал. Но Инко чувствовала это. Внимательность, желание помогать людям. Она видела те же качества в глазах своего сына. Она решила довериться ему. — Я не ранена, но мой сын был похищен примерно во время первой атаки ветра. Меня зовут Мидория Инко, моего сына зовут Изуку, ему пять лет. Он одет в простую бордовую рубашку, синие шорты и красные туфли. Это была женщина, которая забрала его. У нее есть причуда, которая каким-то образом позволяет ей исчезать из поля зрения. Не уверена, что это разновидность невидимости или что-то еще. Я не разглядела хорошенько никаких других ее выдающихся черт, но надеюсь, что этой информации достаточно. — Инко глубоко вздохнула, заметив, что герой что-то печатает на своем телефоне. — Следуйте за мной, — Инко без вопросов сделала, как ей было сказано. Хотя она была смущена тем, почему он хотел, чтобы она последовала за ним. Они шли не слишком долго, прежде чем он остановился. Они остановились в районе, который был создан для оказания помощи раненым во время нападения злодея. Инко была шокирована тем, что он заметил, что ей больно, несмотря на все попытки скрыть это. Инко хотела возразить, но герой даже не дал ей шанса, прежде чем повернулся к ней. Он протянул ей листок бумаги с номером телефона, велел позвонить по этому номеру, сообщить о похищении и упомянуть его имя, Ластик. Она знала, что он просто давал ей рутинную задачу, чтобы отвлечь ее. — Я не настолько ранена. Я все еще могу помочь вам, пожалуйста. Он мой единственный сын, и я… — Герой повернулся к ней и снял очки. Взгляда в его глазах было достаточно, чтобы заставить ее остановиться на полуслове. Глаза, которые говорили ей, что все будет хорошо. Это было молчаливое обещание, которое прозвучало громко и ясно. Прежде чем он вышел за пределы слышимости, она окликнула его. — Пожалуйста, пусть он будет в безопасности! — Инко не была уверена, почему она почувствовала необходимость сказать это. Это было почти так, как если бы у него был совершенно другой смысл, в котором Инко не была уверен. Она все еще чувствовала себя очень неловко, как и тогда, когда Изуку впервые почувствовал недомогание. Это заставило ее задуматься, что же она чувствовала. Может быть, она чувствовала то же самое, что и Изуку, из-за мороженого. Но что-то в этом звучало не так. Прошло неопределенное количество времени, которое Инко потратила либо на разговор с офицером, либо на осмотр у медсестры, либо на размышления о странном чувстве, которое она испытывала. Прежде чем она смогла обдумать ситуацию дальше, громкий скрип привлек ее внимание. Она повернулась в сторону шума, как и все остальные, и страх сразу же наполнил ее. Скрип производили большие стальные балки, которые были прикреплены к соседнему строящемуся зданию. Один за другим они начали падать, и на вершине выступа неподалеку можно было разглядеть силуэт человека. — Их было больше одного! — Полицейский, с которым она ранее разговаривала, вскочил и начал подталкивать к ним как можно больше людей, находившихся близко к рушащемуся зданию. Балки падали на землю одна за другой с громким стуком, но никто из них серьезно не пострадал. То есть до тех пор, пока сталь не начала быстро плавиться. Жидкий металл, казалось, обладал собственным разумом, когда он волнами обрушивался на Инко и окружающих ее людей. Инко тут же снова охватила паника, так как все начали бегать вокруг с криками. В игру снова были введены новые профессиональные герои, чтобы спасать мирных жителей и следить за злодеем. Инко была оттянута назад чем-то, что она не могла разобрать, хотя ей показалось, что она мельком увидела какую-то веревку. Пока она была еще в воздухе, из ниоткуда налетел еще один порыв ветра и сбил ее с безопасного курса. Инко с глухим стуком упала на землю. Она вскрикнула от боли при ударе и едва заметила кровь, которая стекала по ее лицу. На самом деле она едва могла что-либо разобрать. Прежде чем она смогла полностью прийти в себя, сильный ветер сбил ее с ног. Чувства Инко были полностью сбиты с толку. Она не могла сказать, что было выше, а что ниже. — Мисс, с вами все в порядке? — Инко услышала голос прямо рядом с собой, хотя, когда она достаточно успокоилась, чтобы поднять глаза, единственными людьми, которых она могла разглядеть, были тела людей, подвергшихся напалению. Она ахнула от ужаса, когда поняла, что некоторые не просто были без сознания. — Мисс? — услышала она тот же скрипучий голос, что и раньше, но опять же, там, откуда доносился голос, никого не было. — Если вы слышите мой голос, мне нужно, чтобы вы посмотрели на мигающие огни и пошли к ним! — прогремел другой голос, громче, чем должен быть любой нормальный голос, даже с мегафоном. Инко отметила, что узнала голос, но не могла достаточно прочистить голову, чтобы понять, откуда он доносится. Голос повторил инструкции, и Инко сочла за лучшее прислушаться к нему. Она огляделась в поисках мигающих огней. Как только она заметила их, она медленно заковыляла в их направлении. Как раз в тот момент, когда она собиралась добраться до красного и синего огней, ее окликнул чей-то голос. Это был голос, который заставил ее остановиться как вкопанную. — Мама! — узнав голос своего ребенка, она быстро развернулась, не обращая внимания на боль, вызванную этим действием, и позвала своего ребенка. Голос ее ребенка продолжал звать ее, но направление все время менялось. В конце концов она просто ходила кругами, пытаясь точно определить, откуда доносился голос. Она отчаянно хотела спасти своего сына, он казался таким расстроенным. Гулкий голос из прошлого заговорил снова, приказывая людям найти мигающие огни, но Инко не могла сосредоточиться на этом, не тогда, когда ее сын нуждался в ней. Она продолжала звать Изуку и прислушиваться к тому, откуда ответит его голос. Зрение Инко начало меркнуть, ее ноги начали дрожать, и в целом Инко чувствовала себя все более и более измученной, пока искала своего сына. Стоп. Все это казалось знакомым. Разве она уже не повредила голову? Разве этот же скрипучий голос не принадлежал герою, который преследовал Изуку? Разве Изуку не увезли куда-то? … Она моргнула, и затем все встало на свои места. Что-то творилось у нее в голове. Вскоре после того, как у нее появилась эта мысль, мир, в котором, по мнению Инко, она жила, разрушился. Она стояла посреди улицы рядом со зданием, которое начало рушиться. Каким-то образом он все еще был цел и невредим. Никаких стальных балок на улице, никаких волн расплавленного металла, у нее даже не было серьезных травм, была только эта странная голубая дымка, сквозь которую она едва могла видеть. — Если ты слышишь мой голос, мне нужно, чтобы ты пошла в сторону мигающих огней! Она повернулась туда, откуда раздавался голос, и заметила, что голос принадлежал герою. Она сделала паузу, чтобы обдумать то, что сказал герой и что это значило. Когда она это сделала, то пожалела, что не послушала раньше. Она заметила, что туман был только в том районе, где она стояла. Другие были вокруг нее, стоя либо неподвижно, либо следуя инструкциям голосового героя. Оказалось, что несколько профессионалов попытались вывести гражданских лиц и теперь тоже были вовлечены в последствия. Даже те, кто носит противогазы. Это заставило ее задуматься, как долго она была без сознания. Инко медленно направилась к герою голоса. Она бы пошла быстрее, но не хотела снова впадать в иллюзию причуды. Она должна была сосредоточиться на том, чтобы сохранить ясность ума. Чем ближе она приближалась к безопасности, тем тяжелее становилось ее тело. Или он был легче? Шла ли она в правильном направлении? Подождите, она что, только что споткнулась? О нет, она снова теряла концентрацию. Она слышала, как Изуку зовет ее, но это был не он, верно? Газ, должно быть, подействовал сильнее, чем она думала, потому что теперь она видела, как ее сын бежит к ней. Он только что вырвался из чьих-то рук. Разве это не тот герой, с которым она говорила раньше? О, так оно и было. Он нашел Изуку, вот и все- — Нет, нет! Изуку, ты должен держаться подальше. Это опасно! Любые мысли о том, чтобы сосредоточиться на побеге, вылетели в окно, когда она увидела, что ее сын бежит к ней. Внимание Инко было приковано к ее сыну, который сейчас проходил мимо нее с отсутствующим выражением на лице. Она попыталась встать и схватить его, но ее движения были слишком медленными. Ее конечности отяжелели, а глаза едва могли что-либо разглядеть. Единственное, о чем она могла думать, это о безопасности Изуку. Изуку попал в беду. Изуку нуждался в помощи Изуку. Изуку! ИЗУКУ! ИЗУКУ!!! Обретя второе дыхание, она смогла встать и дотянуться до него, но как только ее рука коснулась его плеча, он резко обернулся с широкой, неестественной ухмылкой на лице. Его глаза полностью почернели и начали вылезать из орбит. Инко закричала и попятилась. Она еще раз вспомнила о причуде, и образ ее сына исчез в голубом дыму. Туман в ее организме брал верх над ней. Она знала. Она не хотела думать об этом, но она знала. Она умирала. Последнее, что она помнила, что видела, были кружащиеся вокруг цвета сахарной ваты и гора высоких светлых волос. Единственной реальной связностью, которая у нее была, были ее мысли. Так она думала. Нет, я не могу, я не могу. Не сейчас, не здесь. Пожалуйста! Я нужна ему, Изуку нужна его мать. Он… Изуку, мой сын, мой свет, мне так жаль. Пожалуйста, прости свою мать за то, что она так скоро покинула тебя. Пожалуйста, оставайся счастливым, никогда не переставай улыбаться своей лучезарной улыбкой. Пожалуйста, оставайся в безопасности. Мне жаль, Изуку. Я люблю тебя.