На острие

Смена температуры заставила очки Антона запотеть. На лице начал таять морозец, образовавшийся ранее на улице. Раздеваясь, Петров пытался рассмотреть берлогу волка. Прихожая была довольно маленькая. На крючках была ещё одна женская куртка, наверху лежали шапка, кепка и берет. Сразу из прихожей шла дверь в ванную. Ребята пошли мыть руки. Домик Пятифановых был намного моложе Петровых. Он был сделан из бетона и казался каким-то холодным. — Твоя мама дома? — скованно спросил зайчик. Ему всегда было немного неловко в гостях у друзей. — Нет, она в городе работает и там квартиру снимает. А я тут. — спокойно ответил волк. — А что? — Да так, ничего. После мытья рук Рома проследовал в гостиную, а Антон за ним. Зал и кухня в доме была совмещена. Тут царил типичный холостяцкий бардак. На диване перед телевизором были разбросаны носки и майки, плед спокойно разлёгся посреди дивана, подушки лежали кое-как, а маленький столик был засыпан тарелками, салфетками и всякой всячиной. На кухне творился полнейший хаос. Скорлупки от яиц, куча соусов, гора немытой посуды и грязная плита, заставленная сковородками и кастрюлями, обращали на себя внимание. Петров ужаснулся. Ему казалось, что его мама упала бы в обморок при виде всего этого. — Пойдём, сменную одежду тебе дам. — скомандовал Рома. Комната Ромы была ещё более менее чистой. Из режущего глаз были разбросанные носки и незаправленная кровать. Казалось, что у Ромы так много носков, что их можно было бы собрать и сделать маленькую пещерку. Стены обклеены постерами, гитара пылилась в углу, а посередине комнаты висела огромная красная груша. — Ты занимаешься боксом? Или это так, любительское? — Да, хожу по выходным в спортзал к тренеру. Пару боёв выигрывал. — отмахнулся Рома, ища в шкафу одежду. Пятифан лукавил. На полочке рядом с кроватью стояла куча наград по боксу. Золотые и серебряные кубки сверкали. Видимо обладатель призов очень их любил и явно ухаживал за железками. Это были наверное самые чистые вещи в комнате. Петров подозревал о хобби Ромы, потому как в их первую драку парень «махался» как профессионал. Через 5 минут Антон уже стоял в майке какой-то группы и спортивных шортах. На удивление вещи вкусно благоухали. Майка была немного великовата и чуть висела на худощавом теле подростка, а шорты так и приходилось подтягивать. Веревочки на них не было. — Это самое мелкое, что было. — сказал хулиган, пройдясь оценивающим взглядом по парню. — Ещё с 8го класса осталось. — Ой, ну прости, что я такой дохлый! — надулся Петров. Он был немного ниже и значительно худее Бяши и Ромы, поэтому и комплексовал. «Чем их только тут кормят», — переодически задавался вопросом юноша. — Хахаха, да блять, Тох, не дуйся ты. Ещё вырастешь. — хотел подразнить Рома друга, но, получив недовольный взгляд гостя, стушевался. Выйдя из комнаты, Петров ещё раз оглядел помещение. Такой чистоплотный мальчик, как Антон, не очень хотел находиться в такой обстановке. Оценив масштаб работы, он решил сначала спросить разрешения: — Ром, а можно мне тут убраться? — Брат, мне поебать, делай что хош. — ответил юноша и плюхнулся на диван. Получив разрешение, зайчик начал с кухни. Ему всегда нравилась уборка. Он переставал думать и занимал свою голову простыми вещами. Антон мог нормально расслабиться за монотонными делами. Процесс пошёл. Через десять минут весь мусор был выкинут, а все чистящие средства найдены. Началась, как говорила мама Антона, мыльная опера. Мальчик расхаживал на кухне как хозяин. Все поверхности сверкали. Петров перешёл к посуде. Парень расправлялся с грязью, как с семечками. А Рома тихонько за ним наблюдал. Назвав в мыслях друга «хозяюшкой», хулиган подошёл к зайчику. — Эй, Тох… Давай я тебе помогу? Что сделать? — Пятифану всегда было немного стыдно, когда вокруг него все работали, а он один сидел без дела. — Ух. — юноша задумчиво прошёлся взглядом по комнате. — Ну, ты можешь убрать разбросанные вещи? — Есть, сер! — прокричал Рома в манере Бяши и приложил руку к голове, как это обычно делали солдаты. Антон светло улыбнулся. Эта улыбка грела Пятифана и он улыбнулся в ответ. Работа закипела. Рома носился по дому, а Антон возился с посудой. Закончив с ней, Петров принялся вытирать пыль. В это время Пятифан достал из угла швабру и ведро и принялся мыть полы. Такая же уборка предстояла в комнате хозяина. Через 2 часа ребята сидели уставшие на диване в окружении сиявшей чистотой квартиры. Усталость разливалась по всему телу. Давно Антон так не убирался. Ему было даже весело. Помимо уборки ребята разговаривали, шутили и обсуждали что-то. — Что у тебя в холодильнике? Давай я сварганю что-нибудь? — предложил Антон — Не, тут я уже сам,— отрезал Рома и пошёл на кухню готовить, — А ты пока матери звякни, — крикнул он оттуда. Антон перечить не стал, а пошёл к телефону в прихожей. Набрав домашний номер, Петров вслушивался в гудки. Интересно, а его там вообще кто-нибудь ждал? Кто-нибудь волновался почему его так долго нет дома? А может про него там все забыли? Мысли Антона прервал твёрдый женский голос. — Слушаю, — раздалось в трубке. — Мам, привет. Это Антон. — Антон! Где ты там шляешься? Почему тебя дома нет? На дворе уже смеркается, — по тону Карины было понятно, что она волновалась. — Мам, я сегодня у Ромы останусь с ночёвкой. Карина сделала паузу, раздумывая, что же ответить сыну. В эти секунды Антон молился всем богам, чтобы его не отправили домой. Он бы не вытерпел ещё секунду проведённую в этом доме. Может быть, через неделю он был бы готов вернуться, но точно не сегодня. После долгой паузы Карина ответила: — Ладно. Вы уже ели? — Нет, Рома сейчас готовит. — А его мамы дома нет? — Не, она в городе работает. — Ладно, иди помоги ему. И веди себя там хорошо. — Ладно мааам, пока. — До связи, — кинула Карина и сбросила трубку. Антон посмотрел на часы и ужаснулся. Уже было восемь вечера. Уборка заняла много времени. После короткого диалога, Антон вернулся на кухню. Подойдя к Роме, он коснулся локтя парня и тут же пожалел об этом. Хулиган быстро развернулся на друга, держа в руках нож, и ошарашено посмотрел. — Блять! Тох! Пиздец. Какого хуя ты так пугаешь?! Совсем охуел?! — на эмоциях начал кричать Рома. Видимо, он был очень погружён. Антон замер. В целом ситуация его шокировала. Рома, матерящийся, испуганный, с ножом в руках и в фартуке с котятами. Фартук особенно мило сочетался со столь страшным образом Ромы Пятифанова, державшего в страхе всё село. Петров не сдержался. Сначала тихий прыск вылился в целую истерику. Воздух в легких стремительно заканчивался. Зайчик не мог успокоиться. От смеха друга Рома встал в замешательстве. Что его так рассмешило? Оглядев себя, волк понял что было не так. — Другого фартука не было! — смущённо сказал он. Щеки так и пылали. — Да нет… в целом…. ты с ножом в руках… и этот фартук — пытался объяснить Антон, чуть задыхаясь от смеха. — Блять, не стой под рукой. Иди на стол накрывай, — скомандовал все так же смущенный хозяин, когда масло на сковороде начало недовольно шипеть. Антон, успокоившись, начал раскладывать приборы и тарелки. В мыслях же он продолжал думать о фартучке с котятами. «А ему ведь правда идёт. Очень даже мило смотрится», — думал зайчик и прыскал от смеха. Все же ситуация была слишком комична. Как только Петров закончил, он сел на стул, находящийся рядом с кухней, и начал наблюдать за работой хозяина. Через какое-то время он остановился. Рома снял фартук и хотел уже выйти из гостиной, но вопрос друга его задержал. — Ты куда? — Пойду покурю пока картошка жарится. Го вместе? Ничего не ответив, Антон последовал за Ромой. Накинув куртки, они вышли на крыльцо дома. Так же без единого звука хулиган достал из кармана куртки сигареты. Не смотря на Антона он протянул ему пачку с высунувшийся сигаретой. Петров посмотрел на него с недоумением. После короткого «будешь?», гость призадумался. Он не курил и начинать не хотел. Но пережитые последние дни заставили его сомневаться. Может это поможет? Зайчик решился и кивнул. Достав из пачки сигарету, он покрутил её, как чужеродный предмет. Волчок увидел реакцию друга и начал его учить. Теперь Антон знал как курить, подкуривать, стрелять сигарету у незнакомцев, сленговые выражения и основные правила курения в обществе. «Как завещали великие: последнюю сижку даже бомжу не стрелять», — наказал Пятифанов товарищу. Первый раз Антона с сигаретой прошёл неудачно. Впрочем, как и у всех. Он начал кашлять и задыхаться от непривычного чувства. Рома сказал, что это нормально. Курить отпало желание. Но докуривать сигарету нужно. Вкус был неприятным и горьким. Петров даже обрадовался. Если ему не понравилось, значит зависимость выработаться не должна. После короткого перекура, парни вернулись в дом. Пятифан сразу же побежал к плите. Сначала он выкрикнул злое «блять», но через секунду будто для себя сказал: «А, не, все ок». Антон чуть усмехнулся такой реакции. В домашней обстановке хулиган казался простым и таким уютным. Удивился бы Антон 2 недели назад, если бы услышал свои мысли сейчас. Спустя 10 минут на столе стояли две тарелки жареной картошечкой с лучком и разогретыми котлетами, которые сделала хозяйка Пятифанова. Аромат был божественный. Все же Рома не врал, когда говорил, что может готовить. Стаканы с водой, приборы и вазочка на столе с искусственными цветами дополняли картину. Зайчик заметил их, когда шарился по шкафам в поисках инструментов уборки. Все выглядело идеально. Рома пригласил гостя за стол, и они начали трапезу. Милый фартук благополучно остался на кухне. — Боже! Это так вкусно! — воскликнул Антон, попробовав картошку. Рома сразу загордился. Носик задрал, расплылся в самодовольной улыбке. Он явно был доволен реакцией друга. Юноше всегда нравилось когда его хвалили, но от Антона это было особенно приятно услышать. Да и самому парню очень понравился результат. Картошка была мягкая и сочная, лук был золотисто поджарен, а мамины котлетки всегда получались хорошо, о них даже говорить не стоит. После трапезы парни с набитыми животами и в хорошем настроении сели на диван. Квартира чистенькая, ребята сытые, уставшие. Несмотря на утро, Антон хорошо провёл день. Он чувствовал себя счастливым на ночевке с другом. Его сейчас не тревожили никакие проблемы. Зайчик просто расслабился и наслаждался моментом. Но хозяин решил прервать тишину. — Может… ну это… фильм зыркнем? — неуверенно спросил Пятифанов. — Я не против. А какой? — Секунду. Рома направился в комнату. Петров слышал, как хозяин копошился в ящиках в поиске хорошей картины. Процесс затянулся на несколько минут. Шуршание прекратилось. Волчок вернулся с большой пачкой кассет. — Ну смотри. Тут есть «Взвод», «Безумный Макс», «Бетмен»… — начал перечислять Пятифан. — Ой, а я Бэтмена не смотрел, — перебил его Антон. — Блять, серьезно?! Он же охуенный! — воскликнул Рома. — Ну, как-то времени не находилось. Да и у моей сестры только мультики, — оправдывался Петров. — Так это надо исправлять! — закончил волчок и вставил кассету в приёмник. После некоторых настроек заставка появилась на экране. Фильм начался. Картинка была неплохой. Кадры то тут, то там. Экшен, драма, бои. Кино даже понравилось мальчику. Герои были интересные и запоминающиеся. Что главный герой, что главный злодей. Абсолютно противоположные персонажи. Но несмотря на заинтересованность гостя, накопившаяся слабость дала о себе знать. Уборка, утренняя истерика и недосып — неплохое комбо для хорошего сна. Тело стало ватным, лицо расслабилось, а глаза так и хотели замкнуться. Антону не очень нравился такой расклад. Фильм был правда интересный, но больше всего Петров не хотел обидеть Рому. Но усталость была сильнее. Через пол часа фильма Антон уже сладенько кимарил на плече у Пятифана. Как хулиган позволил это сделать зайчику — большой вопрос. Рома посидел ещё так чуток, полюбовался мирно спящим котёнком, который разлёгся рядышком на диване, да отнёс дорогого друга досыпать оставшуюся ночь на кровати хозяина квартиры. Сам же волчок лёг недалеко. На родном диване.