Кислородный коктейль

Сегодня Минхо проснулся рано. Решительность сработала лучше громкого будильника Чана с соседней тумбочки, истерящим уже в девятый раз популярной песней и раздражающих лучей солнца, так злобно прорывающихся сквозь полупрозрачные шторы. За окном щебетали птицы и шуршала метла дворника, оповещая о начале нового дня. Минхо злорадно ухмыльнулся собственному отражению в зеркале, слизнув непослушную каплю ледяной воды, стекающую по губе после умывания. Накануне он не мог найти себе места, предвкушая новый день. — Чаааан! Вставай! — Ну ещё пять минуточек! — Никаких пяти минуточек, ты утро освобождал не для того, чтобы отлёживаться. Поднимай свою жирную задницу и собирай плавки! — Она не жирная, она накачанная! — Всё равно огромная, так что шевели ею давай! Минхо решительно сбросил одеяло с кровати друга, позволяя прохладному ветерку согнать тепло. Чан спросонья подслеповато уставился на тирана. — Есть менее радикальные способы посмотреть на мой утренний стояк. — Нехрен ставить десять будильников и не услышать ни один из них. Кряхтя как девяностолетний дед, старший под строгим взглядом Ли побрёл в ванную, бурча под нос ругательства.

***

Несмотря на довольно раннее утро, пекло довольно сильно. Галька под ногами накалилась, и идти по ней было сравнимо с пыткой огнём. Даже в шлёпанцах. Но идти вдвоём. Минхо наконец-то добился своего, и Чан действительно частично освободил своё загруженное расписание. Отчасти это было сделано ради сегодняшнего похода на море, отчасти потому, что Минхо уже надоел своими жалобами на то, что мешки под глазами Чана стали настолько большими, что обрели собственный разум и разговаривают ночью громче, чем сам Чан. Пляж оправдал ожидания — было чисто, спокойно, то тут, то там виднелись цветастые навесы с мороженым, напитками и сувенирами. Кафе еще ждали основной поток посетителей, и работники сидели под кондиционерами за гостевыми столиками на верандах, лениво переговариваясь друг с другом. Народа на пляже было немного, а свободных лежаков в достатке, то, что доктор прописал, но… — Буйки? Огороженный участок пляжа с несколькими полузнакомыми лицами отличался от остальных раскинутой по водной глади вереницей красных шариков, соединённых верёвкой на расстоянии приблизительно десяти метров от берега. Под кристально чистой водой угадывались очертания крупного плетения. — Мы что, рыба? Нахрена тут сетка? — Минхо зашипел, сводя брови к переносице. Одна из старушек, которую он узнал по кружку вязания, презрительно уставилась на парней. Минхо стойко встретил её взгляд, подняв бровь. — Может, для детского лагеря? — Чан был ошарашен не меньше друга. — Меня заверили, что тут их быть не должно… — «Солнечный»? — усатый спасатель выглянул с вышки. — Проходите. Лежаки возьмите тут, потом верните обратно. — Простите, а где наш участок? Или мы можем расположиться в любом месте? — Вот где стоите, там и участок. Видите, огорожено? За буйки не заплывайте. Приятного отдыха. — А с какой стати тут буйки, уважаемый?! Но усач уже скрылся в глубинах вышки, абсолютно наплевав на возмущённый возглас Минхо. — Ладно, давай расположимся, а с буйками как-нибудь решим, — Чан потянул Минхо за собой. — Нет, ну это безобразие! Нам что, по десять лет?! Какие, мать его, буйки? — Ты думаешь, он будет следить? — Чан заговорчески подмигнул Минхо, расстилая покрывало на лежаке. — Давай полежим, погреемся, разведаем обстановку, а потом покупаемся. Сомневаюсь, что ему есть дело до того, что мы будем делать. Чану удалось вернуть улыбку на лицо друга и боевое настроение. — Какой ты всё-таки умный, хён! Ты прав. Понаблюдаем. Время тянулось будто нарочито медленно. Шум волн убаюкивал, парни нежились в тепле, изредка переворачиваясь как сосиски в гриле. Рядом что-то грузно упало. — О, Чонин, привет! Парнишка, потирая ушибленную коленку, зашуганно оглянулся, уставившись на мускулистого мужчину перед ним. Тот в свою очередь широко улыбнулся. — Я Бан Чан… Крис, помнишь? Как раз сегодня хотел обсудить с твоей бабушкой график наших с тобой занятий. Мальчишка не ответил, обиженно уставившись под ноги. — Эй, поздоровайся, прояви вежливость, — Минхо беззлобно, но строго взглянул на Чонина, сверкнув глазами. — З-здравствуйте, сонсеним, — пискнул тот, не разрывая зрительного контакта с Минхо, будто мышь, глядящая в глаза удаву. — Не запугивай ребенка, Хо, — рассмеялся Чан, затем развернувшись обратно к Чонину. — Это он выглядит так устрашающе. А вообще он мягкий и пушистый. Как котик. Только никому не говори, это секрет! — Чан шепнул вполголоса мальчишке. — Как котик? — Чонин склонил голову, не отрывая глаз от Минхо, взгляд сменился на любопытный, мелькнула тень узнавания. — Если ты не против, мы с Минхо-щи сейчас быстренько искупнёмся и затем составим тебе компанию на берегу. Хочешь, посиди на моём лежаке. Заодно посторожи вещи пожалуйста, — Чан вернул внимание мальчика к себе, обезоруживающе улыбнувшись. Взяв Минхо за руку, он повёл того к кромке воды. — За всё время тот мужик ни разу не выглянул. Давай искупнёмся. Ребята шумно вбежали в воду, чтобы не мучаться от леденящей прохлады, контрастирующей с нагретой на солнце кожей. Смеясь и брызгаясь, они добрели до буйков. — Тут едва по шею, — прошипел Минхо. — Ныряем на раз, два,. Парни синхронно нырнули под воду, стремясь проплыть дальше оппонента. Едва вынырнув, они снова вбирали в лёгкие побольше воздуха и вновь погружались под толщу воды. Заплыв достаточно далеко, они начали мерить глубину, по очереди ныряя. — Вот видишь, никто не следит! Минхо весело расхохотался. — Поплыли немного обратно, я тебя подброшу! — Наперегонки! Заливаясь радостным смехом, ребята устремились обратно к буйкам. Не доплыв пару метров, Минхо окликнул Чана. — Давай я поднырну, на плечи мне вставай! Парни начали по очереди подкидывать друг друга. Каждый старался провернуть как можно более красивое сальто перед погружением в воду. Солёные брызги летели во все стороны, сверкая на солнце. Смех становился всё громче, свободнее и радостней, но тут… Раздражающий свист вырвал их из веселья. Парни недоумённо уставились на сушу, пытаясь обнаружить источник кажется уже довольно продолжительного противного звука. По берегу размахивая руками бегал спасатель. Даже издалека было видно, как он недовольно шевелил своими усами. Невнятную брань было сложно различить. Помедлив, парни нехотя поплыли обратно к берегу. — Запрещено! Запрещено! Запрещено! — Что вы верещите, мужчина? — Минхо недовольно скривил лицо, раздражённый повизгивающим голосом. — Вы что, слепые? Сказал же, за буйки не заплывать! — Ну заплыли, и что? — Вы не понимаете? Это сделано для вашей безопасности! Ещё и ныряли! Я уж думал, вы тонете… — А что же вы нас тогда не спасали? — Чан подключился к спору, вытираясь полотенцем. — Ну вы же выплыли!.. В общем, ещё раз увижу, я… — усач застопорился. — Что вы нам сделаете? Поставите в угол? Лишите дискотеки? — съязвил Минхо, ехидно переглядываясь с Чаном, который как зеркало отражал его выражение лица. — Я передам руководству, на вас штраф наложат! — нашёлся мужчина, гордый собой, чем вызвал новую волну возмущения Бана и Ли. — Какой к черту штраф?! Но спасатель, всё так же гневно шевеля усами, скрылся в своей каморке, игнорируя дальнейшие возгласы. — Штраф наложит, ишь что удумал! — продолжил ворчать Минхо уже тише, понимая, что никому этот концерт уже не нужен. — Он просто не хочет работать нормально, наверняка, — поддакнул Бан Чан. — Вот-вот! Если бы мы начали тонуть, штрафа действительно было бы не избежать, но уже не нам, а. — А ему, — подхватил Бан. — Вот утырок недорезаный! — «Утырок»? Ты из каких закромов такое слово достал, Чан? — Тут же дети, как же я буду… Чан махнул рукой на красного от смеха Чонина, наблюдающего за перепалкой. После услышанного нового слова он начал смеяться ещё громче, искренне наслаждаясь представлением. Грозный взгляд Минхо немного поумерил пыл подростка, но взглянув на Чана, он вновь начал веселиться, передразнивая предыдущие реплики. — Веселишься, малец? — Чан похлопал мокрой ладонью по спине нагревшегося на солнце Чонина. Тот ойкнул от неожиданности. — Ага. Вам сколько лет, сонсеним, девяносто? — Чонин продолжил веселиться, увидев недовольное лицо Чана. Минхо скорчил злорадную ухмылку и прицельно тряхнул своей мокрой шевелюрой над мальчишкой, заставив того вскочить от неожиданности. Он едва открыл рот, но лишь взглянув на лицо Минхо, вновь его захлопнул, поглядывая на Чана. — Ну, вещи то ты хорошо охранял? — Конечно! Никто не подойдёт даже, если меня главным оставить! Не верите что ли? — Верю-верю. Ну-ка, у меня с собой тут было, — он выудил из сумки пакет с конфетами. — Заработал, малец! — А можно? — глаза Чонина загорелись. — Бабушка мне не разрешает из-за брекетов. — Хмм. — Чан задумчиво постучал пальцем по подбородку. — Если брекеты, то тогда она права. Но не отказывать же тебе, раз предложил! Просто не буду тебе предлагать ириски. Вот, держи эту. Нашёл в местном магазинчике, вроде прикольные. — О, спасибо, я эти люблю! — Чонин просиял, заинтересованно наблюдая за тем, как его будущий учитель на лето выбирает безопасные для брекетов конфеты. — Иди, поплавай. Думаю, ты уже насиделся под солнцем, да? — Чан в который раз подмигнул парнишке. — Пойдём, пожевать что-нибудь возьмём? — Минхо толкнул друга в плечо. — Я слышу запах жареного мяса и понимаю, что страсть как хочу попробовать. — А ваши вещи не надо сторожить разве?.. — чавкая конфетой удивился Чонин. — Думаю, люди уже поняли, кто именно за ними наблюдает и не посмеют приблизиться к ним, как ты и сказал, — серьёзно, но как-то даже по-доброму ответил Чонину Минхо. Тот даже открыл рот в удивлении. Не дав времени мальчишке на то, чтобы дать вразумительный ответ, Минхо взял Чана под руку и увёл в сторону ближайших палаток с едой. — Ну и что ты лыбишься? — Минхо, всё ещё ведя друга под руку, раздражённо обернулся на загадочно улыбающегося Чана. — Ты как всегда. —Что как всегда? — Строишь из себя колючку. А на деле ты добрый. В плане, я уже давно этому не удивляюсь, просто поражаюсь тому, что ты такой… — Не надо лишних комплиментов. Парнишка то не плохой, безобидный. Ну, детство в жопе играет, взрослым это не нравится. Винить его разве в том, что он ещё подросток? — Вот об этой твоей стороне я и говорю. А зачем тогда ты так строг с ним? — Чтобы не расслаблялся. А то ты его забалуешь, как пить дать, — фыркнул Минхо. — Здравств… Темноволосый мускулистый парень, закатывая рукава, повернулся на полуслове, видимо удивившись необычному обращению на корейском языке — Минхо не успел переключиться, увлечённый беседой. Заинтересованный взгляд на посетителей был понятен — он сам оказался мало того, что азиатом, но также корейцем, причём возраста примерно Бана и Ли, что немного удивило их самих. Одновременно с этим неподалёку послышался громкий женский вскрик, больше походящий на стон. — Не обращайте внимания, она всегда так. Постоянная клиентка, если вы понимаете, о чём я, — подмигнув застывшим парням, обратился к ним тот по-корейски же, безошибочно определив национальность покупателей. — Можно я не буду понимать? — брови Минхо устремились к линии роста волос, демонстрируя все мысли «охуеть не встать» без озвучивания. — Приятно видеть родную кровь! Меня зовут Со Чанбин, рад приветствовать! Тут мы подаём местный популярный фастфуд — шаурму. Или шаверму, зависит от языковых предпочтений местных. Но сути не меняет. Курица, овощи, соусы, и всё это — в пшеничной тонкой лепёшке, которая тут называется «лаваш». Опробовано лично, и не раз, так что со всей ответственностью заверяю, что вещь стоящая! Вообще внутрь кроме свежих овощей добавляют так называемую «морковку по-корейски», но я за все свои годы ни разу не встречал подобное в Корее. Закуска интересная, но для нашего брата на любителя, могу дать попробовать, а вы решите, хотите её добавлять или нет. А, ну и также пирожки и напитки, что желаете? Парни слегка опешили от этой тирады, но спустя пару секунд, переглянувшись, облегчённо рассмеялись. Кажется, сегодняшний день не собирается останавливаться в сваливании на их тёмные макушки вороха интересных событий. Обоим что-то подсказывало, что это — только начало. Парни представились новому знакомому. — Давай-ка попробуем эту твою морковку, Чанбин, — Минхо хитро поиграл бровями. — Ну, моя-то побольше будет, а эта Краснодарская, — захохотал Чанбин, хватаясь за плотный живот, скрывающийся под фартуком. Издалека послышалось ещё несколько женских вздохов. — Ты бодибилдер что ли? Хорошая форма, — Чан кивнул на мускулистые руки Чанбина. — ммм, интересный вкус, и не сильно острая, — он одобрительно закивал на закуску. — Не, просто качаться люблю. Мозг освобождает, да и окружающим тоже нравится, я доволен. Даже в спасатели на этом пляже собирался податься. — Хм, не моё. Сделай тогда наверное одну не острую с морковкой этой, одну острую без неё, пожалуйста! — Минхо протянул небольшую тарелочку с оставшейся «на пол-укуса» закуской обратно Чанбину, но его рука была перехвачена хищным движением Чана, дорвавшегося до нового деликатеса. — и что же ты тут а не на вышке? — А чёрт его знает! Сказали, «несоответствующая комплекция», а расшифровать отказались. Ну ничего. Я и отсюда за детишками приглядывать смогу, обзор хороший, и доберусь ежели чего быстрее этих дедов. — Так тут сети расставлены как на рыбу, кого спасать? — Карась тоже потонуть может, коли воды нахлебается, — поделился мудростью Чанбин. Выражения лиц Чана и Минхо говорили о том, что они не сильно впечатлены. — К тому же не вы одни заплываете за буйки, да и дети тут периодически бывают. Глаз да глаз нужен!.. Вот, всё готово, пробуйте! Парни уплетали горячую еду, с набитыми ртами переговариваясь с новым знакомым. Тот успел поведать, что сам случайно оказался так далеко от дома, поехав с компанией друзей. Как оказалось, работа была больше для души, чем для заработка, но друзья почему-то уехали уже неделю как, а Чанбин, проникшись местным колоритом, так и остался тут ещё на некоторое время. — У них и юмор своеобразный, и музыка. Вроде так тупо, но захватывает… О, моя любимая песня! Он прибавил громкости на радиоприёмнике, пританцовывая под песню со странными словами. Что-то про «кайф» и «Панамеру». На очередной волне всем телом ставшими привычными до игнорирования женские вздохи заглушил визг. Обернувшись в сторону берега, парни успели заметить брызги у буйков их «лягушатника» и падение усатого престарелого спасателя на гальку. В следующую секунду мимо Чана и Минхо пронёсся вихрь — Чанбин, срывая фартук бросился к воде. Друзья устремились за ним. — Кажется я знаю, почему его не взяли в спасатели, — ехидно проворчал Минхо, переводя дух. — А? — Я говорю, коротковат наш новый знакомый. Если тебе хватило тактичности не заглядывать за стойку, то мне нет. И там была обнаружена табуреточка, — захихикал Ли. — Но и сейчас ты можешь наблюдать, что этот отважный гном едва с Чонина ростом! — Ну ты и сплетник мразотный! — ахнул Бан. — Он, можно сказать, нашего ребёнка из пучины вод вытащил, а ты!.. — Ну согласись! — Минхо продолжал мерзко хихикать, будто ему пятнадцать, а не статные двадцать семь лет. Впрочем, Чан тоже не сдержал улыбки. Под поток брани потирающего ушибленное бедро старика Чанбин вывел на берег кашляющего Чонина. — Малец зацепился ногой за сетку. А ещё говорят, ради безопасности установили. О какой безопасности речь идти может? Если бы не я, захлебнулся бы. — Да не захлебнулся бы я, так, нырнул пару раз… — «Спасибо» говорят другими буквами, — Минхо строго сказал Чонину, обеспокоенно оглядывая того на наличие ушибов. — Хорошо, не поранился, а то не сносить бы нам всем головы после встречи с твоей бабушкой. — Только вы ей не говорите пожалуйста, сонбэним! — взмолился Чонин, испуганно глядя на Минхо. — Хён, — вздохнул тот. — Простите?.. — Называй меня хёном, я ещё не совсем старый. Мы не скажем, но в обмен на наше молчание ты перестанешь бегать от Чана и будешь прилежно с ним заниматься! — Обещаю! Спасибо! — воскликнул Чонин. — И Вам спасибо, сонбэнним, что спасли меня! — обратился он с жаром к Чанбину. Тот рассмеялся, потрепав паренька по макушке. — Я тоже для тебя хён теперь, пацан. Чанбином кличут. Слыхал? У меня самая вкусная шаверма на пляже! Обращайся. Но лучше не за спасением утопающих, договорились? — Ну раз так всё уладилось, предлагаю сворачиваться, — хлопнул в ладоши Бан Чан. — Нам с тобой, Чонин-а, надо поймать твою бабушку и договориться об уроках.

***

Цвет лица у Чана улучшился. Теперь он бóльшую часть времени проводил с Чонином на их совместных уроках английского языка. Мальчишка довольно быстро втянулся, оценив подход своего учителя к ведению занятий — они разбирали его любимые песни, искусно обходя те, что содержали ненормативную лексику и слишком уж сомнительные темы, обсуждали фильмы, припоминали различные мемы и делились историями из жизни. Чан гордился своим учеником, рассказывая госпоже Чхве, как быстро схватывал её внук новую лексику и грамматику. Истории о прикармливании парнишки конфетами он тактично умалчивал. На вопрос Чана о том, почему Ли вдруг поддержал его инициативу о репетиторстве, тот лишь отмахивался, что так, мол, легче за вами обоими присматривать, на что отхватывал крепкие объятия, которые в последнее время стали столь частыми, что Минхо уже перестал в них извиваться и ругаться на друга. Теперь Минхо сам всё чаще пропадал на процедурах и занятиях, принося интересные истории с оных. — Не пришла, представляешь?! Безобразие! — Ли, тряся мокрыми волосами, ворвался в их с Чаном комнату, где проводились уроки Ян Чонином. — Заболела видите-ли! Так найдите замену или отмените в конце-концов! Так нет, мы со старушками десять минут ждали разъяснений! Тренера нет на тренировке — это как понимать?! — Но закончилось то всё нормально? Как вижу, ты пришёл не раньше окончания, — Чан поглядел на часы. — Нормально. Только мне пришлось им самостоятельно проводить занятие аквааэробикой, благо, в этом сложного ничего нет, да и музычка у меня получше будет, но всё равно! — Ого! Смотрю, не только я обзавёлся в санатории работой, — усмехнулся Чан, ловко вытаскивая изо рта Чонина ириску. — Я же говорил, что такие нельзя, ты чем слушаешь? — Нам в качестве компенсации предложили внеочередной кислородный коктейль, — продолжил Минхо, вытирая волосы полотенцем. — Я кстати давно заглядываюсь на него. Крутая штука, ты пробовал? — Чан отрицательно покачал головой, на что Минхо с жаром затараторил. — Очень зря, обязательно попробуй, пока мы тут. Странно конечно, я всё выпрашивал каждый раз дополнительную порцию, а мне всё говорят «нельзя, много пить — опасно для здоровья», — он презрительно закривлялся, заставляя Чонина захихикать. — А как в качестве компенсации — то пожалуйста! — Они всё врут, Минхо-хён, мне бабушка всегда его по вечерам приносит, а вам можно через день, — Чонин продолжал ковыряться в пакете с конфетами. — А ты кстати почему ещё учебники не собрал? Давай пулей, нам с тобой ещё идти до бассейна минут десять, бежать я не намерен! — Бассейна? Ты же только оттуда, — недоумённо уставился Чан на Минхо, помогая Чонину собирать тетради. — А, то старое здание, я разве не говорил? Там кошек тьма, я туда хожу их подкармливать, а пацан за мной вечно увязывается… Не пиз… не спорь, я тебя вижу каждый раз, лучше уж под присмотром будешь, чем по кустам репейник собирать. Давай, торопись, надо ещё на ужин успеть, а то всё самое вкусное съедят, — подтолкнул Минхо мальчишку. По дороге они ехидно обсуждали старушек, с которыми Минхо посчастливилось сталкиваться на его процедурах и занятиях. Он даже позволял Чонину отпускать шутки относительно целевой аудитории его любимых мероприятий — вязание, аквааэробика и солевые сауны. Острота зубов оказалась у них примерно одинаковая. — А госпожа Мин, — продолжал Чонин, когда они добрались до места назначения, окружённые хвостатыми, что собрались на шуршание пакета Минхо. — Кажется, в прошлой жизни она была камнем. Думаю, у неё не так много морщин как раз из-за того, что она вообще мало эмоций на лице показывает. Зато госпожа Чон, её подруга кстати, наоборот — всегда что-то очень эмоционально и интересно рассказывает. Но всё равно ворчит на меня постоянно. — Будешь в их возрасте, посмотрим, как сам ворчать будешь, — наставительно ответил старший. — У них уже столько лет за плечами, ещё и болит наверняка всё. А тут ещё ты — бегаешь, шумишь… Кстати, будь потише, всех котов распугаешь. — Да не шумлю я! — возглас Чонина эхом отразился от стен, несколько котов припали к земле, настороженно навострив уши. Ян поумерил пыл под осуждающим взглядом Ли. — Не шумлю я, — продолжил он уже чуть спокойнее. — Просто мне же скучно. Тут игр нет никаких, друзей моего возраста где взять? Тут и детского лагеря нет поблизости. — «И слава богу», буркнул Минхо, Чонин продолжил. — Только вот с вами с Чан-хёном повеселее. Я вроде понимаю, что всех раздражаю, но мне то куда деваться? Гладя котов по лоснящейся шерсти — кажется, не только Минхо с Чонином подкармливали их — Чонин рассказывал, как он тут оказался. Как его собирались отправить в детский лагерь на лето, как он ждал этого дня, но в последний момент родители заявили ему, что оценки по окончании года их расстроили, и в качестве наказания его отправили к бабке. «Ещё бы в деревню, но чёрт знает куда, за тысячи километров!». В какой-то момент Чонин замолчал, пряча ком в горле. Это не укрылось от ушей Минхо. — Наверное у них не хватило денег? Я слышал, сейчас детские лагеря обходятся недёшево, — он положил ладонь на плечо мальчишки. — Почему тогда не сказать мне честно? — злосчастный ком становился больше. — Наверное твои родители ещё не поняли, что ты уже достаточно взрослый для того, чтобы признавать перед тобой свои ошибки. Не скажу, что это честно, но я не собираюсь их осуждать. Это же твои родители. Покажи им, что тебе обидно, и ты готов поговорить с ними серьёзно. Будь честен с ними, и они будут честны в ответ. — Минхо погладил погрустневшего Чонина по голове. — Я вот уже знаю, что ты достаточно взрослый. И это потому, что ты мне показал это. Доказал, не словами, а поступками. Тем, как ты прилежно занимаешься, как можешь нести ответственность за свои поступки. Не всегда, конечно, — ухмыльнулся Ли. — но ты и не должен быть совсем взрослым. Ты всё ещё подросток, и ты имеешь право на ребячество и ошибки. Даже мы с Чаном имеем право на них. Не в таком количестве, но всё же… Они сидели некоторое время в тишине, нарушаемой лишь шелестом листвы, хрустом кошачьего корма и редким мяуканьем. Вечерело. — Хён… Я сегодня выступаю вечером после ужина… Я знаю, что вы с Чаном-хёном не ходите, но… Придите сегодня, пожалуйста!.. Хоть разок. — Выступаешь? — Минхо удивлённо взглянул в глаза Чонина. — Да, я пою… Вам понравится, я уверен, только придите пожалуйста! — Что же ты молчал? — Минхо рассмеялся, потрепав Чонина по тёмной макушке. — Обязательно придём!