Смерть, жизнь, предательство и любовь

      Открыв глаза, резко встал. Голова болела, но… Сейчас не до мелочей. Ну что же, я прошёл все испытания. Кладбище. Вот моя остановка. Как быстро Смотритель меня сюда перенёс… Стоило сказать «да», как вот, я уже здесь. Видимо и правда, торопился. Неужели в мире было всё так плохо? Хорошо, что я ничего не знал о том, что происходило в Магической Британии после того, как я умер. Только вспомнил о всех событиях, которые стёрли и подправили.       Местность вокруг ничем не напоминала Хогвартс. Не было гор, окружавших замок. Как же это было давно… Я стоял по­среди темного густо заросшего кладбища, справа за огромным тисом чернел силуэт небольшой церкви. Сле­ва — холм, на склоне которого виднелся старый красивый особняк. Так, а где Пуффендуец? А, всё, вижу… Седрик лежал без сознания. Как я узнал тогда, его не убили. Но в конце, это сделал Хвост. Пешка Дамблдора. Когда я вернулся в Хогвартс, он успел перед этим незаметно изменить мои воспоминания и убить Седрика. Ему просто повезло, что Волан-де-Морт, ещё толком не пришёл в себя после воскрешения. Иначе, этой мрази точно не поздоровилось бы за самовольство. А за предательство и подавно.       Не успел я прийти в себя, как был скручен магией. Коротышка в плаще. Он положил сверток на землю и потащил меня к мраморному надгробью. Затем развернул и прислонил к камню спиной. Но я все-таки успел заметить при слабом мерцании палочки высеченное на камне имя «ТОМ РЕДДЛ». Помню, помню… Из палочки этого гада потянулись верёвки, и он на­чал привязывать меня к надгробью. Под капюшоном слышалось прерывистое, лихорадочное дыхание. Я же сделал вид, что сопротивляюсь, но коротышка ударил меня ку­лаком. Всё, тебе не жить, Хвост. — Ты! — прошипел я со злостью. Тот же, ничего не ответил. Он кончил колдовать с ве­ревками и теперь трясущимися руками ощупывал каж­дый узел, проверяя, крепко ли я был привязан. Не переживай, пока рыпаться не буду. Но это только пока… Убедив­шись, что я не могу шевельнуть ни рукой ни но­гой, Хвост вытащил из-под плаща черную тряпку и гру­бо запихал её мне в рот. Ты нарвался, ублюдок, но нужно подождать… Терпи, Гарри, терпи. Затем, так же молча, обо­шел меня и скрылся за моей спиной. Я не мог повернуть головы и видел лишь то, что передо мной. Шагах в десяти Седрик, лежащий без сознания. Сразу за ним в свете звезд блестит Кубок. Моя палочка у самых моих ног. Свер­ток, замотанный в мантию — рядом с надгробьем. Волан-де-Морт… Вот до чего ты себя довёл, любимый?! Больно и жутко на это смотреть. Не выдержав, я зажмурился. Как же плохо… Тут под моими ногами раздался шорох. Я глянул вниз: по траве вокруг надгробья скользит огромная змея. Нагиня… Сно­ва послышалось быстрое, прерывистое дыхание Хво­ста. Похоже, он тащит что-то тяжёлое. Вот он опять в поле моего зрения, волочит каменный котёл, в котором слы­шится плеск воды. Котел огромный, в нём бы уместил­ся крупный мужчина. Сверток, лежащий на земле, зашевелился сильнее. На­ходящееся там существо, казалось, рвется наружу. Хвост сунул под котел волшебную палочку, и оттуда выстрели­ли языки пламени. Змея поспешно уползла в темноту. Жидкость в котле нагрелась быстро. Не прошло и пяти минут, как она уже кипела вовсю, бросая вверх пун­цовые искры, словно тоже воспламенилась. Пар становился всё гуще, и скоро фигура у костра превратилась в расплывчатое пятно. В свертке теперь лихо­радочно метались. И тут я услышал пронзительный, ледяной голос: — Скорее! Мне стало страшно, но я смог подавить панику на корню. Кипящая поверхность жидкости вся превратилась в искры и сверкала, точно усыпанная бриллиантами. — Всё готово, хозяин. — Пора… — изрёк ледяной голос, от которого по моему телу проползли мурашки. Я снова прикрыл глаза и расслабился, больше ничего не слушая. Только сосредоточился на том, что добровольно отдаю кровь для возрождения Волан-де-Морта. Сердце же дико стучало, будто пытаясь вырваться наружу. Страшно? Неимоверно, как и тогда. Но всё же на этот раз, у меня полная память и нужно её как-то защитить, убить Питера. Всё зависит сейчас только от меня.       Ну вот, ритуал начался. Я слышал, но не видел, так как прикрыл глаза. Снова переживать этот момент тяжело. Нет, всё равно, не готов я к нашей встрече. Помню, что когда я осознал все свои чувства, то был в ужасе. Хотя, не надолго. После переделки моей памяти, я забыл об этом. Всё началось с первого курса. Уже тогда… Мне не удалось уничтожить Тома, не смог из-за чего-то, не захотел. Тот же, в первый раз объяснил, что не убивал моих родителей. Да, меня попытался из-за пророчества, но развоплотился. Но тех людей, просто оглушил. А вот Дамблдор завершил дело, когда Том исчез… Как я понимаю, чтобы убрать непригодных пешек. Потом — второй курс. И так же, крестраж не стал меня убивать. Ведь не видел в этом нужды. Джинни да, ему нужна была её жизнь, но не моя. И снова Дамблдор и новые воспоминания, а настоящие стёрты. Третий курс да, там всё было почти правильно, без его вмешательства. Четвёртый, конец полностью переделан. Спасибо Хвосту… Пятый, та же история. Отдел тайн, всё ложь. Хотя Волан-де-Морт был ошарашен моим поведением и кажется, понял, что мне неизменно изменяют и стирают память. Он попытался помочь, но было поздно. Да ещё и Дамблдор мешался… Даже когда маг вселился в меня, у него не вышло освободить мои воспоминания и ему пришлось вести со мной войну, ведь я не собирался отступать… Да, в конце концов ему надоело и в порыве ярости он убил меня, а после смерти пришли настоящие воспоминания. Дамблдор же ликовал, убив меня и Волан-де-Морта. Свою же смерть на шестом курсе он просто имитировал. Но ничего, теперь всё будет иначе. Хватит с меня лжи. Боль в руке показала, что скоро конец ритуала воскрешения. Я поморщился. Ладно, думать некогда о таких мелочах. Скоро я вновь увижу его… Но не пойму, хочу ли этого…       Приоткрыв глаза, увидел, как в облаке пара, идущего из котла, начали возникать очертания высокого, худого, как скелет, челове­ка. Нет, похоже я всё-таки не готов, так как моё тело окатила леденящая волна ужаса. Но не только. К ней примешивалось странное и бесящее тепло и радость. — Одень меня, — произнес Том, обращаясь к Хвосту. Всхлипывая и прижимая к груди изуродованную руку, Хвост с трудом встал на ноги, поднял левой рукой с земли чёрный плащ с капюшоном и одной рукой накинул его на голову и плечи хозяина. Мужчина ступил из котла на землю, не сводя с меня глаз. А я не мог отвести взгляд от этого бледного как смерть лица. Сколько же лет меня преследовали в ночных кош­марах эти красные глаза, змеиный нос, узкие щелки ноздрей… И сколько лет я желал вновь увидеть это изуродованное лицо. Ладно, надежда есть. Может, я смогу вернуть ему его настоящую внешность. Сейчас же главное, что Лорд Волан-де-Морт вновь возродился.