Heartless

      Оставшиеся несколько лучей позднего вечернего солнца просачиваются сквозь окно офиса Итачи, и он, наконец, со вздохом отодвигает свой стул от стола, рассматривая массивные стопки аккуратно сложенных бумаг, которые почти полностью покрывают поверхность его стола. Быть капитаном АНБУ Конохи имеет свои преимущества, но это точно не одно из них.       Редко когда он теряет фокус, его взгляд скользит к окну — отсюда он может видеть главные ворота деревни, которые закрываются на ночь. Там нет ничего необычного, и он уже планирует собрать все файлы и отнести их в соседний офис Хьюги Неджи для повторной проверки, когда краем глаза замечает три очень знакомые фигуры.       Офисы АНБУ расположены на самом верху Башни Хокаге, так что у него есть замечательная точка обзора практически на всю деревню; тем не менее, взгляд Итачи прикован к трем очень знакомым джонинам, проскальзывающим в ворота деревни в последнюю секунду. Все они выглядят слишком счастливыми и беззаботными для тех, кто только что вернулся с операции по убийству S-ранга, и Итачи слегка хмурится — незрелость его глупого младшего брата и его товарищей по команде никогда не перестает его напрягать.       Хотя они и создают веселую картину, полагает он; они даже выглядят почти одинаково, одетые в одни и те же черные штаны, темно-зеленую водолазку и соответствующий бронежилет, обязательный для всех джонинов Конохи. Руки Узумаки Наруто обнимают Саске и Сакуру за плечи, и все трое вовлечены в то, что кажется напряженным разговором. Подслушивание, безусловно, не входит в намерения Итачи, но он сразу же замечает, насколько взволнованным выглядит его розововолосый медик; время от времени она сердито жестикулирует в сторону двух своих товарищей по команде, прежде чем провести пальцами по своим длинным развевающимся на ветру локонам, выглядя явно расстроенной.       Итачи должен признать, что чувствует некую интригу; это правда, что злить Сакуру — это почти приятное занятие, которым он и Генма признаются, что занимаются немного чаще, чем необходимо, просто для своего развлечения, но он мог бы подумать, что ее любимая Седьмая команда будет делать это намного интересней и увлекательней.       Пока старший Учиха наблюдает, его младший брат, к его удивлению, притягивает Сакуру ближе, обнимая ее за талию, и что-то шепчет ей и Наруто, выглядя очень серьезным. На этот раз Итачи не может не нахмуриться, вспоминая заявление своего глупого младшего брата сегодня утром за завтраком. Даже он знает, что Саске встречался с Сакурой в течение короткого времени, когда им двоим было по шестнадцать, до того, как их отношения, по-видимому, вернулись к близкой дружбе, к большому разочарованию их матери. Возможно ли, что его брат намерен возобновить связь?       Итачи слегка нахмурился, упрекая себя за то, что позволил своим мыслям увлечься чем-то столь тривиальным, как романтическая привязанность его младшего брата к Харуно Сакуре. Конечно, это будет головной болью — он совершенно точно не хочет, чтобы такой неотъемлемый член его отряда отвлекался на такие ненужные романтические занятия. Особенно с его младшим братом.       Легкая ухмылка касается уголков губ Итачи, даже когда Седьмая Команда продолжает свой путь. При нормальных обстоятельствах он, возможно, подумал бы о каком-то осторожном вмешательстве — однако, благодаря заявлению его уважаемого отца за завтраком, в этих мерах нет необходимости. Его глупый младший брат не сможет встречаться с Сакурой, пока Итачи не найдет собственный романтический интерес, и он абсолютно уверен, что этого не произойдет ни в какой момент жизни.       Тем не менее, его брат и два оставшихся члена Команды Семь выглядят слишком коварными, заставляя Итачи чувствовать себя некомфортно, и даже когда он снова возвращается к своим документам, капитан АНБУ продолжает поглядывать в их спины.       — Хорошо, помни, что я сказала ранее, — твердо инструктирует Сакура. — Саске-кун, ты наблюдаешь за ним за обедом как ястреб и слушаешь все, что он говорит, с предельным вниманием — ему должны нравиться некоторые вещи, и как его брат ты в лучшем положении, чтобы это выяснить.       Саске на мгновение закатывает глаза.       — Я все еще думаю, что единственное, что нравится Итачи, — это причинять мне страдания и несчастья. Может быть, если бы ты сломала мной несколько деревьев прямо за окном его спальни — он, вероятно, вышел бы и предложил выйти за него замуж на месте.       — Только в крайнем случае, Саске-кун. — Сакура подавляет смешок от возникшего мысленного образа.       — Мне что-то нужно сделать, Сакура-чан? — Наруто фыркает от смеха.       — Поддерживать морально, — говорит розоволосая с совершенно невозмутимым видом. — Если я появлюсь у твоей двери в три часа ночи, рыдая и переживая психологический срыв из-за полного безумия задачи, которую я согласилась выполнить в момент полнейшей глупости, ты должен будешь меня утешить.       Наруто усмехается и показывает ей свою адаптацию знаменитой позы хорошего парня.       — Конечно — ой, подожди, Сакура-чан, куда ты идешь?       Сакура смотрит на них через плечо, ее волосы развеваются на ровном вечернем ветру.       — Увидеть Ино-Свинку, конечно же! Вы, ребята, отличная компания и все такое, но я не думаю, что вы захотите давать мне какие-либо советы о том, как именно я могу соблазнить Итачи…       С этими словами Сакура уходит, вприпрыжку, оставляя Наруто и Саске безмолвно смотреть ей вслед.       — Эх, Саске-сволочь, — наконец хрипит Наруто, его разум полностью заполонили очень неприятные картинки его невинной, любимой Сакуры-чан, соблазняющей Итачи, самого страшного и злого из всех людей. — Я… о Ками … фу… зачем ты вообще придумал этот дурацкий план? — спрашивает он в ужасе.       Саске выглядит еще более охваченным ужасом, так как в его разум также вторглись упомянутые нежелательные картинки его лучшей подруги и бывшей девушки, делающей соблазнительные вещи с его Демоническим Отродьем злым старшим братом.       — Я не знаю, тупица. Я действительно не знаю.       Без дальнейших церемоний Саске хватает Наруто за руку и тащит его в сторону ближайшего бара. Наруто визжит, упираясь пятками в землю.       — Куда мы идем, сволочь? Ичираку в другой стороне!       — Конечно же, мы пойдем и напьемся так, что забудем это ужасное заявление Сакуры. Потом я заплачу за рамен. — говорит Саске так, как будто это должно быть очевидно.       Наруто вздрагивает, прежде чем начать идти в ногу со своим лучшим другом.       — Ага. Учитывая, что теперь у меня есть определенные мысленные образы Итачи и нашей Сакуры-тян, которые делают… вещи, которые мне нужно выбросить из головы.       — Я выпью за это, тупица. Я обязательно выпью за это.       Как только возмущенные Саске и Наруто исчезают из поля зрения, Сакура наконец позволяет себе рассмеяться. Выражение их лиц было абсолютно бесценным — но это же они придумали этот глупый план, а также дразнили ее по этому поводу весь день.       Однако, несмотря на это, она лишь полушутя сказала, что собирается найти Ино и попросить у нее совета. Сакура считает себя более чем способной куноичи, но, честно говоря, соблазнить Итачи, печально известного холодного и ледяного недоступного капитана АНБУ Конохи? Это вопрос, который находится далеко за пределами чьей-либо индивидуальной досягаемости — даже ее. Кроме того, последние две с половиной недели Ино была на миссии по наблюдению в Стране Снега, и хотя Сакура скорее выльет себе на голову тарелку горячего рамена, чем признается в этом, в конце концов, Ино безжалостно дразнила бы ее, если бы она когда-нибудь узнала — она действительно скучала по своей лучшей подруге.       Через несколько минут Сакура стоит возле маленькой квартиры, которую Ино делит с Шикамару, который все еще отсутствует на миссии на Амегакуре. В ту же секунду, когда девушка стучит в расколотую дверь, она распахивается, и Сакура вскрикивает от удивления, прежде чем упасть внутрь, в пару очень знакомых рук.       — Лобастая! — Ино визжит изо всех сил, прежде чем приступить к заключению Сакуры в одно из ее обычных сокрушительных объятий. — Не могу поверить, что собираюсь это сказать, но я действительно очень скучала по тебе! В Стране Снега было так ужасно, ужасно, ужасно скучно. Мне нечего было делать, кроме как ходить на горячие источники, и это напомнило мне тот курорт, на который мы пошли на твой последний день рождения, что навело меня на мысль, что все было бы чертовски веселее, если бы ты, Шика-кун или Чоуджи были там…       Сакура ласково закатывает глаза, прежде чем затащить Ино обратно в квартиру.       — Как хорошо, что ты наконец вернулась, Ино-Свинка.       Все еще болтая со скоростью миля в минуту, Ино ведет Сакуру в маленькую гостиную, прежде чем смахнуть стопки журналов недельной давности и некоторые документы Шикамару с диванов, чтобы они обе могли сесть.       — …И я совершенно не могу поверить, что прожила так долго в компании одной себя, — драматично заканчивает Ино, падая рядом с Сакурой. — Я действительно думала, что совсем сойду с ума. В любом случае, что за безумие ты затеяла, когда проводила здесь время в компании Наруто и Саске?       Сакура вздыхает, откидываясь на подлокотник.       — О, Ино, ты бы даже не поверила мне, если бы я сказала тебе.       — Тогда это должно быть очень интересно. Вводи меня в курс дела! — Блондинка ухмыляется лисьей улыбкой, что жутко напоминает Наруто       Сакура не может не вздрогнуть от неуместного энтузиазма своей лучшей подруги.       — Ино-Свинка, что бы ты сказала, если бы я сказала, что должна соблазнить Учиху Итачи?       Ино смотрит на нее в ответ, выглядя совершенно ошеломленной.        — Нет.       — Да. — Сакура морщится.       Ино придвигается ближе к дивану, бросая подозрительные взгляды на свою квартиру, словно ожидая, что кто-то вроде Наруто или Кибы будет прятаться в гардеробе с диктофоном в руке.       — Но, Сакура, ты не можешь.       — Почему? — Сакура хмурится, вызвав такую реакцию на свою фразу во второй раз за день.       Ино наклоняется еще ближе, понижая голос.       — Потому что у Итачи нет гормонов, — шепчет она совершенно серьезно. — Ходят слухи, что клан Учиха извлек их, когда он был молод, чтобы он полностью сосредоточился на своих целях — вот почему он такой, какой он есть и… — ай, Сакура! Ты ударила меня!       Сакура глубоко вздыхает, оставляя очень обиженную и потирающую ушибленную руку лучшую подругу.        — Ино, Наруто сказал тебе это?       — Да… нет… может быть? Возможно? — Ино хмурится, пытаясь вспомнить, где она впервые услышала неуловимую теорию заговора. — В любом случае, это всего лишь один из общеизвестных фактов, Сакура. Небо голубое, трава зеленая, а Учиха Итачи совершенно асексуален.       — Это не так, потому что нельзя просто извлечь гормоны, — покорно объясняет Сакура, молча восхищаясь репутацией Итачи среди остальной Двенадцатки Конохи. — Гораздо более вероятно, что у Итачи просто… подавлены гормоны, вот и все.       Теперь Ино вздыхает, слегка подпрыгивая на диване и беря свой стакан с водой.       — В любом случае, это не важно. — Она колеблется, выражение глубокой мысли скользит по ее лицу. — Подожди, Сакура, зачем ты вообще затронула Итачи и тему соблазнения? — Она заговорщески поднимает бровь. — Ты хочешь мне что-то сказать?       Сакура в ужасе отступает, так как слишком хорошо знакома с чрезмерно спекулятивным характером Ино.       — Нет, нет, ничего подобного. Просто, э-э…        — Потому что что-то подсказывает мне, что дискуссия, которую мы здесь ведем, не чисто теоретическая. — Глаза Ино сужаются в явно подозрительной манере.       Сакура слегка сглатывает, чувствуя, что ей гораздо больше нравилось разговаривать с Ино перед тем, как она начала тренироваться в допросах и расспросах с Морино Ибики.       — Эм… может быть?       На хрупких чертах лица блондинки появляется совершенно тревожное выражение, говорящее о неверных выводах.       — О, Ками! — визжит она. — Моя маленькая Сакура-тян влюбилась в сексуального старшего брата своего бывшего парня? Да ну нафиг!       Сакура давится водой, затем тянется к стакану, чтобы схватить кубик льда и бросить его в свою заблудшую лучшую подругу.       — Какого черта — нет, Ино! Нет! Плохая Ино! Что я тебе говорила о глупых, сумасшедших теориях о том, что мне нравятся парни, которые якобы мне нравятся, хотя на самом деле они мне не нравятся?       Ино преувеличенно дуется, легко ловя кубик льда.       — Не оскорбляй мой интеллект, Лобастая. Зачем еще ты бы приходила сюда и задавала вопросы о том, как соблазнить Итачи?       — Отчасти это вопрос помощи близкому другу. А отчасти просто гордость. — Сакура скрещивает руки и смотрит на подругу.       Ино глубокомысленно кивает, постукивая по лбу изящно наманикюренным лазурным ногтем.       — Под «предметом гордости» ты имеешь в виду еще одну глупую «операцию» с Саске и Наруто, верно?       — Как ты… — Сакура давится воздухом.       — Ибики-сенсей учит меня читать мысли, — говорит Ино с совершенно невозмутимым выражением лица.       — Что же, мир в основном облажался, — шутливо вздыхает Сакура, прежде чем вытянуть ноги на диване. — В любом случае, Ино, у тебя есть какой-нибудь совет для меня, или мне нужно пойти к куноичи, которая старше и более опытна в жизни, как Хана-чан?       — Что?! — Ино визжит, ее внимание снова сфокусировано. — Ты не сделаешь ничего подобного, Лобастая! У меня есть совет! У меня всегда есть совет!       Сакура не может не ухмыльнуться от того, насколько предсказуема ее лучшая подруга.       — Ну, тогда давай послушаем.       — Ну, во-первых, — Ино задумчиво смотрит на нее, — Чоуджи говорит, что это очень важно знать… какую еду Итачи любит больше всего?       — Эм… — Сакура колеблется. — По-видимому, но никто не уверен, я думаю, ему нравится онигири, потому что это то, что всегда ест наш отряд, когда мы далеко от Конохи, но Саске изо всех сил постарается выяснить это сегодня вечером за ужином.       — Хм, — Ино несколько мгновений обдумывает это, прежде чем внимательно осмотреть одежду Сакуры. — Знаешь, я ненавижу эту униформу джонинов. Конечно, она передает ощущение равенства и единства, и она является признаком нашего высокого ранга шиноби Конохи, но, честно говоря, зеленые водолазки и бронежилеты? Это ужасно и убийственно, что ты не можешь выставить напоказ свои прелести.       Сакура съеживается, не в силах удержаться, чтобы не защитить себя.       — Прелести? И когда это мы перешли от онигири к прелестям? И почему выставляние их напоказ вдруг стало частью этого разговора?       Ино ухмыляется.       — Ты сказала соблазнение, Сакура, и есть очень много способов добраться до сердца мужчины не через его желудок. Завтра выходные, и почти все будут не на работе, так что…— Она встает с дивана и переходит к коридор, направляясь в свою спальню. — Подожди минутку!       Несмотря на то, что все инстинкты Сакуры кричат ей, чтобы она убиралась отсюда, пока не стало слишком поздно, она остается на месте, пока Ино не вбегает обратно.       — Как раз вовремя, Ино-Свинка — а, какого черта?! — Сакура протягивает руку, натягивая клочок красной ткани, который только что приземлился ей на голову, на уровень глаз, и тут же бледнеет. — …О, ты, должно быть, шутишь.       — Я? Никогда, детка. — Ино ухмыляется, садясь обратно.       — Но Ино, — жалобно говорит Сакура, глядя на шелковистый, облегающий и тревожно тонкий малиново-золотистый топ, который она держит в руках. — Сейчас зима.       — Ранняя зима, — надменно поправляет Ино. — Еще даже не идет снег.       — Но, — Сакура аккуратно держит верхнюю часть топа между большими и указательными пальцами, как будто она может обжечься, и отчаянно ищет любую причину, чтобы не надевать его в присутствии своего ледяного лидера отряда. — В любом случае, Итачи никогда не выходит из дома, а это твой любимый топ для походов по барам, так что даже если я надену его завтра вечером, это будет напрасно.       — Сакура, кто сказал, что ты наденешь это завтра вечером? — Ино поднимает бровь.       Сакура смотрит на нее в полном замешательстве.       — Это правда, что вы с Наруто часто тренируетесь на частной территории клана Учиха? — мило спрашивает блондинка.       — …Да, — бормочет Харуно.       — Правда или нет, что это те самые места, которые посещал сам Итачи?       Тон Ино становится все слаще и слаще, и Сакура нервно сглатывает.       — …Да.       — Теперь, это правда, что вы сталкивались с ним время от времени, и вы вдвоем спаринговали вместе?       Челюсть Сакуры отвисает, когда она понимает, к чему именно ведет ее лучшая подруга, и она швыряет топ в Ино, совершенно возмущенная.       — Ино, нет! Сейчас зима, и я не могу прыгать по тренировочной площадке Итачи, одетая как… вот так! У меня будет переохлаждение, и мои конечности посинеют, и о Ками, он уже достаточно надо мной издевался — если он столкнется со мной, когда я буду тренироваться в этом, я никогда не узнаю, чем это закончится!       Ино по-волчьи ухмыляется.       — У тебя не будет переохлаждения, Сакура-чан. Я думаю, Итачи сделает все возможное, чтобы этого не случилось с его любимым ниндзя-медиком… даже если для этого придется обвиться вокруг тебя. — Воспользовавшись тем фактом, что Сакура потеряла дар речи и медленно краснеет, как помидор, благодаря последующим мысленным образам ее предыдущего заявления, Ино снова ухмыляется, прежде чем швырнуть в нее хлипкий малиновый топ. — Пожалуйста, Сакура.       Тем временем, в комплексе Учиха…       Саске бездельничает за обеденным столом, украдкой оглядываясь на то, как его мать готовит ужин. Он сразу узнает характерные рисовые шарики и запах соленого лосося — интересно; получается Сакура была права. Хотя на всякий случай…       — Что на ужин, мама? — безобидно спрашивает Саске, скрещивая пальцы под столом и молясь, чтобы она подтвердила это.       — Онигири, конечно, — весело говорит Микото, расставляя тарелки на столе. — Знаешь же, Итачи любит их.       Глаза Саске сузились от мстительного удовольствия. Идеально.       — Отлично, — бормочет он.       Как назло, именно в этот момент Итачи решил проскользнуть на кухню, и его темные глаза остановились на младшем брате, выглядящем слегка подозрительно.       — Что отлично? — спрашивает наследник клана, занимая свое обычное место напротив Саске.       — О чем ты, мой дорогой аники. — Саске слегка ухмыляется.       — Не играй со мной в игры, глупый братишка. — Глаза Итачи тоже сужаются.       Саске невинно поднимает руки.       — О, но никто не играет с тобой в игры, Итачи. … Ну, — легкая ухмылка снова касается уголка его губ, — во всяком случае, пока.       Следующий день       Сакура ругалась себе под нос, плотнее закутываясь в куртку, и брела по почти обледенелым улицам рядом с комплексом Учиха. Из соображений секретности она не входит через главные ворота, а идет по небольшой боковой тропинке в граничащем лесу, отделяющем комплекс Хьюга от комплекса Учих.       Оттуда она могла легко увидеть открытое окно спальни Саске-куна и даже желто-оранжевое пятно внутри, которое, должно быть, было Наруто. От еще одного порыва ветра Сакура вздрагивает, проклиная топ Ино и слишком тонкую куртку, которую она надела поверх него. Несмотря на то, что уже позднее утро, в воздухе нет ни солнца, ни тепла; небо и сама Коноха окрашены в определенный оттенок сланцево-серого, и Сакура практически чувствует снег в окружающей атмосфере.       Она с легкостью пробирается через лес и пересекает пустую тренировочную площадку сразу за комнатой Саске. Наруто замечает ее и тут же наполовину высовывается из окна, слегка упираясь коленями в кровать Саске.       — Эй, Сакура-чан! Сюда!       Он протягивает руку, и она хватает ее, и из безопасного места Саске закатывает глаза, хватает Наруто сзади за жилет и сильно тянет, и с двумя приглушенными криками Сакура грубо вваливается в комнату, Наруто падает назад, поверх Саске, и все трое оказываются спутанной кучей на кровати Учихи.       — Ой… — бормочет Сакура, прежде чем с трудом сесть, случайно толкнув Наруто локтем в лицо и сумев захлопнуть окно, фактически перекрыв поток холодного воздуха в комнату. — Напомни мне еще раз, зачем это было нужно?       — Ага, — эхом повторяет джинчурики, потирая затылок, прежде чем оттолкнуть Учиху от себя. — Я не думаю, что нам приходилось пробираться внутрь через окно с того раза, когда мы пронесли все эти петарды в ночь перед твоим четырнадцатым днем рождения и подожгли их с крыши…       — Эта операция должна быть проведена в полной и абсолютной секретности, — сердится Саске, после того как ударяет Наруто по руке за то, что тот ударил его ногой. — Я имею в виду — я знаю, что Демоническое Отродье не может знать, что что-то не так, но, тем не менее, он, кажется, странно подозрительно относится к моей деятельности. И Сакура, ты права — он действительно любит онигири. Я не знаю, что ты собираешься делать с этой информацией, но вот она у тебя.       — В любом случае, Сакура-чан, — чирикает Наруто, соскальзывая на край кровати. — Какой, э… совет… Ино дала тебе?       Сакура неловко ерзает, вместо этого глядя на Саске.       — Э-э, Саске-кун, во сколько, ты сказал, Итачи уходит тренироваться?       Брюнет бросает небрежный взгляд на будильник в углу, прежде чем снова занять свое обычное место на полу. — У нас есть около пятнадцати минут, достаточно времени, чтобы ты могла сообщить нам о своем плане.       Отлично. Сакура слегка вздрагивает при мысли о том, что она собирается сделать, прежде чем ее правая рука невольно скользит к молнии на самом верху ее черной куртки.       Саске приподнимает бровь, и Наруто прямо открывает рот.       — Так, все, — рявкает Сакура, решительно скрестив руки на груди, чувствуя, как горят ее щеки. — Закройте глаза, вы оба.       — Тогда должно быть… Итачи повезло, — обиженно бормочет Наруто, закрывая глаза, и Саске следует его примеру.       Решив, что она определенно ненавидит свою жизнь, Сакура снимает куртку и стоит, слегка дрожа, в центре комнаты Саске. Шелковистый, обтягивающий, короткий топ — все это очень хорошо летом, да, но он не был создан для этого времени года, хотя ее привычные завышеные черные штаны и сапоги держат ее ноги более или менее в тепле. Сакура глубоко вздыхает, смирившись со своей судьбой.       — Вы можете открыть глаза, если хотите. Но не смейте ничего говорить, или весь этот план будет отменен.       Ее друзья послушно открывают глаза, реагируя достаточно предсказуемо, Саске ухмыляется, оглядывая ее с ног до головы, а Наруто присвистывает.       Правая рука Сакуры сжимается в кулак, и Узумаки инстинктивно прячется за подушкой Саске.       — Я ничего не говорил!       — Сакура… в такой одежде ты получишь переохлаждение и замерзнешь, — лаконично указывает Саске.       — Да, я знаю. — Сакура потирает уже ноющий лоб.       Наруто многозначительно поднимает бровь, толкая Саске локтем в ребра.       — Но ведь это ради благого дела, верно, Саске-сволочь?       — Перестань, Наруто, я не скажу тебе, кто она, — протягивает Саске. — Если бы ты был умным, ты бы сам догадался.       Наруто морщится, прежде чем повернуться к Сакуре.       — Сакура-чан! Ты умная и дружишь со всеми куноичи — ты хоть немного представляешь кто это может быть?       — На самом деле у меня есть пара хороших идей. — Сакура загадочно улыбается, садясь рядом с ним.       — Нет нужды говорить об этом, — Саске твердо откашливается, явно чувствуя себя неловко. — Ни в коем случае. Речь идет исключительно о Сакуре и Итачи.       Тишина.       Саске вздрагивает, передумав.       — …Не думаю, что когда-нибудь привыкну так говорить.       — Да уж, — горячо отвечают Наруто и Сакура.       Решив собраться, Сакура со вздохом встает, глядя на соседний лес. Это большое пространство земли, и ей совсем не хочется резвиться на нем на морозе, просто ожидая встречи со своей теоретической «добычей».       — Ладно, куда именно в лесу обычно ходит Итачи?       Саске подходит к окну, быстро осматривает местность, а затем точно определяет место взглядом.       — Прямо там — немного западнее, прямо перед его спальней. Обычно он просто бродит по этому району, пока не наткнется на границы клана Хьюга. — Он смотрит на сокомандницу. — Готова идти?       — Конечно, — ухмыляется Сакура, пытаясь выглядеть как можно более крутой, решительной и совершенно не нервной.       Наруто усмехается, прежде чем подпрыгнуть и распахнуть окно.       — Хорошо, ребята, начнем первый акт Проекта соблазнения Итачи…       Уже дрожа, Сакура встает на поляне, на которую указал Саске. К несчастью для нее, холодный ветер усилился еще больше, и девушка решительно стиснула зубы, чтобы не стучать ими. Нелепые вещи, которые они постоянно делают во имя дружбы… черт, это не похоже на то, что Наруто — тот, кто мог бы отправится экспедицию, чтобы соблазнить и встречаться с Учихой Итачи, просто чтобы Саске мог пригласить свою таинственную куноичи…       Невольно тихий смешок вырывается из горла Сакуры, когда она внезапно представляет себе отвратительно выглядящего Наруто в таком же крошечном топе, пытающегося «соблазнить» столь же отталкивающе выглядящего Итачи.       …Ладно; похоже стало еще прохладнее.       Решив, что ей лучше попытаться согреться, потому что у нее есть дела поважнее, чем ковырять сапогами землю и замирать в этом возмутительно откровенном наряде, пока не появится Итачи, Сакура притягивает значительное количество чакры к своему правому кулаку. Волны внезапной силы посылают теплое покалывание вверх и вниз по ее руке, и розововолосая куноичи слегка ухмыляется. Когда она опускает кулак на землю со скоростью, смазанной движением, земле требуется несколько мгновений, чтобы принять удар, но когда это происходит, земля под ней раскалывается с впечатляющей скоростью, оставляя осколки и трещины в холодной почве и легко вырывает с корнем многие тяжелые камни, которые ранее были вкопаны в землю.       Сакура удовлетворенно наблюдает, как камни взлетают на несколько футов в воздух; когда они снова падают вниз, оставляя небольшие кратеры от силы удара, пол поляны трясется под ее ногами.       Приди и возьми меня, Итачи.       Все еще пытаясь сдержать холод, Сакура срубила еще один гниющий дуб одним ударом, прежде чем отступить, чтобы осмотреть результаты своей работы, выглядя еще более самодовольной, чем раньше.       Конечно, мрачно размышляет Итачи, из своего места наблюдения за куноичи в тени одного из немногих неповрежденных деревьев, она должна уничтожить мой участок леса…       Только он выскользнул из окна своей спальни и вошел в лес, как почувствовал, что земля дрожит под его ногами; как любой уважающий себя шиноби, Итачи выследил источник назойливого беспокойства. Это было нетрудно — все, что от него требовалось, — это следовать по пути разрушения, который Сакура весьма бодро оставила после себя.       Однако это казалось довольно нелепым…       Совершенно не подозревая о присутствии намеченной цели, Сакура приближается к другому полусгнившему дереву, притягивая еще больше теплой чакры к обнаженной руке и отводя кулак назад…       — Прекрати и воздержись, — тихо командует Итачи, выходя из тени позади нее. Сакура сразу же напрягается, узнавая голос, и оборачивается, чтобы найти свою предполагаемую цель, смотрящую на нее сверху вниз… и выглядящую намного страшнее, чем обычно. Что за черт? Она даже не почувствовала его приближения, а ведь первый акт плана был основан на этом!       Сакура борется с желанием нервно сглотнуть и борется с еще большим желанием тщетно дернуть свой короткий топ вниз, чтобы она действительно могла прикрыть несколько дюймов неудобно обнаженной кожи.       — Что ты здесь делаешь? — это ее рефлекторная реакция, прежде чем Сакура заметно вздрагивает от своей ошибки — черт, это конечно же не его личный участок эксклюзивных тренировочных площадок его семьи или что-то в этом роде.       Левая бровь Итачи приподнялась примерно на долю дюйма, и, может быть, это просто тени, но кажется, что пару мгновений он выглядел удивленным.       — Думаю, что это я должен спросить тебя об этом.       Сакура не может сдержать немного нервного смеха, даже когда она сокрушает камень в пыль правым кулаком.       — Я только что была по соседству?       Левая бровь Итачи поднимается еще выше.       — Конечно.       Сакура борется с желанием вырвать с корнем ближайшее дерево и ударить им себя по голове. Несмотря на то, что подавляющее большинство мужского населения Конохи, если бы его заставили ответить, сказали бы, что она выросла и стала одной из самых красивых молодых женщин во всей деревне — есть заметная причина, по которой Цунаде никогда, никогда не отправляет ее на любые миссии, в которых есть хоть намек на соблазнение.       Это, оказывается, яркий пример рассматриваемой причины.       — Прекрасный день, не так ли? — Сакура легкомысленно замечает, в то же время посылая Саске в самые глубокие, самые темные и самые мерзкие ямы ада за то, что он заставил ее сделать это.       На этот раз нет никаких сомнений. На обычно невозмутимом лице Итачи определенно забавное выражение, когда он смотрит на ее менее чем подходящую для климата одежду.       — Конечно. Такой прекрасный, что твоя кожа, кажется, становится синей. Сакура вздрагивает, и бросает быстрый взгляд вниз на открытые плечи и руки, подтверждая заявление Итачи. Отлично. Синий, розовый, малиновый и зеленый — она сомневается, что кто-то может собрать в себе большую палитру цветов, чем она в данный момент.       — Я не заметила, — честно отвечает она.       — Да, — сухо замечает Итачи. — В конце концов, это общепризнанный факт, что полное уничтожение целых участков частного леса творит чудеса для защиты от холода, не так ли? Хотя, — несмотря на все свои усилия, Сакура не может не краснеть, когда она чувствует, как его холодный взгляд снова пробегает по ее дурацкому наряду, — Я могу придумать еще несколько подходящих способов, которыми ты могла бы это сделать.       Черт бы его побрал за то, что он такой заботливый. Сакура тихо кипит, хотя старается сохранять безобидное выражение лица.       — Да, ну, и Какаши-сенсей, и Цунаде-шишоу всегда говорили мне, что тренировки в сырых элементах творят чудеса с выносливостью, — отвечает Сакура, нарочно пристально глядя на очень гладкую, но теплую на вид темно-бордовую куртку с меховой подкладкой, которую он носит.       Итачи слегка хмурится, улавливая пренебрежение в ее голосе — как будто она и сама была уверена в этом.       — Это так?       Глаза Сакуры сужаются, когда он расстегивает застежки спереди своей куртки, прежде чем полностью снять ее. Под ней Итачи одет только в черную футболку и свободные штаны в тон, но он не дрожит (и не синеет, недовольно замечает куноичи), когда так внезапно сталкивается с холодным воздухом.       Вежливым поступком, конечно же, было бы предложить снятую куртку явно замерзшей девушке перед ним, но Итачи слегка ухмыляется, прежде чем бросить куртку к основанию ближайшего дерева — он намеревается показать Сакуре, что какую бы извращенную маленькую игру она не придумала, в нее могут играть двое.       Сакура изо всех сил старается не смотреть на выброшенную куртку с выражением жалкой тоски на лице, а вместо этого переключает внимание на свою цель.       — Впечатляет, — холодно признает она.       — Я пытаюсь, — невозмутимо отвечает Итачи, прежде чем подтолкнуть ногой то, что осталось от одного из поваленных ею деревьев.       Заметив легкий жест, Сакура небрежно хрустнула костяшками пальцев.       — Извини, — говорит она, явно не имея в виду ни слова. — Они все равно собирались умереть этой зимой.       — У меня были планы насчет этих деревьев, — ровным голосом отвечает Итачи, встречаясь с ней взглядом.       Теперь, официально брошенная в петлю, Сакура моргает.       — …Планы?       — Да, кажется, я так и сказал, — невозмутимо говорит Итачи. — Ты компенсируешь мне потерю этого участка леса.       Услышав это заявление, Сакура несколько побледнела, борясь с желанием отступить. Компенсировать? В любом случае, кто кого здесь должен был соблазнять? Твердо покачав головой и напомнив себе, что она имеет дело с Итачи, и поэтому использование его слов вряд ли предполагало какую-то инсинуацию, Сакура изо всех сил старается сделать свой тон достаточно кокетливым, оставляя свою гордость где-то позади.       — И как бы я это сделала? — спрашивает она сквозь зубы.       Итачи задумался на несколько мгновений, а затем решил, что он может также воспользоваться преимуществом компании такого достойного противника, даже несмотря на то, что этот достойный противник в данный момент кажется несколько сбитым с толку, так как она резвится в лесу в разгар зимы, одетая в такую откровенную одежду…       — Сразись со мной.       На этот раз Сакура действительно сделала шаг назад — она была совершенно уверена, что, из всего того что Ино разрешила бы ей делать в этом топе, драка не входила в этот список. Черт, он такой хлипкий, что может легко сместиться или, э-э… соскользнуть… после того, как просто нанесет — или примет — один удар.       — Но… разве ты обычно не спаррингуешь с Саске? — спрашивает она, отчаянно пытаясь выиграть время.       Итачи кивает один раз.       — Да, но в последнее время он проводит большую часть своего времени, совершенствуя свои навыки обращения с оружием, а меня такие вещи не интересуют.       Несмотря на серьезность своего положения, Сакура приподнимает бровь, ее глаза злобно сверкают, когда она получает эту жемчужину очень ценной и подтверждающей подозрения информации из столь неожиданного источника.       — О, это так?       — Да. — Итачи с опаской наблюдает за непостоянной куноичи.       Все нервы Сакуры кричат, чтобы она начала визжать, прыгать вверх-вниз и хлопать в ладоши, в то время как Внутренняя Сакура беззастенчиво бьет воздух с криком победы. Как бы то ни было, она просто смотрит вдаль с необычайно счастливым выражением лица, более ранний вопрос Итачи, очевидно, забыт — очень необычная реакция на тривиальную информацию о вновь обретенном интересе его брата к оружию. Не в первый раз любопытство Итачи на мгновение пробуждается… возможно ли, что здесь происходит что-то большее, чем кажется на первый взгляд? Самой концепции достаточно, чтобы заинтриговать его.       — Я буду драться с тобой, — резко говорит Сакура, вытряхивая Итачи из его краткой задумчивости. — Никакой чакры, только тайдзюцу.       Итачи выгибает бровь — интересная просьба. Это просто еще одно доказательство того, что шиноби никогда не должны вступать в бой, находясь под влиянием сильных эмоций.       — Очень хорошо.       Час спустя…       Тот, кто верит, что можно быть соблазнительной, каким бы то ни было способом или формой во время физического спарринга…       … Полный псих.       Сакура ругается, едва умудряется не споткнуться и не упасть лицом вниз на открытый корень дерева, и хотя она все время старается избежать непреднамеренного расщепления лица Итачи (хотя Ино и даже Наруто и Саске утверждают, что в этом и есть смысл) во время всего этого спаринга, в момент чистой удачи она наносит ему твердый удар в челюсть.       Это необычайно сильный удар, достаточный, чтобы разрушить его ледяное самообладание, наклонив голову на долю дюйма вправо и одновременно сломав все семь позвонков на шее. Тем не менее, тот факт, что конечности Сакуры почти онемели от холода, заставляет ее чуть-чуть медленнее сжимать кулак, и Итачи, как и ожидалось, замечает окно возможности и действует в соответствии с ним.       Его ледяная хватка сжимает ее все еще вытянутое запястье, прежде чем Итачи разворачивается со скоростью, которая может легко соперничать со скоростью его старшего кузена Шисуи, и отправляет ее спиной вперед в одно из немногих неповрежденных деревьев, оставшихся на поляне. Сакура задыхается от боли, когда дыхание резко покидает ее тело, и колени подгибаются под ней, отправляя ее на землю — но первое, что она делает, это выгибает спину, отчаянно оглядываясь через плечо. Она вздыхает с облегчением, обнаружив, что малиновый топ чудесным образом цел и невредим — немного помят, да, но на нем нет ни разрывов, ни грязи, и это хорошо, потому что Ино, черт возьми, рыдала бы, если бы ее любимый топ потерпел крушение.       — Приятно знать, в чем заключаются твои приоритеты, — сухо замечает Итачи, прежде чем схватить Сакуру за запястье, которое он раньше ушиб, и с легкостью поднять ее. — В следующий раз одевайся более практично.       Сакура проводит руками вверх и вниз по замерзшим конечностям, стиснув зубы, чтобы они не стучали.       — Этот бросок, — дрожит она, пытаясь игнорировать пульсацию в спине, — не был свободен от чакры.       Итачи бросает на нее откровенно удивленный взгляд.       — Я думаю, что холод мешает твоему восприятию, Сакура.       Оскорбленная, она строит ему решительно непривлекательное лицо, прежде чем увидеть, как Итачи поднимает свою выброшенную и очень теплую на вид куртку. Затем, однако, рассматриваемая куртка плотно прилегает к ее груди, и Сакура вскидывает руку, чтобы поймать ее, прежде чем она упадет на землю.       — Что…       — Надень ее, — инструктирует Итачи, его тон не оставляет места для возражений.       — Но я не…              — Сейчас.       Глядя на него сердито, куноичи молча размышляет о том, что и Итачи, и Саске крайне нелюбезны и они позволяют делиться с другими своими драгоценными куртками, в очень, очень редких случаях. Сакура натягивает куртку Итачи и надежно застегивает ее. К своему ужасу, она не может сдержать глубокого вздоха, когда ее почти голая кожа соприкасается с теплой меховой подкладкой. Если бы она не знала что этого точно не может быть, она могла бы поклясться, что каким-то образом она нагревается чакрой; она даже сильно пахнет характерным дымом, пеплом и огнем от Катона Итачи.       — Так лучше, правда? — сухо спрашивает Итачи, когда они начинают выходить из леса.       Самодовольный ублюдок.       Но этот факт не мешает Сакуре плотнее закутаться в куртку вокруг своего тела, по-настоящему прижимаясь к более чем приятному теплу.       — Наверное, — неохотно признается она. Ее взгляд скользит по далекой линии деревьев в передней части леса — и она почти подпрыгивает, когда замечает характерное светлое пятно волос Наруто, высунувшегося из окна Саске, явно оглядывающегося в поисках ее.       Глаза Сакуры слегка расширяются. Отлично. Прежде чем Итачи успевает посмотреть в ту сторону, она внезапно встает перед ним, проклиная свое невезение.       — Итак, — Сакура, к своему большому удивлению и огорчению, ухитряется промурлыкать это. Она тянется к застежкам куртки и начинает медленно расстегивать их, выставляя напоказ бледную кожу своей полностью обнаженной ключицы и верхней части груди. — Конечно это такая замечательная куртка и все такое, но когда ты захочешь получить ее обратно?       Примерно на три секунды печально известный Итачи фактически потерял дар речи по неизвестным причинам, прежде чем быстро отвел взгляд, сумев немного прийти в себя.       — Оставь ее.       — Как мило с твоей стороны, — мурлычет Сакура, хотя и довольно хищно; она собирается сделать шаг к довольно встревоженному Итачи, когда, к счастью, она замечает, как голова Наруто снова исчезает в окне. Спасена!       Итачи на самом деле отступает на шаг, будучи внезапно полностью выброшенным из своей стихии.       — Ты… зайдешь?       И точно так же очень сбивающая с толку Сакура мило улыбается ему и убирается к чертям оттуда, исчезая из виду примерно через две секунды, крича что-то ему вслед о том, что она увидится с ним завтра.       Итачи моргает и стоит, как вкопанный.       …Была ли это просто какая-то галлюцинация, вызванная частым использованием Шарингана, или Сакура, будущая девушка глупого Саске, просто пришла к нему?       — Ты мне должен, — яростно взрывается Сакура, как только забирается обратно в окно к Саске. Она угрожающе указывает пальцем на брюнета. — Я просто бессовестно и нарочно пришла к твоему старшему брату — моему прямому начальнику и командиру отряда — только для того, чтобы ты успел пригласить Те…э… — свою предполагаемую будущую девушку на свидание! И я злюсь!       Наруто клянется, что не видел Сакуру такой явно потрясенной со времен их экзаменов на джонина. Тем временем Саске на самом деле толкает ее и Наруто на пол, пытаясь заставить их замолчать.       — Замолчи! Ты же не хочешь, чтобы Демоническое Отродье услышало нас, не так ли?       Как только все трое занимают правильную позу на кровати Саске, Наруто игриво бросает одну из подушек в Сакуру.       — Да ладно, Сакура-чан, не держи нас в напряжении! Как прошел первый акт проекта Соблазнение Итачи?       Сакура неохотно улыбается, не в силах злиться в присутствии двух своих лучших друзей, какими бы сумасшедшими они ни были, и притягивает Наруто и Саске ближе за воротники их жилетов.       — Хорошо, значит, вот что случилось…       Итачи бродит по коридорам дома по пути в свою комнату, пытаясь разобраться в массе своих теорий относительно недавнего странного поведения, продемонстрированного членами Команды Семь, когда…       — Ни за что!       Голос громкий и очень характерный — без сомнения, Узумаки Наруто, и он исходит из-за закрытой двери спальни Саске. Итачи слегка хмурится; когда он пришел? Пока он не ушел в лес и не встретил Сакуру, Итачи сидел перед домом и разговаривал со своей матерью… то, что Наруто вошел на территорию, не привлекая их внимания, должно было означать, что молодой джонин пробрался через лес.       Что еще больше сбивает с толку Итачи, так это то, что он слышит приглушенные звуки подушек, соприкасающихся с незащищенной плотью.       — Заткнись, придурок!       Это, безошибочно, голос Саске, и, несмотря на предостережение, Наруто снова взвизгивает.       — Нет, Сакура-чан, не бей меня!       Сакура.       Итачи заинтригованно поднимает бровь. Что…?       Все, что он может слышать, это обрывки тихого разговора; Саске проделал хорошую работу по установке щитов чакры вокруг своей комнаты.       «Значит, все прошло хорошо…»       »…Любой признак того, что он думает о тебе как…»       »…возьми его куртку, Сакура…»       »…переходи ко второму акту как можно скорее…»       Глаза Итачи сужаются, когда он тихо ускользает подальше от комнаты своего глупого младшего брата, не желая рисковать быть обнаруженным; он услышал достаточно.       Седьмая Команда определенно что-то замышляет.       И одно можно сказать наверняка — Итачи это точно не нравится.