Вкус одиночества

Ужасный для Малфоя день наступил. Ебучий Поттер пришел, как обычно в десять вечера и уселся рядом с Драко. С некоторых пор он держал свою руку на бедре у Драко и поглаживал его. — Я общаюсь с тобой уже месяц, мне легче. Да, может мои проблемы тупые и я все усложняю, но я бы хотел просто жизни: учёба, друзья, любовь… Теперь, я думаю, больше не получится жить без адреналина. Я буду искать приключения нарошно. Это стало плохой привычкой. Ладно, не буду затягивать, я разговаривал с тобой о многом, я много думал. Я много наблюдал… Я мечтал… — Поттер очень подозрительно всхлипнул и стал поглаживать Драко. Нет, он гей, конечно, любит трах и все такое. Но. Не. С. Ним. Малфой подозревал, что он сейчас скажет. Драко не хотел этого слышать. — За всю свою жизнь я полюбил его так сильно, только раз и навсегда. Он особенный. И, я не хочу говорить, что он идеален, так вечно писчит Джинни обо мне, нет, он не идеален. Внешность великолепная, но он сам… Он слишком слаб духом, остр на язык, но слаб. Он нежный, чувственный. Но он гордый. Слишком гордый. Злапямятный и холодный, порой. Так что я могу, правда могу, анализировать его достаточно правильно… Я ради него отказался от Гермионы. Я не смог полюбить Чжоу, Джинни… Я не смог добиться чувств от моих отношений с Симусом. Абсолютно никто не смог заменить его. Сначала я им восторгался, древний род, очень интересно. Потом я хотел с ним познакомится поближе. Дружить. Потом я ненавидел его. Ненавидел… Через год, на третьем курсе, я понял что мне он нравится в сексуальном плане. Я восхищался его телом, я стал любить его глазами. Но моя душа все ещё ненавидела его. Тогда я стал встречаться с Гермионой. К ней клеился Рон, но хоть он и мой друг, но мне она подходила больше. Ничего не вышло. Я видел Малфоя и моя «любовь» к Гермионе испарялась. Она кинула меня. Потом была Чжоу. Но ей сказала Гермиона, чтоб та, не влюблялась в меня. Гермиона знала о моих чувствах к Малфою. На четвёртом курсе…я точно осознал что люблю Драко. Безвозвратно влюбился. Я горел от одного его взгляда. Мои ноги меня не держали. Мерлин свидетель, я чудом выиграл Триебучий Турнир! Но пришёл Симус. Жаль, что я, трахая его, думал только о Малфое. Только о нем. С Симусом тоже ничего не вышло. И, вот я жил. Зная что он меня ненавидит, презирает. Не видит моих терзаний. Ему все равно. Знаешь, что я хочу сделать? Нет, не знаешь, верно. Я хочу ему рассказать. Обо всем… Я не обязан молчать. И, знаешь что ещё я заметил, может это важно… — Голос Поттера стал тише, он явно был смущен, хотя всего пару минут назад чуть ли не плакал. Малфой был рад. Лучше уж так, чем рыдания слушать. Нахуй пиздатую психологию. — Он стал мягче ко мне последние годы. Он очень обходителен в школе. Он благодарил меня за суд… Он обнял меня после адского пламени. Он обнимал меня, там, в лазарете. Он обнимал меня и плакал… Я думаю, может, может он тоже что-то чувствует ко мне? Может я как обычно непроглядно туп и не вижу очевидного? Я обязан набраться смелости и сказать ему о своих чувствах. Я храбрый. — Это синоним к слову тупой. Малфой мысленно проклинал себя за те слабости, которые он позволил себе с Поттером.