Вкус одиночества

Драко шёл по дорожкам, между заброшенными теплицами. «Мерлиновы подштаники. Этот Поттер. Ну как так можно? Да. Я ненавижу его. Да. Я обнимал его, но это было от того, что ситуация того была достойна. Я был рад, что Поттер не нарошно пытался меня укокошить. Я был рад, что Поттер меня вытащил, пусть и рискуя собой. Я благодарен за его защиту в суде. Но. Мне. Не. Нравится Поттер. Совсем нет. Сейчас я просто к нему равнодушен. Мне просто надоело с ним враждовать. Враг — Волондеморт, но не тупой Поттер. Нет. Но что я могу поделать. У Гарри по ходу депрессия. Не имею понятия, знает ли кто ещё об этом… А я сейчас вынужден буду разбить ему сердце. Вот идиот.» — Вот ты где. Привет! Я вот… Я хотел поговорить… Вот… — Чудно, герой озарил моё небо своим приходом. Чем могу быть полезен? — Не язви. Я знаю, что я тебе нравлюсь! — Лицо Поттер сияло, не понятно — от ужаса или решительности? Ни сказать, что Драко ахуел, нет. Он был в обмороке. В прямом смысле этого слова. Он просто грохнулся в обморок. Малфой подумал спасаться от ситуации молчанием и бегством, поэтому «Обвильдиум» пришёлся очень кстате. (Панси подарила на день рождение свое заклинание). Поттер был очень смущен и аккуратно доставил симулянта в больничное крыло. Собственно Малфой выдохнул спокойно, отсрочка на пару дней в признаниях — обеспечена. Плана не было. Драко с удовольствием убил бы Поттера, тёмный пидорюга не смог, а Драко сможет, всего четыре слова — и все. Только его жаль. Малфой тоже ведь любит, любит Блейза и, увы также невзаимо как и Поттер его. Ничего нельзя изменить. Но Поттер ошибался, Драко был сильным. Это Поттер впал в депрессию, а не Малфой. Помощь нужна именно золотому мальчику. — Эй, извини, ты спишь? Как ты? — К ужасу Драко перед его лицом висела голова с обеспокоенным выражением лица. Гарри, видимо, пришёл в гости вместе с мантией — невидимкой. — Ээ… Я немного будто в тумане… — Малфой выдумал что-то на столько тупое, что будь это не влюблённый Поттер, его бы уже уличили во лжи. — Ясно, бедняжка. Мне так жаль, это из-за меня? — Нет. То, что ты тогда сказал… — Драко решил брать быка за рога. Он попытается отказать максимально нежно. — Ты не совсем прав. Знаешь, когда мы любимы кем-то — это означает, что ты идеал и очень дорог кому-то. Чьи-то чувства делают твою жизнь бесценной. За тебя влюблённый может убить. Но также есть и дружеская любовь. Это как братская любовь. За тебя готовы растерзать. Тебя хотят уберечь от всех несчастий, тебя ценят и уважают. Мне кажется грань между этими чувствами очень тонка. Я люблю тебя, но по-дружески, я…- На этих словах Поттер отвернулся и начал уходить. Бля. — Стоять! Потти, это не вежливо. Я не договорил. — Гарри остановился, но видно было как тот прячет слезы, его кулаки судорожно сжимались. Драко не зря боялся за него. — Я… Я готов убить за тебя. Я правда понял, что мы не враги. Я тебе завидовал. Но увы, мы слишком похожи. Мне нравится, когда ты счастлив, я уважаю тебя и не представляю жизни без тебя. Но это любовь по-дружески. Я… Гм… Не вижу в ней романтического или сексуального характера. Я могу быть твоим другом? Поттер стоял, он был очень беледным и худым. Только сейчас было заметно, насколько он приосанился и вырос за их общие годы учёбы. Очки призрачно блестели стёклами, отражая мягкий свет. Волосы Гарри были ужасно встревожены ветром и пылью, так что стояли дыбом. Элегантный Малфой в белоснежный ночнушке казался принцем рядом с ним. — Тебе не интересно, что я к тебе чувствую. — Мне интересно, ты не прав, но, вспоминая, ты делаешь себе лишний раз больно. Я не хочу слушать, ты знаешь какой будет ответ. Мне жаль, но ты для меня лишь друг. Прошу, будь моим другом. Я очень ценю твои чувства. — Хорошо, пусть будет так… Но ты убил меня. Если меня ещё можно убить. Впрочем, я был готов к такому повороту событий. Знаешь, неважно, забудь. Просто забей. Пусть будет все как раньше. Поттер быстро вышел, Драко даже не успел ответить. Малфой быстро накинул мантию и вылетел следом, в спятившем взгляде Поттера не было ничего. И это было плохо.