Te iubesc

1997 год       Андрей захлопнул за собой дверь квартиры. Саша от грохота испуганно дёрнулся. — Ты чего? — Ничего,— ответил Ренегат и снял кроссовки,— Не люблю когда дверью хлопают...       Андрей в ответ пожал плечами и повесил мокрую от дождя куртку. — Так, ладно. Ты пока раздевайся, вешай куртку, а я чайник поставлю,— Андрей ушёл на кухню, — Чай будешь? — Да нет. Я же на пять минут. — Сань, ты чё? – Андрей с чайником выглянул в коридор, — Ливень на улице, какие пять минут? Назад мокнуть пойдёшь и сляжешь завтра с воспалением лёгких? Нахер надо, тут сиди. — Андрюх, ну блин, я не знаю... — А вообще пожрать неплохо бы,— Андрей ушёл обратно на кухню и поставив чайник на плиту заглянул в холодильник. В кастрюле были двухдневные макароны по-флотски. Князь быстро отправил огромный ком макарон и фарша на сковороду. — Андрюх,— Саша сел на диван в гостиной,— Так что там за сюрприз у тебя? Рассказывай давай, а то я уже начинаю думать, что ты меня сюда заманил чтоб усыпить и продать в рабство... — А! Да, сейчас! — Князь промчался мимо и забежал в свою комнату,— Сань, сюда иди...       Ренегат уже был дома у Андрея, но свободно расхаживать по чужой квартире всё ещё не научился. Поэтому в комнату зашёл робко и бесшумно. — А чего ты стоишь? Падай,— Князев залез с ногами на кровать и похлопал по заправленной постели, приглашая Леонтьева сесть рядом. В руках он держал папку с рисунками.       Саше нравились рисунки Андрея, нравился стиль. Цвета. Абсолютно всё. За необычность, за эту странность. Сам Саша никогда не ладил с рисованием, и поэтому рисунки Андрея были для него чем-то поистине космическим. Говоря откровенно, Ренегат совершенно не был бы против, если бы Князь и его нарисовал. Пусть карикатурно, но даже этому он был бы рад.       Саше нравилось вообще всё, что делал Андрей. — Я долго думал, показывать, или нет, несколько раз всё переделывал, каждый раз фигня выходила... ну, вот короче.       Саша с лёгким волнением взял в руки листы бумаги. Но через пару секунд его будто окатили ледяной водой из шланга. — Это Миха? — пытаясь скрыть досаду в голосе спросил Ренегат. Князь в ответ широко улыбнулся: — Да! Круто же вышло?       Ренегат молча разглядывал рисунки. — Сань? — Это — сюрприз, о котором ты говорил? — Ну... да. Для Михи сюрприз, Сань. Я просто... ну, знаешь. Спросить хотел у тебя, как оно всё со стороны выглядит. Михе зайдёт, как думаешь? — Да. Михе зайдёт,— Саше никто ничего не обещал, но почему-то в душе появилось ощущение предательства. Хотя, обиднее было от того, что он вообще позволил себе думать о том, что Андрей вдруг устроит для него какой-то сюрприз. У Андрея абсолютно точно нет для этого никаких причин. — Сань, ты чего с такой кислой мордой? Скажи честно, если рисунки хреновые, я перерисую. — Нормальные.       Из кухни донёсся запах горелого. — Блин, макароны!..— Князев рванул спасать обед.       Леонтьев аккуратно сложил рисунки назад в папку и вышел из комнаты, прикрыв дверь. — Сань! — позвал Андрей,— Иди сюда, есть будем... сколько тебе положить?       Но ответа не было. Как и Саши. Куртку он надел уже на улице. Андрей видел это в окно. Как и то, что уходил Саша быстро. Под ливнем, прямо по глубоким лужам.