Достойный меча

Удостоверившись, что загон с драконной надежно закрыт, и редкая ездовая зверюга не сможет сбежать, Барат неспешным шагом направился в казарму, где обитали послушники — будущие воины, служители храма Бога-Рыцаря. Это было вытянутой формы двухэтажное здание, напоминающее барак — однако, не заслуживающее такого названия, так как отличалось достаточно комфортными условиями проживания. В казарме имелись как кельи на одного и на двух человек, так и общие спальни. Причем, кто с кем делит комнату, решали сами послушники. Последние несколько месяцев Барат проживал в уютной угловой комнате на двоих с Акором. Однако, теперь, когда вернулся возлюбленный его соседа, очевидно, предстояли какие-то изменения в привычном жизненном укладе. Как всегда, у входа в общежитие расположились несколько послушников с трубками, ведущих беседу за пусканием разноцветных колечек — видимо, табак им сбывали алхимики. Когда Барат оказался у двери, все резко замолчали. Такая реакция на собственное появление удивила полудроу, который был со всеми в приятельских отношениях и не становился жертвой сплетен. Но, судя по смущенным физиономиям, будущие рыцари только что судачили о его персоне. - Чар, Вин, привет! Что вы как воды в рот набрали? - поприветствовал Барат своих ближайший приятелей из числа курильщиков — на четверть орка и хобгоблина. Те смущенно переглянулись, и подозрения юноши окрепли — что-то явно было не так. - Да это, не бери в голову! - сбивчиво забормотал Чар, отводя взгляд в сторону. - Нет уж, выкладывайте! Что случилось? Вы ведь обо мне говорили? - Барат решил разобраться в происходящем на месте. - Ладно, - хобгоблин мученически вздохнул и выпалил, - Это все Ольф! Ты ему, видимо, насолил чем-то - и он теперь за тебя взялся! - А… - разочарованно протянул Барат. Все объяснялось донельзя просто — его завистник и недоброжелатель, скорее всего, решил прибегнуть к своему безотказному оружию — сплетням, - И что он за сказки про меня рассказывает? А вы и уши развесили? - Да как всегда, ничего оригинального! - махнул рукой полудракон Берт, - Гонит всякую муть про то, что вы с Акором теперь пара. Это на него визит сэра Гаррета так повлиял, не иначе. Нам-то что? Вот только Акора эти слухи шибко расстроили. Он-то своего рыцаря больше жизни любит и ждал, а тут такое. В общем, заперся в комнате, никого к себе не пускает и ревет. - Черт! - Барат не на шутку обозлился на Ольфа, который сумел-таки вывести его из себя, расстроив его друга, - а где сейчас сэр Гаррет? Как он на все это безобразие отреагировал? - Сэр Гаррет пытается выманить своего ненаглядного наружу, да пока безрезультатно, - подал голос Вин, - Пойди к ним — вдруг Акор тебя послушает! А уж мы приглядим, чтобы больше в ваш коридор пока никто не совался… Чертыхаясь, Барат поспешив по широкой каменной лестнице на второй этаж. Размашистым шагом преодолевая освещенный несколькими факелами коридор, по обе стороны которого тянулись двери в комнаты, Барат издали заприметил рыцаря — тот стоял, прислонившись к косяку, и что-то говорил. Обернувшись на шаги спешащего к нему юноши, сэр Гаррет выпрямился и устало отвел со лба пряди длинных темных волос. - А, вот и ты. Тебе уже сказали, верно, что здесь происходит, - устало выдохнул мужчина, в сердцах ударяя по стене кулаком, - Мелкий гаденыш и для не может прожить без своих сплетен! Как будто это поможет ему сделаться моим оруженосцем! Ревнивая, завистливая крыса! - Акор, Акор, я здесь! Пожалуйста, выходи, - присоединился Барат к уговорам товарища,- Никто в здравом уме не поверит этому пройдохе! Все знают, как ты ждал своего возлюбленного, что он для тебя единственный! Ответом полутемному эльфу были лишь горькие рыдания по ту сторону двери. Сэр Гаррет тихо тронул Барата за плечо, отзывая его подальше от закрытой двери и прошептал — так, чтобы Акор его не расслышал бы: - Бесполезно! Акор и без наших слов это все понимает! - Почему же он тогда не выходит — и продолжает плакать? - с сомнением протянул Барат, в растерянности глядя в голубые глаза рыцаря. - Все дело в прошлом Акора, - просто сказал сэр Гаррет, - Ты ведь знаешь его историю? - Да, Акор рассказывал мне, что был рабом и проституткой, до того, как ты освободил его из плена, забрал с собой и предложил выучиться воинскому делу, - подтвердил Барат и спросил с искренним недоумением, - Но какое это имеет отношение к вашим теперешним отношениям? Ведь все плохое в прошлом! - Так-то оно так, да у Акора теперь комплекс неполноценности, - вздохнул сэр Гаррет, - Доказать всем, что шлюха способна на любовь. Разумеется, большая часть обитателей храма хорошо к нему относится и не считает его шалавой, но одного намека на подобное отношение со стороны Ольфа хватило, чтобы выбить Акора из колеи. Боюсь, он не захочет открыть дверь сам. - Тогда я отопру комнату своим ключом — и мы выколотим из него эту дурь! - снова завелся Барат. Вынув из-под рубахи весящий на шее на шнурке ключ, полудроу решительно подошел к двери и, выкрикнув, «Акор, хватит себя изводить! Мы идем!» - открыл замок (к счастью, Акор не оставил второй ключ в замке с внутренней стороны, и дверь распахнулась). Акор лежал на одной из стоявших друг напротив друга вдоль стен кроватей, с головой накрывшись клетчатым шерстяным одеялом, и громко плакал. Плечи юноши, укрытые тканью, содрогались от безутешных рыданий. Сэр Гаррет, не в силах вынести эту картину, бросился к своему возлюбленному и, оторвав его от кровати, подхватил на руки. Сев на койку, рыцарь сжал темного эльфы в объятьях и спрятал лицо в его густых серебристых волосах. Акор сдавленно всхлипнул и сжался в комок, прерывисто дыша. Барат в растерянности топтался посередине комнаты, пряча глаза — сцена, свидетелем которой он невольно сделался, казалась ему интимней самой жаркой и страстной любовной игры. - Никто не верит этому Ольфу!И ты не обращай внимания на его россказни! Всем известно, что он бегал за сэром Гарретом и был послан им далеко и надолго! - мрачно пробормотал полудроу, переводя взгляд с письменного стола на единственное украшение интерьера — картину тушью, весящую над кроватью Акора. На этом небольшом пергаменте были изображены улыбающиеся Акор и сэр Гаррет — рисунок был сделан уличной художницей еще до того, как рыцарь отправился в очередное странствие, оставив своего возлюбленного при храме. Парочка на картине казалась абсолютно счастливой и беззаботной — больно было осознавать, что в реальной жизни далеко не все так гладко, что между влюбленными встали темное прошлое и происки завистников и недоброжелателей. - Да, любимый, все именно так! Не позволяй этому рыжему гаду испортить тебе настроение! - промолвил сэр Гаррет и принялся целовать любимого, не разжимая объятий, - И даже если бы между тобой и кем-то в храме и был секс, я не стал бы ревновать. Я знаю, что в твоем сердце у меня нет соперников! Согретый теплом рук любимого, Акор постепенно начал успокаиваться, приходить в себя. Из блестящих глаз темного эльфа по-прежнему строились слезы, но его дыхание сделалось менее прерывистым, и скоро юноша смог произнести: - Я… Я не думал ни о чем таком. Гаррет, я хочу быть с тобой. Всегда. Пожалуйста, верь мне! - и тонкие пальцы дроу сомкнулись на плечах влюбленного рыцаря, судорожно притягивая его к избраннику, заставляя опустить голову ниже — мужчина не был против: наклонившись, он запечатлел на искусанных в кровь губах эльфа страстный поцелуй. - И не собираюсь, будь уверен! Мы будем вместе до гроба! - заверил любимого сэр Гаррет — и вновь накрыл его рот своим, и принялся страстно целовать, гладя по затылку, стремясь проникнуть языком как можно глубже, буквально трахая юношу в рот. Акор уже не мог думать о своем горе — задыхаясь от поцелуев рыцаря, ерзая на его коленях, молодой темный эльф тяжело дышал, словно выброшенная на берег рыба. Он явно начинал возбуждаться — обхватив сэра Гаррета своими стройными ногами, парень принялся бесстыдно тереться о него, заставляя мужчину поддаваться вперед, навстречу его страстным прикосновениям. Только что вернувшийся из похода сэр Гаррет давно не имел возможности насладиться ласками кого бы то ни было — и теперь он изнемогал от возбуждения, его налитый кровью член явственно оттопыривал ткань кожаных штанов и вздрагивал, когда по нему скользили бедра эльфа. - О-о-ох, не могу так больше, - с улыбкой пробормотал рыцарь, отрывая от себя любимого, - Я хочу тебя прямо сейчас! Акор просиял и, молниеносно скинув одежду, занялся поясом своего друга. Помогая ему разоблачиться — Барат тем временем стал пятиться к двери, чувствуя себя лишним в собственной келье: - Ребята, вы тут развлекайтесь, а я зайду попозже… - Эй, постой! - крикнул сэр Гаррет, обнимая льнущего к нему дроу одной рукой, а второй стаскивая с себя остатки одежды, - Мы совсем не против, если ты к нам присоединишься! Барат не знал, что заставило воителя произнести эти слова — может, тот хотел таким образом вознаградить его, Барата, за поддержку и помощь, которую он оказывал Акору на протяжении всего пребывания дроу в храме, или желал показать таким образом своему партнеру, что не ревнует его к его другу и соседу по комнате. Юноша хотел было отказаться и уже готов был выскользнуть в коридор, но тут Акор сам присоединился к просьбе любимого: - Барат, пожалуйста, останься! Полудроу со вздохом закрыл дверь на ключ и, на ходу распутывая шнуровку на рубашке, направился к кровати. Акор вскочил на ноги и бросился к другу, стаскивая с него одежду и жарко обнимая его. - Барат, я всегда хотел сказать тебе спасибо за все, что ты для меня делаешь! - хрипло шептал дроу, обвивая руками юношу, - пожалуйста, предоставь мне возможность сделать тебе… хорошо. Барат сдался и, притянув к себе лицо темного эльфа, принялся целовать его, слегка прикусывая губы и быстро проводя кончиком языка по небу партнера, словно дразня его. Бедра Барата ритмично покачивались, юноша уже был возбужден, но ему явно не хотелось торопить события. А вот сэр Гаррет, напротив, давно уже жаждал перейти к активным действиям — поднявшись с кровати, он притянул целующихся юношей к себе и уже все трое упали на постель, переплетаясь и лаская друг друга. Акор принялся облизывать напряженный член своего возлюбленного, заставляя того стонать и изгибаться — одобряемый подобным откликом, дроу заглотил член целиком, по горло, и, запрокинув голову, принялся скользить по нему вверх-вниз, теребя скользкими от слюны пальцами плотную мошонку сэра Гаррета — тот уже стонал в голос, не стесняясь и не сдерживая себя. А дроу приподнял бедра, встав раком — так, что его упругая попка соблазнительно оттопырилась, и сделал приглашающий жест Барату. - В моем вещмешке есть бутылочка с маслом… - подсказал сэр Гаррет, кладя ладони на затылок дроу и направляя его. Рыцарь делал это чутко, без давления — как бы ему не хотелось войти поглубже, он не позволял себе доставить неудобства возлюбленному, который, надо сказать, и без того отлично справлялся со своей задачей. Барат подхватил сумку воителя, сброшенную тем на пол и извлек из нее небольшой стеклянный флакон в кожаном чехле — внутри обнаружилось приятно пахнущее цветами масло. Юноша щедро плеснул густую жидкость цвета темного янтаря себе на руки и нанес ее на свой член, уже давно готовый к бою. Однако, прежде чем овладеть Акором, полукровка склонился над ним и ввел в анус эльфа смазанные маслом пальцы, чтобы расширить того и подготовить к безболезненному проникновению. Лаская Акора круговыми движениями, стараясь каждый раз наживать на чувствительный бугорок простаты, Барат наслаждался реакцией партнера, тем, как страстно тот изгибается и подмахивает, явно желая большего. Да, Акор любил секс и получал истинное наслаждение, отдаваясь активным партнерам. В конце концов, когда Акор уже извивался всем телом от нетерпения, Барат вошел в него и принялся ритмично двигаться, проникая значительно глубже, чем рукой. Навалившись на хрупкого дроу, обхватив его бедра руками, Барат ритмично двигался взад-вперед, прикрыв глаза и прерывисто дыша. Темный эльф с примесью человеческой крови был выше своего чистокровного собрата и мускулистее, но так же строен и красив. Барата также отличала более светлая кожа и русые, а не белые волосы. А вот глаза у них были одинаковые — черные, с радужкой, практически сливающейся со зрачком, светлеющей лишь на морозе. Барат обхватил стоящий торчком член Акора рукой и принялся ласкать его быстрыми, но мягкими движениями — юноше хотелось, чтобы все они кончили в одно и то же время. Однако, первым не выдержал перевозбужденный после длительного воздержания сэр Гаррет — издав тихое рычание, мужчина напрягся — его дрожащий налитый кровью член на секунду замер в горле любовника — и излил густое вязкое семя, побежавшее по припухшим от поцелуев губам Акора, когда рыцарь извлек свое мужское достоинство из его рта. Барат продолжил трахать дроу с удвоенной силой, не забывая двигать рукой, плотно сжимая влажную от выделений красную головку — и эльф и полуэльф кончили почти одновременно, горячее семя Акора забрызгало ноги сэра Гаррета и простыни из выбеленного льна. Рыцарь усмехнулся, глядя, как его возлюбленный обильно кончает от ласк друга: - Вижу, ты ждал меня очень долго! - и, притянув темного эльфа к себе, прижал его к груди, покрытой завитками волос, и принялся страстно целовать в губы, засовывая язык в рот любимого, словно продолжая его иметь его орально. Темная кожа дроу делала незримым румянец на его щеках, но блеск в глазах и судорожное дыхание выдавали его трепет. Барат снова почувствовал себя третьим лишним — юноша ничуть не обижался на влюбленных друзей, он понимал, насколько те истосковались друг по другу за долгую вынужденную разлуку, и был рад, что теперь те снова вместе, что рыцарь вернулся целым и невредимым из опасных странствий, а в следующий поход они отправятся уже вместе, и больше не расстанутся. А он, Барат, верно, останется при храме и будет продолжать упорно тренироваться. Полудроу уже давно ходил в послушниках и был готов к посвящению в рыцари — оставалось лишь сделаться оруженосцем, найти себе господина, который счел бы его, Барата, достойным его меча — но у юноши не было никого на примете. Сказать по правде, после истории с воителем-элементалем, которого Барат успел полюбить всем сердцем за за время их непродолжительного романа, полудроу потерял веру в себя. Связь между рыцарем и оруженосцем многогранна, но ее лейтмотивом всегда остаются чувства — дружба, симпатия, страсть, любовь. Барат не чувствовал, что заслуживает всего этого — будучи раз жестоко обманутым и отвергнутым, полуэльф избегал проявлять свои чувства к кому бы то ни было, а потенциальные партнеры, улавливая его неуверенность и замкнутость, списывали их на незаинтересованность юноши в их персонах и сами не проявляли к нему особого интереса. Так шли годы, Барат уже сам начал обучать юных учеников, приходящих в храм, боевым искусствам, так и не получив звания рыцаря, что не очень-то его тревожило — куда больше огорчения юноше доставляли одиночество и тоска по счастью, обошедшему его стороной. Барат вновь стал пятиться к двери, на ходу одеваясь, когда его снова окликнули. - Подожди, не уходи, - вскричал сэр Гаррет, прерывая страстный поцелуй со своим возлюбленным, - У меня есть одна идея… Устроить приватное свидание на несколько человек. Барат удивленно застыл и уставился на рыцаря. - Я знаю, ты еще не нашел себе господина, и, наверное, не ты один! А у меня есть знакомые, которые подыскивают себе оруженосцев. Одна из них — воительница, недавно прошедшая посвящение в рыцари, подруга леди Сильвии, полуорчица Мирмилья. Возможно, ты наслышан о подвигах этой парочки. Они планируют новое путешествие и ищут молодежь, которой могли бы передать свои знания. Да, они пара, даже обручились не так давно - но будут счастливы, если с ними в путь отправятся молодые люди из числа наших послушников, которым нравятся как девушки, так и парни. Не знаю, понравится ли тебе такое предложение, но, может, у тебя есть кто-нибудь на примете? Полудроу заинтересовался предложением рыцаря и остался в комнате. - Есть у нас одна пара послушников, которые любят друг друга и не хотят расставаться, им бы подошел договор с этими воительницами, - задумался юноша, - Я про Эша и Габриэля. Один из них — огненный полуэлементаль, другой - человек с примесью эльфийской крови. Думаю, надо их позвать. А сам я… Думаю, третий оруженосец им в любом случае не нужен. - Погоди отказываться! Воительницы позовут своих приятелей тоже — а я еще уламываю сэра Мэта тоже заявиться, но затащить его на подобное мероприятие не проще, чем вырвать рыбу из клыков его драконны. Поэтому не могу обещать, что он придет. При напоминании о страстной кошки с драконьими крыльями Барат улыбнулся: - Милейшее создание! - О, значит, ты поладил с этой кошечкой? - оживился сэр Гаррет,- Поверь, это мало кому удается. Бранка очень привязана к своему хозяину и нечасто подпускает к себе кого-то еще. А уж скольких конюхов она покусала и исцарапала — и вовсе не счесть. - Хорошо. Я тогда поспрашиваю среди старших послушников, вдруг найдутся среди них ищущие себе сюзерена… Конечно, все захотят очаровать леди Сильвию с супругой и явятся, скорее всего, только ради них одних — но, может, в итоге сложится еще какая-нибудь пара… - И сам приходи! - включился в беседу Акор, - Тебе мы всегда рады. Отдохнешь, приятно проведешь время… Не обязательно же с кем-то непременно знакомиться! Акор был в курсе душевного смятения друга, его страхов и сомнений. Поэтому и не торопил его с выбором, не спрашивал никогда, с кем бы Барат хотел покинуть храм. Но при случае старался не оставлять полудроу в одиночестве. И Барат по-настоящему ценил такое отношение. А леди Сильвия с леди Мирмильей и правда были «лакомой добычей»: красивая серебряная полудраконица прославилась огромным количеством подвигов и похождений, она также слыла удачливой охотницей на чудовищ, обретшей разные таланты — она и летала, и могла дышать не только холодом, но и огнем, и кислотой, и создавала молнии. А еще она являлась бессменной хранительницей уникального артефакта — посоха с белым кристаллом, способным дарить благословение и призывать высшие силы на помощь. Так что, путешествуя в ее обществе, был шанс повстречать настоящих ангелов или демонов — заманчивая перспектива для молодых приключенцев!