Достойный меча

Когда, подкрепившись, молодые люди стали подходить к помещениям конюшен, в которых содержались крылатые скакуны, они услышали впереди какие-то крики и топот. - А ну, посторонись! - Барат оттолкнул дроу с дороги — и вовремя: прямо на них неслась с ревом хорошо ему знакомая драконна — на шее зверюги болтался обрывок веревки, и вид у нее был весьма угрожающий. Оказавшись на свободе, хищница расправила крылья и с воплями ярости взвилась в небеса. - Сейчас же вернись, тварь проклятая… - из конюшни выбежал конюх-полурослик, который, конечно, не мог совладать с такой грозной подопечной. - Вот черт! - в сердцах выдохнул Барат, - Сэр Гаррет же мне поручил заботу об этой кошке. Вчера ее нормально привязал. И как она сорвалась? - Может, ты просто ее не удовлетворил, - противный голос Ольфа было невозможно не узнать — рыжий парень появился из конюшни следом за конюхом, - Не сумел порадовать даму — а нам теперь расхлебывай все то, что она натворила от недотраха. Между прочим, пострадала грифоница в соседнем загоне. Барат грязно выругался и, игнорируя насмешки, поспешил в распахнутые двери. Последовавший за них Акор увидел, что его товарищ спешно седлает первого попавшего гиппогрифа. - Я должен вернуть эту красавицу! - бросил полудроу на ходу, - Не хочу подвести сэра Гаррета, это даже не его драконна, а сэра Мэтью… - Я с тобой! - Акор тут же сорвал со стянул упряжь и принялся надевать уздечку на еще одного гиппогрифа, - Вместе мы скорее управимся! Надо бы послать какого-нибудь мальчишку доложить о случившимся старшим! - Да не найдет он никого, - махнул рукой Барат, - все рыцари уже отправились на прием у королевы. Придется нам как-то самим справляться. Куда эта тварь полететь-то могла? - Да вон она! - более зоркий Акор сумел различить вдали с каждым мигом уменьшающуюся точку, - Полетели за ней! И крылатые всадники устремились за сбегающей Бранкой: в последний миг конюх успел всучить Барату аркан, который мог бы пригодиться для поимки крылатой кошки. Сами дроу не особо раздумывали, как им схватить взбесившуюся тварь — сейчас главное было не упустить ее из виду. И догнать, пока хищница не натворила дел и никого не загрызла насмерть. - Слушай, а ты правда занимался с ней сексом? Или Ольф опять несет чушь? - спросил Акор., оглядываясь на товарища. Почему-то Барат слегка смутился, но все же ответил: - Да, вчера, на конюшне, я решил ее немного приласкать, чтобы не тосковала по хозяину. Страстная кошечка… Если знать, где ладить. Дроу присвистнул: - Да, сэр Гаррет говорил, что ее хозяин ее совершенно приручил. Может, у нас получится ее подманить, соблазнив? Где же ее следует гладить? - Да над хвостом… Все кошки это любят. - пробурчал полудроу, напряженно вглядываясь в синее небо, - Ага, теперь и я ее вижу! Гиппорифы — чемпионы по скорости среди крылатых скакунов и уступают лишь драконам, чей размах крыльев шире. Драконны же летают значительно медленнее — так что у друзей был шанс нагнать беглянку, чей силуэт делался постепенно все отчетливее. Конечно, погоня занимала время, и вот уже внизу проносились окраины столицы и более бедные кварталы — юноши удалялись от центра города, где располагались крепости и храмы. Бранка заметила погоню, но, вместо того, чтобы попытаться оторваться от преследователей, ринулась им навстречу с грозным рыком. Если она проигрывала гиппогрифам в быстроте в воздухе — то ее маневренность, напротив, была выше благодаря кошачьей ловкости, присущей ее виду. Друзей выручило то, что их было двое — гиппогрифы с клекотом разлетелись в разные стороны, а драконна на миг растерялась, выбирая цель, и в результате сосредоточившись на Акоре, который был к ней немного ближе. - Попытайся ее заарканить! Скорее! - завопил дроу, заставляя своего крылатого скакуна выписывать сложные кульбиты, - И чего она так взбесилась на ровном месте? Барат и сам успел заметить, что глаза Бранки налились кровью, а зрачки слегка расширены. Но ему некогда было об этом думать — сейчас все помыслы будущего рыцаря были сосредоточены на том, чтобы словить коварную зверюгу, которая, в свою очередь, не была намерена сдаваться без боя. Однако, первая попытка набросить веревку на шею Бранки провалилась — чешуйчатая кошка уклонилась в сторону и… внезапно ринулась уже на Барата, как раз, когда юноша сматывал веревку, готовясь к следующему броску. Однако, его скакун вовсе не стремился сделаться добычей хищницы и резко перекувырнулся в воздухе, уворачиваясь от тянущихся к нему передних лап летающей кошки, когти на которых внушали определенный страх. Опытные воздушные наездники знакомы с сальто-мортале и умеют выполнять этот трюк, оставаясь в седле. Но к такому опасному пируэту надо готовиться заранее — у Барата подобной возможности просто не было. Поняв, что ему грозит падение, юноша выбрал меньшее из двух зол и, выпустив из рук аркан, обхватил шею своего гиппогрифа и сжал его бока, радуясь тому, что успел надеть на зверя седло со стременами. И все же, Барата оторвало от спины его скакуна, и он на короткий миг повис на руках — но природная ловкость дроу выручила юношу, и он смог подтянуться и вновь занять устойчивое положение в седле. Напряженно борясь с потоками воздуха, юноша услышал грозный рык и какой-то блеск. Повернувшись на звук, Барат похолодел: Бранка преследовала стремительно уносящегося прочь гиппогрифа Акора… без наездника. А в воздухе рассеивался дым, по которому нетрудно было догадаться, что драконна прибегла к своему козырному приему — выпустила по цели струю огня. Судя по искрам, которые долетели до Барата, пламя предназначалось ему — но Акор мужественно бросился наперерез и принял удар на себя. Потеряв всякий интерес к ловле драконны, Барат принялся снижаться кругами, пытаясь разглядеть на земле своего упавшего друга. Заметить одетого в светлую одежду послушника дроу не составило труда — Акор свалился на вспахнное поле. Влажная рыхлая земля смягчила падение, да и сам Акор сумел сгруппироваться, сжавшись в комок — поэтому, как ни странно, он не получил тяжелых повреждений и даже пребывал в сознании. Однако, правая рука и плечо юноши были сильно обожжены — опаленная одежда расползалась на теле, обнажая покрытую крупными волдырями кожу — местами ее не было вовсе, и Барат мог видеть проступающую мышечную ткань пострадавшего, сочащуюся кровью и сукровицей. Акор молчал — и вряд ли был способен заговорить от болевого шока. Как целитель, Барат отметил, что плохо, что на поврежденную область налипла земля — в лазарете ее придется удалять по крупицам, усыпив несчастного чарами. Но пока следовало как-то доставить Акора в храм, где ему оказали бы необходимую помощь. Критически осмотрев друга, Барат пришел к выводу, что его конечности не сломаны. Конечно, могли быть внутренние ушибы и кровотечения — но ребра, по крайней мере, были целы, и можно было рискнуть и попытаться доставить темного эльфа обратно своими силами, не заручаясь помощью местных жителей, чьи дома виднелись за деревьями. Велев гиппогрифу опуститься на землю перед Акором, Барат обхватил товарища с левой стороны и, пойти перекинув его через собственное плечо, усадил в седло, стараясь ограничиться минимум движений и действовать плавно — после чего вскочил на спину скакуна позади раненного и, обхватив того одной рукой, другой натянул вожжи, направляя гиппогрифа в небо — к счастью, шпиль храма был отчетливо виден даже из предместий, и Барат мог без труда найти путь, ориентируясь на знакомое здание. Дорога заняла довольно много времени, потому что лететь приходилось медленно и низко — едва не задевая городские крыши — и пару раз Барат был вынужден приземляться, чтобы поудобнее перехватить друга. Жители Дегля, открыв рот, наблюдали за странной парой дроу на гиппогрифе — какие-то доброхоты даже предлагали им свою помощь, но Барат, рассудивший, что, приняв ее, лишь впустую потратит время, только молча продолжил полет. Оказавшись у стен родного храма, Барат крикнул узнавшим его часовым из числа старших послушников бежать за помощью — поэтому, когда эльфы стали спешиваться, Акора подхватило множество рук и понесло в больничное крыло. Дроу молчал, но до крови закусывал губы — судя по всему, он предпочитал стоически терпеть боль — лишь бы не беспокоить своих друзей. Барат поспешил следом за ним и в коротко пересказал дежурным целителям недавние события — и поделился опасениями по поводу набившейся в раны земли. - Да уж, угораздило вас… - сердито пробурчала старшая врачевательница, отдавая распоряжение своим подручным принести пинцеты, тампоны и настои для промывания ожогов, - Ты же у нас тоже практику проходил! Поможешь обработать товарища? Работы тут пруд пруди… И кто додумался поручить это чудовище послушникам… - Нет, я… Я должен предупредить рыцарей! Мы так эту драконну и не поймали! Понятия не имеем, где она и что делает! Вдруг еще на кого-нибудь нападет? - в голосе Барата явно звучало сожаление. Юноша и правда предпочел бы остаться с другом и помочь ему — но кто, кроме него самого мог доложить о случившимся старшим по званию? - Держись, я обязательно скоро тебя навещу! И сэр Гаррет тоже придет! - пообещал Акор, выбегая из лазарета, а в след ему неслись недовольные голоса лекарей. Но юноша знал, что его товарищ в надежный руках — и что суровая на вид целительница носила в себе четверть ангельской крови и прекрасно справлялась со своим непростым ремеслом. Уж чего-чего, а опыта у нее было предостаточно — при храме Бога-Рыцаря не было избытка в раненных и травмированных. В крайнем случае, Акора после можно было переправить в храм Той, что рядом — но дорога до этого святилища заняла бы намного больше времени.