Однажды... /Once Upon A Time...

Какое-то время между ними сохраняется неловкость. Сяо Чжаню кажется, что Ибо почти ждет, что он расстанется с Ичжоу. И он его не винит. Он и сам об этом думает — ему сложно быть с ними обоими. Быть с Ичжоу и при этом не терять Ибо. Словно чувствуя это, Ичжоу сам поднимает эту тему несколько месяцев спустя. Это был один из тех дней, когда Ибо звонил ему по поводу и без — в тот единственный день недели, когда он точно знал, что Ичжоу будет у него. После восьмого звонка, нервы Сяо Чжаня были уже на пределе, а квартира казалась слишком тесной, пока Ичжоу сидел в гостиной. Он ушел на кухню под предлогом заварить чай и просто стоял там, глядя в пространство и ожидая, пока закипит вода. Он заметил, что она почти вся выкипела только тогда, когда Ичжоу подошел сзади и выключил плиту. Сяо Чжань вздохнул и обернулся: — Прости. — Почему бы тебе не пригласить его в следующий раз, когда я буду здесь? — предлагает Ичжоу. Сяо Чжань удивленно распахивает глаза. Ичжоу улыбается: — Он как волк, пытающийся пометить свою территорию. — Скорее как щенок, тявкающий у ног, — возражает Сяо Чжань. Ичжоу усмехается, явно представив это, но потом приподнимает бровь: — Ты же понимаешь, что он не щенок. Сяо Чжань игнорирует его замечание и говорит: — Просто для него это все в новинку. — Значит, его встречи с Занилией были лишь прикрытием? — Нет, это было по-настоящему. Он натурал, ты же знаешь, — говорит Сяо Чжань, поднимая взгляд — на случай, если эта информация каким-то образом ускользнула от Ичжоу. Ичжоу смеется. — Что такое? — серьезно спрашивает Сяо Чжань. — Может, с другими он и натурал. Но с тобой — точно нет. Услышать это вслух от человека вроде него, кажется немного сюрреалистичным. И слегка пугает. — Это не так, — отвечает он. — С чего ты взял? — спрашивает Ичжоу. Сяо Чжань не отвечает. — Цзи Ли предупреждал меня, что вокруг тебя есть мощное силовое поле по имени Ван Ибо. Его почти невозможно пробить. Сам Ибо отталкивает любого, кто пытается к тебе приблизиться. Он даже пытался отговорить меня. Сяо Чжань приподнимает бровь: — Цзи Ли склонен преувеличивать. — Есть такое, — с улыбкой соглашается Ичжоу. — Но на этот раз он, похоже, прав. — Ибо не отталкивает никого, кого я сам не позволяю оттолкнуть, — говорит Сяо Чжань. Выражения лица Ичжоу становится серьезнее: — Я знаю. И только теперь до Сяо Чжаня доходит, как это прозвучало. Он прикусывает губу. Любое объяснение только усложнит ситуацию. — Я не готов тебя терять, — говорит Ичжоу, наблюдая за ним. — Но если бы пришлось выбирать, ты бы не колебался. — Все не так… — начинает он, но Ичжоу качает головой: — Малыш, давай без самообмана. Ван Ибо против кого угодно… да хоть против всех. Здесь изначально неравные условия. Сяо Чжань сглатывает. Это слишком точное попадание, чтобы пытаться спорить. — Самый быстрый способ потерять тебя — попытаться с ним соперничать. Так что я даже не буду пытаться. — Но ты мне нравишься. Очень, — говорит Сяо Чжань. Ичжоу улыбается и притягивает его за талию. — Когда ночи такие горячие, разве может быть иначе? — Да ладно… ты мне нравишься не только из-за этого, — Сяо Чжань снова наполняет чайник и ставит его на плиту. Ичжоу включает огонь и обнимает его сзади. — Да, и мой стол тебе тоже нравится, — усмехается Ичжоу. Они оба смотрят на стол из орехового дерева, стоящий в углу и блестящий свежей полировкой. — И то, как ты готовишь, — добавляет Сяо Чжань. Ичжоу целует его в шею. — Особенно, когда я приношу тебе завтрак в постель, — продолжает он, осыпая его поцелуями. — Мм… — Сяо Чжань закрывает глаза. — И мое тепло по ночам. — Ммм… — тихо выдыхает он. Это и правда было самым лучшим. Ичжоу берет его руку и целует внутреннюю часть ладони. — Мне правда нравится это. То, что у нас с тобой есть. — Мне тоже, — отвечает Сяо Чжань, чуть покачиваясь в объятиях, наслаждаясь тем, как его так открыто обожают. — Я хочу это сохранить. Как можно дольше. — Мм… — глаза Сяо Чжаня остаются прикрыты, и слова Ичжоу доходят до него словно издалека. — И ради этого я готов мириться с твоим геймером/танцором/гонщиком. Сяо Чжань резко открывает глаза — эти слова вырывают его из теплого забытья. — Он… с ним бывает непросто, — говорит он, искоса глядя на Ичжоу. — То есть он будет вести себя максимально собственнически, просто потому, что он может, и потому, что ты его не остановишь? — уточняет Ичжоу. Сяо Чжаня будто обливают холодной водой. Он резко поворачивается к Ичжоу, качая головой: — Давай не будем. Пусть наши отношения будут идти параллельно. Отдельно. Стоит нам пересечься — и все станет слишком сложно. Ичжоу не отпускает: — Как я могу быть для тебя важен, если даже не познакомлюсь с Ван Ибо? ххххх Словно компенсируя то, что по субботам Сяо Чжань теперь недоступен, Ибо заглядывает к нему как минимум три раза в неделю, а иногда и чаще. По воскресеньям они по-прежнему собираются с друзьями — чаще всего у Сяо Чжаня, хотя иногда и у других. Дом Ибо — один из фаворитов, потому что госпожа Ван всегда готовит так, будто у них настоящий пир. Сяо Чжань пока не приглашает Ичжоу на эти воскресные встречи. Там часто бывает Ибо, и к их встрече он еще не готов. Впрочем, все и так в курсе, и время от времени его поддразнивают за то, что не хвастается своим великолепным парнем — ведь, в отличие от него, остальные прекрасно помнят Ичжоу еще с открытия спортзала. Их друзья — за исключением Цзи Ли — также не знают о новых подводных течениях между ним и Ибо, и потому без задней мысли подшучивают над Ибо: как он собирается справляться с тем, что Сяо Чжань больше не принадлежит ему целиком. — Я не нуждаюсь в нем постоянно, — говорит Ибо. — Бред, — смеется Юй Бинь. — Он как твоя батарейка. Ты едва функционируешь, если его нет рядом. Сяо Чжань замечает, как Цзи Ли бросает на него взгляд, услышав это, и тут же отводит глаза. — Да, Ичжоу лучше бы иметь огромный член и еще более крепкое эго, чтобы справиться с этим нуждающимся мудаком, — говорит Хайкуань, тыкая Ибо в спину. Ибо в ответ строит ему рожицу. Сяо Чжань чувствует, как краснеет. — Давайте не обсуждать людей, которых здесь нет? Это некрасиво. Хайкуань и Юй Бинь просто смеются, а Цзыи спрашивает: Кстати о тех, кого здесь нет — что случилось с твоей девушкой, чувак? С той милашкой, с глухим далматинцем? — Они расстались пару месяцев назад, — отвечает за него Цзи Ли. — Ты где была? — Серьезно? Почему я только сейчас об этом узнаю? — Цзыи смотрит на Сюань Лу. — Ты знала? Сюань Лу кивает. — Стерва, и ты молчала? Сюань Лу смеется: — Да ладно тебе, это же Ибо. С каких пор он вообще способен на серьезные отношения? Я удивлена, что это продлилось целых два месяца. — Два месяца? Ты это называешь отношениями? У Ибо с его сумкой Nike и то отношения посерьезнее были. Это вызывает новый приступ смеха: они достают телефон и рассматривают фотографию потрепанной сумки Ибо, с которой он отказывается расставаться. — Вы вообще офигели? — возмущается Ибо, пихая Цзыи ногой. — А что? Правда глаза колет? — говорит Цзыи, отпихивая его в ответ и вынимая леденец изо рта. — Дай мне конфету, — говорит Ибо, подтягивая к себе ее сумку и заглядывая внутрь. Она всегда носит с собой эти маленькие леденцы — по сто штук в упаковке — и почти всегда сосет один из них. Ибо нравится поддразнивать ее за это. На что она обычно отвечает: — Ты тоже любишь их сосать. Кто знает, может, ты и отсасываешь отлично — просто сам об этом не в курсе. — Кто знает, — ухмыляется он. — Никто еще не жаловался после вылизывания кисок. Это была обычная динамика общения между Ибо и Цзыи. Никаких табу. И вечный источник развлечения для остальных. — Какая правда? — спрашивает он, хватая зеленый леденец, разворачивая его и запихивая фантик обратно в ее сумку, за что Цзыи тут же пинает его. — Правда? — Цзыи задумчиво втягивает леденец обратно в рот, драматично посасывая его. Затем она смотрит на Сюань Лу, приподнимает бровь и склоняет голову набок. — Ладно, я поняла, — говорит Сюань Лу. — Ты у нас однолюб. Выбираешь раз и навсегда. Одна компания друзей, один лучший друг, одна сумка, один мотоцикл. Как будто все твои привязанности возникают с первого взгляда — и на этом все. Никто другой даже не может приблизиться. Ты держишься за это до конца. Да, ты можешь чем-то увлечься — мимоходом, без привязанности — но не более того. Сяо Чжань поднимает взгляд от стола, на котором он расставляет еду. Сегодня он впервые использует этот стол за ужином с людьми, которых знает всю свою жизнь. Ибо смотрит в его сторону, и их взгляды встречаются. На мгновение в глазах Ибо мелькает что-то открытое — почти беззащитное — но в следующую секунду он уже закрывается и отворачивается к Сюань Лу, пожимая плечами: — Вполне похоже на правду. Если у меня уже есть лучшее, зачем искать что-то еще? — Ой… — Сюань Лу улыбается, притягивая Ибо к себе на колени. Она старше его на два года, и хотя он теперь значительно выше, эта привычка у нее так и осталась. Ибо легко укладывается на нее спиной, и она хихикает. Сяо Чжань отворачивается и замечает, что Цзи Ли смотрит на него. Он на мгновение задерживает взгляд, затем снова возвращается к еде. Цзи Ли подходит к нему и начинает помогать.