Курение - зло

      Дождливо. Серые угрюмые тучи затянули небо. От этой мерзкой погоды на душе становится также мерзко. Чонин шлёпает без зонта по мутным лужам. На его плече большой рюкзак с вещами. Юноша почти промок насквозь, но большого значения этому не придаёт. Дождь — это не самое плохое, что вообще сегодня случилось.       Десятью минутами ранее Ян был на грани истерики, а щека ещё горела от звонкой пощёчины. Грубость, холод и боль… — неблагодарный! — выкрикивает разгневанная мать, почти перейдя на ультразвук. Она грубо хватает сына за грудки и смотрит так, будто перед ней находится самый злейший враг. — я просто хочу уйти.       Чонин шипит сквозь зубы. Он пытается высвободиться из цепких рук женщины, но её хватка кажется стальной. Внутри всё сжимается. — я растила тебя, дала образование… — но не любовь, — парень резко одёргивает родительницу.       Почти окаменевшее материнское сердце вздрагивает и миссис Ян теряет бдительность. Чонин пользуется этим и, вырвавшись и быстро схватив сумку, вылетает из квартиры.       Теперь всё позади? Все эти долгие мучительные годы позади? Мать юноши была такой не всегда. Приветливая и добрая женщина стала холодной и озлобленной после ухода из семьи мужа, отца Чонина. Мужчине просто наскучило. Он тогда даже и не мог предположить, что своим поступком обречёт единственного сына на каждодневные пытки в виде упрёков и оскорблений за мелкие проступки или просто ни за что. Но всё в прошлом…       Теперь юноша идёт прямиком туда, где чувствует себя безопасно, где его любят и понимают. Он спешит в квартиру к Хёнджину. С этого дня начинается их новая жизнь.

***

      Весь продрогший Чонин заходит в квартиру. Тишина. Хван спит? А может вышел в магазин?       Скинув обувь и оставив в коридоре свою сумку, Ян проходит вглубь. На кухне никого, только тлеет окурок в старой пепельнице на подоконнике. В спальне тоже пусто. На кровати валяются некоторые вещи хозяина. По всей видимости, он действительно куда-то отлучился.       Чонину правда тревожно по поводу отсутствия Хвана. Он искренне надеется, что всё хорошо и его волнения абсолютно беспочвенны. — что ж, дождёмся, — с огорчением вздыхает Чонин, окидывая взглядом комнату. Руки чешутся навести порядок.       Парень заимствует из гардероба Хёнджина удобную бесформенную футболку с какой-то непонятной выцветшей надписью и домашние шорты, а после, переодевшись, приступает к уборке. Ян ворчит, оценивая состояние постельного белья, оно его удручает. Поэтому уже через пять минут кровать оказывается перестелена. Некоторая одежда летит в корзину для белья, немытая посуда, лежащая в раковине на кухне, вымывается до скрипа и блеска.       Вот и пролетает час. Хозяина так и нет. Чонин заглядывает в холодильник, он оказывается полупустым. Эта новость заставляет юношу недовольно цыкнуть. — надеюсь, Хван Хёнджин, ты вышел за едой, — говорит в пустоту младший, — иначе ты огребёшь по полной в честь моего переезда к тебе.

***

      Чонин и сам не заметил, как задремал, свернувшись калачиком на Хвановой кровати. Он ждал, правда, просто уборка и сегодняшний инцидент знатно утомили юный организм.       За окном уже было темно, когда входная дверь хлопнула. В коридоре послышалось усталое шарканье, потом кто-то осторожно заглянул в спальню. Ян открыл глаза. В проходе стоял совершенно довольный, но очень помятый Хёнджин. — а я тебя ждал, — тихо буркнул Чонин, потирая заспанные глаза. — а я пришёл.       Хван проходит вглубь и садится на краешек кровати рядом с младшим. На нём его вещи, Чонин пахнет Хёнджином, боже… Старший мягко гладит растрепавшиеся волосы юноши, почти невесомо дотрагивается до щеки. В его касаниях чувствуется безумная нежность и любовь. Чонин прикрывает глаза, ощущая, как внутри разливается тепло. Они наконец-то рядом. Всё позади. — почему тебя так долго не было? — был на подработке, извини, — хванова ладонь перемещается на талию юноши и остаётся там. — зачем тебе подработка? У тебя проблемы? — Чонин сыплет обеспокоенными вопросами и уже готовится подскочить. — нет, просто теперь я содержу не только себя, но и своего милого мальчика, — объясняет Хёнджин и улыбается возлюбленному, как бы заверяя его, что всё хорошо. — давай тогда я выйду работать? Зачем тебе перегружаться? Будем вести совместный бюджет, — младший приподнимается и усаживается рядом, взяв хванову ладонь в свою, — так будет легче. Я не хочу быть обузой. — глупенький, как ты можешь быть обузой? В твоём присутствии я чувствую себя живым, понимаешь? Мне хочется делать тебя счастливым, как делаешь это ты, поэтому просто люби меня, вот и всё, ладно? — ладно, — отвечает Чонин, слегка поникнув. Он тут же притягивает парня к себе для тёплых объятий, чтобы разбавить чем-то приятным этот день.       Хёнджин сгребает юношу в охапку, прижимает к себе, целует щёки и ласково, словно кот, что-то мурчит на ухо. — твоя мама сильно злилась? — спрашивает он оставив лёгкий поцелуй на виске. — давай не будем портить наш драгоценный момент, разговором о ней. — как скажешь, мой маленький. Кстати, — старший слегка отстраняется, — завтра я бросаю курить. — правда? С чего это ты так? — теперь ты рядом. Можно целоваться целыми днями, чтобы избавиться от моей привычки.       Чонин невинно вспыхивает от смущения и легонько бьёт Хёнджина по плечу, будто днями ранее не он сидел на чужих бёдрах, прижавшись вплотную и постанывая. — дурак. — давай начнём сегодня? — спрашивает Хван и, не дожидаясь ответа, утягивает юношу в долгий и трепетный поцелуй, пропитанный их любовью и нежностью. Этой ночью они подарят друг другу ещё много подобных поцелуев…       А метод Яна ведь действительно работает, ибо теперь Хёнджину курить уже явно не хочется…