Избранный Охотник

Как и предполагал Жон, затянулось тогда всё на долго, пусть даже широкой огласки его ранение не получило. Да и чувствительность руки вернулась всего через пару дней, а потому о не самом разумном поступке блондина знали только его друзья. Включая Коко и Вельвет, хотя тем он и сказал только о том, что поранился при тренировке с Прахом. Разумеется, также были в курсе и преподаватели, которым он нехотя, но объяснил ситуацию. И, честно говоря, Жон до сих пор искренне считал, что в этом случае подробностей можно было и избежать. Особенно учитывая какую выволочку ему устроили Порт и Гудвич. У блондина даже на секунду вспыхнула ностальгия, всё же на его памяти только родители могли вовсе не поднимая голоса заставить юного Арка так съеживаться, раскаиваясь в собственной глупости. И учителя показали ему, что они развили это искусство в совершенстве, ибо таким идиотом Жон не чувствовал себя уже давно. Благо хоть звонка его родителям удалось избежать. Рука, не смотря на обширные гематомы и трещины в костях, восстанавливалась поистине чудовищно быстро, и повреждения, которые у других исцелялись бы месяцами, у него прошли всего за несколько дней, не оставив после себя никаких следов, кроме необычно сильного аппетита. А потому, хотя в последние дни его не вызывали на практических занятиях, Жон оказался загружен дополнительной теоретической подготовкой, где Порт и Гудвич заставляли его прорабатывать тактику противодействия различным противникам и строить планы боя, которые позволили бы ему сражаться более эффективно. Не то чтобы в плане тактики Жону подсказали много нового, но вот стратегии боя с уже встреченными противниками действительно принесли ему несколько новых идей, отчего он был готов как минимум себе признаться, что с неким нетерпением ждёт момента, когда ему, наконец, разрешат снова воспользоваться своим Проявлением. Конечно, по факту Жону вовсе не требовалось чьё-то разрешение, но учителя при полной поддержке его друзей заставили его дать обещание отказаться ото сна на ближайшие несколько дней. Либо до момента, когда недостаток сна начнёт сказываться на нём. После испуга его сокомандников и возгласов медсестры, а затем и учителей в то утро пока что последнего пробуждения это не стало неожиданностью. Однако, за те дни, когда он восстанавливался, за исключением скуки никаких негативных последствий отсутствия сна он не заметил. Со скукой, кстати, отлично помогал справляться Свиток, в котором не только можно было просто позалипать, но и реализовать свой интерес к праховой магии, вспыхнувший с новой силой. Да и как было ей не заинтересоваться, раз та помогла ему разобраться с титанитовым демоном и даже одной из горгулий? Разве что Вайсс не очень обрадовалась его интересу, так как теперь Жон частенько приставал к ней расспросами тех моментов, которые не понял. Но Вайсс продолжала терпеть парня, не в последнюю очередь потому, что Жон уже умудрился расплатится с ней как за уроки, так и за высококачественный Прах, отдав той большую часть необработанного титанита. Оставшийся порошок купил Озпин, здраво решив изучить странную субстанцию до того, как доверять её детям. И, как выяснил Жон, фляжка с Эстусом, ранее также отданная Вайсс, в данный момент находилась в лаборатории, аналогичным образом подвергаясь тщательному анализу. Как пояснил ему директор, он просто не мог позволить ученице пользоваться непроверенным, потенциально опасным для неё средством. Да и его самого за прошедшие дни прогнали через кучу тестов и анализов. И, как не сложно догадаться, изменений в нём было немало. Он подрос на несколько сантиметров, заметно набрал в весе, причём это были мышцы, а не жир. Скорость его регенерации приближалась к зафиксированному верхнему пределу, как и Аура, что уже превосходила по объёмам любого из его друзей. Однако почему-то он подозревал, что здесь дело не в Эстусе. О метке нежити его тоже спросили, впрочем здесь он решил не вдаваться в подробности и ограничится только основным эффектом метки, тем, который позволяет ему постоянно возрождаться, пусть пока его эффект и был проверен только в том, другом то ли мире, то ли невероятно реалистичном сне. Впрочем он уже и сам толком не верил во вторую версию. — Думаешь о своих снах? — мягкий голос Пирры отвлёк его от размышлений, и он кивнул, возвращаясь в реальность. Воспоминания это конечно хорошо, но не стоит спать в центре Вейла. К тому же на этот раз он пришёл сюда не просто ради развлечения, хотя большую часть запланированных покупок он действительно уже сделал. Патроны под отремонтированный револьвер и под наконец законченную винтовку-дробовик были куплены, также как и набор для ухода за последним, а потому оставалось только купить оружие на замену подаренной боевой кирке. Та пусть и не сломалась, но в её прочности до сих пор оставались сомнения, ведь не зря никто из его друзей не использовал дерево в своём оружии. — Ага. Не терпится наконец взять реванш, — он тепло улыбнулся ей, пытаясь тем самым успокоить напарницу. И это был не первый раз, когда ему приходилось либо заверять друзей в том, что он не будет рисковать, либо в том, что с ним всё будет в порядке. Пусть их забота была приятна, он не мог не признать, что скоро и сам начнёт волноваться о здоровье друзей, всё же постоянные переживания явно не добавили бы им здоровья, о чём он неоднократно им говорил. К счастью, постепенно они действительно успокаивались. — Ты уверен, что готов? — Пирра продолжала расспросы. — Мы все хотим поддержать тебя, но внутри твоего сна ты можешь надеяться только на себя. — Не только, — Жон постарался выглядеть как крутой и надежный парень. Правда в этот раз, в отличии от множества предыдущих, он не пытался подкатить к понравившейся девушке, а хотел поддержать подругу и напарницу. — Я уже нашёл несколько друзей там и получил от них помощь. Так что я никогда не буду один. И так уж получилось, что именно в этот раз Жон добился того, чего никогда прежде не добивался. Пирра оценила его жест и слова и поспешила отвернуться, чувствуя как щеки покрываются румянцем. Жон и раньше казался ей весьма интересным парнем, а уж сейчас он сумел заставить её сердце биться быстрее. Жаль только сам Жон не понял, что именно произошло и не придал значения тому, что Пирра решила посмотреть в другую сторону. — Эй, Пирра, ты чего? — Жон наклонил голову, пытаясь поймать её взгляд. — Что-то не так? Ты покраснела… Тебе плохо? Пирра, чувствуя, как её лицо горит ещё сильнее, быстро махнула рукой, стараясь отмахнуться от его вопросов. — Всё нормально, просто… Солнце, наверное, — пробормотала она, хотя дневное светило уже почти скрылось за горизонтом, и вокруг них сгущались сумерки. — Не обращай внимания. Жон, конечно, заметил, что её отговорка звучала не очень убедительно, но решил не давить. Он привык к тому, что Пирра иногда вела себя немного странно, особенно когда они оставались наедине. Возможно, это было связано с её характером или с тем, что она просто не любила показывать свои эмоции. В любом случае, он не хотел смущать бедняжку ещё больше. — Ладно, — он улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. — Мы вроде всё купили, или нужно что-то ещё? — Ты хотел ещё одно оружие ближнего боя, — Пирра покачала головой от рассеянности Жона, и припомнила, что он говорил о своих планах на покупки. — Что-то о железной ручке. — Точно, — Жон достал на несколько минут клевец, полученный от Андре. — Очень уж меня смущает деревянная рукоять, как бы не переломилась во время боя. — Металлы бывают разными, как и сорта древесины. Но в целом ты прав, железная рукоять была бы надёжнее, — согласилась Пирра, внимательно разглядывая клевец. — Но она и тяжелее. Это может показаться не критичным только на первый взгляд, в бою же разница в балансе и весе оружия начинает ощущаться очень хорошо. — Чего-чего, а уж времени на тренировки у меня будут, — парень криво усмехнулся, но быстро осёкся, понимая, что сболтнул лишнего. Пока Пирра опять не расстроилась он попытался перевести тему. — Мне ведь спать не нужно, так что можно будет попросить разрешения тренироваться вечером и утром. — Спорное преимущество, да и не уверена, что профессор Гудвич разрешит тебе посещать тренировочный зал во внеурочное время, — Пирра нахмурилась, но тут же смягчила выражение лица, не желая портить настроение ни себе, ни Жону. — Посмотрим, как говорила моя мама «за спрос не бьют», — завершил беседу Жон, невольно вспоминая, как ему прилетело за вопрос, что за слово говорили пацаны постарше. Тогда мама раз и навсегда отучила его ругаться грязными словами, а ведь началось всё с простого и невинного, в общем-то, вопроса. Они продолжили путь по оживлённым улицам Вейла, мимо торговых лавок и кафешек. Оружейные магазины здесь располагались ближе к центру, и вскоре они подошли к одной из известных среди студентов мастерских под названием «Верный Друг». Логотип с изображением волка, вцепившегося зубами в меч, был не только на вывеске, но и дополнительно присутствовал на двери и даже на стене магазина. Жон толкнул дверь, и их встретил звон колокольчика. Внутри пахло маслом, металлом и дымом — привычный аромат кузницы. За прилавком стоял коренастый мужчина с закатанными рукавами, демонстрирующими мощные, покрытые шрамами руки. А перед прилавком стояла пара знакомых второкурсниц, Коко и Вельвет. И стоило только двери открыться, как все трое тут же обернулись на звук. — О, смотри кто пришёл! — Коко тут же озорно подмигнула, заметив Жона и Пирру. — Наш герой, ещё и с новой подружкой. Зая, смотри, у тебя новая соперница. Это заявление смутило и Пирру, и Вельвет. Последняя даже решила треснуть свою подругу по плечу, в то время как Пирра просто покраснела и сделала робкий полушаг за спину Жона. Сам же Арк тоже стоял с красными ушами, просто не зная, что тут можно сказать или сделать. — Коко, хватит, — Вельвет сердито смотрела на подругу, раздумывая, стоит ли треснуть её ещё раз. — А что? Я просто констатирую факты! — Коко развела руками, делая невинное лицо. — Раз стоят вместе, значит… — Ничего это не значит, — перебил её Жон, наконец найдя слова. В доказательства этих слов он слегка отодвинулся, то ли давая Пирре больше пространства, дабы она не восприняла ошибочно его простой, то ли просто желая чуть дистанцироваться от неё и не навязываться. — Ой, да ладно вам, — Коко фыркнула, но наконец-то оставила тему. — Ладно, ладно, не буду вас дразнить. Хотя… Буквально через миг она не сдержалась и демонстративно бросила хитрый взгляд на Пирру, что недовольно покосилась на отошедшего Жона. — Коко, хватит, — Вельвет всё же решилась и треснула подругу теперь уже по голове, слегка помяв берет модницы. — Действительно, детишки, заканчивайте балаган, или продолжайте его за пределами моей мастерской, — мужик за прилавком постарался придать своему голосу суровости, спрятав при этом улыбку в усы. — Да-да, простите, — Коко подняла руки и наконец успокоилась, хотя бы внешне. Жон глубоко вдохнул и медленно выдохнул, приходя в себя после встряски от Коко, после чего всё же решил перейти к делу. Делая шаг вперёд он достал из своего инвентаря клевец, который и требовал доработки, что несколько напрягло работника мастерской. — Вот, — Жон не заметил, как мужчина напрягся, и просто протянул ему клевец. — Я бы хотел заменить рукоять с деревянной на металлическую. — Это у вас, Охотники, все умеют вещи из воздуха доставать? — попытался пошутить мужик, с некоторой опаской поглядывая на протянутое ему оружие. — Не, он у нас один такой, особенный, — неугомонная Коко похихикала над суеверным страхом продавца. — Особенный, говоришь? — Мастер поднял бровь, но взял клевец, внимательно осмотрев его. Он провёл пальцами по клюву, взвесил оружие в руке, затем постучал по деревянной рукояти, прислушиваясь к звуку. — Дерево крепкое, но если хочешь металл — сделаем металл, — наконец заключил он. — Только учти, в руке лежать после этого будет совсем по другому. Придётся привыкать заново. — Меня об этом уже предупреждали. — Тогда выбирай материал, — мастер тыкнул в небольшую записную книгу, что лежала чуть в стороне. — Там описаны разнообразные сорта стали, с которыми мы работаем и которые сможем заказать. Жон сначала не придал значения фразе про сорта стали, просто подумав, что одни металлы чуть дороже, а другие чуть дешевле и ему нужно было просто выбрать что-нибудь по своему кошельку. И каково же было его удивление, когда чуть ли не вся книга была расписана видами стали, что отличались не столько ценой, сколько своими характеристиками. Этот крепче, а тот гибче и лучше амортизирует удар. Третий может предложить нечто среднее между первыми двумя, но он будет чувствителен к нагреву и может испортиться в огне, в то время как четвёртый сорт более тугоплавкий и его можно спокойно нагревать. Одни металлы лучше проводят Прах, другие наоборот более стойки к его воздействиям. Во всём этом можно было легко потеряться. Благо, что рядом была Пирра, которая с готовностью взялась показывать Жону, что лучше выбрать. — Думаю, тебе лучше всего подойдет максимально крепкая рукоять, — предложила девушка. — Всё же амортизация для Охотников не очень актуальна, ведь ты можешь просто пустить Ауру по руке. Да и на качестве пробивания брони амортизация скажется из-за потери часть импульса. — Это прям как-то серьёзно повлияет? — Жон с некоторым сомнением воспринимал описанные в книге отличия одних сортов от других. Железо или сталь в его представлении были просто железом или сталью. — Конечно повлияет! — Пирра оживилась, невольно принимая лекторский тон, она уже собиралась объяснить ему, насколько это важно на длинной дистанции и как часто можно победить за счет минимального преимущества, но Жон быстро слился с намечающейся лекции. — Хорошо, — он успел вклиниться ровно в тот момент, пока Пирра набирала воздух в лёгкие. — Доверюсь твоему опыту. Коко, что продолжала наблюдать за этой парочкой, не удержала усмешку. Она раньше такое только в сериалах видела. Обычно парни только прикидываются шлангом, который якобы ничего не понимает и не замечает. И естественно девушки моментально эту игру пиресекали и либо выводили парня на чистую воду, либо же принимали правила игры. Но Жон всем своим видом демонстрировал только искренность и ничего кроме искренности. Наблюдать за чем-то подобным было невероятно забавно, а вот строить отношения с таким «большим ребенком», Коко точно бы не захотела. Хотя, кто знает, может у некоторых просто нерастраченный материнский инстинкт играет. В любом случае, модница предпочтёт не вмешиваться, а только наблюдать да подшучивать над происходящим. Быстро сделав выбор по совету Пирры, Жон был удивлен ещё раз, так как поменять рукоять сразу ему не могли. Мастерская имела список заказов и очень редко простаивала без дела, так что заказ Жона расположили в конце очереди. К тому же, хозяин магазина не видел смысла платить за склады, где бы без дела валялась куча материалов. Доставка со складов торговых компаний или металлургических заводов стоила кратно дешевле, так что подождать придётся в любом случае. Благо что томиться в ожидании придётся не долго и уже через пару дней за клевцом можно будет вернуться. — Ладно, — Жон вздохнул, пряча квитанцию в карман. — Тогда придётся подождать. У нас вроде всё, да? — Да, насколько я могу судить, — Пирра кивнула. — Отлично, тогда пойдём, — Жон повернулся к выходу, но тут же остановился, вспомнив о присутствии Коко и Вельвет. — Кстати, а вы как, пойдёте с нами? — Хочешь превратить своё милое свидание в вечеринку? — Коко спустила солнцезащитные очки на кончик носа, бросив на парня насмешливый взгляд. — Учти, Зайку я в обиду не дам. А подкатывать ко мне лучше без подружки под рукой. — Коко, — Вельвет закатила глаза, но уголки её губ дрогнули. — Хватит его провоцировать. — А что? Я просто предупреждаю, — Коко развела руками, делая невинное лицо, но тут же не выдержала и рассмеялась. — Ладно, ладно, мы на сегодня закончили. Так что можно прогуляться до Бикона вместе. Жон снова глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Даже зная, что над ним издеваются, он всё же не мог сдержать свою реакцию. Зато сейчас, как никогда он понимал своего отца, который тоже частенько проделывал подобные дыхательные упражнения после очередной выходки сестёр Жона. — Вам помочь с покупками? — чуть успокоившись, Жон на свою беду решил продолжить разговор. — В моём инвентаре и так не чувствуется веса, да и руки свободны. — О, благородный рыцарь предлагает носить наши покупки? — Коко приложила руку к груди, изображая трогательное умиление. — Ну раз ты настаиваешь… Она тут же сунула ему несколько увесистых пакетов и несколько кейсов с патронами, которые Жон автоматически принял, пытаясь удержать всё это на весу. — Коко! — Пирра возмущённо нахмурилась. — Не надо его нагружать! Он только оправился от ранения. — Да ладно тебе, — фыркнула модница. — Во-первых, он «оправился от ранения», а значит ему полезно. А во-вторых, ему это не в руках носить, он сам об этом сказал. Жон действительно не собирался носить все это в руках, а потому сразу же сгрузил в инвентарь. Благо, что никаких ограничений по объему и весу до сих пор обнаружено не было. — Вот видишь? — Коко самодовольно подняла палец. — Совсем не напрягается. Да и вообще, если уж он такой джентльмен, то почему бы не воспользоваться? Пирра закатила глаза, но больше не спорила. Вельвет же, наблюдая за этой сценой, едва сдерживала улыбку. — Ладно, раз уж ты так щедро разгрузила нас, — сказала она, — то, может, зайдём куда-нибудь перекусить? Я слышала, что рядом со стоянкой Булхедов открылось чайная лавка со сладостями из Вакуо. Девчонки как-то сразу оживились начав обсуждать сладости и их разновидности, Жон же вдруг испытал наплыв ностальгии. Сколько раз он вот так же гулял по магазинам со своей мамой и сёстрами? Кажется, что это было целую жизнь назад, а ведь даже месяца не прошло. На волне этих эмоций, он даже достал Свиток и решил написать матери, с предложением созвонится сегодня вечером и пообщаться. Матриарх семейства Арк похоже дежурила над своим Свитком, так как сообщение было моментально прочитано и столько же быстро на него пришел ответ: «Конечно, дорогой, мы будем очень рады». Жон улыбнулся, глядя на ответ. Мама, как всегда, на связи. Он уже представлял, как вечером услышит её голос, шумный смех сестёр на заднем фоне, а может даже и строгий, но такой родной бас отца, если тот не задержится опять на работе. Но пока что вокруг царила своя, особая атмосфера. Девушки всё ещё оживлённо обсуждали десерты, Коко с азартом доказывала, что вакуанские сладости — это, конечно, красиво, но ничто не сравнится с разнообразными ликёрами из Атласа, а Пирра, к удивлению Жона, горячо с ней спорила, отстаивая честь классического горького шоколада с орехами. Эта картина была настолько… приятной, если так, наверное, можно было выразится. Жон чувствовал, что он не один, что его поддерживают друзья и семья. И все проблемы казались далёкими и решаемыми. Он будет Охотником, будет героем, всё будет так, как он мечтал в детстве. Жон не знал, что в ответ на такие, довольно светлые и в целом хорошие, мысли в его душе шевелилось что-то очень тёмное. Осколок Великой Души, что один неизвестный карлик нашел в Первородном Пламени и которую он разделил среди всех людей. Человечность. Жон был человеком. Он забрал человечность Оскара из Демона Прибежища и поглотил кусочки человеческих душ, пока шёл к гаргульям. И вместе с душами он так же усваивал и кусочки чужой человечности. В каком-то смысле, Жон сейчас был даже более человечен, чем многие другие. Вот только можно было ли назвать человечностью тёмную сущность, медленно зарождающуюся в его нутре, здесь, на Ремнанте?