Тебе не будет больно

       Хлоя думала, что Итан бежит к Люциферу с распростёртыми объятиями, когда они поравнялись, но вместо этого мальчик врезался в неё, крепко обнимая за талию. Она опешила от такого внимания к себе, но всё же обняла ребёнка в ответ.        Они нашли его возле водопадов, которые находились неподалёку от детского садика. Воспитательница билась в истерике, когда они пришли, и не могла толком ничего объяснить, когда остальные родители забирали своих детей. С одной стороны, женщину было безумно жалко, она искренне переживала за ребёнка, но с другой, она должна была следить за своей группой, а она заметила пропажу мальчика только спустя пятнадцать минут, судя по камерам видеонаблюдения.        Хлоя старалась оставаться спокойной, пока они искали Итана, потому что напарник уже давным давно сходил с ума, и она прекрасно его понимала — он переживал за сына, боялся, что не сможет его найти. Что тут ребёнок, если совсем недавно она — детектив полиции — подверглась нападению. Разве можно что-то говорить о четырёхлетнем мальчике?        Итан крепко держался за неё, не желая отпускать, даже тогда, когда Морнингстар пообещал, что не тронет его. Он ругался на него, кричал, что так никто не делает, но он лишь зажимался в Хлою и, казалось бы, ничего не слышит. — Почему ты сбежал? — спросила Деккер, когда он отстранился от неё и она смогла присесть на корточки. Серый шерстяной свитер на ней начал пропускать прохладный воздух, и она ненавидела тот момент, когда оставила куртку в машине. — Один мальчик сказал, что я никому не нужен, раз даже мама от меня ушла, — ответил он, вытирая рукавом лицо, но новые слёзы снова появлялись. Сердце Хлои облилось кровью, когда он это сказал, и она подняла взгляд на Люцифера, который был не менее взволнован.        Мать мальчика ушла, когда он был совсем крошечным, и Морнингстар никогда не скрывал этого от сына. Он говорил, что она им не нужна, что она сделала свой выбор, и теперь он сожалел о том, что не говорил с сыном об этом развёрнуто. — Ты ведь знаешь, что это не так? — прошептала она, сама едва ли сдерживая слёзы. Она знала, что ребёнок напарника достаточно умен, но она не думала, что он сможет задуматься о таком. — Ты самый важный человек в жизни твоего отца. Никогда не забывай об этом. — Я хотел увидеться с тобой, — продолжил он, — Но папа говорил, что ты болеешь и я не могу тебя отвлекать. Я подумал, что ты тоже не хочешь со мной общаться. Мне понравилось проводить с тобой время.        Хлоя глубоко вздохнула, пытаясь сдержать все свои эмоции при себе. В конце концов, она взрослый человек, и не должна раскисать при ребёнке, у которого едва ли ещё не истерика. — Мне тоже понравилось, малыш, — закивала она, — И я бы с радостью провела с тобой ещё один день, но у меня и в правду были дела и я была немного не в себе, — заверила она его, хоть и не понимала, почему Люцифер так думал. Итан тут же снова обнял её, прижимаясь головой к её животу. Её свитер был достаточно мягким и ребёнку это нравилось, он держался за неё так, словно она была его мамой, которую он так давно не видел, и от этого становилось ещё больнее. — Итан, послушай меня, — Люцифер потрепал ребёнка по волосам и заставил его развернуться к себе, когда приседал на корточки, позволяя напарнице встать. У неё затекли колени, и немного покалывали после долгого нахождения в одном положение, но она ни о чём не жалела, когда обнимала себя на плечи и с улыбкой наблюдала за своим другом и его сыном, — Что в Нью-Йорке, что в Лос-Анжелесе, полно всяких идиотов, которые обижают людей, а таких маленьких детей как ты — подавно. Ты ведь знаешь, что твой папа работает в полиции, и сколько плохих парней он поймал. Но это ещё не все злодеи, которые есть, в городе остались ещё много не пойманных. Поэтому ты не можешь сбегать один из садика и гулять здесь, потому что это очень опасно. И ты нас с Хлоей сильно напугал, — он погладил ручки ребёнка, улыбаясь ему. Вся злость куда-то пропала, когда он увидел его живого и невредимого, а после ещё и то, с какой любовью и трепетом он обнимался с Деккер. Как бы он не хотел этого отрицать, но ребёнок привязался к ней, хоть он и не понимал, как это произошло всего за две встречи.        Хлоя действительно была притягательной, её улыбка и искренность в глазах привлекли его ещё в первый день их знакомства. Уже тогда он понимал, что они не могут быть просто напарниками и в конечном итоге станут хорошими друзьями, но его сын — тот, кто не сильно общительный — так привязался к ней. И быть может это показатель того, что и ему стоит снять все свои оковы перед ней? Забить на все свои загоны и позволить общаться с кем-то кроме своего сына. В конце-концов дружбу ещё никто не отменял. Другое дело, что в таких темпах, он боялся влюбиться в неё. Потому что, кто бы что не говорил, Хлоя Деккер была достаточно красивой девушкой и он не мог отрицать тот факт, что она его привлекает.        Однако он также знал, что у неё тоже есть свои скелеты в шкафу, такие как её последнее дело перед больничным. Он боялся представлять, что с ней могло такого произойти, что она так резко реагирует на прикосновения. Это явно не связано с тем, что тот урод так жестоко сломал ей ногу, там было что-то ещё, о чём она не хочет говорить. Кажется, что даже не только с ним, но и со своей подругой тоже, потому что он уверен, что она ещё ни с кем об этом не говорила. Это видно, и очень чётко.        Ему хочется спросить её, узнать, что произошло, почему она так реагирует. Он хочет помочь ей, дать понять, что, чтобы там не произошло, больше не повторится, но как он может, если ничего не знает?        Все мысли, которые у него были по этому поводу, иссякли. Были самые страшные, и не очень. Но все они оставались мыслями, потому что правильный ответ на этот вопрос знала только она. А он боялся задавать ей его, не после того, как она смотрела на него тогда возле больницы. Он не хочет открывать её старые раны, они ещё не настолько сильно близки, чтобы делать это.        Когда он поднимается на ноги, переговорив с сыном, он замечает её красный нос, хоть на улице уже достаточно темно, и то, как она обнимает себя за плечи. Он заметил это ещё у больницы, когда ему позвонили из сада, но был слишком занят мыслями о сыне, чтобы как-то среагировать. — Ты дрожишь, Деккер, — поспешил сказать он ей, когда его тёплый пиджак оказался на её плечах и она вздрогнула, — Не хочу, чтобы ты свалилась на ещё один больничный, — усмехнулся мужчина и она улыбнулась ему в ответ. — А ты сам? — спросила она, только сейчас замечая, что у неё зуб на зуб не попадает от холода. — Мне нормально, — заверил он её, растирая её руки, чтобы хоть как-то помочь согреться. Чёрт бы его побрал, когда он не обратил на это внимание ещё раньше. Он не должен был так сильно увлекаться переживаниями, он должен был оставаться в здравом уме, чтобы не только найти сына, но и не заморозить свою напарницу, которая согласилась ему помочь в поисках. — А ты далеко отсюда живёшь? — спросил мальчик, делая огромные глаза. — Подальше нас, — ответил ему отец, — Уже довольно поздно и холодно. Я мог бы вызвать тебе такси до дома, но тогда не смогу пригласить на долгожданный Итаном ужин с тобой.        Итан тут же оживился, судорожно кивая и восклицая, чтобы его точно услышали. Он и не думал, что этот день приобретёт такое завершение, и его уже даже не волновало то, что Хлоя ещё ничего не ответила, он просто вцепился в её руку и потащил по направлению к их дому. — Это означает, что отказы не принимаются, — усмехнулся мужчина, когда ей пришлось сделать пару шагов вперёд. И он был безумно благодарен наивности своего сына, что тот сейчас просто насильно тащит её за собой, потому что он уверен, что в любой другой ситуации, она бы отказалась от этого.

***

       Итан спал в своей кровати, когда Люцифер предложил Хлое остаться на ночь у них. Этот день был слишком продуктивным и выматывающим, и даже из вежливости он не мог отпустить её так поздно. На самом деле ему и не хотелось. Он не помнил, когда в последний раз с кем-то вот непринуждённо проводил время и не хотел прекращать этот момент.        Раньше с ним были его друзья. Он не скрывал, что вёл не самый лучший образ жизни до появления сына, но всё это оправдывалось тем, что он был молод. Они бегали по заброшкам, выпивали и некоторые из них баловались наркотиками, и он в том числе. Им было весело. А потом он женился и всё его свободное время ушло на Итана. Друзья ушли, посчитав, что с ним стало слишком скучно, и даже жена бросила его одного. Он не думал, что когда-нибудь больше не будет чувствовать себя одиноким, но Хлоя доказала ему обратное. — Твой отец был потрясающим копом, — начал он, вспоминая рассказ лейтенанта, — И ты решила пойти по его стопам после его смерти, или это было твоё желание раньше? — Это абсурдно заставлять выбирать детей, кем они хотят стать в таком неосознанном возрасте, — Хлоя усмехнулась, — Мне было четыре года, когда мама протолкнула меня на съёмки рекламы детских купальников. В детстве мне это нравилось, пока не дошло до крайностей. В десять я поняла, что не хочу сниматься в рекламе и какое-то время у меня был перерыв, а потом мой первый фильм, который всем так нравится лишь из-за того, что это порнуха. Я не знаю, как ответить на твой вопрос… Наверное, смерть папы подтолкнула меня к этому, но я уже давно знала, что карьера полицейского мне нравится больше, чем актёрская. — Ты снялась в порнофильме? — глаза Морнингстара загорелись и она закатила глаза. Конечно, чего она ещё могла ожидать от кого-то мужского пола. Даже от него. — Не смей смотреть его, — воскликнула она, — Это позор. И, если бы я могла стереть его, я бы это сделала. Не смотри его, пожалуйста.        Люцифер усмехнулся, смотря на неё. В непринуждённой обстановке она выглядела веселее, чем обычно. И, конечно, работа заставляет их быть серьёзными, потому что они ловят преступников, но он хотел бы видеть её такой почаще.        Они разговаривают о всякой ерунде, он рассказывает ей про свою работу в Нью-Йорке и чувствует себя через чур открытым, но это никак его не смущает. Они также говорят про свои неудавшиеся отношения и он понимает, что не один так сильно обжёгся. С одним лишь исключением, что у неё нет маленького ребёнка на руках.        В конечном итоге он провожает её в спальню и собирается уходить, когда она окликает его. — Ты куда? — спрашивает она. — На диван, — он пожимает плечами и смотрит на неё. На ней всё ещё его пиджак, который согревал её весь вечер и ему, в какой-то мере, даже нравится, что она часто мёрзнет. — Ты не можешь жертвовать своим комфортом из-за меня, — говорит она ему, — Ты высокий и твои ноги едва ли там поместятся. Будет справедливо, если я лягу там. — Это не обсуждается, Деккер, — отвечает мужчина, — Если только мы не пойдём на компромисс и не ляжем вместе.        Она отворачивается от него и осматривает кровать. Она выглядит достаточно большой для них двоих, и Хлоя надеется, что ей не будут сниться кошмары, потому что ей не хочется разбудить его посреди ночи, а ещё больше, чтобы он, вообще, узнал об этом. Тогда ей точно придётся рассказать ему, что произошло в тот день. — Ну, если ты не будешь приставать ко мне…        Перспектива спать с мужчиной в одной постели, хоть и не в том смысле, в котором все так желают, приносила ей небольшой дискомфорт. Она понимала, что рано или поздно ей придётся смириться со всем, что произошло, но сейчас это слишком сильно на неё давило.        Хлоя знает, что Люцифер не позволит себе лишнего. Они знакомы две недели, но то, как он показал ей себя, говорит о том, что он порядочный человек. Другое дело, что она просто трусиха и не такая, как раньше.        Она уходит в душ и он любезно предоставляет ей одну из своих рубашек и спортивные штаны на верёвке, которую ей, скорей всего, придётся затянуть на себе чуть ли не в два раза, но на одну ночь должно подойти. Она чувствует себя невероятно голой во всём этом, но всё же, когда возвращается из ванной, залезает под мягкое одеяло со своей стороны кровати.        Она собирается спать со своим напарником, с которым знакома две недели. И когда её жизнь стала такой? Когда она стала такой?        Хлоя поворачивается на бок, к нему спиной, поджимая под себя ноги и кладя руки под подбородок. Она не хочет занимать слишком много места, точно также, как не хочет непреднамеренных касаний во сне. Ей просто нужно расслабиться и позволить всему пройти так, как пройдёт.        Когда Люцифер выходит из ванной, она уже спит. На самом деле, сон довольно быстро уволакивает её в своё царство и за это она должна быть благодарна своему организму, только вот через пару часов сна, она может проснуться вновь.        Он смотрит на её макушку и распущенные волосы, разбросавшиеся вокруг неё по подушке. Она свернулась на краю и от этого у него сжимается сердце. Она не может расслабиться рядом с ним, и это точно связано с тем днём, но он так и не знает, что тогда произошло.        Морнингстар не может уснуть, он ворочается из стороны в сторону, пытаясь это делать как можно осторожнее, чтобы не разбудить Хлою. Её сон тоже кажется ему неспокойным, но, по крайней мере, она не просыпается. Она что-то мычит во сне, достаточно тихо, чтобы её услышать, если бы он спал. Люцифер не может остановить свою мозговую активность, поэтому резко садится на кровати и подходит к окну, чтобы взглянуть на звёзды. Они всегда его успокаивали.        Раньше с Бетани они часто так могли сидеть и смотреть на ночное небо. Она клала ему на плечо свою голову и посмеивалась над тем, что он находит в этом что-то романтичное. Когда-то действительно находил, но не после её ухода.        Он приходил на крышу многоэтажки, в которой раньше жил, с Итаном на руках. Мальчик вряд ли это помнит, но именно в те моменты, Люцифер пытался найти себя во всём этом. Он держал ребёнка на руках, смотрел на его крошечные ручки и не мог поверить, что это всё происходит с ним. Не так он себе представлял свою жизнь.        А потом всё встало на свои места. Он привык к отцовству, привык к своему ребёнка, гулял с ним, воспитывал его. Всё казалось таким правильным. И вот сейчас снова он не знает, где он находится. Снова смотрит на звёзды, когда сзади него спит девушка, чувства к которой он всё ещё не понял до конца.        Его вырывает из мыслей резкий вздох и он оборачивается, чтобы увидеть её, сгорбленную в спине и пытающую привести дыхание в норму. Он уверен, что по её щекам текут слёзы, судя по тому, как часто она шмыгает носом, а потом резко прекращает, когда понимает, что находится не дома.        Она смотрит на него с сожалением и натягивает одеяло на себя, чтобы скрыться от его глаз, но он думает, что должен помочь ей. — Эй, — он садится с краю от неё и кладёт руку ей на бок, чувствуя дрожь во всём её теле. Она кусает губы, чтобы не плакать слишком громко, и её немного успокаивает тот факт, что она не одна, — Плохой сон? — он всё же стягивает с неё одеяло и протягивает руку, чтобы помочь встать. — Ты знаешь, иногда стоит поделиться с кем-то своими переживаниями, чтобы они оставили тебя в покое. Так происходит не в первый раз? Судя по тому, как ты отреагировала, когда поняла, что не одна.        Она мотает головой в разные стороны и утирает слёзы рукой. Люцифер наклоняется, чтобы включить прикроватную лампу и может видеть, как опухли её глаза. — В тот день, перед тем, как я ушла на больничный из-за травмы, произошло ещё кое-что, и ты был прав, когда говорил, что мне не только сломали ногу, — начала она, но запнулась на последнем слове. Он перехватил её ладони в свои и легонько сжал. — Я знаю, что мы знакомы всего ничего, и что мы партнёры только по работе, но сегодня у меня сложилось впечатление, что мы перешли на стадию друзей, — сказал он, — А друзья доверяют друг другу. Я постараюсь помочь тебе со всем, что тебя тревожит. Обещаю.        Она судорожно закивала головой, соглашаясь с ним. Они действительно стали хорошими друзьями и она чувствует, что может доверять ему, но почему-то слова не вылетают из её рта. — Тот мужчина был выше и крупнее меня, — продолжила она, — Я должна была заманить его в ловушку, но он заметил прослушку и всё пошло не так, как мы планировали. Мне казалось, что всё происходящее происходит не со мной, или, по крайней мере, я смогу с ним справиться, но он вырубил меня лишь одним движением руки и я очнулась уже в одном из номеров отеля. Он собирался изнасиловать меня и убить, как и всех остальных своих жертв, но я почти смогла сбежать из-за его глупости, потому что он привязал меня к кровати, а нас учили, как действовать в таких ситуациях. И, когда я начала убегать, он поймал меня. Он повалил меня на пол, лицом вниз и сел на меня, выворачивая ногу… — она запнулась, снова возвращаясь в тот день. Она видела себя такой маленькой и беззащитной, в том маленьком чёрном платье и этого мужика на ней, — На какое-то время я ничего не чувствовала, кроме того, как меня трясёт, настолько сильно, что я была готова поверить, что нахожусь под действиями какого-то наркотика. Я действительно думала, что умираю, а потом увидела, даже почувствовала, как он разрывает на мне платье. Мне хотелось кричать и сопротивляться, но я не могла… Я не могла даже пошевелиться… Это было так больно и холодно… — она не замечала того, как трясётся до тех пор, пока Люцифер не завернул её в одеяло, которое ранее снял с неё. Его взгляд был сожалеющим, и она вспомнила взгляды полицейских, которые прибыли тогда, — Потом его подстрелили и он упал на меня, дёргаясь от боли. Его, естественно, арестовали, меня забрали в больницу… Я не должна так реагировать на это… Я не должна тебе это рассказывать, потому что он не успел ничего сделать. Я не имею права на эти эмоции, потому что другие женщины, которые подверглись изнасилованию, чувствуют себя гораздо хуже. А я… Я трусиха, которая просыпается каждую ночь в истерике и боится оставаться в доме одна. — Это не так, — шепчет он. Люцифер не мог прервать её ни разу за весь рассказ, потому что чувствовал, как ярость переполняет его с каждым его словом. Он представлял её такой же, как сейчас в его постели — маленькую и беззащитную. Он видит её такой уязвимой впервые за всё время их знакомства и его сердце обливается кровью, когда он видит её такой подавленной и напуганной.        Её нижняя губа трясётся, как у Итана, когда он собирается начать истерику. Она смотрит на него с надеждой, что он не отвернётся от неё после всего, что она ему рассказала, что он не будет относиться к ней по-другому, не так как раньше. А он не знает, как это сделать. Потому что он больше не видит ту Хлою, которую знал всё это время, он видит её сломленную, но всё ещё такую сильную. — Ты самая сильная женщина, которую я когда-либо встречал, — спешит заверить её он, — А их было не так уж и мало. И ты не должна чувствовать угрызения совести за свои страхи, потому что это нормально. Ты испытала сильное потрясение и всё это время держала этот страх в себе. Теперь тебе должно стать легче и я обещаю, что помогу тебе побороть этот страх.        Она жмурится от новой партии слёз и кидается к нему, крепко обнимая его за шею. Мог ли он, вообще, представить, что предложение остаться ей на ночь перерастёт во что-то подобное? Но он был рад этому, потому что наконец-то понимает, что с ней было не так.        Он гладит её по спине круговыми движениями руки и ощущение её тела приносит ему спокойствие. — Всё будет хорошо, тебе больше нечего бояться, — заверяет он её, — Я помогу тебе с этим. Ты уже сделала огромный шаг к этому самостоятельно, дальше только лучше. — Спасибо, — шепчет она ему в шею, и он усмехается. Ему приходилось успокаивать Итана несколько раз после кошмаров, но случай Хлои совершенно отличался от всего этого. Но его действия действительно ей помогли, потому что она смогла успокоиться и его это радовало, — Обычно у меня уходило больше времени на то, чтобы успокоиться, — признаётся она, усмехаясь, когда отстраняется от него. Он не может сопротивляться своему искушению, поэтому протягивает руку и заправляет выбившиеся пряди волос ей за ухо.        Её глаза опухли от слёз, губы покраснели и ему так сильно хочется снова прижать её к себе, но вместо этого он ободряюще сжимает её плечи и предлагает попробовать снова заснуть. — Я принесу тебе чаю с ромашкой, — говорит он ей, поднимаясь с кровати. Она согласно кивает ему, удобнее укладываясь на подушке. — Люцифер, — окликает она его, когда он собирается уже выходить, что заставляет его обернуться. Он стоит там в своём тёмно-синем халате, с взъерошенными волосами и всё ещё чувствует влагу от её слёз на своей шее, — Прости за это, — продолжает она, — Я не должна была… — Всё в порядке, Хлоя, — прерывает он её, — Я рад, что ты смогла рассказать это мне.        А потом он уходит и она остаётся одна, поджимая губы. И Люцифер действительно был прав, потому что ей действительно стало немного лучше, когда она смогла это кому-то рассказать, а не хранить всё в себе.

***

       Утро наступает слишком быстро и будильник, заведённый на семь утра, вырывает их ото сна. Люцифер просыпается первым, пока Хлоя ещё чего-то там бормочет про несправедливость, и вовремя понимает, что всё это время обнимал её во сне, прижимая к своей груди. Он хотел бы отстраниться, пока она ничего не поняла, но кажется, что было уже слишком поздно.        Он принёс ей тот обещанный чай с ромашкой и лежал рядом, пока она снова не смогла уснуть, а вслед за ней сон повлёк и его. Весь её рассказ преследовал его всю ночь и он думал о том, что, если бы его перевели немного раньше, он, возможно бы, смог бы ей помочь. Он бы помогал ей, когда у неё была сломана нога и она не могла нормально передвигаться, и он бы точно знал, что с ней произошло, чтобы сразу же убедить её в том, что это нормально чувствовать себя так, как чувствует она себя сейчас. Возможно, ему бы удалось предотвратить её кошмары, потому что он бы был рядом с ней. И это всё ему снилось. Также как и то, что он находит её раньше, чем этот мужик успевает с ней что-то сделать. — Папа! — Итан врывается в комнату и они отталкиваются друг от друга, словно ужаленные, позволяя ребёнку запрыгнуть между ними. — Доброе утро, Хлоя, — приветствует он её, а потом начинает принюхиваться, — От тебя пахнет ромашкой, — заключает он, — Папа делает её мне, когда я плохо сплю. Ты плохо спала?        Мальчик слишком проницателен для своего возраста и Хлоя не знает первое время, что ему ответить. — Да, малыш, Хлое приснился плохой сон, но мы с этим справились, — говорит ему Люцифер, смотря на Деккер через макушку ребёнка, когда обнимает его. Её лицо немного бледновато, но это объясняется тем, что она плохо спала этой ночью. — Все плохие сны снятся потому что мы сами их создаём, — продолжает Итан, — Папа говорит, что нужно отпустить то, что тебя беспокоит, тогда всё пройдёт.        Она усмехается, пытаясь сдержать непрошеные слёзы, когда вспоминает всё, что произошло ночью. Она знает, что не разбудила Люцифера, потому что он стоял у окна в тот момент, но ей всё равно было неловко оттого, что она побеспокоила его.        Мальчик переползает на её сторону и крепко обнимает за талию, положив подбородок ей на плечо. — Я думаю, что всё будет хорошо, — говорит он. — Вот, — подтверждает мужчина, подмигивая ей, — Я тоже так считаю.        То, что они проснулись в обнимку, мгновенно забывается, когда он понимает, что ему предстоит отвезти ребёнка в сад, а потом ещё и Хлою домой, чтобы она могла переодеться. Их вчерашняя одежда, если и не грязная, но всё равно нуждается в стирке, и он, более чем уверен, что она захочет переодеться во что-то свежее.        Они собираются впопыхах. Он достаёт снеки и рассыпает шоколадных динозавриков по тарелкам, заливая их молоком. Хлоя думает о том, насколько это полезный завтрак для ребёнка четырёх лет, но Люцифер позже добавляет, что мальчик ещё поест в детском садике, поэтому она с облегчением выдыхает. В любом случае, если они так питаются не каждый день, то в этом нет ничего страшного.        После того, что произошло вчера, Морнингстар ещё долгое время даёт наставления сыну, когда останавливается возле ворот садика. Их встречает другая воспитательница и объясняет, что ту, которая потеряла из виду ребёнка, уже уволили, и это внушает немного доверия, чтобы снова оставить ребёнка в этом месте. — Пока, пап, — машет ручкой Итан, — Пока, Хлоя, — он уходит за руку с воспитательницей и после того, как исчезает с их поля зрения, они могут вернуться в машину.        Сначала они едут в полнейшей тишине. Хлоя теребит пальцы рук, лежащие на её коленях. Он обращает внимание на её тонкие запястья и пальцы, на то, какой она кажется маленькой, когда сидит вот так, и даёт себе мысленный подзатыльник, потому что продолжает видеть в ней жертву, коей она не хочет себя считать. Но он ничего не может с собой поделать, когда накрывает её руки своей ладонью и легонько сжимает. — Не думай о том, что произошло сегодня ночью, — начинает он, — Ты всё правильно сделала, что рассказала мне об этом, и я рад, что смог вызвать в тебе к себе доверие. Я обещаю, что помогу тебе, — говорит мужчина. Она коротко кивает, соглашаясь с ним. — Спасибо. — Не за что, — улыбается он. Почему-то ему хочется улыбаться, когда он видит её. Она слишком хорошо влияет на его настроение, — Мы заедем к тебе, чтобы ты могла переодеться и вернёмся к работе. Я думаю, что сегодня лучше будет, если ты снова переночуешь с нами, чтобы не оставаться одной, а там посмотрим, что делать дальше. — Ты уверен, что… — Итан будет в восторге, — добавляет он с ухмылкой, — Ты ему нравишься, и это удивительно, учитывая, что он не особо общительный. — Хорошо, — соглашается Хлоя и опускает взгляд на свои колени. Левая всё ещё немного поднывает, но кажется, что идёт на поправку, а вместе с ней и её душа. Она никогда не думала, что появление лучшего друга, который поймёт её и не осудит, так сильно повлияет на её мнение, на её психику. Он смог успокоить её за пятнадцать минут только лишь своими объятиями и тёплыми словами. Возможно, если и дальше так пойдёт, всё снова вернётся на свои места. Она надеется на это.