Волк

      Вечер еще только начинал входить в свои права, а Жене казалось, что уже давно наступила ночь. Череда последних событий заметно потрепали ему и силы, и нервы, а он ни на йоту не приблизился к ответу, что делать в сложившийся ситуации, а значит, его ожидает новое погружение в магические дребли интернета, и радости это отнюдь не добавляло. Еще где-то в глубине души начинала зарождаться едва заметная обида на Ильдара, который мало того, что скрыл подобный факт своей жизни (хотя было сомнительно, что Женя бы поверил мужчине, и что вообще о таком кто-то знал из людей), так еще и совершенно никак не помогал, будто его устраивало волчье обличие.       Заморачиваться с готовкой и не хотелось, и не любилось, и вообще, нечего сейчас тратить на такое время, поэтому, решив, что поест как-нибудь потом, парень двинулся в комнату, пытаясь мыслить позитивно о том, что решение их вопроса скоро будет найдено. Но некое нежелание продолжать поиски, как минимум сегодня, неприятно, едва заметно шкрябало коготком где-то в глубине души.       Молча постояв на пороге спальни пару секунд, Женя всё же проигнорировал лежащий на полу ноутбук и, пройдя мимо, звездочкой рухнул на кровать, рассматривая яркие лампочки на аккуратной, небольшой люстре. Световые пятна расплывались перед глазами и не исчезали даже после того, как парень закрыл веки, пытаясь безуспешно прийти к какой-то дельной мысли по всей этой ситуации у себя в голове.       Но особо долго погружаться в лабиринты мыслей ему не дали, прервав поток мягким шуршанием одеяла и ощутимо провалившимся где-то слева матрасом. Лениво приоткрыв глаза, Женя увидел, как волк забрался на кровать и теперь, стоя на четырех лапах, чуть утопавших под весом тела, возвышался над ним, смотря так, будто что-то задумал, но парень понял этот взгляд по-своему.       − Сегодня закажем доставку, это проще, чем заказывать новую кухню после того, как я спалю дотла эту, − монотонно пробормотал Женя, смотря в ответ в настоящие волчьи глаза, имеющие теперь цвет темного янтаря или коньяка приличной выдержки, с изредка появляющимися золотистыми бликами. Совершенно не было сил и какого-либо желания готовить. Вот найдут они способ, как всё вернуть на круги своя, тогда может быть на радостях что-нибудь и приготовится, но точно не сейчас. Будто в ответ, волк ткнулся холодным, чуть влажным носом в шею парня, оставляя мокрый след и сразу обдавая его горячим дыханием, − Блин, Ильдар, щекотно же! – дернувшись от такого действия, недовольно произнес Женя и уже было занес левую руку, чтобы потереть на самом деле зачесавшуюся кожу, слишком восприимчивую к подобного рода прикосновениям, как её нагло придавила волчья лапа, сопроводив это тихим, предупреждающим рыком, от которого сердце парня пропустило удар. Осознание какого-то глубинного страха впервые стало таким четким. Как-то быстро он свыкся с мыслью, что Ильдар ему ничего не сделает, что это всё временно и вообще, некогда ему было думать о том, что волки так-то весьма опасные для людей хищники, и они вполне не прочь полакомиться мяском не только зайчиков (или кто там еще водится в необъятных лесах), − Ты чего? На тебя так травы подействовали что ли? – пытаясь вернуть происходящее в формат шутки спросил тот, кто вообще не понимал, что ему делать. Волк же, решив продолжить свою забаву, на пробу аккуратно лизнул нежную кожу шеи, чувствуя, как тут же замерло человеческое тело, широко распахнувшего глаза, едва дышащего парня, в мыслях которого с каждой секундой всё больше нарастал хаос, – Ильдар...? – рискнул было буквально пискнуть вопрос тот, кто сразу получил на него ответ в виде тихого короткого рычания возле уха. Мощная лапа пропала с руки Жени, которая уже начала затекать, но по-прежнему нависая сверху, волк не оставлял и шанса как-то прервать своё развлечение. Подцепив носом мешающую ткань футболки, он потянул её вверх, отчетливо слыша участившийся в разы пульс человека, – Что ты де..., – начал было говорить тот, кто начал прощаться с адекватностью этого мира, и подавился воздухом на полуслове, ощутив, как чуть шершавый влажный язык прочерчивает дорожку от живота к груди и слегка царапает ореол соска, сразу после обдавая кожу по-настоящему горячим дыханием, – Так, всё, это шутка затянулась, заканчивай. Я всё понял, прости за испытание водой и травами, – быстро протараторил Женя, пытаясь отползти назад из под нависшего над ним волка, но замерев, стоило только зверю в опасной близости от шеи коротко щелкнуть зубами. Вопреки прозвучавшей угрозе, шею, уже успевшую покраснеть так же, как и лицо парня от неоднозначности подобной ситуации, лизнули языком, заставив вздрогнуть всем телом то ли от того, что это было щекотно, то ли от того, что волчья лапа ощутимо надавила прямо на предательски среагировавший некий орган ниже пояса.       Голос разума окончательно ретировался, помахав на прощание Жене белым платочком, оставив после себя еще больший хаос в голове, теперь граничивший с сумасшествием. Потому что контроль над ситуацией был явно не на стороне человека, предпринявшего, конечно, попытку его вернуть, но получив в ответ предупредительный низкий рык и обнажившиеся острые клыки. И вот кто знает, что там творится в головах у волков вообще? Особенно у тех, кто доводит людей своими действиями до болезненного возбуждения, параллельно то продолжая проходиться горячим языком по нежной человеческой коже, слегка царапая её и от этого только обостряя чувствительность, то намеренно надавливая лапой на то, что от такого давало вполне однозначную реакцию. И вполне однозначно парень, стоило ему только сделать попытку оттолкнуть от себя волка, слышал тихий рык, от которого кожа покрывалась мурашками то ли страха, то ли нового витка возбуждения.       – Прекращай уже, – сказал как можно более твердым голосом Женя, решив, что всё это уж больно неправильно начинает выглядеть («как будто до этого было правильно, ага», – тут же язвительно шепнул ему внутренний голос). Как ни странно, Ильдар и правда перестал мучить уже и так покрасневшего до кончиков ушей парня, взгляд которого метался то куда-то в сторону, то на волка, будто не мог совладать с бушующими в душе противоречивыми эмоциями. А вот в душе Ильдара эмоции были вполне конкретными, поэтому, мягко соскочив с кровати, он быстрее, чем Женя успел понять, что происходит, просунул лапу за стоящую рядом тумбочку и, на ощупь находя цепочку, сделал пару попыток зацепить её когтями. Пару секунд – и волк уже запрыгивал обратно к парню, держа лапой заветный кулон, болтающийся на когтистой лапе.       – Эээ, – протянул тот, кто явно был сбит с толку происходящим, но, тем не менее, довольно быстро сложил два плюс два, – Мне надо надеть его на тебя? – спросил Женя у Ильдара, который волк, и который сейчас смотрел на него взглядом «не тупи и надень на меня эту чертову херню». Собственно, так он и поступил, аккуратно снимая с лапы цепочку и надевая её на волчью шею, не заметив, как при этом зачем-то затаил дыхание, будто в тайне ожидая превращения волка в человека в ту же секунду. Однако, это таинство так и осталось загадкой, так как волк почти сразу соскочил с кровати и выбежал из комнаты, оставив растерянного Женю одного. Но не так уж и надолго. Не прошло и минуты, как парень уже было собрался идти по следам и проверять, что там, в конце концов, творится с Ильдаром, он сам вошел в привычных домашних шортах и одной из любимых темных футболок и, как ни в чем не бывало, плюхнулся на кровать, сгребая Женю в довольно крепкие объятия. Но Женя был бы не Женя, если бы не захлестнулся волной возмущения на подобное и не стал бы брыкаться, да так, что бедный мужчина, теперь уже не волк, вынужден был тут же разжать руки и схватиться этими руками за свою ногу, коротко зашипев, получив почти точно в колено ощутимый удар. Парень перекатился на другую сторону кровати и сел, сверкая из другого угла глазами, наполненными чувством праведного ахреневания, затмившим собой все остальные.       – И всё? Надо было просто надеть на тебя гребанную цепь с подвеской и подождать? Да ты, – запнувшись и подбирая наиболее точно описываемое слово, Женя чуть ли не подавился воздухом, заметив, что Ильдар еще и не смог сдержать веселую улыбку на губах, – Ты наказан!       – Чего? – уже со смехом переспросил Ильдар, наблюдая за тем, кто сейчас походил на рассерженного кота.       – Того! Никакого секса! – гневно сверкая глазами, в которых теперь плясали еще и довольные чёртики, вынес свой приговор Женя.       – Чего?! – тут уже смеяться почему-то Ильдару резко перехотелось, так как душа и тело требовали некого продолжения банкета.       – Того! И спишь ты на диване.       – Женя?!       – Неделю! – поставив некую точку в разговоре, парень встал с кровати, демонстративно развернулся на сто восемьдесят градусов и, нарочито громко топая, вышел из спальни, – И завтра с тебя генеральная уборка всей квартиры от шерсти! – крикнул он уже из откуда-то из другой комнаты.       В ответ Ильдар лишь протяжно застонал, откинувшись на кровать и уперев взгляд в потолок, понимая, что эту неделю ему могут сделать весьма веселой, и что всё только начинается...