Ночь для звезд

Амарант мучили сомнения. Вязкие и жгучие, как концентрированная кислота, медленно стекали по остову уверенности, причиняя почти физическую боль. Идея попросить помощи у родственников уже не казалась такой гениальной. Бездействие изводило. Дожидаясь трех часов дня, девушка успела несколько раз пожалеть, что решилась довериться неизвестным и, очень вероятно, поддерживающим "Свет" магам. Поттеры были для нее семьей, но она для них — нет: связанный с ними сомнительными кровными узами троянский конь. Амарант трижды порывалась сбежать с места встречи, но каждый раз возвращалась, убеждая себя, что ей повезет, что она добьется понимания и ей помогут изменить историю, ведь правда была на ее стороне… "Плевать. Сделаю, что должно, и будь, что будет". Вот только за свои неполные восемнадцать Амарант усвоила, что истина иногда бывает настолько горька и неприглядна, что большинство предпочтет отдаться порочной сладкой лжи. "Сейчас мне терять нечего, кроме собственной жизни… — опять заговорила в Поттер усталость. Но мятежная душа девушки тут же среагировала: — Даже если и так, то эту самую жизнь я не отдам без боя. Ради тех, кто в будущем отдал свою, защищая меня, я не имею права сдаваться…" Дверь, ведущая на задний двор "Дырявого котла", в очередной раз открылась, и в бар вошел строго и дорого одетый мужчина средних лет. Он был высок и довольно симпатичен. Его темные волосы пребывали в легком беспорядке, какой Амарант помнила с фотографий покойного отца. Джеймс Поттер был очень похож на своего деда, только глаза у представителя старшего поколения были совсем другие — не светлые золотисто-карие — темные, как ночь. Однако, несмотря на свою темноту, эти глаза не отталкивали — наоборот, затягивали в омут плена цепкого взгляда. Настолько глубоко, что до Амарант не сразу дошло, что взор ее прадеда был направлен прямо на нее. Девушка стряхнула оцепенение и, всем своим видом стараясь демонстрировать уверенность, направилась к родственнику, который продолжал пристально смотреть на нее, не меняя позиций. Только левый уголок его губ чуть уполз наверх. Амарант такая реакция несколько смутила, но не настолько, чтобы она отказалась от своей затеи. — Здравствуйте, сэр! Вы, случайно, не мистер Поттер? — волшебница понимала, что ее вопрос прозвучал не слишком учтиво, но, как по-другому начать разговор, она не знала. — Случайно ли, специально ли, но да, я — это он, — кивнул маг. И продолжил, чуть прищурившись: — Знаете, имя вообще может многое рассказать о человеке, даже если оно не настоящее. Амарант — предивный цветок, устойчивый против болезней, засухи, жары. Хорошо приспосабливается к новым условиям, в том числе и таким, которые для других растений невыносимы. Именно эти характеристики и определили значение этого растения, — на этом старший Поттер сделал паузу. — И какое же? — на автомате спросила Амарант. Она не была готова к тому, что потеряет инициативу и что диалог возьмет философское направление. — Бессмертие, — у девушки непроизвольно расширились глаза и приоткрылись губы. — Вижу, что попал в цель, хотя мне эта самая цель вовсе не была очевидна, — волшебник усмехнулся, став похожим на кота. — Вы владеете тайной, но, видимо, ключей от нее у вас нет, и вы надеетесь получить их от меня. Как ваша фамилия, Амарант? Входная дверь в очередной раз хлопнула, но в паб никто не вошел. Девушка обнажила палочку и наложила серию из "Оглохни" и отводящих заклинаний. — О, она скажет вам гораздо больше, чем мое имя, — волшебница не смогла сдержать злорадной улыбки предвкушения того, что она все-таки застанет врасплох своего невозмутимого собеседника, который явно не воспринимал происходящее в достаточной степени серьезно. — Моя фамилия Поттер, и я прибыла из будущего. — Хм… — прадед Амарант удивленно приподнял брови. Задумавшись на пару мгновений, заключил: — Сильное заявление, — и заговорил тихо, сурово: — Вы понимаете, на что обречете себя, если ваши слова окажутся ложью? Я не побрезгую сдать вас дементорам, юная леди. Так что не лучше ли… — Я не лгу и готова доказать это. Терять мне нечего, — волшебница развела руками. — Скажите только, что сделать, — в этот момент у девушки все-таки сдали нервы, и она повысила голос: — Отдать кровь, память, душу, что?! Мистер Поттер извлек из кармана мантии маленький пузырек и протянул его Амарант. — Сыворотка правды, десять капель, несколько вопросов от меня и столько же ответов от вас. — Десять? — шокированно переспросила девушка. — Меня учили, что достаточно трех, а передозировка может выжжечь разум! — Лично с вами все совершенно точно будет в порядке. Ваш разум надежно спрятан под мощными ментальными щитами, но мы-то хотим поговорить откровенно, не так ли? — Поттер-старший лукаво улыбнулся. И добил: — К тому же, не вы ли писали про любые методы проверки? — Писала. Стиснув зубы, Амарант приняла пузырек. Откупорила его, поднесла к носу и осторожно вдохнула пары. В тот момент волшебница как никогда была благодарна Горацию Слизнорту, который сдержал данное на шестом курсе обещание и действительно обучил своих студентов узнавать Веритасерум. Во всех книгах говорилось, что зелье не имело собственного запаха, но на деле это было не совсем так. Запах сыворотки правды не узнавался, поскольку всегда мимикрировал под ароматы окружающего мира. И человек мог почувствовать лишь обострение обоняния. Именно это и ощутила Амарант. Прадед не обманул ее. Поттер приняла десять капель, и девушку резко накрыло глубокое безразличие ко всему, что происходило в ее жизни. Они беседовали недолго. Амарант монотонно отвечала на вопросы родственника, который, надо отдать должное, от основной темы не отходил. В какой-то момент Поттер ощутила, как в мир снова вернулись краски, вспомнила, ради чего продолжает бороться. Действие зелья закончилось. — Нет, такое в здравом уме не придумаешь… — Поттер-старший нервно чесал бритый подбородок, напряженно размышляя. В каждом его жесте читалось смятение. — Грехи наши тяжкие… Подведем итог: Грин-де-Вальд падет в сорок пятом, но его победителем станет весьма сомнительная личность. К концу девяностых Магическая Британия в руинах, большая часть магических родов уничтожена, а их остатки разобьются на два фронта и будут пожирать друг друга, как пауки в банке. Сейчас, в принципе, схожая ситуация, только мы находимся гораздо дальше от вырождения, и у нас есть реальный шанс все исправить до того, как произойдет второй — более разрушительный — раскол, — маг перевел взгляд на собеседницу. — У тебя благородная цель, Амарант Поттер, дитя пророчества. Я и моя семья готовы помочь тебе, но нам нужно больше информации. — Могу поделиться воспоминаниями. Там все более или менее структурировано, — Амарант не сдержала облегченного вздоха. Кажется, у нее получилось добиться расположения главы ее рода, и она нашла помощь… "Не расслабляйся: порадуешься, только сплясав на костях Тома Реддла!" — тут же отчеканил разум, спустив Поттер с небес на землю. "А еще у меня будет настоящая семья!" — вдруг подала голос мертвая маленькая Марри. — Замечательная идея! — кивнул волшебник. И, отвернувшись от правнучки, обратился к пустоте: — Эмбер и Флим, я прекрасно знаю, что вы, несмотря на мой наказ, здесь. Эмбер, снимаешь чары, а ты, Флим, мантию. Пора семье воссоединиться! И в тот же миг из пустоты возникли двое: женщина среднего возраста и парень лет пятнадцати. Невысокая волшебница, облаченная в мантию кофейного цвета, выглядела свежо, молодо, будто солнечным светом пропитана: золотые волнистые волосы, собранные в высокий хвост, светло-карие глаза — точно такие же раньше смотрели на Амарант с зеркальных поверхностей. Мягкие черты лица казались очень подвижными и по-особенному живыми. — Доброго дня, правнучка Амарант! О Мерлин, до чего странно звучит! — волшебница сверкнула белозубой улыбкой. — Ну да не суть. Меня зовут Эмбер Андреа Гамп-Поттер. И мы с Флимом хотели бы услышать, а быть может, и увидеть всю историю заново. Чары против прослушивания, которые ты наложила, очень необычны… — Флимонт Эдриан Поттер к вашим услугам, леди, — парень отвесил легкий поклон и по-кошачьи улыбнулся. Золотисто-карие глаза, спрятанные за стеклами очков, — такие же, как у матери, — светились задором и интересом, темные волосы пребывали в чуть большем хаосе, чем у отца. Черты лица были правильные, гармоничные. Дед Амарант уже успел свернуть мантию-невидимку и повесить ее на предплечье. — То, что у пятнадцатилетнего меня уже есть внучка — страннее вдвойне, мам. — Мое полное имя — Генри Александр Поттер, — завершил процедуру знакомства глава семьи. — Предлагаю немедленно посетить банк. Там можно будет в относительной безопасности посмотреть твои, Амарант, воспоминания и все дообсудить. И три поколения Поттеров направились в "Гринготтс".