Не смотрите вниз

Тэхёна тяжело шокировать так, чтобы уж совсем. Он прожил последние сутки с четким ощущением, что всё в порядке, просто самую малость в своеобразном. Он не ставил под сомнение то, что видели его глаза, слышали уши и ощущали кончики пальцев, то есть почти. Он даже с клонированием себя, ни разу не согласованным, смирился. И прямо сейчас он всё-таки в шоке. Потому что в смысле Чимин не смотрел Гарри Поттера? ― Там в третьей части они обматываются цепью и исчезают в воздухе, а через секунду появляются в дверях, но это не секунда, а три часа! ― Тэхён отдавал себе отчет, как жестоко сейчас спойлерит весь сюжет, но куда деваться? ― За это время Гарри спасает себя, но думает, что его спасает батя, потому что каждый человек на свете начинал разговор с ним с фразы «ты так похож на своего отца», и он похож, только глаза мамины, но издалека не рассмотришь, но зато психика сама себя уберегла, потому что это вообще-то максимально крипово, понимаешь? ― Я честно пытался… ― Если коротко, ― вмешался Намджун, ― то как-то Гарри встретил Гарри и подумал, что показалось, а потом нашел машину времени и оказалось, что не показалось. ― Типа того, но без деталей не круто, ― Тэхён отмахнулся и продолжил. ― Чего я вспомнил то, ради Гермионы! Помните, как она там сидит в тыквах и ждет, пока другая она свалит из хижины, потому что злобные клерки уже близко, но ничего не происходит, потому что эта она ждет и тупит, а не кидается камнями? На этот раз на Намджуна уставились сразу четыре пары глаз, полных надежды и затаившейся боли. Пятая чонгукова предсказуемо пялилась на горе-рассказчика. ― Речь о том, что Тэхён уже знал, что будет происходить с ним из будущего, а когда оказался на его месте, то решил всё в точности повторить, чтобы не менять ход событий. Чонгук сбоку аж присвистнул. Еще бы, так профессионально переводить с тэхёньего инопланетного пока что даже ему не удавалось. Потом опять беситься будет, что его переиграли, эх. ― Ага, иначе хана и пташке, и крестному, и хрен знает чему еще, может быть всему вообще, ― закончил Тэхён. Повисла тишина, вообще несвойственная для их случайно сколотившейся компании. Намджуну среди нее оставалось только молча кивнуть, для «хана всему вообще» перевод не требовался. ― То есть наша всратейшая теория, что в подвале время идет в обратную сторону, и правда работает, ― пробубнил Юнги себе под нос и подвел итог. ― Ебнешься. Да давно пора было, как с этим миром иначе сосуществовать? Они явно уже на правильном пути, раз сегодня ауры у всех меньше беснуются, но до полного принятия еще ползти и ползти. А паучье чутье Тэхёна подсказывало: впереди адеквата и понятной обыкновенности не предвидится. ― А как ты понял, сколько там времени провести, чтобы попасть, куда нужно? ― спросил Юнги. ― Знаете, как в художественных школах учат рисовать прямые линии? ― не знают, они же ничего никогда не знают. ― Нужно смотреть в конечную точку, а не на карандаш, и рука сама туда придёт. Вот я так же подумал о том, что уже видел, и раз два три, чувствую, что вот да, сейчас самое время. Слегка упростил, но это чтобы Намджуну работенки не подкидывать. ― Нет ну погоди, и наблевал на пол ты тоже специально? ― любопытство в Чонгуке как обычно не имело тормозов. А Тэхёну вот именно на это отвечать не хотелось. В смысле сильно. Или по крайней мере не сейчас, когда его подозрения никому не сдались, только ведь всё более менее устаканиваться начало. Что это было, то, что у него перед глазами пронеслось? И было ли вообще? ― Вроде того, ― размыто ответил он, ― но давайте сделаем вид, что ни в одной из реальностей вы этого не видели. Смотрите, оп! ― клацнул он пальцами. ― Всё, люди в черном забрали ваши воспоминания, живем дальше, радуемся жизни. ― Ну ты сам решил сделать это и во второй раз, ― резонно заметил Чимин. ― Давай честно, были же мысли попробовать всё переиграть? ― Ни единой, неа. Гермиона завещала быть разумными, а ее советы всю магическую Англию спасли пару раз, так что… ― Тэхён до последнего хотел сохранить серьезную мину, но, само собой, не выдержал. ― Да конечно были! Покажите мне человека, который кайфует, когда его тошнит. И знаешь чего стоило не устроить нам с Гуком тройничок с двумя версиями меня? Это ж шанс на миллиард миллионов! Просранный шанс. А чего это глаза у Чонгука так расширились, тоже идея понравилась? Еще бы, ему то. А чего это так по сторонам забегали? А. Упс. Ну и пофиг, все равно прятаться не собирались. Да и остальные в комнате должны были уже сами догадаться, не глупые и не маленькие, по-любому да, раз никто шокированным не выглядит. То есть никто, кроме Джина. ― Вы типа, ― на лице того забавно перемешались удивление и ступор, ― вместе? Ну, парень и эээ парень? Айщ, началось. Человечество придумало слова, потому что на одном мычании и угуканьи далеко не уедешь, но ладно, когда есть реальная потребность что-то обозвать. Палку, антилопу, солнце в дурацком прогнозе погоды. А их с Гуком отношения зачем? Они есть и без всяких слов, ни под одно уже существующее и всем понятное не подходят, а от непонятного люди бегут так, что пятки сверкают. Вот и тупик, куда деваться. ― Биологически мы парень и парень, спасибо, что заметил. И биология заставляет нас время от времени хотеть некоторых вещей, ― Тэхён повел бровью, только чтобы Джина повыводить. Сработало, можно и сжалиться. ― Поэтому что там насчет острой курочки? *** Второе пришествие полной тишины случилось после очередной организационной тирады Чимина. С возмущениями и перебиваниями, но разобрались, что влипли, что хрен им, а не возвращение к нормальной жизни, потому что каждый из них и так уже её спокойно себе проживает. Что так продлится ближайшие семь месяцев до дня вечеринки. Что эти три этажа и отныне запертый подвал ― их самое надежное убежище: по заверениям Джина последние полгода Дом простаивал, вероятность наткнуться на себя или знакомых нулевая. Да им больше и податься-то некуда. ― Теперь этот дом ― наш дом, примите и смиритесь, ― закочил он свою речь и пошел за стаканом воды смочить пересохшее горло. Готово. Понадобилось всего полчаса и полсотни умерших нервных клеток Чимина, чтобы всех убедить. Он уже начинал думать, что вот такая и будет его роль во всей этой фантастической дичи до скончания сентября: собирать всех в кучу, объяснять и так очевидные вещи и усиленно делать вид, что знает, что делает. А знал он примерно ни-ху-я. ― То есть до ближайшего города пешком часа три, ― нарушил тишину Юнги, ― и даже при желании отсюда скипнуть мы не особо-то скипнем. Здорово, потрясающе, всю жизнь о таком мечтал. ― Зачем вообще в такой жопе мира дом выбирать, если вы не вампирская семейка из Сумерек? ― заныл Хосок и тут же замер, уставившись на Джина. ― Вы же не… А тот только подмигнул с хитрющим видом, ничего вслух не подтверждая и не опровергая. От контраста между этим придурковатым Сокджином и тем до жути серьезным, которого Чимин знал, аж зубы свело. Вот у кого актерскому мастерству еще учиться и учиться. ― Он поэтому не парится о еде? Потому что мы ― это она? ― Хосок тыкал пальцем в хозяина дома и на полном серьезе подсаживался на панику. ― Бледный, красивый, гоняет на мерседесе, сами посудите! ― Кстати да, Каллен, неужели у тебя в гараже ни одной малюсенькой машинки не завалялось? ― Юнги сощурил глаза и поджал один уголок губ. Каждый раз так делает, когда язвит, взято на заметку. ― Там только мотоцикл, мы проверяли, ― ответил за Джина Чимин, ― но зимой толку от него нет. ― Ну вообще есть, если он прокачанный и если уметь водить правильно, ― вклинился Намджун. ― Вот именно, а у нас вообще никто никак не умеет. Хотя… Чонгук, Юнги? Эти двое для Чимина оставались белым листом, нужно исправлять. И если в первом малом он чуял помощника и союзника, осталось только его неуемную энергию в полезное русло направить, то со вторым совсем беда. И лучше бы поскорее ее разрулить, а то раскачивать лодку, в которой они всемером оказались ― гарантированное самоубийство. Потонут ― так тоже всемером. ― Я готов попробовать, ― выпалил Чонгук и уже не так решительно добавил, ― но я не умею. ― Неа, не готов, не умею, не заставите, ― принялся отпираться Юнги, когда все взгляды перевелись на него. ― И чего сразу я и Чонгук, мы тебе кто, банда «блохастый ветер»? Вообще да, если кто из их компании на байкеров и похож, то эти двое. В черном с ног до головы, хреново с дисциплиной и наверняка татухи прячут под кофтами. ― При чем тут банда, просто спрашиваю. Остальных-то знаю хорошо. ― Не был бы так уверен на твоем месте, ― снова обратил на себя внимание Намджун и бросил многозначительный взгляд. Окей, белых листов в пачке прибавилось. ― Вы чего? Да, я вожу, верните лица попроще. Мотоцикл это ж вам не высшая математика, ― добавил тот и коротко чему-то своему улыбнулся. ― От высшей математики я б не так охренел, ― выразил Юнги всеобщие чувства. ― Извини меня, но ты больше смахиваешь на чувака, у которого по ней докторская, чем на байкера. ― Докторской нет, ― Намджун потер шею и снова смущенно улыбнулся. ― Кандидатская. Да уж, всезнающий Ким Сокджин, а ты не шутил про еще одни качественные мозги. Правда каким местом в их ситуации математик помочь может, пусть даже и гениальный ― не ясно. Высчитывать, сколько риса нужно закупить на неделю и сколько дней им осталось жить бок о бок? Так с этим и Чимин может справиться. Нет, тут что-то серьезнее и масштабнее. Это у Чимина планы всегда по делу и на ближайшее предсказуемое будущее, а у Джина ― идущие сильно дальше. В будущее, которое никто, кроме него, увидеть не способен. А еще это «мы можем попробовать его изменить». Не может же быть, что… ― Ну так как, покажешь мне вашего красавца? Чимин даже не сразу понял, кого, то есть что Намджун имеет в виду. Мотоцикл, точно. Ближайшие предсказуемые планы, его сила и его ответственность, остальное пусть волнует потом. Потом, чуть позже, однажды Джин его посвятит в детали игры, которую затеял, и вот тогда можно будет зажить и выдохнуть. Однажды обязательно. Чимин оставил всем напутствие со спичками не играться, пальцы в розетки не совать и комнату не крушить, а потом махнул рукой Намджуну, зовя за собой. Впридачу Юнги прицепился, у которого с тем завязался разговор, и пришлось немного притормозить, чтобы подслушать хотя бы обрывок. ― Тут даже вышмат не нужен, чтобы заметить нестыковки, ― голосом Юнги. ― Сколько по твоим ощущениям мы провели внизу, когда первый раз там оказались? ― Пять минут? Десять? Не уверен, я тогда вырубался. ― Вот да, около того, а меня даже не глючило. Значит за одну минуту мы откатывались примерно на месяц назад. А Тэхёна отбросило меньше чем на сутки, как? И правда, как? У Чимина тоже не было для себя ответа, он всё еще знал полное ни-ху-я. ― Не задумывался, ― понизил голос Намджун. ― Ты не детективом случайно работаешь? ― Не, я профессионально проебываюсь. Просто не доверяю им и тебе не советую, будь настороже. ― Почему? ― Потом. Кажется шпионские игры Чимина раскрыли, ну и не страшно, они все равно уже на месте. Только внутри гаража заметил, что Джин к ним прилип хвостиком. Он теперь что, каждый шаг на контроле будет держать? Тогда им лучше наоборот разделяться, чтобы и здесь быть, и там, всё видеть и слышать. Если, конечно, у того цель не за самим Чимином приглядывать, но ну нет, точно нет. ― И правда красавец, ― вынес вердикт Намджун после тщательного осмотра мотоцикла. ― Резина дождевая, сойдет, но аккумулятор надо подзарядить, подготовить всё, пара часов в общем. И найдется что-нибудь вроде куртки, шарфа, да вообще теплого? Не май месяц. ― На чердаке всякого хлама полно, ― отозвался Джин, ― можно там порыться. ― Супер, — кивнул Чимин, — тогда ты проводи Намджуна туда, а я пока составлю список покупок. Начинало казаться, что удача в кои-то веки на их стороне. Сегодня всё складывалось не катастрофически, не ужасающе, а настолько гладко, насколько это вообще возможно в их ситуации. Он даже нашел на одной из полок нетронутый блокнот, помещающийся в карман, и идеально ложащуюся в ладонь ручку. Сразу приватизировал, теперь чувствовал себя собой. ― И еще губка понадобится, ― добавил Намджун, ― тут нигде не вижу, подойдет обычная для посуды. ― Юнги, сгоняй тогда за ней на кухню, ― попросил Чимин без задней мысли, не отрываясь от страницы, куда срочно нужно всё необходимое записать. ― А у самого ножек не найдется сгонять? Спокойствие, только спокойствие. Они взрослые люди, они могут общаться без конфликтов, лишних эмоций и, черт бы этого вездесущего Юнги побрал, вечной язвительности. ― Давай сразу разберемся, ― повернулся к нему Чимин. ― Мы не очень хорошо начали, но во благо всех предлагаю это исправить. Есть какие-то вопросы ко мне? ― К тебе ― никаких. К миру, который решил заточить нас в одном доме ― о да, много. ― Не любишь большие компании? ― Что ты, я в восторге. Просто слегка ненавижу, когда мне приказывают. ― Я прошу, это разные вещи. ― Тогда и я попрошу, ― Юнги сделал полшага вперед, давя своей электрической энергией на личное пространство. ― Если приказываете, то хотя бы «пожалуйста» добавляйте, ваше высочество. Заранее спасибо. И опять эти глаза сощуренные с издевательской улыбочкой, и опять Чимин еле успевает прикусить язык прежде, чем наградить этого адепта вежливости парой ласковых. О, он может. Так вежливо и ласково, что после этих нежностей его собеседники обычно затыкаются, бегут делать свою работу и исполнять то, что от них требуется. Может, но не будет, обещал же и самому себе, и Джину. Если с собой еще можно договориться, то того подводить нельзя никак. Единственный человек в жизни, на кого можно полагаться и чьи решения еще ни разу не подводили. Не важно, в какой форме высказанные. Легок на помине, вот уже всплыл напротив вместо Юнги, испарившегося по своим ну невероятно важным делам. — Эй, давай наверх, там свои списки посоставляешь, ― скомандовал тот полушепотом. ― Если мелкие опять что-то натворят ― будет на твоей совести. Всё, бегом. Джин разворачивается и исчезает в дверном проеме, не закрывая за собой дверь. А Чимин нет, он не ненавидит, когда ему приказывают. Ничуть. Ни капли. *** Джин уже забыл, когда последний раз поднимался по лестнице в самом конце коридора второго этажа. Всё ему нужное давно хранилось в личной комнате, в том числе и теплые вещи, правда Намджуну не стоит об этом даже подозревать. А всё ненужное перекочевало на чердак многие годы назад. Крышка люка поддается с трудом, видимо за долгое время петли слегка проржавели, но Джин с ней героически справляется. А следом оглушительно чихает, чуть не роняя ее обратно себе на голову. ― Господи, напугал, ― голос Намджуна раздался несколькими ступенями ниже. ― Ты в порядке? ― Это не я, это пыль. Очень много пыли, предупреждаю, очень. Предупреждает и не преувеличивает. А как вы хотели, забросить надолго помещение со старым хламом и надеяться, что за ним присмотрят волшебные домовые эльфы? Такое только в подвале срабатывает, но там и нет никакого «надолго». Два вечных вопроса: откуда берется пыль и куда деваются деньги. Джин в точности знал ответ только на второй. Дневной свет пробивался сквозь мансардные окна, и в его полосках пыльная катастрофа просматривалась очевиднее всего. Чихнув еще пару раз, Джин отошел с прохода, дав Намджуну подняться и оглядеться. Горы коробок, заставленные коробками, на которых покоятся еще коробки. Давно забытая мебель под когда-то прозрачной, а теперь сереющей пленкой. И видавший виды шкаф, на который вся надежда. ― Прости за бардак, ― Джин придерживался своей роли гостеприимного радушного хозяина. ― Все наши домовые эльфы давно получили по носку. ― Не беспокойся, ― отмахнулся Намджун. ― Но я бы тоже от пары теплых не отказался. ― Ну мы не всё раздарили, сейчас подберем тебе что-нибудь из нашего широкого ассортимента, так так так… Джин открыл несколько ближайших коробок, мельком заглядывая внутрь, а потом для вида еще выдвинул пару нижних ящиков шкафа. Он прекрасно помнил, в каком из них лежит то, что нужно, память не подводила. Но и помнил, что он же здесь так, ну тааак редко бывает. Одной его осведомленности об этой комнате уже достаточно, чтобы вопросы появились. Третий справа, конечно он помнил. ― Всё, что осталось от эльфов, но хоть так, ― показал он жестом на ящик, доверху забитый шарфами, перчатками и, конечно, всеми видами носков. ― Это ж сколько тогда их было изначально? ― присвистнул Намджун. ― Ты даже не представляешь. Я же сказочно богат. ― Носками? ― Носками. Два до неприличия серьезных лица смотрели друг на друга. Не смеялись. Ничего веселого, деловой будничный разговор о поисках будничных носков. ― Заберем всё, пригодится, ― предложил Намджун и принялся перекладывать вещи в где-то раздобытый пакет. Спустя минут пять все найденные курточки и свитера погрузились в две коробки, которые Джин выпотрошил прямо на пол. Ничего важного там не было: какие-то старые журналы, чехлы для мебели, сломанный тостер и дырявая садовая лейка. Надо было сразу выкинуть, да руки не доходили. Однажды всё это найдет свое законное место на помойке, а пока пусть на полу полежит. Одежда важнее. Ну и показ мод у них будет конечно. Винтажная коллекция с авторскими принтами в виде застарелых пятен неизвестного происхождения. Джин запихивал к остальному своё зимнее пальто времен студенческих лет, потому что оно хоть и памятное, но всего лишь тряпка, когда услышал из-за спины грохот. Не падающих вещей, не падающих коробок, нет. Падающих вещей, коробок и явно падающего человека. ― Господи, ты живой? ― Джин подлетел к телу, придавленному горой хлама и наполовину завернутому в пыльный целлофан. ― Живее некуда, ― раздалось из-под завала, который выглядел ужасающе, но шевелился. Одна коробка отлетела в сторону, и из-под нее показалась говорящая голова. ― Я просто… Слегка запутался. ― В жизни? А голова смотрит на Джина своими по-детски чистыми глазами и совершенно искренне кивает. ― В жизни. В прошлый раз еще можно было посмеяться, ситуация с носками позволяла. А сейчас это было ну совсем не к месту. Совсем. Ладно бы еще было над чем, шутка какая или официальный прием, где нужно всем поддакивать и по заведенным правилам лицемерить. Но нет, человек лежит в куче коробок, возможно покалеченный. Ничего. Смешного. Джин отворачивается, чтобы спрятать все-таки прорвавшуюся улыбку, и принимается выпутывать ноги Намджуна из обвившегося вокруг целофана. Тянет пленку, нога дергается, тело сбоку шипит, происходящее медленно доходит. Щиколотка, утренний кофе, черт. ― Прости прости, ― причитает он и про себя замечает, что не играет даже. Интересно. ― Секунду, я правда хотел как лучше… А получилось не так, как всегда. Джин не ошибается, не смеется без повода и не калечит людей, по крайней мере случайно. Его просто выжали последние два дня, а до этого еще несколько месяцев безостановочного рабочего ада, и обычные человеческие рефлексы вырвались наружу. Такое изредка случалось, когда выматывался чересчур: начинал чувствовать себя среднестатистическим человеком. И это не то, ох точно не то, как ему нравится себя чувствовать. ― Джин, ― зовут его, и на непривычно сокращенное имя та же часть мозга, что пыталась засмеяться, по-странному откликается. Потому что его так только близкие называют, да, ну и почему-то уже все в этом доме. Просто непривычно, не более. ― Эй, ― зовут еще раз. Джин, не тормози, земля вызывает. Точнее один заземлившийся. ― А, да, я, ― всё-таки тормозит. Цитаты великих, ни больше, ни меньше. ― Я тут это, извини, я случайно, ― Намджун, уже севший, не смотрит в глаза и крутит какой-то белый камень в руках. ― Я тут статуэтку разбил, прости. То есть человек, только что чудом не раскрошивший голову об пол, всерьез сейчас извиняется за какую-то разбитую безвкусицу? Все-таки сильно ударился что ли? Кого это может волновать, ну серьезно, Джину вообще плевать на вещи. Хотя и на людей плевать. ― Нашел, за что извиняться, ― фыркает он. ― Убери этот мусор с моих глаз подальше и помоги лучше тебя выпутать. Намджун по его заверениям отделался легкими ушибами и еще более легким испугом, потому что повезло запнуться за пленку и упасть в тоже легкие коробки. Ну и хорошо, и без переломов проблем им хватает. Хаос слегка прибрали, статуэтку закинули в ту же кучу, попытки стряхнуть вековую пыль с одежды признали тщетными. ― Тут уже только стирка спасет, ― констатировал Джин их поражение. ― Жаль домовых эльфов в помощь не осталось. ― Ничего, у маглов есть магия покруче. Если они найдут порошок. Иначе либо мылом, либо к ближайшему списку Чимина добавится плюс один пункт. Вроде все вещи собрали, осталось без дополнительных происшествий спустить их вниз. Звучит просто, но комбо из громоздких коробок, лестницы и одного притягивающего травмы гения могло затруднить план. ― А это, получается, зеркало Еиналеж? ― между делом спрашивает Намджун, поднимая свой груз и кивая в сторону дальней стены, куда свет с трудом доставал. А Джин и забыл. Правда похоже, никогда не задумывался. Зеркало в полный рост в витиеватой раме из темного дерева, раньше в гостиной стояло, но после перестановки перестало вписываться и было заменено на более лаконичное. Новое Джину нравилось больше, но именно здесь, именно в окружении чердака и полумрака, старое внезапно показалось незаслуженно обделенным. Намджун подошел к зеркалу и принялся разглядывать узорную резьбу рамы, а Джину внезапно захотелось хотя бы еще на минуту остаться здесь. Где он всего лишь среднестатистический, не обремененный свалившимся пиздецом тридцатилетний парень, и где практически никто этого не увидит. ― И что Еиналеж тебе показывает? Джин даже не ждал ответа, просто вбросил вполне безобидную тему. Ему можно, он же эксцентричное продолжение знаменитого рода, вот и ведет себя, как подобает. ― Мир во всем мире. Джин не ждал ответа, а если бы и ждал, то именно такого. Что еще могут ответить люди? Но дожать хотелось, раз уж начал игру, так хоть с пользой закончит. Знать желания человека ― знать на будущее к нему рычаги. ― Да ладно, я никому не расскажу, ― продолжил он докапываться. ― Или там столько всего, что рассказ на час будет? Или там цензурить придется? Давай подробнее, любопытно. ― Если подробнее, ― клюнул Намджун, ― то мир, ставший хотя бы на чуть-чуть лучше абсолютно для каждого. Значительно лучше для тех, кто сам старается его таким сделать. И сильно лучше для людей, кого ценю и уважаю. ― А для тебя насколько сильно? ― Если такое случится, то меня ради этого может и не быть. Джин не ждал ответа, поэтому оказался не готов. Точно не к тому, что кто-то способен такие слова произносить всерьез. А то, что Намджун всегда говорил прямо и не прятался за сарказмами или социально приемлемыми формулировками, уже заметил. Но не подозревал, насколько всё запущено. ― Подойди тоже посмотри, ― предложил Намджун и сделал шаг в сторону, освобождая место. Нет, всё, на сегодня game over. ― Пробовал, ничего интересного. Джин по-быстрому свернул разговор, переставший быть забавным развлечением, и подхватил свою коробку, как бы напоминая, зачем они на этот чердак поперлись. Но ни на лестнице, ни в коридоре, ни внизу, где на нем повис радостный Тэхён, которому теперь есть, в чем играть в снежки, не мог перестать думать о зеркале. А толку? Его желание всё равно не озвучить так, чтобы хоть кто-то в мире понял. Даже Намджун, даже с его потрясающим мозгом. И какой-то ужасающей в своей искренности мечте.