Трое глотают колёса любви

Второе сентября было пуще первого. Все хотели познакомиться с новенькими. Маша походу была с жесткого первосентябрьского перепоя и неподвижно лежала на парте. Миша пытался так же отрешенно и неподвижно лежать, но к нему всё равно подходили, знакомились. Он ни с кем не желал идти на контакт и просто молчал, кидая презрительные взгляды в одноклассников, ему даже пришлось харкнуть на пол чтобы отогнать надоедливую, чрезмерно тактильную и болтливую Настеньку, не желавшую так легко мирится с его молчанием и тяжелым, полным отвращения взглядом. Уже на первом уроке он словил себя на мысли, что рядом с Машей ему постоянно хотелось дрочить, несмотря на то, что она лежала уткнувшись лбом в парту и пускала слюни. Маша была мажоркой и жила в неполной семье, с деспотичной матерью которая не была озабочена счастьем дочери, лишь её материальным достатком. Конечно карьера в юриспруденции (как желала её мать) была юной бунтарке не по душе, Маша пёрла против семейной тирании и желала стать писателем свергнув диктаторский режим своей родительницы. Маша писала прозу настолько гениально, что у директрисы не вызывало смущения привселюдно называть её вторым Булгаковым, её эссе о школьной жизни, путешествиях (Маша объездила с матерью пол мира) и прочем прочем регулярно печатались в газете "Питер". Её истории отдавали нонконформизмом и совковой лирикой, посмотрите фильм "Асса" и это будет прямым отражением прозы Маши Кристал. Миша тоже ей начал восхищаться после первого урока литературы на котором учащиеся излагали очерки о том, как они провели лето. Прошло уже тридцать минут после начала урока. Она всё еще не желала отпускать его член. - Я не кончу, мы на уроке. - Ну пожалуйста, кончи, это важно для моей самооценки. Я падка на красавчиков и хочу, чтобы они были падки на меня. - Она ему почти дрочила, рука скользила по члену, но на алгебре это было настолько неуместно, что Миша опять захотел плакать. Для него было неожиданностью то, что она это заметила. - Ладно, я перестану, вижу тебе некомфортно, пригласи меня к себе домой. - У меня родители. - Короче, я тебе не нравлюсь, ну тогда иди нахуй, пидор. На такой импульсивной ноте они и перестали общаться.  Маша пересела к Ксюше, а Миша наконец остался один. Перманентную тоску по компу, которую Миша испытывал изо дня в день, он перебивал листанием ленты ВК и периодическим блеванием в туалете. В конце концов день всегда заканчивался на балконе, Дима с поразительной периодичностью слышал историй о Маше, радовался, что его пасынок всё же не гей. В пятницу первыми двумя уроками стояла физкультура, она проходила в спорткомплексе "Аврора", что находился в двух станциях метро от школы. На физ-ру собиралась вся параллель десятых и одиннадцатых классов. Зал был большим и просторным, стены, пол и потолок были выкрашены желтой краской, из-за этого утро почти не казалось таким унылым, но из туалета пахло мочой:(. Миша решил, что в дальнейшем будет безоговорочно прогуливать это мероприятие, но на первое занятие всё же решил прийти, хотя бы для того, чтобы по его взгляду физрук понял, что видит его в последний раз. Маша на физ-ру не пришла, а жаль, он ведь хотел посмотреть на её длинные ноги в обтягивающих чёрных лосинах, а ещё лучше в коротких спортивных шортиках. Два физрука отдали приказ строиться по росту. Виктор Палыч, он же Витя Слива, ярый футбольный болельщик и любитель водки по утрам, делал перекличку у старших, десятиклассникам же достался бывший КМС по плаванью - высокий, широкоплечий, тридцатилетний мужик который втайне тащился по песням Миши Маваши, он сказал называть его просто Александр. Первый час все делали разминку и бегали эстафеты, далее, Витя Слива с радостной улыбкой сообщил, что пришло время играть в футбол. Миша стремительно ретировался на скамейку. По дороге в школу он скурил три Примы и очередная пачка закончилась, теперь он курил только эти дешевые, горько-кислые сигареты, каждый раз вспоминая о Маше. Когда он вошел в класс она как обычно лежала на парте, на его парте. - Ты чего на физру пошел? Я тебя тут с восьми утра жду. - Произнесла она не поднимая головы. Её длинная грива разметалась по всему столу и Мише пришлось к ней прикоснуться, дабы освободить хотя бы свою половину.  Он сел на стул и словил себя на мысли, что рад, что она вновь села с ним, помимо уже ставшим очевидным плюсом - дрочки, она давала списывать ему вообще всё - д/з, контрольные, конспекты и даже иногда решала его вариант, если оставалось время. - Я тебя там ждал, думал ты придёшь в шортах.  Она наконец подняла голову, Миша был готов поклясться, что буквально видит, как её глаза сияют маленькими золотистыми звёздочками счастья. Прозвенел звонок. Она вновь легла на парту, отвернулась и не трогала его полдня, а на большой перемене, на которой они обычно вместе ходили курить, схватила за руку и потащила на третий этаж, в учительский туалет. Только ей учителя спускали с рук то, что она там писяла, хоть и были недовольны. Миша знал зачем она его туда тащит. Он был против и не против одновременно. - Я не хочу в туалете, - произнёс он, вырвавшись из её хватки, но всё равно продолжил идти за ней по коридору. -  У тебя дома родители, у меня лучше вообще не вспоминать, что за зверь. Либо туалет, либо падик - разница не велика. Приглашать кого-либо к себе домой, даже её, абсолютно не было в планах у Миши. И хоть где-то на задворках сознания он не хотел её обижать, он сделал то, что было ему привычнее всего, даже приятнее всего - молча развернулся и пошел в другую сторону. Избегать контактов всегда лучший выбор. Он даже хотел, чтобы Маша взбесилась и устроила ему истерику в коридоре, тогда бы она стала ему отвратительна, наконец-то. Но она этого не сделала,  своими глазами на затылке он увидел, что Кристал просто скользнула в учительский туалет. На следующем уроке - алгебре - её не было, как и на следующем - пропускать всемирную литературу было вообще не в её стиле, Машина сумка и уличная обувь лежали в шкафу, а запароленный телефон и вовсе неприкаянно лежал на столе, возле пенала с кроликами. Она явилась за минуту до начала последнего урока. Не вписавшись в дверной проём стукнулась плечом о косяк и грохнулась на парту. Никто из класса на неё не смотрел. Ксюша подошла, усадила ватное тело и поправила волосы, теперь казалось, что она просто, как обычно, спит. Все смотрели на Мишу, смотрели по злому, смотрели осуждающе, смотрели вплоть до того момента пока не прозвенел звонок.  Он закатил глаза и мысленно послал всех нахуй. Как только урок закончился, Миша пулей вылетел из класса.