Потерянность.
14 сентября 2022 г., 22:43
Примечания:
Что, если жажда делать зло, стала чуть сильней меня?
Ещё главы три в черновиках и работа будет выпускаться также редко, как и остальные, ну, учебный год и все дела, дада
Маленький человек с большим сердцем. Он ходит одиноким глубоко в душе, но отдающим всего себя другим, лишь бы заполнили пустоту внутри. Его не радует солнце, лишь пасмурная погода, как сейчас, когда над головой низко пролетают встревоженные птицы, яркое светило уходит за горизонт, а тучи прячут все небо от надоедливых людей, делает его счастливым.
В комнате квартиры многоэтажки он тихо смотрит в окно и лишний раз не двигается, чтобы не разбудить человека на соседней кровати, она должна хорошо спать высыпаться, чтобы в новый день идти с новыми силами.
С самого раннего детства ему не давали выбора, лишь поручения и приказы, которые нужно выполнять, не выполнил – наказание. После к этому подключился и старший брат, что смотрел на родителей как на пример. Со временем скинул с себя обязанности няньки для сестры и повесил на младшего брата, что привык к подобному. В пять лет он мог свободно пользоваться плитой и приготовить что-то на ней, лишь бы покормить сестру, пока остальных нет дома.
Первым умер отец. Его нашли мёртвым в их гараже, машина передавила горло, когда тот разбирался с ней, забыв поставить на ручной тормоз. Мать ушла в запой, а брат лишь пожал плечами, часто возвращаясь домой под вечер – гулял со своими друзьями.
Сенджу на нем.
После мать. Ее, пьяную, возвращающуюся домой поздно ночью, изнасиловал какой-то мужчина, после выбросив на обочину, где уже по невнимательности сбил какой-то уставший водитель КАМАЗа. Ничего, бывает. Старший брат забил на это также, хоть в глазах и читалась печаль, но образ жизни не поменялся, тот лишь взял над ними опеку, а так сам пропадал до вечера, где-то подрабатывал, оплачивал квартиру.
Сенджу все ещё на нем.
И он делает всё, чтобы ей было хорошо. Готовит кушать, когда брат не в состоянии стояния или просто забил хер; бегает в магазин за мороженным, если удавалось найти где-то несколько копеек, и отдавал его ей; ночью ходил за водой или тащил кусочек хлеба, раз та боялась ходить на темную кухню одна; выходил с ней гулять, хоть и сам того же хотел, но нужно приглядывать за ней. Ему было обидно, но он понимал – Такеоми должен работать, чтобы прокормить их всех и платить за квартиру, поэтому сестра на нем. И заботы о ней, и ответственность за ее действия, и ее благополучие.
Но он тоже хотел.
Молчал.
Но хотел.
Он сам покупал ей этот самолётик, с которым та в последнее время носится как какая-то карусель, иногда тычит в лицо и лезет на кровать. Но он разрешает, это же его сестра, как он может ей отказать?
Ее красивые голубые глаза казались ему чудом, когда свои такие же немного уродливыми. Или это влияние дворовых мальчишек? Из-за которых он отдувается перед братом, объясняя, почему Сенджу говорит о себе в мужском роде. Какое же огромное чувство вины он испытывает за свою невнимательность по отношению к девочке.
На улице пасмурно, и Харучиё хочет немного прогуляться, ещё с четырех лет любит прыгать по лужам и наслаждаться прохладными каплями, падающими на красноватое от холода лицо, сидеть на скамеечке и смотреть на круги в лужах, но не может, так как брата нет, а за сестрой смотреть надо, особенно когда та заболела, это же ещё находить нужные лекарства, приготовить ещё поесть и постирать потные девчачьи вещи. Той жарко.
Звёздное небо притягивает взгляд, и на упавшую звёздочку он загадывает только одно – счастья для его семьи. Такеоми пришел только сейчас, когда Сенджу уже спала, а сам Харучиё сидел на кухне и смотрел на варившийся рис, чтобы завтра утром не морочиться.
— Ты чего тут? - спросил уставший брат, облокачивачсь о косяк.
— Я...я готовлю е-еду.., - он опустил глаза в пол, уже намереваясь встать и убежать в комнату.
— Тц, ты только сестру разбудишь этим всем! - рявкнул он, - Быстро в комнату, я посмотрю за этим.
И мальчишка скрылся с кухни, быдто его здесь и не было.
В тот день была ясная погода. Солнце заходило за горизонт и поливало их комнату нежным оранжевым светом. Это не очень нравилось мальчику, но он не спешил зановешивать окно, Сенджу как завороженная смотрела на его ковер, что был окрашен теми лучами.
— Сенджу? - осторожно позвал он.
— Да? - отозвалась она. В руках был сжат самолётик.
— Можно мне, пожалуйста, ненадолго твой самолётик? Я его потом отдам, - средний Акаши уже было потянулся за прошенной игрушкой, думая, что сестра его не жадина и поделится.
— Нет, мой! - она отвернулась довольно резко, случайно ударяя брата по лицу локтем.
— Ауч! - вскрикнул он, сразу закрывая себе рот одной рукой, а вторую прижимая к месту удара.
Блондинка ойкнула, а вот Харучиё это все немного поднадоело. Почему ему нельзя поиграть немного? Он тоже хочет! Ему всего десять лет, а не двадцать, он ребенок и тоже имеет право поиграть с этой игрушкой, сам же покупал.
Худая ручка потянулась к желаемой вещичке, но девчачья ладонь прилетела точно в нос, не рассчитав силы. Что-то хрустнуло.
«Гха!», - послышалось от Харучиё, теперь двумя руками прикрывая нос, из которого потекла кровь.
— Братик Хару-
— Почему ты не даёшь мне поиграть?! Я тебе чем-то не нравлюсь, что-то не то делаю?! - он отполз к ножке своей кровати, поджав ноги к груди. Глаза бегали по комнате, руки дрожали. Больно. Нос болит.
— Это моя игрушка! Купи себе такую же, если хочешь играть с ней, - сложила она руки с довольно злым видом и искорками в глазах.
— Но почему? Я же попросил!
Сенджу взьелась, со всей злости кинув игрушку в стену рядом с головой брата:
— Да подавись! Играй сколько хочешь!
От неожиданного звука он вздрогнул, ещё больше вжимаясь в ножку.
А в голове одно:
За что?
За что?
За что?
И почему так захотелось ударить любимую сестру?
— Почему ты так со мной?
— Ну просто ты много хочешь! Я же сказала нет, а ты всё лезешь!
А после мальчик не помнит. Лишь боль проникла в его разум, отпечатывая голубые глаза в памяти надолго. Он чувствовал что-то стекающее внизу лица с металлическим привкусом, боль и отчаяние. Глубочайшую пустоту, что решила приплести к себе чувство унижения и вины. Так морально плохо ему ещё не было.
Он помнит свою руку в какой-то алой субстанции, когда поднимал ее на уровень глаз, а после замахнулся ей в порыве глодущиз чувств, ударяя сестру в висок. Он видел упавшее тело, а после мозг включился. Весь задрожал, руками касаясь рта, но тот отозвался резкой болью, было ужасно дискомфортно шевелить губами, язык не поворачивается и слова сказать. Тихое «Сенджу» и мальчишка забивается в угол кровати в защитную позу, как и раньше. Прикрывает руками голову и шепчет что-то под разбитый нос.
Дверь скрипнула также неожиданно. Влетел брат и вновь ругань. Глаза заволокли слезы, когда Такеоми, забыв про него, убегает со сестрой на руках в машину, чтобы отвезти в больницу. Обида. Потерянность.
И что теперь делать?
Он поднимается, весь дрожащий от ужаса происходящего недавно, нервно ищет аптечку и клей со скотчем. Не до рта сейчас, поэтому аккуратно пытается склеить игрушку сестрички, немного перевязав крылья скотчем, уже потом пытаясь обработать раны.
С мишкой в руках он также забился в угол, размышляя о дальнейшем. Брата долго нет, а в голову пришла плохая идея – убежать из дома на какое-то время. Ведь, придя домой, Такеоми сразу же начнет орать на него, возможно ударит, а так остынет немного и сильно кричать не будет. Возможно.
В пакетик полетела пара трусов, кофт и штанов, несколько бинтов и пластырей, и мишку решил не брать. Вернётся же скоро. Также положил пару бутербродов и бутылку воды из-под крана. Ботиночки, курточка и мальчишка вышел из дома, быстро спускаясь на улицу.
А там холодно. Но куртка спасает немного.
На следующий день он спрятался в каком-то подвале, выпивая немного воды и съедая бутерброд. Он чувствует некую пустоту, почему-то обиду, вину и печаль.
А ещё он потерялся. Он не знает этой улицы и не знает на какой сам жил. Этот район ему полностью незнаком и даже когда с Такеоми куда-то ездили, здесь точно не проезжали.
И он больше никому не нужен? Почему его не ищут? Не находят?
Потерянность.
Он теряется в своем внутреннем мире, он теряется в чувствах и эмоциях. Он не может найти выхода.
Так и сгниет в подвале?
Он потерялся в себе, в людях, в окружающей его действительности.
Харучиё хочет домой, в свою уютную кровать и обнимать мишку. В начало того дня и не просить тот самолётик.
Но он не может вернуться.
Он потерялся.
