—Ты меня ослушался

Тэхен просыпается поздно. На удивление. Потому что он всегда вставал в 8 или 9 утра, а сегодня проснулся в 12. Ким уже 4 месяца живет в съемной квартире в тихом районе. Ему тут хорошо, как никогда раньше: спокойно, уютно, тепло, никто не кричит на тебя, за то, что ты работаешь барменом в кофейне. Он очень скучает по Чонгуку, но рана слишком глубока. Поступок, который Чон совершил несколько месяцев назад, еще очень свеж в памяти омеги и до дрожи пробирает, когда вспоминаются ощущения того вечера. Протерев глаза, Ким потянулся за телефоном, где было миллион пропущенных звонков и сообщений от Чимина. Чтобы не показаться слишком грубым, Тэ перезванивает Паку. —Тэхен? Ты чего так долго не отвечал? Что-то случилось? —Нет, я спал просто. — сонно хрипит Тэ, а по ту сторону трубки слышится облегченный выдох. — А что, прям так испугался? — Ким смеется, принимая сидячее положение. —Я уже тут переполох устроил, Намджун говорит, поспи, успокоишься, а я все паниковал. — Чимин смеется, Тэ слышит шубуршание и недовольное бурчание Намджуна, который похоже спал. И тут же шепот Чимина. — Я тебя разбудил? Спи, спи. Я потише разговаривать буду. —У тебя Намджун спит? Странно, он же у тебя трудоголик и обычно почти не засыпает. —Сам удивляюсь, что-то его пробрало сегодня, все спит и спит. И меня не отпускает, а я хочу уйти, чтоб ему не мешать. Его даже Чонгук звоном бутылок и криками не будит, хотя мой чутко спит. Гук-и вчера нас тут чуть не расстрелял, за то что мы пришли. —Вы у него дома? —Да, еще вчера приехали. Тут такой кошмар творился. Ему явно без тебя плохо. Он не ест даже. Я так за него волнуюсь. Может ты приедешь, поговоришь с ним? —Чимин, я же уже говорил, что в этот дом не вернусь. И к этому... Я к нему вообще не собираюсь. — параллельно Ким делает себе чай, держа телефон плечом. —Но тебе же самому плохо без него. — Пак вспоминает моменты, когда Тэ приходил домой к Намджуну и Чимину и как рыдал ему в грудь, что как Киму плохо без Гука и как он скучает. — Вы оба любите друг друга, но сойтись не можете. Тэхен-и, ну поговори с ним, пожалуйста. —Чимин, я уже все сказал, не порти все с утра. Я наконец-то выспался, у меня шикарное настроение. — но по ту сторону мобильника слышатся крики и звук стекла, но такой громкий, что аж Тэхену не по себе. —Это что? —Это Гук-и, Тэхен, я перезвоню. — но похоже не попадает по кнопке сброса звонка, и Тэхен слышит все дальнейшее. Тихий шепот омеги, все продолжающиеся крики и звон стекла, шубуршание Намджуна и все вперемешку. — Джун-и, дай-ка я встану, пусти. — похоже Чимин уходит и уже у двери в спальню Чона, потому что слышится крик Чимина — Чонгук-и, успокойся, все хорошо, Чонгук-и, тише. — Тэхен слышит тихое напевание любимой песни Чона, которая на него действовала как успокоительное. Крики на момент затихают, но потом слышится ясное чонгуково "Только Тэхен мог ее петь!" и звон битого стекла. И выстрел... Чонгук, похоже, и вправду с ума сошел. Тут же Намджун проснулся, потому что заскрипела кровать. Тот выскочил из комнаты и тут же начал орать на Чонгука, да так, что, наверно, аж дом трясет, что младший совсем крышой поехал и Чимина пулей задел. Тэхен замер. Его лучшего друга задели пулей. И задел его Чонгук. Все еще слышны крики Намджуна на Гука, всхлипы и шипение Пака, но уже размыто. Тэхен сбрасывает вызов и падает в обморок. Спустя пару часов, омега очнулся в больнице. Рядом стоят хозяйка квартиры и родители. —Мам, пап? Что случилось?... — Тэхен потирает глаза и чувствует усталость, только не пойми от чего. —Сынок, ты упал в обморок. Госпожа Чоль нашла тебя на кухне. Спасибо Вам еще раз. — мама поклонилась госпоже Чоль, на что та смущенно отмахнулась. —Да что Вы — женщина улыбнулась. — Если бы у меня ключей не было и я не пришла бы забирать плату за квартиру, может мы тебя и не нашли. —Я.. Только пожалуйста, не ругайте хорошо? Я должен ехать к Чимину. —Что-то очень плохое случилось, да? — мама прикладывает руку к сердцу и тяжело вздыхает. —Мам, я должен. Там жуткая неприятность. —Господи... — мама делает печальное лицо и вздыхает. —Хорошо, сынок, я соберу твои вещи на квартире. Только будь аккуратен, пожалуйста. —Спасибо. Спустя неделю, Тэ выходит из больницы и тут же отправляется в дом Чонгука. Подъезжая, Тэхену не по себе, нахлынули те самые воспоминания. Но раз приехал, так приехал. Выпивает сильные подавители своего запаха, не хочет, чтобы Гук знал, что омега приехал. Звонит в дверь, ему открывает Намджун. —Тэхен? Ты приехал? —Как видишь. — и пожимает плечами. — Я приехал только к Чимину, не говори Чонгуку, что я приехал. Я специально выпил подавители. —Да с ним фиг поговоришь, он бутылки в дверь бросает на любое слово. Проходи. —Чимин то как? —Ну врачи приезжали, сказали рана неглубокая и на дому лечится можно, но плечо чуть пострадало, ему трудно двигать им. —Понятно. А где он? —В нашей спальне наверно. Тэхен оставляет чемодан и идет к гостевой спальне. Там на кровати и вправду лежит Чимин, с перебинтованным плечом и книгой в руках. —Тэ? Я думал ты нас всех бросил. — Чимин улыбнулся другу. —Да как я тебя раненого брошу. Ты тогда звонок не сбросил, и после того, как Джун кричал о том, как Чон в тебя пулей попал, я в обморок упал. Интересная у вас тут жизнь. Сразу говорю, с Гуком я разговаривать не буду. Я только к тебе приехал. Специально подавители выпил. —Ну хоть на этом спасибо. Чонгук-и ладно, мне уже, честно говоря, его выходки по горло. Взрослый мужик все-таки, но отпустить его не могу, на сердце тяжело. Весь день Тэхен просидел рядом с Чимином. Им было что обсудить. Чонгук иногда бесился, кидал бутылки и плакал, но вскоре затихал. Намджун пытался поговорить с младшим, но все бесполезно, Чон только бутылки кидает и стреляет в дверь. Тэхен разместился в соседней спальне, но подальше от Гука, чтобы тот ненароком его запах почуял и чтобы меньше звона было. И вот так две недели. Тэхен конечно, не привык к вечным бесиловкам Чонгука, но ему самому было тяжело, хотелось ворваться к нему в комнату обнять и не отпускать, утешать, говорить мягкие слова, приласкать. Но Тэхен пообещал этого не делать, он держится. Чимин еще не восстановился, какие-то проблемы. Все втроем нормально живут но Тэ становится хуже, потому что он чувствует легкий запах Чона по всему дому и от нехватки его в легких, становится больно. Спустя еще неделю Тэхену не лучше и он уже с трудом сдерживает обещание. Чимин волнуется за друга, сам весь на нервах, а Намджун спокойствие всея дома. —Тэхен-и, зайди к нему, вам обоим лучше будет. — Чимин и Тэхен сидят на диване, Ким лежит на груди Пака, на что второй поглаживает всхлипывающего омегу. —Чимин, я же обещал, я не могу. — Тэ содрагается и вновь всхлипывает. —Тэ, иногда нужно нарушать обещания. Понимаешь, вам друг друга не хватает. Он без тебя, а ты без него никак. Тэш, перестань плакать и иди к нему. Кто-то должен делать первый шаг. Чонгук морально не может, а ты вполне. Здоров во всех смыслах. Давай, раз два, раз два. Ноги в руки и вперед. — Тэхен кивает, вытирает слезы и направляется к спальне. За омегой по пятам следует Чимин. У входа в комнату Тэхен останавливается и мнется зайти. — Тэхен-и, ты сможешь, давай. Вдох выдох и пошел. —Жди когда дверь откроется. Я буду выводить его в свет, услышишь. Тогда можешь забежать в его комнату, там прибраться, хорошо? Все сигареты и препараты, что найдешь, тоже убирай. Понял? — получив уверенный кивок, Тэхен говорит Паку спуститься, выдыхает, кладет ладонь на ручку двери, легонько нажимает и проваливается в темноте. —Господи, лишь бы Чонгук его не убил... — Чимин паникует на кухне, держась за сердце и мысленно помолившись всем святым. — Намджун, воды дай, пожалуйста. —Малыш, что-то случилось? Тебе плохо? —Тэхен пошел к Чонгуку... А если он его там убьет? —Я думаю, Чонгук себе этого не позволит, как только почувствует запах Тэхена. Он, кстати, вкусно пахнет, мне нравится. —Не понял? Значит, к моему запаху никак не относимся, а как Тэхен появился, так ты заговорил, как тебе его запах нравится. Ты еще к нему полезь, чтобы точно заметил, как ты неровно к нему дышишь. — младший складывает руки на груди и уходит с кухни в гостиную. —Ну Чимин, ты же знаешь что я тебя люблю. —Уже сомневаюсь. —Чимин, ну перестань, я же пошутил. — Намджун идет за омегой, в конце концов останавливая его и поворачивая к себе. — Ревнуешь? —Нет, пусти. — Пак принимает отчаянные попытки выбраться из хватки Намджуна, но безуспешно. —Ну ревнуешь же) — парню смешно видеть, как маленький Чимин пытается выбраться из его больших рук. —Нет! —Ревнуешь) —Нет, я же сказал! — Чимин дует щечки, напрягается, чтобы выбраться наконец из кольца рук, обвивающих его. —Ревнуешь) — альфа улыбается и сдерживает смех, чтобы не получить кулаков в грудь, видя как Чимин из кожи вон лезет, чтобы выбраться. Пыхтит, дует щечки, брови свел. —Да, ревную! Пусти! Но в ответ на его просьбу, он получает поцелуй. Теперь руки, лежащие на спине, ему больше нравятся. Намджун укладывает омегу на диван, но Пак хитрее. Чимин приподнимается и выскальзывает из-под него. —Нельзя. — и с довольной моськой, вприпрыжку уходит в спальню, оставляя альфу в гордом одиночестве. Вскоре возвращается с пакетом сладостей и коробкой конфет, которые, не пойми где, раздобыл. Подсаживается к альфе, но тот отодвигается, продолжая сидеть в соцсетях. — Ты чего? Дай я на тебя лягу. Мне неудобно. —Ты спрашиваешь, что не так? Чимин, ты отказал мне в шикарном сексе на диване, и спрашиваешь, что не так? По мне, глупый вопрос. —Ой, да не злись ты. Тем более, не забывай, что мы в чужом доме и не одни. На, поешь шоколадок, настроение поднимает. Я буду сериал смотреть. Давай со мной. —Удачного просмотра. — альфа фыркает и уходит из комнаты. Чимину ничего не остается, как облажить себя подушками и включить телевизор. Но спустя полчаса, Паку становится одиноко и тот идет к альфе в комнату. —Джун-и, давай вместе смотреть. Не обижайся. — но в ответ ноль внимания. —Джун-и, ну обрати на меня внимание. — снова молчание. Чимину становится грустно и тот подсаживается на колени альфы. — Даже не посмотришь на меня? — Ким даже ухом не ведет и ближе пододвигает телефон. — Ты сильно злишься? — Намджун снова молчит и улыбается с фотографии какого-то омеги. У Пака на глаза наворачиваются слезы и тот со всхлипами уходит на кухню. Альфе самому грустно, но когда Чимин уходит, плача из-за него, то тот отложил телефон и пошел за ним. Зайдя в дверной проем, видит, как Чимин наливает себе сок и плачет, моментами вытирая слезы. Вдруг отчаянно оставляет пакет, ставит локти на столешницу и плачет в ладони. Ким подходит сзади и обнимает. —Сильно расстроился? —По мне глупый вопрос. —Ну, малыш... —Ты сидишь, не обращаешь на меня внимания, просматриваешь фотки каких-то омег, улыбаешься с них, а меня не видишь. — и сильнее плачет, чувствуя боль на сердце. —Тише) — Джун целует Чимина в макушку и обнимает, поглаживая талию омеги рукой. — Я просто хотел тебя позлить, но не вышло. Не плачь, солнце. —Да как не плакать! Ты, вон, игнорируешь меня, других омег разглядываешь! Еще и позлить хотел! Отойди от меня! Я на тебя обиделся! — бьет кулачком по груди альфы и отходит к проему. Но Джун подыгрывает и прикладывает ладонь к месту, куда ударил Чимин и шипит. Омега замечает это и тут же подбегает. — Больно? Я сильно ударил? Прости, прости! —Да уже не очень больно, все хорошо) — и улыбается, видя как Пак о нем заботится и какое у него обеспокоенное, уставшее и заплаканное лицо. —Больше не шути так. — Чимин обнимает Джуна и снова плачет. — Намджун у меня один. Знаешь, как я испугался? —Ну, солнце, не нужно плакать. Посмотри на меня. —У меня лицо опухшее, некрасивое. И глаза красные. —Ты у меня всегда красивый. —Теперь и лицо красное. —Ну, зай, ну посмотри на меня. — Чимин мотает головой, но Джун поднимает того на руки и смотрит в лицо Пака. — Солнце мое, давай без слез. — альфа улыбается и целует куда-то в щеку. — Ты опять у меня толстовку утащил? —Она большая и удобная, а еще тобой пахнет. — на последней фразе парень зарылся носом в рукав толстовки вдыхая запах альфы. —Тебе серьезно крышу сносит от запаха ликера? —Это же твой запах, конечно сносит. А во время твоего гона весь дом тобой пахнет. Сколько окна не открывай, везде твой сильный запах. —Знаешь как мне голову сносит, когда у тебя течка? По всему дому пахнет клубникой. —Ну я не виноват, это природа. Поставь меня уже, спину сбереги. — Пак пытается встать на пол, но альфа лишь выше его держит. — Ну Джун, я же за тебя волнуюсь, поставь. —А если не хочу? — Ким только выше держит Чимина и смотрит в глаза напротив. —Не надо, поставь. Поднимай меня сколько хочешь, когда я похудею. — Пак пытается спуститься на пол, чуть ли не плача. —У тебя опять комплексы? Из-за этого ты надел мою толстовку? — Намджун хмурится и сажает парня на стол, придвигая его к себе вплотную и оказываясь между его ног. — Малыш, я же говорил забросить это. —Я... Я не могу... — Чимин виновато опускает голову и всхлипывает. —Кто это опять сказал? — альфа вздыхает и смотрит на парня, буквально сверля его взглядом. —Одногруппники... Они сказали, что с моим телом меня никакой альфа не полюбит, а если и влюбится, то он дебил! Они сказали, что я жирный и мне меньше есть надо! Сказали, что мое лицо подходит под лицо шлюхи и сказали, что мне только похудеть и в бордель отдавай! Ты меня уж точно не любишь! Тебе толстые омеги не интересны, да!? Ты полюбил меня из-за моего тела, а теперь бросишь!? — Пак снова заплакал, смотря на Намджуна. —Значит перед тобой стоит тот самый дебил. — спокойно отвечает старший, вытирая слезы с щек парня. —Нет, ты не дебил! Ты умный и бросишь меня при первой возможности! — омега уже рыдал навзрыд, грубо убирая руки Джуна со своих щек. Громко продолжает, всхлипывая и вытирая слезы. — Я перестал носить нормальную одежду, перестал ходить в универ, я сам ходячий комплекс!... —Чимин, перестань! — омега тут же замолк. Намджун впервые поднял на него голос. — Я тебе сто раз говорил, чтобы ты не загонялся из-за фигуры! — Джун схватил того за руку и повел к большому зеркалу в коридоре. Поставив того перед своим отражением, обтянул толстовку вокруг талии парня. — Где ты тут видишь жир!? Где, скажи мне, где!? — обтягивает рукав толстовки по руке парня. —А здесь где!? —обтягивает свободные спротивные штаны вокруг ног. — А тут!? —но в ответ только молчание. — Правильно, нигде! А теперь вопрос. — понизив голос, Намджун обнимает младшего за талию. — Ты будешь слушать чужое мнение или ты будешь слушать себя? —Я хочу нравится людям и хочу, чтобы люди любили меня... —Для этого нужно сначала полюбить себя и перестать мучать свой организм постоянными голодовками. Тогда и люди привыкнут к твоему внешнему виду. —Джун-и... — подбородок дергается, Чимин разворачивается и обнимает Джуна, плача тому в плечо. Ким целует того в макушку, шею, скулы, успокаивает, поглаживая по спине. — Я тебя люблю... —И я тебя, солнышко.