Солнце Империи Альстроиц

      Кухня выглядела как обычно, уютно. Легкий сквозняк, запахи сладостей и медового вина. Тепло от печей грело еще больше, а на улице и так жарко. Девушка осмотрелась.       — Могу я сама что-нибудь приготовить? Мне так привычнее, — пояснила, с надеждой глядя на доктора.       — Разумеется, — подвинулся, все еще сильно нервничал. — Что я могу принести для вас? — сложил руки и ожидал ответа.       — А… — осматривалась, гуляла между тумбами и свисающими с потолка сладостями, — молоко, овсянку, мед, орехи, соль, сахар и… могу я взять фиников? — заметила.       — Что угодно, — улыбнулся, — принесу все сейчас же, — поторопился в погреб.       София никак не могла нарадоваться происходящему, а стражник просто стоял у дверей. Каена замерла у печи. Там стояла чугунная кочерга для углей под пространством для готовки. Девушка схватила ее и незаметно держала от «смотрителей». Продолжила гулять, как ни в чем не бывало. Повернулась к окну, будто что-то высматривая. Первый этаж, стояло пару бочек с водой, а так, вид во двор. Каена резко поставила руку на подоконник и шустрым движением выпрыгнула наружу. Соня тут же запаниковала, а стражник сорвался следом.       — Госпожа, не надо! — кричала в догонку с кухни.       Солнце резко остановилась, почувствовав, что ей не оторваться от парня. Развернулась, резко подставив кочергу. Раздался металлический лязг. И снова, и снова. Девушка не только не уступала своему эскорту, но и медленно одерживала вверх. Он только успевал закрываться. Финалом стало то, что Каена резко выбила меч из его рук, и пока лишь секунду он медлил, со всей силы дала локтем по шее. Парень тут же упал на землю, раскинувшись. Солнце тяжело дышала, повезло, что он не такой высокий. Поторопилась сбежать. Все дальше и дальше слышалось «Пожалуйста, вернитесь!» от Софии. Но Солнце чувствовала себя очень уверенно. Лучшим вариантом решила бежать в поле, ведь по дороге на лошадях ее быстро догонят. Проблема только в том, что среди колосьев совсем ничего не видно, девушка была не настолько высокой. Но ничего, она полагала, что, рано или поздно, она куда-то, да выбежит. Быть может, она не представляла, что эти поля расстилались на десятки и сотни гектаров. А она ведь даже не пила и не ела.       Солнце палило ужасно. Ни о какой тени и речи быть не может. Голова была такой горячей и тяжелой, хотелось упасть. Ветер дул так редко, и это единственное, что она слышала. Шепот пшеницы. Только она уже устала от этого. Вдруг, почувствовала какой-то топот. Прислушалась. Точно, это уже не просто воздух, играющийся с колосьями, это кто-то еще. Конечно, Каена тут же бросилась бежать далее. Спотыкаясь, падая. И вот, когда она оказалась всем телом на золотой траве, послышался голос из-за спины.       — Устала? — на удивление, не был злым или разочарованным.       Солнце медленно повернулась на спину, не торопясь подниматься. И угадала. Черный конь, удивленно обнюхивающий ее платье, а верхом, без седла и прочего, герцог. Из-за солнца его было не так просто разглядеть, но в нем и ничего нового. Волосы поддавались ветру, как и трава. Рубашка тоже, с одной стороны облегая его тело. Широкие плечи опущены и расслаблены. Он сидел так уверенно, будто знал, что конь чуть ли не мысли прочитает.       — Ты понимаешь, что своими действиями лишаешься доверия? — оставался отдохнувшим и легким.       — На кой черт мне доверие Дьявола? — собиралась съязвить, но из-за усталости получилось только просто сказать.       — Ну, — немного закинул голову, — теперь ты не сможешь покинуть комнату без моего сопровождения. Нечастое удовольствие.       — Думаешь, не сбегу? — прищурилась, прикрывая глаза ладонью от света.       — Признаю, не подумал, что Солнца и сейчас тренируют как убийц, — вздохнул, — однако, оставь эти попытки, — сохранял максимальное спокойствие. — Помочь? — указал на место перед собой на лошади.       Солнце не давала ответа, она откинула голову. Очень не хотелось возвращаться, но выбора, очевидно, не было. Хотя, может, и был. Сесть к нему без лишних слов, схватить кочергу и атаковать, ведь он безоружен, или же бежать. Последнее сразу нет, ведь он верхом. На первое сил уже не оставалось. На глазах собрались слезы. мелькали воспоминания о семье. Все слова, что говорили ей в жизни о герцоге. Каена все же сжала чугун в руках и встала. Направила его на Дамиана, а тот лишь слабо вскинул бровь, телом даже не шевельнувшись. Его бездействие добавляло ей сил. Однако, ненадолго. С другой стороны, с которой Солнцу не видно, мужчина придавил лошадь. Та сделала шаг и встала на дыбы. Это сбило с толку девушку и дало герцогу шанс схватиться за кочергу. А так как девушка держала ее крепко, она потеряла равновесие. Тут Дамиан схватил за запястье, потянув на себя, и когда она оказалась ближе, второй рукой подхватил за талию, лошадь уже вернулась на землю, к этому моменту. Ловко усадил перед собой, что Каена и понять особо не успела, как это произошло.       Вороной конь тут же медленно развернулся и пошагал обратно. Верхом слабо покачивало, а у Солнца и так все кругом перед глазами. Дамиан придерживал ее за талию со спины и второй рукой не отпускал ее запястья. Заметил, что она довольно горячая, видимо, и правда перегрелась. С высоты виднелось поместье, и девушка сильно огорчилась. Оно было совсем недалеко, даже смешно. Обида завладела ее сердцем, и Каена опустила голову, пряча заслезившиеся глаза. Ровенскому было все равно, Гастингс ставил одну цель — вернуть беженку, и так и будет. От нее пахло пшеницей, а от него лавандой. Ей впервые удалось рассмотреть его волосы, что были на его плече, прямо у которого она и находилась. Какие длинные. Учитывая, что он гораздо выше нее, они оказались действительно необычными. Мелкие волны совсем не поддавались выпрямлению от воды или ветра. Только сейчас Солнце осознала, какой он все же крупный. Пока она размышляла об этом, поместье было ближе и ближе. Герцог отметил, что есть что-то странное. Он точно мог сказать, что от нее пахло солнцем. И не описать, что это за запах такой. Просто теплый, нежный, суховатый. Но ни один фрукт, цветок или сладость подошли бы как описание этого запаха. И этот аромат очень расслаблял.       — Госпожа, — чуть не плакала София, уже ждущая снаружи и не спускающая глаз.       Герцог умело спрыгнул и потянулся за девушкой. Осторожно поставил на землю, передав в руки горничной. Остался возле лошади, поглаживая по крупной шее, иногда бросая взгляд на Каену. Соня поддерживала ее, пока Солнце схватилась за голову одной рукой, пыталась удержать равновесие.       — Идемте, госпожа, — медленно повела ко входу.       Девушка сопротивляться не стала, поплелась за Соней. Молчала, то ли от обиды, то ли от плохого самочувствия. Дамиан провожал ее глазами до конца, пока они не скрылись, после чего повернулся к коню.       — Тебе тоже необъяснимо хорошо на душе? — тихо спросил.       Лошадь фыркнула, подставляясь под руку, напрашиваясь на объятия.       — Сколько эмоций, — прищурился. — Иди гуляй, — похлопал легонько по плечу и сделал пару шагов ко входу.       Друг уже убежал в сторону полей, где паслись и другие. А вот герцогу много уйти не удалось, из поместья вышла Марианна. Она выглядела расстроенной. На ней сегодня серое платье с легкой росписью, короткие воздушные рукава, опускающиеся сатином только до локтей. Несколько серебряных украшений. Отчего-то, будто болезненная: бледная и тихая. Дамиан ждал от нее чего-то, раз герцогиня преградила путь.       — Вы будете заботиться о ней? — крайне тихо, будто боялась.       — Заботиться? — еле заметно удивился. — Зачем мне это? Я же приставил к ней Соню, — слабо нахмурился.       — Вы спасли ее, — опустила глаза в землю, но не опускала голову, сохраняя осанку. — Закроете теперь в комнате? Было слишком опрометчиво давать ей такую свободу.       — Я обещал ее отпустить, я не желаю смерти Солнцу. Выходить она и правда теперь сможет только со мной, — подрасслабился.       — С вами? — подняла удивленный взгляд. — Вы же всегда заняты, даже не навещаете дворец, — подметила.       — Марианна, — немного жестче. — Занимайтесь поместьем, не утруждайте себя моими заботами, — холодно прошел мимо.       Ветер, что остался за ним, словно покачнул ее, как тело, так и веру. Губы дрогнули, она обернулась, проследить, куда он идет. На задний двор. Девушка не знала, что делать, как поступить. Ее пугало поведение герцога. Она часто видела, как он своим влиянием делал подобное с другими, подавлял их волю и желания, оставляя вместо — свои. Но сейчас казалось, будто это он под чарами. Никогда она не видела Дамиана таким спокойным, мягким и размеренным. Это кололо ей сердце, медленно разбивая его. Хотя, ей нужно было обвинить кого-то. Ведь подобные чувства преследовали ее и задолго до появления Солнца.       Тем временем, герцог вышел в сад. Граф грелся на солнце, что пока еще проникало в беседку. Рядом разложены нарды и карты. Услышав шаги, Гахани приоткрыл глаза. Улыбнулся.       — Выглядишь необычно, дружище, — рассмеялся.       — О чем ты? — нахмурился, садясь рядом и доставая табак.       Как обычно, тут же подбежал кот, запрыгивая на колени. Дамиан давно привык к этому, всегда сразу начинал машинально гладить. Прибежал дворецкий.       — Желаете что-нибудь? — немного уставшим тоном.       — Два пива, — улыбнулся граф и показал ему два пальца на правой ладони, не двинувшись из своей ленивой позы.       — И фруктов, — дополнил герцог.       — Сию минуту, — поклонился и удалился.       Ровенский также расслабился, немного растянулся, закинув одно колено на скамейку, но оставляя обувь вне ее, а второе забросил на щиколотку первой ноги, загоняя носок под сидение и разворачиваясь вполовину. Локоть закинул на перила, пальцами той же руки держал трубку. Правой разложил доску перед собой на скамье, раскладывая фишки по местам. Граф тоже сел вполоборота, хитро улыбаясь. Он был в похожей рубахе, как у герцога, только в тепло-коричневых штанах, а не черных. Белые волосы, как обычно, собраны в косу, но уже немного короче, чем раньше. Передние пряди свободны.       — На что играем? — злобно, но в шутку, конечно, произнес.       — Ставь обратно виноградник, а я поставлю. — не успел договорить, как граф перебил.       — Девчонку Солнце? — наклонил голову, хитро выглядывая.       — Гончих твоих, — с паузой ответил, глянув на друга с презрением.       Все это время Солнце сидела на подоконнике, она видела, как пришел герцог, слышала их разговор. Она выглядела такой отчужденной. На лице ни одной эмоции, скука и обида в глазах. Пристально всматривалась в герцога, в его спину, и была уверена, он отлично чувствует ее внимание. Но граф отреагировал быстрее, и то, уже когда дело двигалось к вечеру. Парень глянул на ее окна, хитро прищурившись. Она не увидела такого внимания, ведь была сконцентрирована на Дамиане. Точнее, ее мысли забиты чем угодно, а иногда пусты, но не о нем. Граф подскочил и перепрыгнул через перила беседки, мягко приземлившись на траву. Подошел ближе к ее окнам.       — Госпожа Солнце, — обратился, привлекая внимание.       Только сейчас она очнулась и растерянно посмотрела на него. Немного смутилась его открытой улыбке.       — Хотите сыграть в нарды? Сидите, скучаете, — рассмеялся. — Граф Гахани, я ваш земляк и не так опасен, — намекнул на герцога, что остался в беседке и даже не повернулся. Исаак поклонился, уже был немного пьян от жары и пива.       — Вы из Альстроиц? Не помню графства Гахани, — удивилась, но подозревала в нем лжеца.       — Ныне вы можете знать графство Гахани как графство Кацкое, — улыбнулся, щеки чуть порозовели.       — Что? — чуть выпрямилась, повернувшись к нему. — Вы граф Исаак Кацкий? — уставилась.       — Исаак Гахани от рождения, Кацкий последние двадцать пять лет, — мило склонил голову. — Присоединяйтесь, леди, я вас в обиду не дам, — расставил руки.       — Я не могу, ваш герцог запер меня, двери под охраной, — буркнула, намекая, чтобы Дамиан выпустил ее или проводил.       — Вот беда, — приставил руку к подбородку, ненадолго. — Что ж, леди, — поднял руки, — тогда прыгайте, я поймаю, — ярко улыбнулся.       — Тут же решетка, — возмутилась, — высоко еще, — приблизилась к прутьям.       — О какой решетке вы говорите? — хихикнул и щелкнул пальцами, после чего прутья превратились в струи воды. — Это ненадолго, смелее. Солнце не должна бояться второго этажа, — рассмеялся.       — Как вы… — удивилась и коснулась, и правда, вода. — Вы маг? — в шоке повернула голову.       — Задавайте сколько хотите вопросов, только сначала прыгайте, — подбивал, маня руками.       Тут, неожиданно, на лице Каены проскочила улыбка. Девушка схватила подол платья, и свесила ноги с окна. Она отметила, что герцог не возражает, а значит, ему известно о магии графа. Солнце не стала долго думать и легко оттолкнулась, полетев спиной вниз. Первую секунду жутко страшно, а на третью мягкие и теплые руки уже ухватили ее. Девушка медленно открыла глаза, ведь до этого зажмурилась, осмотрелась. Граф продолжал держать ее, улыбаясь и смотря на нее.       — Вы правда поймали, — смутилась и удивилась.       — Конечно, — хихикнул. — Вам есть что поставить? Хотите сыграть против герцога на вашу свободу? — подмигнул. — Хотите, чтобы я вас выиграл? — шепнул, резко смотря так серьезно, хотя было очевидно, что он веселится.       — О-отпустите, — покраснела и стала выбиваться. — Сама себя отыграю, — гордо отряхнулась и глянула в сторону беседки.       Герцог все слышал, но даже не двинулся. Молча смотрел на кота, что мурлыкал у него на бедрах. Каена прошла в беседку и уселась по другую сторону доски, привлекая внимание своей уверенностью. Дамиан подыграл, мягко перевёл взгляд на девушку, ничего не говоря.       — Давайте… сыграем. Если я выиграю, забираю коня, продовольствия и уезжаю, — серьезно, будто пытаясь прожечь дыру в нем.       — А если проиграешь? — слабо вскинул брови, его речь была такой смиренной.       — Останусь тут… сколько захочешь, — уверенно.       — Зачем же тебе это? — устало, он не был удивлен.       — Незачем, — махнула головой. — Но это правда, я не идиотка, бросаться на опытного генерала с оружием, — смутилась. Очевидно, ей было неловко за произошедшее днем, и ей явно не хотелось признавать, что после стольких тренировок ей приходится отыгрывать свободу в нарды.       — Вот как, — тяжело выдохнул. — Что ж, — отложил трубку. — Я принимаю твои условия. Бросай кости, — мягко указал рукой.       Солнце все еще пробивалось сквозь листву, не позволяя температуре упасть. Слышался стрекот цикад, летали стрекозы и бабочки, шмели. Ветер поутих, и то, был теплым и влажным. Погода очень нежняя, летняя. Сидеть в такой атмосфере, играть с герцогом на свою судьбу, наблюдая за котом, дремлющим на нем, и иногда таскать виноград со столика — о такой ситуации в жизни Солнце и думать не могла.