Противостояние.
12 апреля 2022 г., 17:37
Новый день начался с дружеского спарринга, на который ему положено было явиться. Видимо Танос считал, что гость уже достаточно пришёл в себя после прогулки в Бездну, и решил проверить его в деле. Сразу по пробуждению, пара воинов-читаури (те, что были вчера или уже другие Локи так и не понял, для него они все были на одно лицо) сопроводили его на арену, где он должен был продемонстрировать своё мастерство в серии поединков с каждой из сестёр – сначала с Небулой, а затем с фавориткой-Гаморой.
Спарринг с дочерьми титана оказался вызовом, но не настолько серьёзным, как Локи ожидал поначалу. Да,обе они являлись искусными бойцами, оттачивавшими навыки годами упорных тренировок, но ведь и он тоже. Физический слабый в сравнении с другими асгардцами йоттун почти с удивлением обнаружил, что ничем не уступает другим жителям Вселенной. Во всяком случае первых два раунда закончились в ничью так как ни одному из них не удалось справиться друг с другом за установленное время.
А потом... Танос присоединиться к ним в качестве наблюдателя. Одного его появления оказалось достаточно для того, чтобы воздух в помещении словно бы загустел. Гамора, ещё несколько мгновений назад сидевшая у стены встала и выпрямилась, а Небула и вовсе замерла как вкопанная, дрожа от напряжения каждое клеточкой своего тела. Даже Локи почувствовал, что непроизвольно замер по стойке «смирно», хотя прежде, не делал этого даже на отцовских парадах. Теперь, когда пелена вызванного Бездной безумия спала с его глаз, он нашёл присутствие Безумного Титана подавляющим. И понял, почему девушки так сильно его боялись.
— Больше не сдерживайтесь, – коротко повелел он дочерям. – А ты можешь свободно использовать свою магию, асгардец.
После этих слов Гамора подарила Локи один острый, проникающий взгляд, напомнив о сказанном вчера, и сразу же отвернулась.
Танос опустился на один из многочисленных выступов, использовав его в качестве стула и приготовился наслаждаться шоу. Начался ещё один раунд, показавший сколь сильное влияние оказывало на дочерей его присутствие. Небула и раньше была горяча и безрассудна в бою, а с его появлением и вовсе превратилась в обезумевшую машину смерти. Теперь она действительно сражалась в полную силу и демонстрировала свирепость дикого зверя. Однако это не сильно ей помогло. С помощью своих иллюзий Локи снова и снова обманывал её, уклоняясь от большинства атак. Те, что всё же достигли своей цели, его тело вполне могло выдержать, хоть это и было чертовски больно. Небула насквозь пропиталась жесткостью и садизмом, которые приёмный отец взрастил в ней пытками.
Технически, используемые им уловки были даже ещё более просты в исполнении, чем та магия, с помощью которой он обманывал и сбивал с толку Тора. А потому при желании Локи без особого труда мог бы одолеть её. Мог бы, но не стал. Не из великодушия, нет, он просто не хотел раскрывать Таносу все карты. Одержи он победу в поединке,во всех последующие его противниками были бы уже более сильные существа. Это было бы весьма некстати, поэтому Локи решил схитрить. Проиграть Небуле и постараться пересилить Гамору, которая была явной фавориткой арены. Это наверняка запутало, а главное – заинтриговало Таноса.
Верный своему плану, Трикстер попытался закрутить финт и сделал вид, что потерял равновесие. Девушка-киборг не думая воспользовалась этим, набросившись на него и сбив с ног. На его лоскутном лице мелькнула бледная тень улыбки, рождённой осознанием, что его сестре по несчастью удалось выйти из боя победительницей. В этот раз младшая изведала вкус победы.
Если Танос и был удивлён произошедшим, то никак этого не показал. По его кивку, Небула убрала лезвие от его горло и отошла в сторону, позволив сестре занять своё место. Гамора же не спешила бросаться в бой и потратила несколько секунд, чтобы оценить его, корректируя стратегию. Она была более осторожной и сражалась с холодной, тщательное продумывая каждое движение, каждый шаг. При этом она не сомневалась в своей победе, чем напомнила ему Тора. И эта самоуверенность раздразнила Локи, породив желание довести свой план до логического конца, доказав красотке с зелёной кожей, что она тоже может ошибаться и проигрывать.
В бою Гамора была быстра и безжалостна. Предугадывать её движения оказалось непросто, но её противнику это было и ненужно. Вместо того, чтобы принять навязанный ему честный бой, Локи создал полдюжины копий самого себя. Каждая двигалась независимо от него и все они рассредоточились по арене, разбившись на группы по трое в каждой. Гамора не ожидала такого, но не растерялась, поняв, что иллюзии не могут причинить ей физический вред. Тем не менее, она не могла отличить их от оригинала и это дало Локи возможность перехватить инициативу. Воспользовавшись её неуверенным состоянием, он смог подкрасться и сбить Гамору с ног. Повалить и прижать к полу. Несколько минут они боролись, перекатываясь, но ей так и не удалось вырваться из захвата.
Танос жестом приказал им разойтись, прекратив затянувшееся и, по большому счёту бессмысленное уже противостояние.
Слезая с девушки, Локи отметил что она выглядит растерянной и немного смущённой их чересчур тесным контактом, но не успел заострить на этом внимание. Небула уже спешила сменить его и ему пришлось покинуть арену, уступив её своё место. Последний бой был быстрым. Подпитываемая гневом и стыдом за своё поражение Гамора разделалась с сестрой в два счёта. В свете происходящего всё это явно был лишним, но Таносу, судя по всему, нравилось испытывать тех, кто попадал в поле его зрения. Даже любимые дочери не были застрахованы от его пристального внимания и проходили испытания наравне со всеми остальными в Святилище.
— Очень хорошо. Ты показал себя с лучшей стороны, асгардец, – сухо похвалил Трикстера Безумный Титан, переводя взгляд на Небулу. – А вот от тебя, дочка, я ожидал большего. Малого того что наш гость пожалел и поддался тебе ты снова умудрилась проиграть своей сестре. Возможно, сеанс с Эбони пойдёт тебе на пользу. Или ещё одно улучшение позволит тебе преуспеть.
— Да, отец, – не дрогнувшим голосом ответила Небула, и, перед тем как уставиться на носки своих ног, сердито посмотрела на Локи. Её взгляде была такая боль, словно он предал её, а не пытался помочь. Сцена была безобразной и как нельзя лучше демонстрировала характер Безумного Титана. Он не просто испытывал подчинённых, он выявляя их слабость и скрытые мотивы. Подозрительный даже к самым верным сподвижникам, ежечасно проверял их верность с помощью таких вот тонких манипуляций.
Поняв, что гость сочувствует его младшей дочери, Танос сделал его причиной её страданий. Простовато, даже немного примитивно, но действенно. Будучи психопаткой Небула никогда не простило бы ему «предательства», а значит можно было не опасаться, что они объединятся против него.Разжигать соперничество между подчинёнными и стравливать их друг с другом,чтобы не восстали против жестокости и не подняли бунт. В расчётливости Таносу нельзя было отказать, что и прокомментировал Локи.
— Похоже... – начал, он выступая вперёд и отвлекая внимание титана от Небулы. – ... повелителю нравится играть в игры.
Асгардец понимал, что переходит черту, но, будучи плохо знаком с этим местом и его жестокостью, он и представить не мог, какими окажутся последствия. Он понял это, только когда здоровенный кулак титана впечатался в его лицо, отправив в на пол.
Позже, Локи будет сравнивать полученную в тот день оплеуху с ударами Халка, раз за разом приходя к выводу что фиолетовый страшнее зелёного. Конечно, зверь Мидгарда тоже был силён, но в его ударах была лишь слепая, неуправляемая ярость. Танос же бил расчётливо и с желанием навредить. Причинить боль, вбить в его голову ту же покорность, что была и у его несчастных дочерей.
— Следи за языком, – мрачно сказал титан, нависая над поверженным Локи. – У меня времени на игры. Запомни это, асградец.
Посчитав урок семантики законченным, он приказал Гаморе позаботится о госте. Видимо тоже в качестве наказания за проигранную битву. Впрочем, если старшая из дочерей и злилась, она никак это не показывала. Перекинув руку Локи через свою шею, она помогла ему подняться и доковылять до комнаты. И, надо сказать, её помощь о казалась очень кстати, так как даже одного удара Таноса, хватило чтобы надолго вывести из строя его – асгардца! Голова кружилась, в ушах звенело, а ноги подкашивались.
Даже Тор не смог бы так отделать его за один удар. Потрясённый этим, Локи позволил Гаморе уложить себя на кровать и обработать ссадину щеке. Судя по уверенности, с которой она проводила медицинские манипуляции, ей приходилось делать это.
— Ну как, ты доволен? Добился своего? А ведь я предупреждала, что так и будет, – не выдержав, воскликнула наконец девушка.
— Да брось ты, – сквозь боль отмахнулся Локи. – Мне приходилось огребать и похуже. Правда я не могу вспомнит – когда?
— Ты мазохист? – возмущённая такой беспечностью, воскликнула Гамора на мгновение даже прекратила обрабатывать ссадину влажной тряпочкой, которую макала в миску с пахнущим спиртом раствором. – Любишь боль? Тебе нравится... когда тебя бьют?
Соблазн ответить «да» был велик, но Локи сдержался, опасаясь что зелёненькая влепить ему пощёчину, объяснив свои действия попыткой доставить ему удовольствие. Хорошо всё обдумав, Лафейсон решил не делать этого. Танос и так уже начистил ему физиономию. Не хватало ещё, чтобы его дочь навешала ему по второму кругу. Впрочем, пошутить с ней Бог Обмана всё же решился.
— А может я сделал это, чтобы оказаться в нежных руках столь умелой целительницы? – спросил Локи с улыбкой истинного соблазнителя, заставившей Гамору опешить и отдернуться как от пощёчины. Она попыталась убрать руку от его лица, но йоттун снова оказался быстрее. Перехватив её за запястье поднёс, он поднёс узкую ладонь к разбитым губам целомудренно и поцеловал.
Выражение лица Гаморы стоило того, чтобы получить трепку от её папаши. На обычно-бесстрастном лице отразилось изумление, а взгляд карих глаз сначала сделался беззащитным, словно у маленького ребёнка, а затем наполнился неподдельным ужасом.
— Нет, – покачала она головой, вырвав у него свою руку, а затем ещё и повторила не сколько раз. – Нет-нет-нет-нет. Ты что, совсем не понимаешь, что здесь происходит? Он же испытывает нас. Испытывает меня. Проверяет, не размякла ли. В прошлом он часто вынуждал меня залечивать раны пленников только для того, чтобы помучить их ещё немного... а меня заставлял смотреть.
— Зачем? – опешил Локи, не ожидавший такого потока откровенности. Он хотел немого озадачить дочь Таноса, может смутить её, но не более. Однако безобидная,в общем-то шутка вскрыла самый настоящий кошмар. То, о чём она говорила, было уже не просто неправильно, это было самое далёкое от правильности, что он только мог представить. И от нормальности тоже. Танос был безумен.
— Потому, что он знает про мою склонность к... эмпатии, – последнее слово Гамора произнесла так, словно стыдилась своей способности сопереживать. – Отец говори что привязанность это слабость, и сводя нас вместе хочет напомнить мне, что бывает, когда я с кем-то сближаюсь. Думаешь почему он приказал мне ухаживать за тобой? Он хочет, чтобы я вспомнила, что он может сломить меня ещё больше, забрав любого, кто мне небезразличен. Он делал это раньше с Небулой, а теперь, видимо, хочет использовать тебя, чтобы добраться до меня. Но я больше не куплюсь. Нет, хватит с меня. Я прошла своё испытание и усвоила урок.
— Ты и твоя сестра... – Локи не нашёл сил продолжить.Слишком сильно истории Гаморы и Небулы напомнили об их с Тором конфликте. Они тоже, когда-то были очень дружны, и тоже поссорились из желания завоевать расположение отстранённого отца.
— У меня зелёная кожа, у моей сестры синяя, а у нашего «отца», – даже устно Гамора умудрилась внести последнее слово в жирные кавычки. – фиолетовая, но это не мешало нам считать друг друга сёстрами. Увидев, что мы сдружились, он заставил нас драться друг с другом... Раз за разом, я побеждала, а она проигрывала, подвергаясь улучшениям... и после каждой операции он оставлял меня с ней,чтобы я видела её боль но не могла помочь её. Когда она достигла своего предела, она попросила меня оборвать её страдания, но не решилась. Я боялась его гнева и не хотела остаться наедине с ним. И она... возненавидела меня.
Локи потрясённо молчал. До этого момента он считал слухи о безумии Таноса преувеличенными. Да, титан мог быть жесток, даже очень жесток, а его действия часто ставили в тупик опытнейших стратегов вроде того же Одина, но все же он не производил впечатление поехавшего садиста. Рассказ Гаморы изменил мнение Локи о Таносе, открыв ему истинную суть этого чудовища.
— А всё потому, что мы осмелились любить друг друга, как сёстры, – горестно закончила рассказ воительница. – Хочешь так же? Не смей! Даже не думай ко мне привязываться. Выкинь эти мысли из головы. Если не ради своего блага, то хотя бы ради моего.
— Прости, – тихо выдохнул Локи, но было поздно. Гамора уже ушла, оставив его наедине с мыслью, что он способен лишь причинять боль тем, кто о нём заботится. Она была права – им действительно не следовало ни сближаться, ни, тем более,привязываться друг к другу. Танос, похоже, использовал чувства свои подчинённых, чтобы мучить их. Не извращённого удовольствия ради – для этого титан был слишком холоден и бесстрастен, а для собственных, лишь ему одному понятных целей. Показать свою привязанность к кому-либо в его присутствии, означало дать в руки фиолетовому безумцу оружие против себя.
Только идиот мог поступить так.
