Я не буду жить напрасно

      Вы, наверное, знаете это чувство? Когда внутри всё переворачивается. Когда Земля вдруг перестаёт вращаться вокруг своей оси и начинает крутится вокруг вас. А время останавливается и тихонечко, терпеливо ждёт, когда вы вдвоём насладитесь этим драгоценным моментом. Это мгновение делает тебя одновременно и самым счастливым и самым жалким человеком на свете. Поскольку, эти чувства могут дать невероятную силу и энергию и в то же время, делают тебя самым уязвимым существом.              Вчера был удивительный вечер. Я очень давно не чувствовал себя таким счастливым и спокойным. После признания Антона весь тот клубок беспорядочных мыслей, который упорно собирался последнее время в моей голове, внезапно просто растворился и превратился в полный штиль. Как будто всё, что было до этого стало таким не важным. Мы просидели вчера еще всего пару часов, практически в полной тишине. Казалось, нам совершенно не нужны больше слова, мы всё понимали без них. И мир вдруг встал на место. Мы сидели на диване друг на против друга, вытянув руки вдоль спинки дивана. Наши пальцы очень аккуратно едва касались друг друга. Этот, казалось, незначительный жест вызывал во мне столько чувств. Он делал момент таким особенным и даже интимным. Я правда был готов в эту секунду остановить время и провести так целую вечность. Молча смотря в эти прекрасные, невинные, зелёные глаза под звук трескающего камина. Но как известно, всё в этом мире имеет свой конец.       – Позволь уговорить тебя остаться? – еле слышно спросил я.       – Как бы я хотел ответить положительно.       – Что тебе мешает?       – Прости меня, Арсений, мне правда надо идти.       – Я не понимаю, Антон.       – У меня очень больная матушка. Я уверен, что порядком напугал её, когда, прочитав твоё письмо вылетел из дома, как ужаленный. Она даже спросить ничего не успела. Я уверен, что она сейчас не спит и места себе не находит.       – Я понимаю, – с сожалением произнёс я и опустил голову.       – Арсений, – Антон слегка коснулся своей рукой моего лица, чтобы заглянуть в глаза. – Ни одна живая душа не может сейчас передать моего желания остаться в этот вечер с тобой. – В ответ я смог лишь сделать рваный вдох. – Я вернусь завтра. – Шепотом закончил Антон и невесомо коснувшись своими губами моего лба, вышел из комнаты.       Он просто испарился. А я, как будто проснулся и, честное слово, несколько минут пытался понять, всё это происходит на самом деле или всё это плод моей больной, влюблённой фантазии. Казалось, этого просто не может быть.       Но уже утром, когда Антон действительно вернулся ко мне, я понял, что всё это было наяву. Мы решили позавтракать с ним на природе. Бэтти собрала нам корзинку с едой. Дэрэк быстро организовал экипаж. Но я решил, что в этой поездке нам не нужны свидетели, поэтому попросил запрячь двух лошадей. Оказалось, что Антон практически не владеет верховой ездой. Это немного осложнило ситуацию, но затем он заверил, что справится с этой задачей. Я помог забраться ему на лошадь по кличке Нэнси.       – Она очень аккуратная и ласковая, – успокаивал я Антона, поглаживая лошадь.       – Охотно верю, – не скрывая страха, ответил Антон.       Я забрался на свою лошадь, и мы медленно двинулись в путь. По дороге я часто оглядывался, наблюдая, как Антон пытается совладать с Нэнси, которая к моему удивлению сегодня тоже нервничала. Я притормозил, чтобы поравняться с Антоном. Он ехал очень напряженно и не отводил глаз от своих рук, которые крепко держались за поводья.       – Расслабься. Она чувствует, что ты нервничаешь.       – Как просто это звучит из твоих уст. – Всё также серьёзно проговорил Антон.       – Доверься мне. Выпрями спину. – Я ехал параллельно, подкрепляя свои слова действиями, Антон неуверенно повторял за мной. – Отпусти немного поводья, не сжимай кулаки. Ты должен держаться свободно, но уверено. Нэнси чувствует всё. Если ты покажешь ей свою уверенность, она покорно подчиниться тебе, а если будет ощущать твой страх, то и сама будет напугана и растеряна.       – А по конкретней советов не будет?       – Притормози, – сказал я, останавливаясь. Антон неуверенно повторил за мной. – Дай мне свою руку. – Не до конца понимая, что я хочу, он одной рукой отпустил поводья и протянул её мне. Я взял его за руку снизу.       – Чувствуешь? Ты держишь меня не сильно, но уверенно и крепко. Я верю, что ты не отпустишь меня. – Антон молча смотрел на наши руки. – Нэнси должна почувствовать тоже самое.       Он снова взялся за поводья, уже спокойнее и увереннее.       – Хорошо, – с улыбкой констатировал я, и мы двинулись дальше.       – Не смотри на руки, оглянись вокруг, смотри, какие здесь места.       А места были в правду красивые. Золотистая тёплая осень радовала в этом году. После вчерашнего дождя, природа как будто умылась, и цвета стали такими яркими и красочными. Мы ехали в лесу, меж деревьев и елей. Вскоре я увидел озеро и мы направились прямиком к нему. Я знаю эти места, я провёл здесь всё своё детство. Мне очень волнительно и радостно было привести сюда Антона. Я как будто приоткрывал ему дверцу в свою жизнь. Мы подъехали к большой, высоченной иве, которая склонилась над озером и решили остановиться там. Мы привязали наших лошадей и расстелили плед прямо под деревом.              Завтрак был очень вкусным и сытным, впрочем, а какие могут быть сомнения, если его собирала Бэтти? Я сидел, облокотившись на дерево, а Антон лежал рядом, положив свою голову на мою ногу. Мы снова молчали, как будто боялись нарушить момент. А вокруг ни души, только птицы напевают свои серенады, в сопровождении поквакивающих жаб.       – Арсений, я ещё вчера хотел спросить тебя.       – О чем?       – Вчера…, там на улице, под дождём, ты… – он замялся.       – Ты про поцелуй?       – Да.       – Так.       – Ты не думаешь, что твоя прислуга видела нас в тот момент? – Я был удивлён, не знал, что его это может волновать.       – Ну, я скажу, что был бы удивлён, если бы узнал, что они НЕ увидели этого.       – Ты не боишься сплетен?       – А кто я такой, чтобы лишать прислугу их единственного развлечения, в виде обсуждения своего господина.       – Тебя не беспокоит, что они вынесут это за пределы дома?       – Беспокоит. Но уверен, что прислуга боится увольнения гораздо больше. Они знают цену этим сплетням. Если не хотят остаться на улице, без жалования и с отвратительными рекомендациями, то будут держать язык за зубами. – Антон поднялся и сел рядом.       – Ты правда их уволишь?       – Я считаю себя гуманным человеком и могу простить многое, но только не предательство.       Антон задумчиво смотрел на меня, будто изучая. Я рассматривал его в ответ.       – Ты хочешь знать, жалею ли я о том, что поцеловал тебя вчера?       – А ты жалеешь?       – Я жалею лишь о том, что не сделал этого раньше.        И вот он, тот самый момент, когда время вновь остановилось. Я наклонился к Антону так, что наши лица были очень близко. Антон прикрыл глаза. Я еле дотронулся своим носом его, будто спрашивая разрешение. В ответ Антон сделал тоже самое. Я подался вперёд и очень аккуратно коснулся его губ. Антон моментально ответил. С каждым движением поцелуй становился всё глубже и увереннее. Антон, не отрываясь от меня, перекинул ногу и сел ко мне на колени. Я запустил свои руки в его кудрявую голову и притянул ближе к себе. Я будто боялся его отпустить даже на мгновение, прижимаясь всё больше к его губам. Антон взял в руки моё лицо и оторвался от моих губ. Он пристально посмотрел в мои затуманенные глаза и начал медленно и нежно целовать сначала уголки губ, скулы, затем прикрытые веки, виски, лоб. В какой-то момент он перестал это делать и просто крепко обнял меня, я уткнулся в его грудь, которая вздымалась от учащенного дыхания и возбуждения, и обнял его за талию. Мы просидели так еще какое-то время, пока оба не восстановили дыхание.              Когда мы собрались уже уезжать, Антон, как ни странно, уверенно взобрался на Нэнси и заявил, что готов посоревноваться со мной, кто быстрее доедет до поместья. Я охотно согласился на эту авантюру. Хоть Антон и делал вид, что он уже уверенный ездок, это не помогло ему совладать с человеком, который ездит верхом с 4х лет. Таким образом я прибыл к финишу первым, и еще успел налюбоваться Антоном, который скакал следом за мной. Великолепное зрелище, ничего более изящного в своей жизни, я не видел.       Как только Антон доехал до меня, на крыльцо вышел Дэрэк, он подошел ко мне и оповестил, что в гостиной меня ждут мистер Кларк и мисс Кэтти. Я был удивлён, потому что не ждал никого сегодня. Я предложил Антону подождать меня в моем кабинете, но тот уверенно отказался, сославшись на то, что ему уже пора. Он пригласил меня к себе в лавку, в любое удобное для меня время, я пообещал, что вскоре загляну к нему.       Я зашел в гостиную, где меня ожидали гости, мистер Кларк сразу встретил меня широким жестом.       – Арсений, сын мой, где ты был так долго? Мы ждём тебя уже час.       – Добрый день, мистер Кларк, прошу прощения, я решил размяться с утра.       – Здравствуй, Арсений, – с улыбкой вставила Кэтти, я поклонился ей в ответ и поцеловал руку.       – Скоро будут подавать обед, может перенесём разговор за обеденный стол?       – Ох, Арсений, мы на самом деле не планировали задерживаться, но ты же знаешь старика, кто я такой, чтобы отказываться от обеда?       – Вот это правильно, пройдёмте!       – Папа! Прошу, дай мне минутку с поговорить с Арсением наедине.       – Как пожелаешь, дорогая, – с улыбкой заявил мистер Кларк, – Дэрэк, друг мой, а остался-ли у вас тот великолепный виски, который вам привезли из Германии? – продолжил он, выходя из гостиной, следом за Дэрэком.       Как только дверь закрылась за мистером Кларком, Кэтти тут же подбежала ко мне и усадила на диван.       – Арсений, родной, не томи. Как всё прошло?       – О чем ты? – смущенно переспросил я.       – Полно изображать дебютантку на первом балу! Я видела в окно, как вы ехали с Антоном верхом!       – Да, я последовал твоему совету и это принесло свои плоды.       – Ох, как я счастлива за тебя, Арсений! – воскликнула девушка. А я в этот момент почувствовал себя очень неловко. – Любовь – это так прекрасно! Ты вероятно сейчас так счастлив? – продолжала восхищаться девушка. А вот мой энтузиазм падал с невероятной скоростью.       – Безусловно, – осторожно произнёс я, чувствуя перед Кэтти неописуемое чувство вины. Я ощущал себя подлецом и негодяем заявляя своей невесте, что счастлив с другим человеком. Но Кэтти будто не понимала или отказывалась это осознавать. И в том и в другом случае она была для меня и навсегда останется самым близким и верным человеком на свете.              За обедом мистер Кларк поведал мне причину своего столь неожиданного визита. Как оказалось, ему почти удалось договориться с графом То́лбот по поводу открытия нового отдела производства недалеко от нашего города, в деревне Вильмингтон, что позволит нам увеличить объёмы производства, и вернуть рабочие места всем, кого мы вынуждены были сократить. Ведь новый корпус подразумевает под собой и большое общежитие для рабочих и их семей. И это была просто великолепная новость. Она и вправду решала сразу несколько проблем. Я в очередной раз убедился в профессионализме мистера Кларка. Всё что он имеет, всё абсолютно заслужено.       Я проводил своих гостей уже ближе к вечеру и отправился в свой кабинет. Мне необходимо было разобрать счета и бухгалтерские отчеты, которые накопились за последний месяц. В разгар моих трудов ко мне постучался Дэрэк. Я разрешил войти, он подошел к моему столу своей уверенной, ровной походкой.       – Сэр, прошу прощение, что отвлекаю вас, но позвольте обратиться.       – Да, конечно, я слушаю тебя.       – Сэр, вы знаете, как давно я работаю в этом поместье. Я начинал еще у вашего Дяди, когда он только получил этот дом в наследство. – Я внимательно слушал, не перебивая. – Я был вашему покойному дяде не только верным дворецким, но и хорошим другом. Он часто прислушивался к моему мнению, а часто и сам приходил за советом.       – Ближе к делу, Дэрэк – этот разговор меня настораживал.       – Позвольте высказать своё мнение на один счет.       – Говори.       – Ваш новый знакомый, Антон. Я не думаю, что вам стоит продолжать с ним столь близкое общение. В поместье поползли слухи, которые могут вам навредить. Чего мне бы категорически не хотелось. У вас прелестная невеста, назначена дата свадьбы, зачем вам эти неоправданные проблемы?       Я молча слушал его, а внутри разгоралась ярость. Да как он смеет вообще, так прямо и бесстыдно заявлять мне об этом?! Я тяжело выдохнул и сквозь зубы ответил на эту бестактность.       – Уважаемый Дэрэк, я ценю твою заботу. Но позволю себе напомнить, что я не мой дядя. И только из уважения к вашей с ним дружбе, ты всё еще стоишь здесь, а не слоняешься в поисках новой работы. Подобного поведения я не потерплю. А остальным передай, что, если кто-то решит распространить хоть толику того, что происходит в поместье, может сразу искать себе новое место работы. Это ясно?       – Предельно, сэр. – опустив голову, ответил Дэрэк.       – Ты можешь идти!       – Да, сэр.       Дэрэк вышел из кабинета. А я не мог никак осознать, что он вообще позволил себе открыть рот на этот счёт. Я считал его своим другом. Но видимо границы начисто стёрты и пришло время их снова провести.