Я не буду жить напрасно

      Несмотря на вчерашний странный разговор с Дэрэком, мне всё же удалось разобраться со счетами. И к моему большому сожалению, мои дела шли весьма скверно. Не знаю, с чего я был уверен, что половины дядюшкиного наследства будет мне впрок? Я никогда не вел дела такого большого дома, ничего не смыслю в бухгалтерии. Но сейчас мне не надо много знаний, чтобы понять, что, не приумножая капитал, долго в таком потоке я не продержусь.       Я просидел за этими бумагами весь вечер и всю ночь. На улице уже начало светать, когда я осознал, что уже ничего не соображаю. Но когда я улёгся в кровать, я ещё долго не мог уснуть. Мысли не планировали больше покидать мою голову. Ясно было, как божий день, что без второй части наследства дяди я не проживу. Но лишь от одной мысли, что для этого мне надо женится на милой Кэтти, мне становится дурно. Ведь я действительно лишаю её шанса на настоящую любовь. Ту, что будет сопровождать её в радости и в горе. Ту, что вдохновляет и дарит внеземное чувство счастья. Чувство, что ты беспрерывно кому-то нужен. Как бы я её не любил и не уважал, я никогда не сделаю её счастливой в полной мере этого слова.       И Антон. За такой маленький срок он стал таким родным для меня человеком. Мне всё время хочется видеть его, чувствовать, что он где-то рядом. Сейчас я лежу в своей холодной постели, а за окном пасмурно и промозгло. Не потому, что раннее утро, нет. Всё от того, что его нет рядом. Если бы он был здесь, лежал рядом на подушке, я бы посмотрел в его большие зеленые глаза, почувствовал бы его тепло и стал бы гораздо счастливее, независимо от того, что там за окном.       Но что нас ждёт с ним в будущем? Как долго мы сможем скрываться?       Нет! Я не хочу сейчас думать об этом. Я хочу видеть Антона! Время только шесть, я встану пораньше и навещу его прямо с утра в магазине.       После меня окутал глубокий сон и встать я смог лишь к 12 дня. Позавтракав, я отправился к Антону. Но к моему удивлению, в магазине его не было. Мистер Честер, владелец книжного сказал, что Антон попросил сегодня отгул. Это было странно. Сначала я решил, что зайду завтра, но беспокойное чувство не отпускало меня. Еще будучи в сомнительном состоянии, я всё-таки решил проведать Антона. Я ни разу не был у него, меня не приглашали. Я лишь знаю, что он живёт вдвоём с матушкой. Кучер увёз меня на окраину города, где стояли несколько маленьких домиков. Мы остановились у одного из них. Это был совсем небольшой старенький дом. Двор был немного заросшим, но в целом выглядел уютно. Я прошел ко входной двери и постучал. Дверь открыл Антон. Он явно не был готов к моему появлению.       – Арсений?       – Привет. Я зашел к тебе в магазин, но мистер Честер сказал, что ты взял отгул. У тебя всё хорошо? – Его взгляд был поникшим и обеспокоенным.       – А… – он ответил не сразу. – Проходи. – Я вошел в дом следом за ним.       Мы оказались в маленькой комнатке, в одной стороне стоял стол, а в другой камин и два стареньких кресла.       – Хочешь чаю? – поинтересовался Антон.       – Нет, спасибо. – Я присел на одно из кресел, Антон встал рядом с камином.       – Дело в моей матушке. Сегодня утром ей стало плохо, я вызвал врача. Он сейчас в её комнате. Решил, что сегодня стоит остаться с ней.       – Как она себя чувствует?       – Она в сознании, но её состояние пока мне неизвестно. Жду заключение доктора.       Антон был крайне расстроен. Когда он говорил о маме его трясло. Глаза бегали из стороны в сторону, он не мог найти себе места. Я попросил разрешения остаться, пока доктор не выйдет из комнаты Агаты. Антон лишь кивнул в ответ и еще раз предложил мне чай. Я не знал, что говорят обычно в таких случаях, поэтому мы ждали с ним в полной тишине. Я всё сидел в кресле у камина, а Антон ходил взад-вперёд рядом со мной. На мои предложения сесть или выпить чаю, был получен нервный отрицательный ответ.       – Антон, твоё беспокойство делу не поможет. Твоя мама в сознании, врач рядом. Всё будет хорошо.       – Ты не можешь этого знать, Арсений, – раздраженно ответил он.       – Это правда, не могу. Всё что я знаю, это то, что тебе надо быть сильным сейчас.       – Я стараюсь.       – Антон, прошу тебя, сядь. – Уже настаивал я. Взял его за руку и посадил в кресло. Он поддался. – Расскажи мне.       – Что?       – От чего твоя мама больна? – Я понимал, что тема не из легких, но мне казалось, что так Антон сможет отвлечься от тревожных мыслей. Он собрался и всё же ответил на мой вопрос.       – Это началось после смерти отца, 5 лет назад. – Было видно, как ему тяжело говорить. – Они любили друг друга больше жизни. Отец был своенравным человеком, я часто ругался с ним, но уважал. А мама…, она видела его совсем другим, не таким, как остальные. Она делала его лучше. С самой свадьбы они были неразлучны. И вот однажды, отец уехал на охоту со своим старым другом. – Антон замолчал, задержав дыхание. – Домой он не вернулся. Была зима и он просто провалился под лёд. Когда его друг принёс нам эту весть, мама просто сошла с ума. Его тело так и не достали, мы не смогли его достойно похоронить. Почти год мама ждала его. Она не могла поверить, что он не вернётся. Поэтому каждый вечер она накрывала ужин на троих. – На глазах Антона стали выступать слёзы, я взял его за руку, он продолжил. – Как же тяжело мне было видеть её такой! После у неё начались проблемы со здоровьем. Врач прописывал лекарства, но она отказывалась их пить. Она лишь шутила, что отец забрал с собой часть её сердца и та часть, что осталась просто не справляется. Со временем она приняла его смерть, но её здоровье уже в таком плачевном состоянии, что остаётся только ждать, когда всё это закончится. – Мне сложно было подобрать слова после его рассказа.       – Антон, прошу тебя. Не стоит сдаваться раньше времени. Любая секунда должна быть наполнена надеждой, что всё обойдётся. Ты сам говорил, что перечитывал «Айвенго», потому что эта книга дарит тебе чувство надежды. Может расскажешь почему?       – Я не знаю. Может, потому что я так погружался в их приключения и заботы, что просто забывал о собственных проблемах?       – Антон…       – Проблема в том, Арсений, что чем больше ты окрыляешь себя чувством надежды, тем больнее падать. Как бы я не пытался игнорировать этот факт, так и есть.       Я больше не знал, чем его утешить. Мне было невыносимо больно смотреть, как этот солнечный человек, который яростно верил в добро и справедливость, готовый за них бороться, вот так просто сдаётся. Он потухал на моих глазах.       Из комнаты Агаты вышел доктор. Мы вместе подскочили.       – Мистер Попов? – обратился он ко мне.       – Здравствуйте, доктор. – Я пожал ему руку.       – Не знал, что вы знакомы с этой семьёй.       – Так и есть. Прошу вас, оставим любезности. Как там дела?       – Да, прошу прощения. Антон, я могу поговорить с вами наедине?       – Говорите здесь, доктор. – Врач быстро посмотрел на меня.       – Хорошо. Ваша мать очень в плохом состоянии. Я не могу вам точно сказать, сколько ей осталось. Где-то в диапазоне от одного месяца до года. Всё зависит сейчас от того, как быстро она встанет на ноги.       – Как мы можем ей помочь? – спросил я.       – Уход и забота. Лекарства ей уже не помогут. Важно следить, чтобы она регулярно ела и выходила на свежий воздух хотя бы раз в день.       – Я прослежу, – ответил Антон.       – Хорошо, я вернусь через неделю. Если будут приступы опять, сразу зовите меня. Я всё время провожу в больнице, но и мой домашний адрес у вас есть.       – Спасибо доктор. Я вас провожу, – вызвался я.       – Я знаю дорогу. Сейчас она в сознании, Антон. Но постарайся её сильно не тревожить, никаких переживаний.       – Я вас понял, доктор.       – А я всё же провожу.       Антон направился к маме, а мы с доктором вышли на улицу.       – Доктор, прошу вас. Скажите мне честно. Есть ли какой-нибудь реальный способ ей помочь? Деньги – не проблема.       – Арсений, мне очень жаль, но в этом случае любые суммы бессильны. Даже если нам удастся немного продлить ей жизнь, Агата будет страдать от бесконечных болей и приступов и в конечном итоге всё равно покинет нас.       Эти слова прозвучали, как приговор.       – Я вас понял. Спасибо, доктор.       – Всего хорошего.       Доктор ушел, а я вернулся в дом. Антон был у своей мамы. Дверь была приоткрыта. Я не думал заходить, хотел лишь заглянуть. Антон сидел на полу у кровати больной и сжимал её руку в своей. Агата была в сознании, она что-то шептала ему очень тихо. Я уже думал уйти, чтобы не тревожить лишний раз. Но внезапно Агата заметила меня и видимо спросила Антона, потому что тот сразу позвал меня и попросил войти.       – Я прошу прощения, я не хотел вас беспокоить.       – Ох, Арсений, – тихонечко с улыбкой произнесла женщина. – Как я рада вас видеть.       – Я тоже очень рад, Агата. – Я прошел в комнату.       – Как ваши дела?       – У меня всё прекрасно. Как ваше здоровье?       – Да вот, видите, немного захворала, обычная простуда, а этот прохвост не отходит теперь от меня ни на шаг! – укоризненно посмотрела она на сына.       – Он волнуется за вас. – Антон посмотрел на меня.       – Лучше бы он о себе так заботился.       – Мама, с моим здоровьем всё в порядке, а вам стоит набраться сил.       – А толку от твоего здоровья? Тебе женится пора, сынок! Арсений, скажите ему. – Я растерялся. – Брак сделает из тебя человека. Он дисциплинирует. А помимо всего, какое счастье быть рядом с любимым человеком, который уважает тебя и всегда готов поддержать.       – Я видел, мама, что с вами сделала любовь. – Тихонько пробормотал Антон.       – Что ты такое говоришь? – возмутилась Агата. – Не смей даже думать, что наша любовь с твоим отцом принесла мне хоть толику несчастья! – она начинала нервничать.       – Мама, прошу, успокойтесь!       – Нет, сын мой. Я не хочу, чтобы ты решил остаться один из-за смерти твоего отца. То счастье, что он подарил мне за все годы нашей совместной жизни навсегда останется в моём сердце. И если бы мне дали шанс прожить свою жизнь еще раз, я бы не пожелала поменять и минуты уже прожитой. – Агата в порыве донести до сына истину, пыталась встать с кровати.       – Мама, прошу, я услышал вас. Я обещаю, что решу этот вопрос.       – Ох, сынок. Как жаль, что я не увижу своих внуков.       – Я вас умоляю, вы увидите не только внуков, но и правнуков! – смело заявил Антон.       – Дурачок! – засмеялась женщина и потрепала сына по кудрявой голове. – А вы, Арсений? У вас есть жена?       – У меня есть невеста.       – Красивая?       – Очень.       – Арсений, умоляю, не бросайте моего сына. Помогите ему найти хорошую партию. Он у меня очень хороший, умный, заботливый, нежный. Он будет хорошим отцом.       Я так неловко себя чувствовал. Все эти разговоры вводили меня в ступор. Я то и дело смотрел на Антона, а он порой кидал на меня взгляд «Не обращай внимание».       – Это правда, – ответил я. – Я не брошу его, обещаю.       – Ну и замечательно. – Успокоилась Агата и наконец-то улеглась. – Антон, напои гостя чаем. Я хочу отдохнуть. – Антон поцеловал маме руку, и мы вышли с ним из комнаты.       Антон предложил выпить что-нибудь покрепче и достал из буфета бутылку вина.       – Время три часа дня, Антон.       – Я не настаиваю, но ты пообещал моей маме меня не бросать, – ехидно улыбнулся он.       – Да, ты прав. Не могу же я нарушить обещание через пару минут после того, как дал его.       Антон разлил вино по кружкам.       – Прости, элитного алкоголя не водится.       – Ничего.       Мы выпили с ним. Антон быстро снова поник. Я не знал, как его утешить. Не знал, что сказать. Мы еще какое-то время просидели в тишине.       – Прости меня, Антон. Я не очень хороший собеседник.       – Нет, ну что ты. Порой помолчать с кем-нибудь бок о бок гораздо важнее. Спасибо, что пришел. – Я взял Антона за руку.       – Позволь задать тебе вопрос. Если не готов ответить, я всё пойму.       – Задавай.       – То, что ты сказал маме о любви. Ты правда считаешь, что в болезни матери виновата она?       – Как бы я хотел ответить – да. Так гораздо проще, когда есть виновный.       – И ты…       – Я был влюблён лишь однажды. Меня предали. Любовь очень больно ранила. Затем умер отец, и я видел ежедневно, как от любви умирает моя мать. Это сломало меня окончательно.       Я не отводил от Антона глаз. Я и не знал, как много боли в этом парне. Сколько всего он прячет за своей светлой улыбкой.       – У меня был идеальный план. Я продолжал верить в любовь, но решил больше не поддаваться её чарам, чтобы не испытывать душевных мук. – Антон внимательно на меня посмотрел. – Но ты всё испортил. Прямо в тот момент, когда забрёл в мой магазин. – Это признание смутило меня. Антон с улыбкой продолжил. – Ты как вихрь ворвался, покорил меня и исчез.       – Мне очень жаль, что я расстроил твой блестящий план, – с наигранной невинностью произнёс я.       – Врёшь. Ты ни капли не жалеешь, – с улыбкой констатировал Антон.       – Это правда, – сдался я. – Ни капли не жалею.       Наши руки были переплетены. Антон поглаживал мою ладонь своими пальцами. Так странно. Столько чувств от такого невинного движения.       Я ушел от Антона уже ближе к вечеру. Мне очень не хотелось оставлять его одного, но он настоял, чтобы я пошел домой отдохнуть.              Утром я получил от Антона письмо. В нём он просил меня пока не приходить к нему больше, чтобы он мог посвятить всего себя матери.       

«…Прости меня, Арсений за мою слабость, но я не мог сказать тебе этого лично. Мне очень жаль, что я вынужден тебя просить об этом.

– А.»