Создай для меня море

На кухне повисло тягостное молчание, будто вдруг на каждого в доме набросили заклинание оглушения. Это казалось таким неправильным и таким непривычным, что Гарри в тревоге осмотрел всех, замечая хмурые взгляды Гермионы и поджатые губы Нарциссы. Почему-то Поттер думал, что именно эти две, невероятно умные женщины, смогут направить всю их оголтелую компанию в нужное русло. — И чего ждем? — наконец-то раздался голос Грейнджер, которой, возможно, действительно надоело молчание вместе с опущенными глазами. Письмо Кевина на столе казалось белым пятном, от которого все отгораживались. Оно и лежало будто отдельно от всех, кто находился на кухне. Гермиона это заметила раньше остальных. — Либо мы что-то делаем, либо это превращается в очередную войну. Только теперь я не собираюсь тратить свои силы на ее прекращение. С меня хватило! Гарри не сдержал едва заметной усмешки, за что тут же получил строгий взгляд своей подруги и слишком уж явственный пинок от подошедшего Рона. Он отвлекся. Да. Как-то отвык за пару дней, что приходится опять решать быстро, действовать также и думать теперь не просто о мире, а о мире, в котором будет его будущее. Гарри бросил мимолетный взгляд на Драко. Тот казался еще бледнее, чем обычно, каким-то отстраненным и слишком зажатым. Люциус стоял в паре шагов от сына, опирался на стул и выделялся среди всех собравшихся какой-то покорной обреченностью. Даже Нарцисса не придавала Малфоям привычной уверенности, хотя Гарри именно в ней надеялся увидеть поддержку. Но поддержкой оказалась только Гермиона. — Нам нужно отправляться прямо сейчас, — спокойным, насколько это было возможно, голосом произнес Гарри, выступая вперед и беря то самое будто проклятое письмо Кевина. — На нас рассчитывают, надеются хотя бы какую-то помощь получить. — И следовало бы отправляться раздельно. — Гарри поднял глаза на заговорившую Нарциссу и улыбнулся женщине. Наконец-то он увидел в этой уверенной альфе своего союзника, на которого возлагал такие надежды. Минутное молчание тут же перекрылось вопросами, а Поттер смотрел на Нарциссу, вернувшую себе уверенность, и думал о том, сколько же всего еще предстоит пережить, чтобы их семьи зажили спокойно. Ведь казалось, что это самое спокойствие уже пришло к ним. — Так нас труднее будет поймать, — прервала все разговоры Гермиона. Голоса Уизли разом тут же стихли, Люциус, вдруг выступивший за свою жену, умолк на полуслове, казавшийся от этого едва ли не обозленным. — Если все мы разойдемся и придем в Министерство разными дорогами, любая слежка будет бесполезна. Следят больше за нами и Малфоями, поэтому нужно разойтись. — Предлагаю нам уйти с Кричером, — закивала Нарцисса, на этот раз выглядя куда более удовлетворенной, чем это было при не так давно случившемся разговоре. — Троице предлагаю отправится через камин. Думаю, в кабинете министра никто из Пожирателей не будет вас поджидать. А Уизли могут и обычным способом добраться до нужного места. Никто за ними, к нашему счастью, не следит. — Это почему еще мы отдельно? Мы должны отправиться с Гарри, чтобы поддержать его! — Молли казалась едва ли не обозленной. Сминала свой фартук и казалась больше от расправленных плеч и вздернутого подбородка. Нарцисса хотела ответить на ее выпад, но Джордж вовремя дернул мать за руку, возвращая назад к себе и чуть остужая ее пыл. — Они правы. Мы можем отвлечь тех, кто следит за Гриммо. Молли стушевалась будто, опустила глаза, но тут же кивнула, уверенно даже, соглашаясь с сыном. — На этом и решили, — улыбнулся Гарри. Он переложил из руки в руку письмо и вздохнул. Ему показалось, что с этим воздухом, наполнившим его легкие, вернулась и надежда. Может, все не так плохо, может, когда они придут к Кевину, их ожидают хорошие новости. Может… все закончится сегодня. Уже через минуту все начали расходиться. Кричер, вертевшийся рядом с Нарциссой, бросал настороженные взгляды на младшего Малфоя и иногда дергал Люциуса за подол его плаща. Омега не обращал внимания на докучливого домового, но вот взгляд сына заметил и пытался придержать его за руку, когда тот хотел уже было рвануть за уходящим на третий этаж к камину Гарри. — Ты не можешь с ними пойти, — одернула его Нарцисса, поправляя свои перчатки и даже не поднимая глаз на сына. Она отлично понимала, почему Драко хотел уйти за альфой, отлично понимала, что не имеет права его держать. Но лучше так, лучше он будет рядом с ними после всех слухов, что разнесла Скитер со своей газетенкой, чем появится в окружении Золотой троицы, тут же подтверждая любые домыслы волшебников. — Ты не поможешь ему. Мы не в том положении, чтобы показывать открыто нашу сторону. Это могут понять неправильно. Драко от слов матери вздрогнул и перевел взгляд на лестничный проем, где всего секунду назад скрылся Поттер и его извечные друзья. Малфой до последнего не прекращал надеяться, что его альфа вернется за ним, надеялся, что тот повернет на последней ступени. Ему хотелось быть частью невероятной истории, которая всегда разворачивалась вокруг его золотого мальчика. Но Гарри не вернулся, хлопнула дверь наверху, голоса в доме стихли, даже Уизли не донимали вечным своим шумом, уйдя в одно время с троицей к входной двери. Его альфа оставил его, но по спокойному лицу Люциуса и едва заметной в уголках глаз улыбке Нарциссы Драко понимал, что в этом нет проблемы. *** — Пора, — тихо произнес Гарри, снимая запечатывающее заклинание со своего камина и осматривая кучу пепла, что появилась неизвестным образом в самой глубине. Как он помнил, никто этот камин не разжигал. — Может, лучше бы мы отправились с Кричером? Камин в любой момент могут перекрыть или вовсе перенаправить. Рон, топтавшийся возле двери, отозвался на слова друга тяжелым вздохом, Гермиона же только вздернула нос. — Не этот камин, Гарри, — с привычной интонацией произнесла она, снимая с полки горшок с летучим порохом. — Ты же знаешь. Мы сами устанавливали путь этого камина. Из него только один выход. Если ты хотел отправиться с Драко, то уже вопрос не к нам. Поттер на эти слова только закатил глаза. Гермиона знала его слишком хорошо, но иногда ее знания никак не были связаны с реальностью. Поэтому он взял из горшка порох, с тягостным вздохом пересыпал его из одной руки в другую и первым вступил в камин. Все же Грейнджер права: выход из этого камина только один. И он всегда был открыт для Гарри и его друзей несмотря на то, что сами они перекрыли проход Министерству на Гриммо. Зеленое пламя поглотило комнату и замерших друзей, привычно завертело Гарри, начало бросать из стороны в сторону, тянуть и выворачивать, пока не выплюнуло в кабинете министра Магии прямо на пресловутый ковер. Рон оказался рядом с Поттером через пару секунд, покатился по полу, едва не врезавшись спиной в стол, благо Шеклболт вовремя задержал его полет. Гермиона показалась последней, спокойно ступив на паркет у камина и тут же начав отряхивать пепел с плеч. Гарри хватило одного взгляда на ее лицо, чтобы понять — она в очередной раз довольна своей своеобразной победой над ними. — Я уж думал закрывать этот путь, — с каким-то облегчением произнес Кингсли, помогая Рону встать и осматривая немного сконфуженного перемещением Поттера. — Хорошо, что вы пришли. У нас произошло кое-что… — Мы знаем, — холодно прервал министра Гарри, все же поднимаясь с ковра и кивая друзьям на дверь. — И пришли только по просьбе одного из мракоборцев. Не на помощь Министерству. Шеклболт тут же закрыл рот, так и не высказав радость или переживания. Гермиона, дернув Рона за локоть к себе, тут же направилась к двери, даже не обернувшись к замершему Кингсли. Будто они переместились в совершенно пустое помещение, полное пыльных книг и наглухо закрытых шкафов. Министра, кажется, такое поведение ни капли не удивило, он только вздохнул и доброжелательно кивнул Гарри. — Я понимаю. — Его взгляд стал уверенным, каким он обычно становился в те времена войны, когда простой мракоборец Кингсли Шеклболт был готов положить свою жизнь за жизни других, за свободу. — Все мракоборцы вас ждут в атриуме. Мне доложили, что появилась зацепка насчет одной семьи. Сын их сидел в Азкабане. Но когда к ним пришли для допроса, их уже ждали, — Кингсли замолчал, с долей удивления глядя на остановившуюся Гермиону и замершего у двери Рона, но продолжил только после легкого кивка Гарри. — Мне передали о потерях с нашей стороны. Поэтому… спасибо в любом случае. Троица друзей переглянулась, но это их не задержало. Гарри вновь кивнул, принимая слова министра, и направился за Гермионой и Роном, уже вышедшими из кабинета. Они все понимают, они знают, за что сражается каждый в Министерстве, но у каждого из троицы в голове крутилось слишком много воспоминаний из еще прошлого года, когда большая часть этих людей сделало своего будущего героя главным преступником. Страх делает с людьми невозможное — он заставляет их верить в любые сказки, лишь бы прожить еще одни день. Они это понимали. Именно поэтому пришли сюда только на помощь Кевину. Тот был с ними в одной лодке. По крайней мере, они так считали. *** Того количества мракоборцев, что собрались в атриуме, хватило бы на бунт, благо никто из них даже не задумывался о таком. Они переговаривались тихо, осматривали появлявшихся в каминах волшебников, иногда кивали проходящему между ними Кевину, показывая, что они все еще помнят, зачем собрались здесь. Конечно же они знали, чего ждут, поэтому по толпе пронесся тихий гул, когда лифт с Героем остановился и Гарри показался перед собравшейся толпой. Малфои уже были здесь, Драко даже дернулся, чтобы подойти к альфе, но Нарцисса задержала его, одним лишь взглядом указав на ту глупость, которую он едва не совершил. Уизли уже давно стояли чуть поодаль от остальных мракоборцев, серьезные и хмурые. Молли будто закрывала собой Джинни, а Джордж оглядывался слишком нервно, ожидая удара в любую секунду. Гарри заметил все это быстро, выхватив на автомате каждое движение приближенных к нему людей, увидев их выражения лиц, заметив дернувшегося Драко. Он боялся этого — повторения еще не забытых событий. Поттер шел с друзьями к замершему Кевину и считал каждый свой шаг очередным ножом в спине будущего. Надеялся дать миру спокойствие, а прошлые враги никак не хотят отпускать. — Я рад, что вы так скоро прибыли, — Кевин улыбался открыто, переступая с ноги на ноги и выглядя нетерпеливо. Это и было понятно: за его спиной столпился едва ли не весь отдел Мракоборцев, а некоторые были с едва подживающими ранами. Последних было легче всего заметить — они стояли чуть поодаль, переговаривались и не смотрели ни на кого, прикрывая перебинтованные руки, бока или лицо. — У нас в некотором роде ЧП. Гарри на слова мужчины улыбнулся уголками губ и подался вперед. Чтобы ни случилось, им пора было начать действовать. Даже Кингсли напугало положение дел. Все говорило о том, что времени у них осталось совсем немного. — Почему некоторые ранены? Ты не писал о большом сражении, — Рон, догнавший шедших за Кевином друзей, кивнул на группку мракоборцев, что теснились поодаль. Кевин бросил в их сторону быстрый взгляд и хмуро повел плечом. Кажется, это его нервировало больше, чем не сложившиеся планы по быстрой поимке главной проблемы. — Мы… нашли одну зацепку. Бывший Пожиратель, которого отпустили на поруки семьи. Про переход на нашу сторону там ничего не говорилось, поэтому мы решили проверить. Направились к той семье… но нас поджидали уже. Десяток опытных Пожирателей против молодых мракоборцев. Шансов мало. Но мы взяли с собой легиллимента и смогли получить зацепку раньше, чем наших перебили или кто-то из Пожирателей сбежал. Так что вылазка не бесполезна совсем. Кевин остановился чуть поодаль ото всех, развернулся снова к Гарри и взглянул на него серьезно и слишком расстроенно, отчего Поттера пробрало до самого загривка холодом и явным ожиданием худшего. Может, это и было лишь ощущением, каким-то инстинктивным пониманием ситуации, но взгляд Кевина казался прямым, смотрел куда-то вглубь, отчего сущность альфы подбиралась в ожидании удара. Должно было произойти что-то нехорошее. — Что узнали? — подала голос Гермиона, когда они остановились в паре метров ото всех собравшихся. Гарри заметил, что Грейнджер будто дрожит, едва заметно, но это ощущалось где-то внутри, природой альфы. И это пугало куда больше, чем мракоборцы, прижимавшие к груди раненные руки. — Есть одно место. Точка сбора Пожирателей. Она на окраине Лондона, хорошо защищена, но мы узнали пароль и поймали того, кто может нас туда провести. — Кевин кивнул в сторону большего скопления людей, ничем не примечательных, если бы не явное заклинание защиты вокруг них. — Поэтому мы вас позвали. Я боюсь, что и там нас могут поджидать. Лучше быть готовыми к сражению, чем опять потерять кого-то. Гарри на слова мракоборца согласно хмыкнул и бросил взгляд на замершего возле родителей Драко. Снова с огромной силой почувствовалась сломанная между ними стена. Захотелось оказаться где-нибудь в тишине, в мире, где нет волшебников, где нет сражений, а есть только спокойная жизнь со своей парой. А здесь… здесь все еще придется спокойствие вырывать с мясом из рук врагов. Поэтому Гарри взглянул на Кевина уверенно, так, как смотрел на собравшихся ради него друзей в битве за Хогвартс. Взглянул и улыбнулся. — Тогда выступаем. Если они нас там ждут, то пора выдвигаться. Задерживаться плохо. Кевин подал сигнал ждавшим его мракоборцам, и весь атриум будто ожил. Начали зажигаться камины, выплевывая в дымоход уходящих волшебников. Зашевелились охранники такого важного сейчас заключенного, кивнули Кевину и ушли в сторону лифтов, даже не бросив взгляда в сторону Гарри, зашумели Уизли, скрылись с глаз Малфои. Только Драко остался стоять на своем месте, дожидаясь, когда альфа подойдет к нему. — Что теперь? — Драко без лишних слов сжал поданную ему руку Гарри и улыбнулся лишь уголками губ, будто боялся, что его действия и его реакцию на собственную пару заметят еще присутствующие здесь мракоборцы. Только им, конечно же, было не до отношений Героя магического мира и его омеги. — Очередная война? — Нет, — выдохнул Поттер, легко притянув к себе Малфоя и обняв его за плечи. — Надеюсь, что нет. Но бойня будет точно.