Resono

«Нормандия SR-2» была полна странных контрастов. Просторнее своей предшественницы, она казалась более роскошной и менее военизированной, даже для смешанного турианско-человеческого дизайна. Ее линии были более уверенными и менее сдержанными. «Цербер» не пожалел средств, чтобы громогласно заявить, насколько искусны люди. Большая часть командной палубы перед БИЦ была занята огромной голограммой корабельных систем. Строки текста и разбросанные красные метки усеивали дисплей, демонстрируя патологоанатомический анализ последствий недавних испытаний, выпавших на долю корабля. И всего три из восьми постов боевого управления вдоль центрального мостика были заняты операторами. Пока Лиара шла, легко ступая по палубе, она наблюдала на стенах следы, вероятно, оставшиеся от оружейных выстрелов. Она прошла мимо сломанного голодисплея, излучатель которого был расколот посередине. Далее еще один был временно подключен к свисающим с потолка оголенным кабелям. И везде, в затемненных углах, стояли снятые секции настенных панелей, обнажавшие корабельные внутренности. Во время покоя на SR-1 никогда не было шумно, но тишина была оживленной. Тесные коридоры наполнялись шорохом одежды и щелчками пальцев по консолям. На SR-2 царила нервное безмолвие. Сдержанное. Может, из-за местного времени? Лиара пока ничего не выяснила о специфике текущих рабочих смен. На SR-1 ее адаптация к регламентированным суткам заняло какое-то время, ведь много лет она работала в любые удобные ей часы. Насколько она знала, сейчас была середина ночи. Но в этом словно бы скрывалось нечто большее. Лиара прошла к кабине лифта и выбрала номер четвертой палубы, на которой еще не успела побывать. Как и на первой, в каюте капитана. Шепард довольно внезапно оставила ее предоставленной самой себе, едва они двинулись в путь. Тысячи вопросов теснились в голове Лиары. Однако она не находила ничего дурного в том, чтобы исследовать все самой. Едва створы скользнули в стороны, тишина командной палубы сменилась низким гулом приводных систем. Какие бы повреждения не пережила «Нормандия», ее основной двигатель был полон сил и нес их сквозь космос к Хагалазу. Хагалазу. При одной мысли о котором ее дыхание учащалось. После столь долгой погони за тенями у нее наконец-то появилось имя. Цель. Одна из дверей застряла на полозьях, когда Лиара дотронулась до голограммы замка, но вторая с лязгом открылась. Значительная часть отсека с левой стороны была занята десантным шаттлом. Его двери были распахнуты, а палуба — усеяна деталями, в том числе большими секциями панелей, снятых с переборок. Перед шаттлом, спиной к Лиаре, стоял человек. На мгновение она подумала, что это Шепард, но быстро осознала, что цвет волос был иным. Лиара приблизилась, в этот раз не стараясь приглушить свои шаги. Женщина заметила ее и неожиданно поприветствовала широкой улыбкой: — Эй, Кеннет, у нас гость, — она пихнула торчащие позади себя ноги. Лиара сообразила, что там лежал еще один человек, наполовину скрытый за переборкой. — Мисс Т’Сони, верно? Я Габриэлла Дэниелс. А это Кеннет Доннелли, — она указала на мужчину, который с кряхтениями и ворчаниями выползал наружу. Кеннет поднялся на ноги. Над его губами виднелись небольшие клочки волос, которые так нравились человеческим мужчинам. После стольких лет, проведенных на Иллиуме, снова увидеть усы было немного шокирующим. Кеннет хотел было протянуть руку, чтобы поздороваться с ней, но остановился, заметив черные разводы на ладони. — Простите, мэм, не думаю, что вы хотите замараться, — и взамен он весело отсалютовал. — Все в порядке, — ответила Лиара. — Я просто осматривалась. Я... — Лиара! Азари повернулась и увидела знакомый силуэт с другой стороны шаттла. По крайней мере, она надеялась, что не обозналась — из-за дымчатой лиловой маски сложно было быть уверенной. — Тали’Зора? Тали кивнула и подошла к ней, протянув руки. — Лиара, я так рада тебя видеть! Лиара сжала протянутые руки в знаке приветствия, отметив изменения в дизайне костюма и узоры капюшона молодой кварианки. — И я тебя! Шепард загрузила тебя работой? Тали пожала плечами, явно пребывая в хорошем настроении: — Да уж, конца края ей не видно. Битва с Коллекционерами сильно потрепала «Нормандию». Ты бы видела это, Лиара! Аккреционный диск черной дыры, окруженный со всех сторон обломками. Она существует уже многие века, а, может, даже дольше! Только представь, что за технологии просто брошены там на произвол! — О нет, больше туда ни за какие коврижки! — воскликнул Кеннет. — Один только сдвиг едва не снес двигатели. — Думаю, мне теперь милее рассматривать черные дыры в научных журналах, — согласилась Габриэлла. — А не лично. — Всегда найдется кто-то, готовый рискнуть всем ради такой наживы, — возразила Тали. Кеннет усмехнулся: — О да, всего-то и остается найти Жнеца с опознавательным кодом, чтобы пройти через ретранслятор! В смехе Габриэллы послышались нервные нотки. — Что ж, мисс Т’Сони, нам нужно починить «Кадьяк» до прибытия в систему Совило. Бедняжке сломали нос, — она похлопала по боковине шаттла. Лиара улыбнулась: — Не будем отвлекать вас от работы. — И снова в окопы, — потер руки Кеннет. Габриэлла протянула ему несколько мотков изолированного кабеля, по очереди объясняя назначение каждого; тот раздраженно заворчал в ответ на ее пояснения, но без явной враждебности. — Ты правда нашла его? — шепотом спросила Тали, повернувшись к Лиаре. — Посредника? — Наконец-то... смею надеяться, что да, — произнося эти слова, она старалась не терзать себя мыслью, как долго продолжались ее поиски, а все это время Ферон был пленником Серого посредника. Слишком долго. — Мы точно все закончим, когда прибудем в Совило. Несмотря на то, как ужасно это выглядит сейчас. — У вас нехватка экипажа? Тали ответила кивком, бросив взгляд на странную парочку инженеров, продолжающих пререкаться из-за деталей. — Шепард в самых недвусмысленных выражениях сказала Призраку, что больше на него не работает. Не... все были солидарны с ее решением. Шепард позволила им уйти. — А ты? — Я Тали’Зора вас Нормандия. До тех пор, пока я здесь нужна. Хотя... — В чем дело? Тали тяжело вздохнула, покачав головой под узорчатым капюшоном. — Политика. Иногда мне так хочется вновь стать самым обычным инженером, помогать ремонтировать корабли Флота и разрабатывать новые модели и комплектации. Но... столько всего произошло. Мой народ должен принимать сложнейшие решения, а они продолжают спорить. Я столько всего узнала и увидела, став вас Нормандия. Нравится мне это или нет, а Адмиралам это точно не понравится, но мои люди должны меня услышать. — Значит, ты тоже скоро уйдешь. — Да. Я не знаю, когда, но я не могу затягивать. Не когда к нам приближаются Жнецы. — Вы узнали о них что-то новое? — Мы нашли данные на базе Коллекционеров. Их хозяева выходят из темного космоса. Дешифровка займет время, но совершенно ясно, что их прибытие близко. — Когда? — Гораздо раньше, чем кто-либо из нас окажется готов. Я не думаю, что это вопрос даже нескольких лет. — Богиня, — выдохнула Лиара. — Одна спайка за раз, верно? — Тали нерешительно положила ладонь на плечо Лиары. — Так ты сможешь что-то исправить. Лиара с улыбкой кивнула, молча сдержав всколыхнувшиеся сомнения. Она ушла, оставив инженеров со своей работой. Отсек был аккуратно убран, но по углам таились свидетельства пережитых неприятностей. Поверх груды ящиков с припасами на обшивке корпуса виднелся крупный кусок оголенного металла, запечатавший весьма серьезный разрыв. Где-то впереди от угловатых поверхностей сложенных ящиков эхом отдавались голоса. Лиара остановилась, затем пошла вперед, прислушиваясь. Один из них звучал знакомо. Шепард. Помимо воли Лиара неслышным шагом подошла еще ближе, пока не смогла разобрать слова. — Она погибла отважно, — послышался холодный голос. Хотя переводчик и включился, Лиара узнала некоторые слова и без его помощи. Говорила азари. — Я знаю. Но не этого она... — Шепард ненадолго замолчала, прежде чем продолжить. — Она была сильной, без сомнения. Честно говоря, она бы справилась с целой дивизией, встань та у нее на пути. Но я не думаю, что она была согласна отдать за это жизнь. Если ты понимаешь, о чем я. Я знаю, на что я подписывалась, когда вступила в войска Альянса, и я знаю, каков будет риск, когда надеваю бронекостюм и выхожу через шлюз. Я делаю выбор свободно, понимая, что он может привести к моей смерти. — Ты уверена, что она была лишена права выбора. Лиара услышала легкий шорох одежды. Ее пронзило осознание, что второй голос, вероятнее всего, звучал из уст юстицара Самары. Значит, множащиеся на Иллиуме слухи не врали. Юстицар действительно присягнула в верности, хотя и временной, но человеку. — Да. Она сражалась ради выживания, а не ради нас. — То что сделали с Джек, насколько мне известно, произошло задолго до того, как ты узнала ее, — возразила матриарх. — Но это я вернула «Цербер» в ее жизнь. Людей, которые пытали ее с самого детства. — Если бы она отказалась сражаться, ты бы заставила ее? — Нет. Но принуждение не всегда сводится к обычным «да» или «нет», — вздохнула Шепард. — Я не могу избавиться от чувства... что я должна была сделать что-то еще. — Не забывай, что, став свободной, она избрала путь преступницы и убийцы. Она стала тем человеком, которого, при любых иных обстоятельствах, ты бы могла придать правосудию. Наступило долгое молчание. — Она никогда не знала ничего другого. У нее никогда не было шанса даже увидеть, что такое нормальная жизнь. — Ты представляешь, что я также думала о Моринт? По спине Лиары пробежал холодок. Значит, это правда, что юстицар преследовала ардат-якши? Стены Омеги были не столь прочны, как стены Цитадели, но все же оказалось гораздо сложнее обычного выяснить, что же на самом деле произошло на станции, когда Шепард и Самара вышли охотиться за хищником. Древняя азари имела богатый опыт сокрытия следов своего присутствия и использовала его, когда ей это было нужно. — Я не знаю, — неопределенно ответила Шепард. Тон юстицара был полон снисходительности. — Не думай, что меня следует усыплять вежливостью, Шепард. У тебя всегда есть свое мнение. — В этом прослеживается параллель, разве нет? Ребенок, который получает слишком много силы, прежде чем постигает мудрость владения ею. — Именно. Но они не первые, и то, что в конечном счете определяет их всех — нежелание ее искать. Они всецело не виновны... но и определенно не невинны, — последовала еще одна минута молчания, и Самара снова заговорила. — Твое сострадание к заблудшей душе делает тебе честь. Не так ли, Т’Сони? У Лиары резко перехватило дыхание; грудь тисками сдавило от смущения. Она вышла из-за ящиков с минералами. Самара стояла рядом с Шепард, которая удивленно вскинула глаза. — Прошу прощения, я не хотела вам мешать, — Лиара сплела пальцы рук. — Я просто осматривалась, и... Юстицар Самара свысока смерила ее холодным взглядом, вздернув подбородок. Для любой азари ее поза свидетельствовала о недоверии к словам Лиары. Это была своего рода игра среди матриархов — быть услышанными как можно меньшим количеством слов, и Лиара не раз видела, как ее мать участвовала в них. В которых мысли выражались наклоном головы, жестом или позой. С другой стороны, после стольких лет, какой смысл сотрясать воздух ненужными словами? Сложно было даже представить, каково это — смотреть на мир сквозь призму столетий. Лиара встретила пристальный взгляд юстицара, держа подбородок почтительно опущенным, но не сводя с нее твердого взора. Просто небольшой вызов. Я знаю, что ты знаешь, что я подслушивала, но мне плевать. На одно короткое мгновение улыбка тронула уголок губ юстицара. Лиара не могла с точностью сказать, была ли это улыбка понимающего родителя или преследующего хищника, но она исчезла в мгновение ока, и Самара отвела глаза, ничего не сказав. — Если хочешь, я могу оставить вас, Шепард, — предложила Лиара. — Все в порядке, — отстраненно ответила та. Казалось, она не обратила ни малейшего внимания на взгляды, которыми обменялись азари. Неудивительно. Перед ними лежала длинная черная капсула из отражающего металла. Вмятины на ее поверхности были следствием тех же жестоких испытаний, которым подвергся весь остальной отсек. Небольшая энергоустановка и ряд индикаторов по бокам определяли ее мрачное предназначение. Видимо, это было место упокоения той, о которой говорили Шепард и Самара. Женщины–биотика по имени Джек. — Это сделали Коллекционеры? — тихо спросила Лиара. Шепард кивнула. — Они настигли нас и взяли корабль на абордаж, — тяжело произнесла она, — пока я... была на миссии с частью команды. Их было слишком много, а нас — слишком мало, чтобы дать отпор. — Мне жаль. — Проблема в том, что я понятия не имею, чего же она хотела. Самара едва заметно повела плечами. — Сейчас она вне мирских забот. То что будет сделано сейчас, будет сделано ради покоя живых. Шепард вздохнула: — Я все равно не знаю, что мне делать. Я привыкла заботиться о телах военнослужащих после смерти, но в их случае все определено задолго до конца. — Я увезу Моринт в Храм Амал’Нетрак. Лиара удивленно моргнула. Она годами не слышала его упоминания. — Могу я... узнать, что это за место? — спросила Шепард. — Немногие люди знают, — Лиара покачала головой. — Он даже не слишком известен среди азари. У местных сестер... есть особый обряд погребения. Храм находится на теневой стороне планеты, которая вращается довольно близко к звезде Нетран. Избранная капсула запускается по точно определенным координатам орбиты. В течение четырехсот дней сестры поют арии для усопшей, пока капсула не сходит с орбиты. Тело кремируется солнцем, а энергия усопшей становится частью ядерного очага. Это малоизвестная практика, предназначенная для... — она бросила взгляд на юстицара, — заблудших душ. — Я могу забрать и Джек, если ты позволишь, — предложила Самара. — Ее будут чтить, оплакивать и в конце все преступления будут ей прощены. — Что ж, Джек бы, наверное, посмеялась от души, но кремация звездой? Она бы могла одобрить. Звучит как нечто соответствующее ее вспыльчивой сущности. Они... примут ее? — Ни одна азари не откажет в просьбе юстицара. — Спасибо, Самара. Для меня это будет честью. Матриарх склонила голову: — Можешь заняться своими делами. Я провожу Джек до места ее упокоения. Лицо Шепард потемнело, и она кивнула двум азари: — Прошу меня извинить, — капитан повернулась и пошла прочь по направлению к дверям грузового отсека. — Одной ношей меньше, — прошептала Самара. Она поменяла положение тела, сложила руки на груди и впилась в Лиару взглядом бледных глаз. Оценивающая поза охотника. — Серый посредник. Амбициозная цель. — Посредник совершил ошибку, забрав моего друга, —Лиара выпрямилась. — Я намерена сделать так, чтобы эта ошибка стала для него последней. — Немногие бы отважились выступить против такого, как он. — Было время, когда я даже не подумала бы выступить против такого, как он, — ее беспокойство вылилось в тихий смех. — Но полагаю, я попала под влияние... бесстрашных людей. — Не забывай уроки Стража Многих. — Третье писание, седьмой стих. «Блаженны те, кто знает величие горы», — процитировала Лиара. — «Блаженны, и поныне вдыхающие жизнь». — Бенезия живет в тебе. — Вы знали ее? — Когда она встала за дело Сарена, ее имя было разнесено среди тех, кто чтит Кодекс. Но она заплатила за свои преступления, а ее наследие стало твоим. Я буду с интересом наблюдать за твоими успехами, дева. С этими словами матриарх отвернулась и ушла, оставив ее. Лиара же почувствовала, как холод сковал грудь. Простые слова, произнесенные кем-либо другим как напутствие, в устах юстициара приобретали иной смысл. Это было не то внимание, которого Лиара особенно жаждала. Не с тех пор, как отказалась от более безобидной археологической работы. Иллиум предоставлял множество привилегий, но если юстицар решит судить ее методы... Шепард снова куда-то пропала. Лиара вернулась к лифту и поднялась на третью палубу. Следовало бы найти отведенное ей спальное место и попытаться поспать, но она не была уверена, что сможет сомкнуть глаза. Где-то на корабле притаился тот гет с частью брони Шепард. В каком же отсеке он скрывался? И бывший экипаж «Цербера». Секреты сочились из каждой поры этого корабля, шепча ей. Погруженная в свои мысли, она не заметила, что кто-то в темно-синем бронекостюме сидит за столом в столовой, пока не подошла почти вплотную. По гребню над высоким воротником она узнала турианца. — О, Гаррус. Он повернулся той стороной головы, которая была стянута защитной повязкой, не до конца скрывающей сеть узловатых шрамов. Лиара отвлекла его от развертывания батончика из неопределенной зерновой смеси. На упаковке виднелся знак «декстро». — Лиара, — поприветствовал он ее. — Осматриваешься? — Да. Красивый корабль, — она обошла стол и села напротив. — Но мне кажется, любой корабль, носящий имя «Нормандия», не будет им без Джокера у штурвала? Гаррус посмеялся. В голове пронеслась мимолетная мысль спросить его о затаившемся в ядре ИИ. Лиара сдержала порыв. Она не знала, как взаимодействовать с синтетиком, а он, без сомнения, наблюдал сейчас за ними. Полноценный искусственный интеллект во главе корабля. Еще один безумный ход «Цербера». Она напомнила себе, что технология стоила своих рисков, иначе Шепард не стала бы с ней мириться. — Что случилось с тобой, Гаррус? — спросила Лиара, указывая на лицо. — Тоже Коллекционеры? — Это долгая история, — уклонился тот от ответа. Лиара опустила голову, украдкой осматривая столовую. — Похоже, палубы хранят много таких историй. — Ты даже не представляешь... — Гаррус замолчал, сминая пальцами упаковку. — Это была война. Война и близко не так величава, как нам рассказывают истории. — Величие приходит позже, когда история выходит из-под пера автора, — ответила Лиара. — Но лишь когда ее автор почил давным-давно. Гаррус кивнул в знак согласия и откусил кончик батончика: — Поэтому ты стала торговцем? — спросил он в конце концов. — Из-за историй? — Полагаю, в этом что-то есть, раз уж ты спросил. Когда-то я выкапывала истории протеан, теперь я ищу истории живых. И в том, и в другом есть сила. — Я прощу прощения, что не рассказал тебе всей правды о том, откуда у нас та информация. — Жизнь Ферона для меня в разы важнее, чем церберовские маленькие игры. — Знаю, я просто подумал... — Гаррус легонько постучал пальцем по столу. — В общем... — он откусил еще кусочек батончика и прожевал, позволяя молчанию затянуться. — Гаррус, — тихо произнесла Лиара. — Я сделала что-то, из-за чего потеряла твое доверие? — Нет! — выпалил он. — Не в этом дело. Я тебе доверяю. — Тогда что же ты настолько плохо пытаешься от меня скрыть? Гаррус откинулся на спинку стула. — Я пытаюсь помочь Шепард, но я не уверен, что все идет как надо. Я не очень в этом хорош. — Что ты хочешь сказать? Турианец отвел взгляд. — Гаррус? — Прости. В последнее время трудно понять, можем ли мы кому-то доверять. Лиара проследила за его взглядом, к переборке, что изгибалась к двери. На старой «Нормандии» за этой дверью располагалась каюта Шепард, но сейчас она находилась двумя палубами выше. Кто-то другой, кто-то важный сейчас жил там. — Несмотря на то что информация поступила от «Цербера», — наконец сказал Гаррус, — я думал, что это, возможно, наш шанс сделать что-то хорошее вместе. Старой командой. Которой Шепард доверяет. Но вместо этого она лишь... — Сорвалась на мне? — Лиара пододвинула стул поближе к столу и наклонилась вперед. — Гаррус, что произошло? — Ты дашь мне слово, что не используешь эти сведения для продажи? — Да как ты подумал... — негодование вспыхнуло гневом в груди, но спокойный взгляд турианца заставил ее успокоиться. В этот момент молодой своенравный офицер СБЦ выглядел гораздо старше прошедших двух лет с их последней встречи. — Даю тебе слово, — тихо сказала Лиара. Гаррус встал со стула. — Пойдем туда, где мы сможем поговорить, — он ткнул пальцем в сторону маленькой кухни. — Но возьми с собой что-нибудь выпить. Эта история гораздо длиннее той, что связана с моим лицом.