Black As Is The Raven, He Will Get A Partner

******* Нил изо всех сил старался не заснуть, пока Накамура просматривал статистику Лис. До игры с Пальметто оставалось меньше двух недель, и Вороны тратили больше времени на подготовку к этой команде, чем к домашней игре с Университетом Кавалеров в пятницу. Ни у кого не было сомнений в том, что Тетсуи и Рико намеревались, чтобы Вороны разгромили Дэя и его новую команду. Пока что Нил видел только две проблемы — Мэтта Бойда, их лучшего защитника (что было относительно, по сравнению с Жаном и остальной стартовой защитой Воронов), и Эндрю Миньярда всякий раз, когда этому психованному ублюдку не было наплевать. Была причина, по которой Кевин Дэй сделал всё возможное, чтобы завербовать вратаря в Вороны пару лет назад, почему он считал, что Миньярд достоин того, чтобы его рассматривали в качестве кандидата в Свиту. В защите ублюдка бывали моменты, когда Нил не мог поверить в то, каким талантом обладает Миньярд, как он мог блокировать все удары по воротам, даже не стараясь… но таких моментов было мало. Как можно быть настолько хорошим и не заботиться об игре в экси? Не отдавать всего себя в каждой игре? Нил не понимал этого, не мог постичь концепцию возможности выходить на корт, когда захочешь, и не заставлять себя быть лучше, совершенствовать жестокую и захватывающую игру, которой был экси. Даже находясь в ловушке в Эверморе и будучи собственностью Морияма, существуя всего на пару часов сна по ночам и один небольшой приём пищи в день благодаря Рико, блядь, Морияма, он жил теми моментами, когда играл, когда у него была клюшка в руке и он гонялся за мячом на корте. Эндрю Миньярду, возможно, было наплевать, но Нилу не было наплевать, и Нил собирался сделать всё возможное, чтобы победить ублюдка на собственном корте штата Пальметто, на этом нелепом стадионе оранжево-белых. То, что Рико уже поставил ему ультиматум, было лишь частью этого, но он должен был поблагодарить ухмыляющегося ублюдка, который помог ему оказаться в этом аду, который оскорбил Жана и втянул его партнёра в неприятности (они оба в беде) с Тетсуи. Делать что-то настолько глупое, как звонить, как будто у него было какое-то чёртово право разговаривать с Жаном. Который затем шантажом заставил Нила говорить с ним по какой-то своей чёртовой причине. Нужно было подумать, как поступить, если Миньярд хоть раз решит всерьёз заняться охраной ворот — а Нил готов был поспорить, что он так и сделает, просто чтобы позлить Рико. Нил потёр лицо, глаза болели от недосыпания, мысли путались, а желудок сжимался, так как он не ел после ужина накануне вечером. На мгновение комната перед ним зашаталась, голос Накамуры то затихал, то пропадал, а потом левая рука Жана сжалась на его правом плече, пока он не сделал глубокий вдох и снова не сосредоточился. Накамура продолжал ещё несколько минут, в течение которых Нил старался не уснуть, переводя его слова на французский и японский языки, которые он знал, а затем команда ещё двадцать минут смотрела записи игр Лисов (опять же, он мысленно переводил всё, что видел), прежде чем им наконец разрешили выйти на площадку для дневной тренировки. Когда Нил встал, голова снова закружилась, но он стиснул зубы и продолжил движение, устремив взгляд на дверь, ведущую на корт. У него был богатый опыт того, как устоять на ногах при нехватке еды и сна. Правда, обычно это происходило потому, что они с матерью не решались остановиться, потому что за ними гнались люди, или потому что у них не хватало денег или других ресурсов, а не потому, что Рико решил наказать их с Жаном таким образом, так как прямое физическое насилие было невозможным. Тем не менее, Нил и Жан теряли вес от недостатка пищи и с трудом держались на ногах, выходя на корт. У них не было другого выхода, кроме как играть, стараться изо всех сил и участвовать во всех тренировках и занятиях, но с каждым разом Нилу становилось всё труднее вставать. Определить, в какую сторону подниматься, вспомнить, к какому мячу он стремился во время схватки (Андерс, верно?). Во время всего этого единственное, на что он мог рассчитывать, — это Жан, что Жан не собьёт его с ног, не поставит подножку, заблокирует нападающего на него ублюдка и отправит ему мяч для очередного гола. Точно так же Нил отпихивал тех, кто пытался сбить Жана с ног, ставил им подножки и улыбался, когда зацеплял их ракетки вместе, чтобы врезать их в стену и позволить моменту увлечь его, всадить локоть прямо в позвоночник и… Почему они кричали? Это… это был крик, и это был японский, и он узнал слова, но они не имели никакого смысла, а потом кто-то схватился за него, кто-то пытался оттащить его от тела, скорчившегося на полу, но его не трогали, он не любил, когда его трогали, поэтому он врезал ракеткой им в живот, прежде чем развернуться вокруг себя, замахнулся, чтобы не дать им уйти, причинить боль, свалить их и… — Нил. Neil! Ce n'est pas le moment d'être le diable. Le jeu est terminé. О. Это был Жан. Нил моргнул пару раз, голова снова закружилась, а разум ещё больше затуманился, когда он опустил ракетку, чтобы прислониться к ней, в то время как его ноги грозили подкоситься. — Avons-nous gagné? — Oui. — Жан снял шлем, шагнув вперед. По какой-то причине остальная часть команды, участвовавшей в схватке, осталась далеко позади, за исключением Фёдорова, который сгорбился у стены, и Луазо в паре футов от него и еле дышал. — Tu as fini de battre tout le monde? — А? — Нил нахмурился на это замечание и снова посмотрел на двух старших игроков, затем слегка пожал плечами и пнул Фёдорова под рёбра. — De quoi tu parles, j'ai joué à Ecie. Жан слегка покачивался на ногах, глядя вверх (на потолочные светильники), словно умоляя небеса. — Vous êtes vraiment une malédiction envoyée… — Джостен. Моро. Они оба напряглись при звуке глубокого, монотонного голоса Тетсуи, оба приготовились к тому, что, скорее всего, это будет какое-то новое наказание, тем более что Рико с мрачным лицом шёл позади дяди. Вороны на площадке расступились перед своим хозяином, пара Толлис и Баутиста ухмылялись, словно желая узнать последнюю судьбу Нила и Жана, а Иванова и МакФерсон сочувственно морщились. Нил выпрямился, чтобы встать рядом с Жаном, чтобы они представляли единый строй (и чтобы оказаться подальше от стонущего Фёдорова), и успел отвесить шаткий поклон Тетсуи, когда тот остановился в нескольких футах от него. Тетсуи оглядел лежащего Фёдорова и Луазо, который поспешил встать и вытереть лицо, затем с бесстрастным выражением лица посмотрел на Нила и Жана. — Джостен, почему ты применил чрезмерную силу к Фёдорову, а затем к Луазо? — Я… — Нил нахмурился, обдумывая вопрос, и боролся за то, чтобы оставаться на месте, так как головокружение вернулось. — Я… это было чрезмерно? Сэр? — поспешно добавил он, пока его сбитый с толку мозг пытался наверстать упущенное. Фёдоров встал у него на пути, а Луазо пытался дотронуться до него, так что он сделал то, чему его учили — не так ли? Тетсуи смотрел на него ещё несколько секунд, прежде чем поднять левую руку, ту, что была ближе всего к Рико. — 彼らの罰は終わった。 — сказал он своему племяннику по-японски. — でも… — もう十分です。 — В голосе Тетсуи прозвучал редкий намёк на осуждение, которого хватило, чтобы Рико сжал губы в тонкую линию. — あなたのせいで金曜日の試合を危険にさらすことはできない、彼らはもう十分罰を受けた。 — По крайней мере, Нил предполагал, что было сказано именно это, он всё ещё работал над некоторыми временами, и хотя после нескольких месяцев пребывания в Гнезде он уже далеко перешагнул тот уровень, который изучал его класс для начинающих, он, вероятно, был в лучшем случае на среднем уровне. Рико выглядел так, будто готов был ударить, но он мало что мог сделать теперь, когда его дядя занял своё место. Вместо этого он с усмешкой посмотрел на Нила и Жана. — Убирайтесь с корта. Идите и играйте со своими маленькими новичками до конца тренировки, и никаких дополнительных занятий сегодня. Завтра я жду от вас лучшей игры. — Ему не нужно было ничего уточнять. Жан слегка поклонился, и Нил тоже, в кои-то веки без всякого напоминания. — はい、船長。 — сказали они оба одновременно и ушли, пока Рико кричал на Луазо, чтобы тот убрал беспорядок, который он устроил на драгоценном корте. Как только они оказались на внутренней зоне, Марли была там с бутылками воды для них и Мэг с энергетическими батончиками, которые она пыталась пронести им в течение последних нескольких дней, но они отказывались их принять, чтобы не навлечь на неё неприятности. — Теперь вы можете их съесть, да? — спросила она, её голубые глаза блестели от слёз, как всегда, когда она пыталась заставить их есть. — Да, mon lapin, мы можем, — сказал ей Жан, принимая батончики, а Нил взял воду у Марли. Они сели на скамейку и стали есть, сначала маленькими кусочками и глотками, чтобы их не тошнило. В кои-то веки Нил даже не возражал, что батончики были со вкусом шоколада (ну, со вкусом шоколадного заменителя), и поблагодарил Мэг усталой улыбкой, прислонившись к Жану. — Теперь можно и поспать, да? — спросила Марли, оглядывая их с ног до головы. — Потому что вы оба выглядите как дерьмо. По-моему, Жан даже не причёсывался эти два дня, что неслыханно. — Она, конечно, была права — густые чёрные волосы Жана в последнее время сильно поредели, но он, по крайней мере, позаботился о том, чтобы они, как всегда, прикрывали слабые шрамы на лбу. Жан скомкал обёртку в руке и бросил ей в лицо. — Иди к чёрту вместе с этим дьяволом, прямо сейчас. — О, ты же знаешь, что будешь скучать по нам, ты, хрустящий багет! — Марли поцеловала его и рассмеялась, когда Жан выхватил у Нила обёртку и тоже бросил ей. — Если серьёзно, — сказала она, когда Мэг собрала мусор, — мы пропустим сегодня ночную тренировку, чтобы вы двое могли немного поспать. — Ну, мы будем здесь, но да, просто поспите сегодня, — сказала им Мэг. — Я так устала, просто глядя на вас. Нил почти возразил… но на самом деле он знал, что у него и так будет достаточно проблем с вечерней тренировкой после десяти часов сна примерно за неделю. Тем не менее, у них оставалась пара дней до встречи с Кавалерами, а затем они должны были посвятить все силы подготовке к встрече с Лисами. — Вместо того, чтобы работать над упражнениями или чем-то ещё, я хочу, чтобы ты посмотрела все видео, которые сможешь найти, где Миньярд стоит в воротах, — сказал он Марли. — Мы должны быть готовы к нему 13-го числа. Она сделала паузу в потягивании воды, чтобы подумать об этом. — Только он, не Рене Уокер? — Уокер хороша, но Иванова и Андерс лучше. Нет, хотя он и засранец, у Миньярда есть рефлексы и инстинкты, которые сделают его угрозой в воротах. — Нил застонал, потирая напряжённые мышцы шеи, желая только одного — просто лечь и уснуть прямо сейчас. — Я уверен, что Дэй расскажет Лисам всё, что сможет, о том, как играют Рико и Вороны, им нужно какое-то преимущество против нас. Но ты новичок в линии, а у меня до этого года был только один сезон, и мы оба быстрые. — Он одарил её усталой ухмылкой, которая усилилась, когда она улыбнулась в ответ. — Дэй не очень хорошо нас знает. — Нет, не знает, и я не позволю этой чахлой обезьяне и этому гнилому предателю победить нас, — прорычала Марли. Она посмотрела на Мэг. — А ты? Мэг дёрнула за прядь своих бледно-каштановых волос, выбившуюся из свободного хвоста, в который были убраны остальные волосы, и вздохнула. — Мне очень нравятся Рене и Дэн, но я знаю, что они сделают всё возможное, чтобы победить нас, поэтому я тоже не могу сдерживаться. Я в деле. Может быть, есть какие-то трюки для полузащитника, над которыми мы можем поработать, чтобы запутать их? — Хм, раз уж ты об этом заговорила, Макс научил меня некоторым хоккейным штучкам, которые, как мне кажется, могут сработать. Нил странно посмотрел на Марли за это. — Только мы не на льду и не используем шайбу. — Нет, просто некоторые приемы блокировки плечами и бёдрами, ты, коварный дьявол. Может быть, даже парочка бросков низом. — Она закатила глаза, а Жан улыбнулся. — Мы попробуем, по крайней мере, это должно сбить людей с толку, да? Нил обменялся взглядом с Жаном, который пожал плечами. — Да, стоит попробовать. Единственное, в чём ты лучше Рико, так это в продолжительности игры, так что в четвёртой четверти вы с Марли будете вместе. Да, благодаря тому, что большую часть дня Нил проводил на корте, да ещё и с наказанием за последнюю неделю, к тому моменту он уже мог играть почти всю игру. Как замечательно. — Хорошо, тогда вы двое можете повеселиться сегодня вечером, выясняя отношения, — сказал он девушкам. — А теперь время для тренировок, — напомнил им Жан, вставая. Лёгкий стон вырвался с его губ, и его высокая фигура на мгновение наклонилась вперёд, прежде чем Нил протянул руку, чтобы его партнёр поймал её. Они ещё раз слегка улыбнулись, на этот раз в знак благодарности, после чего закончили тренировку, работая с Марли и Мэг. Как только они вымылись и переоделись в чистую одежду (внимание Нила всё это время было приковано к Рико, он ждал, когда этот психованный ублюдок набросится на него или Жана, но, похоже, бедняга Росс всё ещё был мальчиком для битья), Жан повёл Нила в ближайшую комнату отдыха, где Жан выпил чашечку дорогого кофе, а Нил — чая, чтобы помочь им не заснуть, пока они занимались перед ужином — полноценным обедом, который опять же ели не спеша, пока Мэг болтала о своих занятиях (и передавала Нилу свое яблоко), а Марли рассказывала об играх, которые она уже нашла с Миньярдом (Нил приставал к ней за её пропуск домашнего задания, но пока что её оценки в этом семестре были в порядке. Это было хорошо, потому что он рассчитывал, что она поможет ему сдать английский). Вечерняя тренировка прошла намного лучше, теперь, когда Нил немного поел, хотя Тетсуи не заставлял Нила и Жана участвовать в игре. Благодарные за перерыв, они ещё немного поработали с Мэг, пока Марли не закончила заниматься со старшеклассниками, а потом Жан развлекался тем, что издевался над ними троими, пытаясь придумать, как Нилу и Марли помешать защите Миньярда. Это было досадно и утомительно, и Нил несколько раз чуть не ударил своего партнёра ракеткой по голове… но в конце концов у них с Марли появились идеи. Когда тренировка закончилась, Тетсуи помахал им четверым рукой. — Что вы делаете? — Как всегда, выражение его лица ничего не выдавало, как и его голос с акцентом — он мог быть полностью отвратителен к ним в данный момент и готов выгнать их из команды, или просто любопытен. Или и то, и другое. Нил подождал, пока Жан кивнет ему, чтобы заговорить. — Сэр, мы с Патель надеемся придумать пару новых манёвров против защиты Лисов. Тетсуи, казалось, обдумывал объяснение пару секунд. — И почему же? Два наименее опытных игрока в команде, и вы думаете, что вам удастся совершить такое? — Это потому, что мы новички, сэр, — возразил Нил. — Дэй едва знает меня, — он не мог упомянуть о своем прошлом в качестве защитника в присутствии девушек, — и он никогда не играл против Патель. Кроме того, он будет считать Рико главной угрозой, а не нас. — Сэр, — заговорил Жан, почтительно склонив голову перед Тетсуи. — Разве не говорится, что фехтовальщик должен бояться не эксперта, а новичка, когда дело доходит до боя на мечах? Прямо сейчас мы выпускаем двух новичков на Кевина и Миньярда — я не могу говорить за дворнягу, но вы знаете, какой Кевин. — Ммм… — Тетсуи пару секунд рассматривал Нила и Марли, прежде чем кивнуть Жану. — Ты прав. После сегодняшнего вечера вы будете практиковать такие вещи в свободное время. К следующей пятнице они будут доведены до совершенства. — Он ещё раз кивнул, прежде чем уйти. Четверо молчали около полуминуты, прежде чем Марли издала дрожащий смешок. — Точно, никакого давления. — И всё же она улыбнулась Нилу и слегка помахала кулаком в воздухе. — Я буду играть против Лис! Пока Мэг хлопала в ладоши, Жан ущипнул себя за переносицу. — Я бы молился, чтобы всё это было одной сплошной галлюцинацией, но мне не везло с тех пор, как этот британский дьявол влез в мою жизнь. Тем временем Нил только что стянул чёрную бандану, скрывающую его волосы. — Могу я теперь пойти спать? Пожалуйста? — Всё, чего он хотел, это поспать часов десять — с Рико, Тетсуи и надвигающейся гибелью он разберётся утром. Мэг вздохнула, прежде чем махнуть в сторону него и Жана. — О Боже! Конечно! Идите, вы оба! Идите! — Отлично, мы получили ваше одобрение, — сказал Нил, повернулся на месте, немного неуверенно держась на ногах, и направился в раздевалку, Мэг уговаривала его немного отдохнуть, а Марли забрала ракетки у него и Жана, чтобы у них было меньше забот на эту ночь. Когда они пришли туда, Рико не было ни в раздевалке, ни в душевой, как и половины мужской части команды, но они вдвоем не стали тратить время на то, чтобы помыться или поспешили в свою комнату. Меньше всего Нилу хотелось, чтобы его тащили в Восточную башню разбираться с Ичиро или людьми его отца, или ещё с чем-нибудь из того дерьма, которое Вороны время от времени бросали друг другу в лицо. Что, конечно, Фёдоров и попытался сделать в коридоре, как только они вышли из раздевалки. Высокий ублюдок прислонился к двери, что заставило Нила вздрогнуть, как только он увидел защитника. — Что? — огрызнулся Нил, его кожа покрылась мурашками от одного только присутствия этого садистского ублюдка. Его левый глаз был чёрно-синим от удара Нила в стену ранее в тот же день, Фёдоров оскалился, придвинувшись ближе. — Я хотел… — Всё, что он собирался сказать, было прекращено, так как Жан ткнул правой рукой в уродливое лицо ублюдка. — А я хочу, чтобы ты ушёл. — Голос Жана был чистым льдом, когда он использовал мышцы, наработанные годами игры в экси, блокирования попыток людей попасть в ворота, чтобы толкнуть Фёдорова с такой силой, что старшекурсник вскрикнул от боли и попятился назад. — Ты мудак! — прорычал Фёдоров, пытаясь сделать шаг вперед, но Жан прижался к спине Нила и вытянул руку, чтобы удержать ублюдка на расстоянии. — Что ты… — Уходи, — повторил Жан. — Рико здесь нет, а это значит, что у тебя нет власти, да у тебя никогда и не было её. У тебя есть только те объедки, которые он дает, — усмехнулся он. — А теперь отвали, fils de pute. Нил никогда не видел, чтобы Фёдоров был так потрясен, как сейчас, и на мгновение ему показалось, что защитник попытается что-то сделать. Но Жан превосходил его, был номером три, был стартовым защитником… и Рико оставил его в физическом смысле с той ужасной ночи. И Жан был прав — Фёдоров не мог сделать ничего такого, чего бы не одобрил Рико, чего бы не приказал Рико. — Скоро твой милый маленький партнёр снова разозлит Рико, и я заставлю его заплатить за это, Моро, — прорычал Фёдоров, прежде чем уйти. Пока они (и ещё несколько человек в коридоре) смотрели, как он уходит, Нил чувствовал напряжение в теле своего партнёра после этих прощальных слов. — Merci, — сказал он Жану, даже когда высунул правую руку из кармана, выпустив нож. — Et il ne me fera rien de nouveau qu'il n'ait déjà fait auparavant, alors ne le laissez pas vous ennuyer. Maintenant allons au lit avant que je ne m'endorme ici. Жан слегка вздохнул, расслабляясь, и быстро растрепал влажные волосы Нила. — Dépêche-toi, parce que je ne te porterai pas le reste du chemin, espèce de paresseux. — Qu'est-il arrivé à ton centre moelleux et doux, ma baguette?» se plaint Neil alors qu'on le pousse doucement en avant. — Je commence à penser que je ne peux pas te renvoyer en enfer, car tu m'y as déjà traîné, — пробормотал Жан, подталкивая Нила ещё раз, от чего тот рассмеялся. Оказавшись в своей комнате, Нил бегло почистил зубы и переоделся в тренировочные штаны и толстовку Жана, которую он присвоил себе, после чего растянулся на кровати Жана (своей). Жану тоже не потребовалось много времени, чтобы собраться, и, одевшись аналогичным образом, он проверил будильник, прежде чем забраться позади Нила, его правая рука была закинута на талию Нила. Прижав Жана к себе и положив нож под подушку, Нил наконец-то смог отдохнуть на ночь: его спина была защищена, а рядом с ним находился человек, который был ему дороже всего на свете. В эту ночь Нил не видел никаких снов, никаких ужасов из прошлого, потому что он был слишком измучен, чтобы просто закрыть глаза и проснуться от звонка будильника на следующее утро. Судя по недовольному стону Жана, для него это было то же самое — крепкий сон до утра, и Нил улыбнулся, когда его партнёр провёл несколько минут в ванной, возясь с волосами, хотя он знал, что это было не столько из-за тщеславия, сколько из-за того, что Жан скрывал годы издевательств Рико. — Est-ce que je vois vraiment des cheveux gris? — поддразнил он, когда они шли на утреннюю тренировку. — Comme ça me manque le temps où les roux étaient brûlés sur le bûcher comme des sorcières, — заметил Жан, глядя прямо перед собой. — О! Vous l'avez vu aussi, n'est-ce pas? Судя по смеси французских и японских ругательств, посланных в его сторону, Нил благоразумно решил приготовить себе в то утро смузи без капусты, однако он заметил, как улыбка дёрнулась в уголках рта его партнёра. Хорошо, что они наконец-то отдохнули, потому что Рико сдержал своё обещание вывести их из себя, как только они выйдут на корт, но Нил и Жан были готовы к нему с парой порций еды (более или менее) и полноценным ночным сном. Жизнь научила их беречь каждый перерыв, который они могли получить, и делать так, чтобы он был на счету, напрягаясь по пустякам. Нил не знал, как долго у них будет отсрочка (уж точно не раньше, чем он не сможет набрать достаточно очков против Миньярда/Лисов в следующую пятницу, чего бы ни хотели Ичиро или Тетсуи). Несмотря на то, что Нил обычно получал удары на площадке, это стоило того, чтобы держать себя в руках, забивать голы и стоять на своем, наносить удары и проводить захваты. Он всегда был одним из самых маленьких, если не самым маленьким игроком на площадке… но он также был одним из самых быстрых, если не самым быстрым. Он также потратил свою жизнь на то, чтобы научиться принимать удары и снова вставать на ноги, всегда быть в курсе того, что его окружает, и всё это давало ему чертовски большое преимущество, которого у других игроков не было и которому они не могли научиться. Такие игроки, как Дэй и Рико, возможно, выросли с ракетками в руках, были воспитаны на тренировках Воронов, пока невозможные удары не стали для них как дыхание, но Нил обладал почти шестым чувством, понимая, где Рико и мяч находятся в любое время, где ему нужно быть, чтобы поймать удар, который Жан пошлёт ему, и уйти с пути Фёдорова. Если и было что-то, что сделали месяцы его пребывания в Воронах, так это отточили это чувство, сделали его гипер-осознанным, когда он выходил на площадку — площадку, где любой из игроков мог навредить ему (кроме Жана) в своем стремлении занять его место, его номер. Они были особой породой Воронов. Они были умны, порочны, замкнуты и почти каннибалистичны, так как могли ополчиться друг на друга. Но они также были непоколебимы в том, как они могли стоять как единое целое, как единое целое против всего мира. Ты был Вороном или ты был никем. Это становилось ясно всякий раз, когда Нил выходил в кампус с Жаном или Марли (или с обоими) рядом, когда другие студенты шептали его имя или номер, но никогда не подходили. Если отбросить в сторону историю с театральной петицией, студенты Эдгар Аллан, казалось, относились к Воронам как к существам из альтернативного измерения, как к людям, которых можно видеть и слышать, но не трогать. Они не беспокоили Нила и Марли по поводу их домашних заданий или проектов, не спрашивали об их выходных или о том, чем они занимаются вне занятий, не говорили об играх, кроме наспех пробормотанного «отличная игра в пятницу» или «удачи!». Больше всего Нила волновали чирлидеры команды (— группа поддержки, — сказала ему Мэг с неодобрительным видом). Да и то лишь в форме «улыбнитесь болельщикам!» или «можно с вами сфотографироваться?». Нил не хотел общаться ни с кем, кроме Воронов (и почти ни с кем из них). Он не понимал нормальных людей, не понимал, как можно жить без страха и боли, иметь возможность делать всё, что хочешь, выбирать своё будущее, не беспокоясь о страшных последствиях или ужасной смерти. Он не понимал, как можно прожить жизнь без того, чтобы она была построена только на лжи и жертвах — причём чужих жертвах. Он не понимал, как можно каждое утро смотреть на своё лицо в зеркало и узнавать его или смириться с ним. Так что нет, он не хотел иметь с ними ничего общего. В пятницу вечером состоялась игра со Львами, которую Марли пропустила, так как по плану на следующей неделе они должны были играть с Лисами. Они не хотели давать Дэю или Миньярду шанс увидеть её на площадке, предугадать её стиль игры больше, чем они уже могли предложить по предыдущей неделе или раскопав её старые школьные игры (не то чтобы они действительно помогли, учитывая, насколько она улучшилась с тех пор). Нил играл как всегда, прилагая все усилия, чтобы забить несколько своих голов, одновременно поддерживая Рико, и всё это время уворачиваясь от противоположной команды, которая делала всё возможное, чтобы вывести его из игры и поставить на место такого новичка, как он. Этого не могло случиться с такой жалкой командой, как Львы, которая была ещё хуже, чем команда на прошлой неделе. Нил улыбался, когда Рико с отвращением ругался, что тратит своё время на игру с такими бездарными неудачниками, а Жан усмехался каждый раз, когда блокировал их игроков, а Иванова начала кричать Нилу по-русски о том, как ей скучно стоять и ничего не делать. Нил даже начал бегать зигзагами по площадке, чтобы было интереснее, так как никто со стороны Львов не мог за ним угнаться, что было сложнее, когда он бросал мяч Рико для добивания. В тот вечер Вороны выиграли с одним из самых больших разрывов в очках в истории дивизиона NCAA I класса, что обеспечило им лидирующую позицию в Юго-Восточном дивизионе к концу года. Львы едва задержались, чтобы пожать друг другу руки на площадке, а Рико улыбался, отправившись давать интервью прессе. Всё ещё немного уставший и предвкушающий горячую ванну, а затем сон, Нил прислонился к не менее уставшему Жану, пока Накамура быстро подводил итоги игры (похоже, в этот вечер никого не позвали разбираться с Тетсуи). Успокоившись, что ночь будет спокойной, Нил не успел отстраниться, как Жан потрепал его по волосам, назвав дьяволом, что вызвало смех Марли, Мэг и Ивановой. — Ублюдок, — пожаловался Нил, когда его отпустили через пару секунд, его глаза прищурились, но на губах заиграла улыбка. — В один прекрасный день кто-нибудь поймает тебя там, и ты окажешься в воротах Сьюзен. — Ха, он такой маленький, что я сомневаюсь, что смогу его заблокировать, — заметила Иванова, когда они направились в раздевалки. — Очень смешно. — Нил смотрел на своего предателя партнёра и вратаря, а Марли и Мэг смеялись. — Она права, — сказала Мэг, указывая на макушку Нила. — Даже мой брат больше тебя, а ему десять. — Отвали. — Нил подкрепил свои слова грубым жестом, но Мэг только рассмеялась и помахала ему рукой, направляясь в раздевалку для девочек. — Пойдем, мой маленький мальчик, пора в душ, — позвал Жан, натягивая майку Нила. — От тебя воняет. — Не больше, чем от тебя. — Тем не менее, Нил жаждал быть чистым и погрузиться до подбородка в чудесную горячую воду, поэтому он согласился с этим ублюдком. Конечно, ему повезло, что Накамура появился, когда они снимали форму, чтобы сообщить, что у них есть всего несколько минут, чтобы привести себя в порядок и явиться в коридор. Обоим. Вот тебе и приятное, расслабляющее купание. Нил изо всех сил старался придумать, что они могли сделать, чтобы их вызвали к Тетсуи или в Восточную башню, и не мог представить себе ничего, кроме телефона — обнаружил ли кто-то телефон? Отследили ли они звонок и сообщения с Миньярдом? Если бы это было так, Нил утверждал бы, что именно он раздобыл устройство (не уличив Марли), и принял бы на себя основную тяжесть наказания, утверждал бы, что Жан не знал об этом, хотя его друг знал и был в ярости от настойчивых требований Миньярда, чтобы они время от времени разговаривали. Как только они вымылись и облачились в свои чёрные спортивные костюмы, они вышли на улицу, где их ждал Накамура с безэмоциональным лицом, и их повели по знакомой (по крайней мере, Нилу) дорожке к Восточной башне. Как и в прошлый раз, на парковке были студенты, праздновавшие победу Воронов, стоял неистовый шум поднятых голосов, автомобильных гудков и громкой музыки. Нил вздрогнул, когда раздались выстрелы, но оказалось, что это был фейерверк, и успокоился, когда Жан потянулся, чтобы погладить его по шее. Не было ничего удивительного в том, что Ичиро и Тетсуи оказались в большой комнате со стеной окон, выходящих на стадион, когда они поднялись на верхний уровень, но Нил был озадачен тем, что там не было никого из людей его отца, а пара телохранителей, которых он видел, были менее очевидны. Там также было несколько незнакомцев, мужчины и даже две женщины, одетые в деловую одежду, в костюмах, юбках и на высоких каблуках, с широкими улыбками, ухоженными волосами и маникюром. — Вот они! — сказал какой-то мужчина средних лет, которого он никогда раньше не видел, когда Накамура ввел их в комнату, а затем отошёл в сторону. — Жан Моро и Нил Джостен, номера три и четыре! — Он указал на них, держа в правой руке наполовину наполненный бокал. — Да, они отлично смотрятся вместе, не так ли? — Это, похоже, относилось к женщине с подстриженными тёмно-каштановыми волосами с ярко-розовыми бликами. — О да. — Она встала с дивана и начала кружить вокруг Нила и Жана. Хорошо привыкший к своей матери и женщинам в организации отца, Нил совсем не доверял ей и был готов в любой момент получить удар или ножевое. — Это невероятно, эти чёрные волосы и красные, учитывая цвета их команды, и эти их глаза, мне они нравятся! — Она потянулась, чтобы схватить Жана за подбородок, и только твёрдый взгляд и легкое покачивание головы Ичиро не позволили Нилу отбить её руку в сторону. — Они действительно выделяются, но мы должны их ещё немного увеличить это. — Нилу пришлось стиснуть зубы, чтобы ничего не сказать и не сделать, когда настала его очередь осматриваться, и он почувствовал, как напряжение в теле Жана нарастает. — Немного грима, аккуратное освещение, это выполнимо. — Лия знает, что делает, — сказал Ичиро один из парней. — Она возглавляет все наши важные маркетинговые кампании и несколько раз работала с вашим братом. — Мы уверены, что Моро и Джостен будут в надежных руках, — поспешно сказал Тетсуи, в то время как выражение лица Ичиро стало бесстрастным при упоминании его брата. — Значит, они приемлемы? Мужчина обменялся взглядом с Лией, которая наконец-то отпустила лицо Нила. — Они будут очень хорошо смотреться, и у меня уже есть много идей после того, как я увидела, как они играют вместе и лично, — сказала она ему. — В конце концов, разница в росте не будет проблемой. — Нет, я же сказал, что это поможет нам продвинуть на рынок несколько разных линий, — заговорил более молодой мужчина в очень приталенном тёмно-сером костюме. — Да, да, кофе за мой счет в понедельник, — сказала Лия, уходя. — Ты выиграл это пари. — Чертовски вовремя, — пробормотал мужчина, но при этом он всё время улыбался. Во время этого разговора пожилой мужчина посмотрел на Ичиро, но Тетсуи перехватил его непринужденным кивком головы. — С вашего позволения, господин Брин, у моего племянника другие планы на этот вечер. Давайте продолжим наш разговор в другом месте — неподалеку есть очень хороший стейк-ресторан с впечатляющим ассортиментом виски. Мужчина и его свита оживились при этих словах. — Да, звучит замечательно. — Он почтительно кивнул Ичиро. — Было приятно познакомиться с вами, господин Морияма. Я надеюсь в будущем снова иметь дело с вами и вашей семьей. — Да, я уверен, что так и будет, — ответил Ичиро, на мгновение переведя взгляд на Нила. — И вы двое! Мы скоро встретимся! — Мужчина протянул руку, и после секундного колебания сначала Жан, а затем Нил пожали её. То же самое повторилось с остальными незнакомцами, пока они не ушли вместе с Тетсуи. Это означало, что Жан и Нил остались с Ичиро и не очевидными телохранителями. Через несколько секунд Ичиро слабо усмехнулся и пошёл к бару, где налил два стакана виски и принес их Нилу и Жану. Жан взял свой без колебаний, а когда Нил собрался принять стакан, Ичиро обхватил его пальцами, а затем схватил за подбородок, чтобы заставить посмотреть на мужчину. — Я был прав насчет того, что они готовы заплатить за твое лицо, Натаниэль. У него пересохло в горле от прикосновения Ичиро, от упоминания его старого имени, и Нилу потребовалось мгновение, чтобы прочистить горло, прежде чем он смог заговорить. — Так вот зачем всё это? Платить за мое лицо? — С его стороны было немного невежливо не представиться, но он американец, — сказал Ичиро, поглаживая большим пальцем левую щеку Нила. — Это был Ноа Брин, один из владельцев компании Brine Racquet. — Когда глаза Нила расширились при этом имени, Ичиро слегка улыбнулся. — Да, компания его семьи производит ракетки, которые вы используете для игры, которые вам так нравятся. Они якобы одни из лучших в своём деле, поэтому им важно, чтобы ты и Моро участвовали в одной из их рекламных кампаний. Мой дядя считает, что это очень хороший старт для вас. — あ、はい、ご主人様。 — выдохнул Нил, изо всех сил стараясь не запаниковать при мысли о такой публичности, о том, что люди увидят его лицо в рекламе, когда он только-только привык к мысли о выступлении перед толпой и камерами. Он изо всех сил старался не шевелиться под прикосновениями Ичиро. — また素直なんですね。 — заметил Ичиро, глядя на Нила, который стоял, не сводя глаз с вооруженного охранника в дюжине футов позади Ичиро, ещё одного — сбоку, третьего — позади него и Жана возле двери. Оружие под их дорогими чёрными костюмами, оружие под костюмами Ичиро — что случится, если Нил оттолкнет этого человека? Что случится, если он окажется менее послушным? — それに、あなたは物覚えがいいそうですね。 Чего хотел Ичиро? — そうですね… 閣下 — Он не знал, что делать, кроме как оставаться неподвижным, быть похожим на Натаниэля, когда он был в доме своего отца, когда вернулся в Балтимор. Лучше всего быть тихим и вежливым, чтобы ненароком не вывести из себя того, кто обладает силой жизни и смерти. — うーん、なんだかなあ。 Ичиро продолжал смотреть на него пару секунд, а затем начал наклонять подбородок Нила ещё больше. Смущённый этим (смущённый ещё больше), Нил издал легкий стон, а затем рядом с ним раздался громкий глотательный звук. — 森山殿、ウイスキーをありがとうございました。 Нил вздрогнул от звука голоса Жана, а Ичиро вздохнул и наконец отпустил его. — Не за что, Моро. — Он постучал по бокалу, который Нил всё ещё сжимал в руке. — Допивай свой, а потом уходи, — сказал он, прежде чем уйти. Желая уйти, Нил подавился виски, который, как он был уверен, был очень хорошим, затем поблагодарил Ичиро, пока Жан ставил пустые стаканы на столик и почти тащил его из комнаты. Жан прижал его к стене и стоял рядом с ним, пока они ждали лифта, а после того, как они вернулись на нижний уровень, они снова быстро зашагали к своей комнате. Внизу не было видно ни Рико, ни ублюдка, который ждал их в номере. Нил предположил, что если Тетсуи занят подписанием контракта для них, то его племянник-мудак не может выбить из них всё дерьмо (хоть раз), и что у них есть возможность отдохнуть, по крайней мере, до следующей пятницы. Он будет беспокоиться о делах после игры с Лисами. Может быть, Рико и не ждал их, но Марли прислонилась к двери и вскочила на ноги, увидев их. — Que s'est-il passé? — торопливо спросила она, явно волнуясь, хотя её французский был не так уж плох. — Похоже, мы с Жаном скоро станем знаменитыми, — пошутил Нил, опускаясь на кровать. — Лучше всего взять автограф у этого дрянного ублюдка, пока есть возможность. — Дьявол, посланный, чтобы изводить меня, — пробормотал Жан, потянувшись вниз, чтобы поднять Нила на ноги. — И иди почисти зубы. — Ублюдок. — Тем не менее, Нил пошёл готовиться ко сну, пока Марли улыбалась с облегчением, а Жан объяснял ей о предстоящих спонсорских сделках. — Может, ты сможешь получить несколько бесплатных ракеток, — сказала Марли, растянувшись на старой кровати Нила. — Разве это не здорово? Это было бы единственное, что они могли бы получить от этого, учитывая, что Морияма прикарманят все деньги. — Может быть. — Нил посмотрел на неё, когда она забралась под одеяло. — Разве у тебя нет своей кровати? — Эх, Мэг решила поболтать с одним нападающим из Лисов, чертовски раздражает слушать их разговоры всю ночь, — пробормотала она, в то время как Нил застонал, а Жан зарылся лицом в подушки. — Я знаю, знаю, я говорила ей быть осторожной, ничего не говорить и всё такое, но она просто продолжает говорить о том, какой он хороший и… Мне нужен перерыв, — ныла Марли. — Неважно, если ты будешь храпеть, я задушу тебя ночью, — предупредил Нил, переворачиваясь лицом к Жану. — Да, да, это если ты сможешь дотянуться до кровати, Коротышка. — Ладно, возможно, это была ошибка — брать их на себя, — шепнул Нил своему партнеру. — Конечно, я всегда прав, — вынужден был сказать Жан, обхватывая Нила руками, положив подбородок на его голову. Слишком уставший, чтобы ударить французского всезнайку, Нил закрыл глаза и отогнал все непрошеные мысли (Ичиро, Рико, спонсорская сделка, завтрашний разговор с Миньярдом, снова Ичиро), что у него уже очень хорошо получалось. Прямо сейчас он был окружен Жаном и Марли, и ему нужно было немного отдохнуть, чтобы встретить новый день в Гнезде. ******* Эндрю был благодарен за то, что избежал Пальметто и всё возрастающего количества оранжевых и белых цветов, которые заполонили кампус по мере приближения игры с Эдгар Аллан. Слабое удовольствие от того, что Уайлдс медленно отходила от всего внимания — интервью для прессы, митинги, студенты, которые в прошлом игнорировали, а то и прямо оскорбляли её, — не стоило того, чтобы столкнуться с видом Лисьих лап и Лисичек, размахивающих помпонами повсюду, студентов в майках Лисов и бригад, работающих сверхурочно, чтобы привести университет в приличный вид. И всё это ради глупой игры, которая не имела никакого значения. На пару часов, когда исход уже был предрешен — Лисы, как всегда, потерпят крах и сгорят, только на этот раз перед гораздо большей аудиторией. Так скучно. Телефонный звонок от кабана Хиггинса в среду тоже ничем не помог. Он не оценил любопытство Лисов и Ваймака (их вмешательство), не оценил жалкую попытку Хиггинса собрать всё воедино спустя столько лет, или неспособность лже-Лютера убедиться, что у Касс больше нет детей в её доме. Но на самом деле, чего ожидал Эндрю? Что люди будут держать свое слово? Не лгать? Он должен был уже знать, что если это и произойдет, то только с его помощью и только с его помощью. Нет, он покончил с прошлым (насколько он вообще мог избежать его, с вечно присутствующими воспоминаниями, бледными шрамами и кошмарами, подстерегающими его во сне) и покончил с экси. Он покончил с тем, что не мог изменить, и с тем, что ему приходилось терпеть до поры до времени. У Эндрю были другие, более интересные вещи, чтобы занять его время, например, почему некий не-кролик не появлялся в Инстаграм-аккаунте Воронов в течение нескольких дней, и почему на последней фотографии или двух фотографиях Джостена он (и Моро) был с тёмными мешками под глазами и пустым лицом. Почему на последней фотографии Джостен изображён с легкой улыбкой, но под блестящими глазами всё ещё видны тёмные пятна, а щёки слишком резко очерчены, это привлекательное лицо слишком впалое. Может быть, кто-то слишком усердствовал? Или в замечании Джостена о том, что он «что-то свалил на Моро», было что-то не то? Только… будет ли это только Моро? Насколько далеко простиралась связь между партнёрами? Разве Кевин не говорил, что Тетсуи, всегда веселый человек, будет наказывать или награждать обоих игроков, чтобы обеспечить соблюдение менталитета «двое как один»? Не то чтобы Эндрю и раньше их сильно уважал, но теперь ему действительно начали не нравиться Морияма. Сидя в Райских сумерках, пока Кевин пил и рассказывал о том, как Лисы едва выиграли у Шершней в тот вечер, как им нужно усилить защиту, если у них есть надежда одолеть Воронов на следующей неделе, как Гордон должен больше стараться работать с ним, а Ий должен был быть более агрессивным на корте, чёрт возьми. Эндрю был более чем готов сбежать в одну кладовку с Роландом на час и ещё на один раунд позже, вот только, когда он стоял на коленях с мужским членом во рту и смотрел на раскрасневшееся лицо Роланда, он обнаружил, что думает о бледно-голубых глазах, смотрящих на него вместо тёмно-карих, и мягком британском акценте, выкрикивающем его имя. Он почувствовал толчок желания, левая рука сама потянулась к его твёрдому члену, прежде чем он остановил себя, а затем ему стало так противно, что он едва успел отстранить Роланда, прежде чем выбежал из комнаты. Ему нужна была ещё одна пачка пыли и ещё несколько рюмок после этого, нужно было что-то, чтобы убрать кислый привкус во рту и заглушить чувство разочарования, пульсирующее в венах, нужно было что-то, чтобы прогнать образ Джостена, стоящего так близко к нему с огнем в бледных глазах и не боящегося Эндрю даже с ножом, прижатым к его шее. Проклиная себя, Эндрю вытащил телефон из кармана и открыл единственное приложение, надеясь доказать себе, что он был ещё большим дураком, чем обычно, что Джостен был не более чем смазливым личиком, прикрывающим слишком плохое отношение — он потратит несколько минут, пролистывая популярные посты, и найдет кого-нибудь ещё, на ком можно будет зациклиться, пока он не отделается лёгким испугом. Там было размещено несколько фотографий, сделанных кем-то из персонала, похоже, после игры Воронов. Почти на всех был изображен Рико, конечно, «любимая» звезда команды, но на нескольких были и более популярные игроки и групповые снимки. На одной из фотографий с самым большим количеством просмотров были изображены Джостен и Моро, прижавшиеся друг к другу, как будто для того, чтобы поддержать друг друга, плечи склонились, волосы влажные от пота, рука Джостена обвилась вокруг талии Моро, а рука Моро — вокруг его плеч. Они были на другой фотографии, опять же с большим количеством просмотров и репостов, где уставший Моро обхватил руками верхнюю часть груди Джостена, чтобы удержать его на месте, и, казалось, ерошил его волосы, а Джостен гримасничал, рядом с ними стояли смеющиеся Патель, Кёртис и вратарь. По какой-то причине Эндрю только больше расстраивался, глядя на эти изображения, и даже просмотр некоторых фотографий различных мужчин, которые перепостил Ники, не помог улучшить ситуацию. Он почувствовал желание ударить что-нибудь, наброситься… но ещё одна порция виски с пылью удержала его, пока он не привёл остальных домой, где он бросил Кевина на диван, а затем взял бутылку виски и заперся в своей комнате, чтобы пить до тех пор, пока он ничего не почувствует. Пока он не смог закрыть глаза и перестал видеть что-то нелепое, как глупую несбыточную мечту, как-то, что никогда не было и никогда не будет реальностью. Единственная причина, по которой какая-то крошечная часть его души ухватилась за нелепую идею Нила Джостена, заключалась в том, что она знала, что этого никогда не произойдет — не-кролик не был реален ни в каком смысле этого слова, кроме физического, находился за сотни миль и думал об Эндрю только с презрением. Так что да, в каком-то смысле он был идеален. Эндрю проснулся с головной болью, пересохшим горлом и знакомым зудом, ползающим по всему телу, который говорил о том, что он слишком долго не принимал очередную дозу лекарств. Заставив себя несколько раз сглотнуть, так как желудок грозил взбунтоваться, он поднялся с постели и отпер дверь, чтобы спуститься по лестнице, при этом его правая нога пару раз поскользнулась на ступеньках, и заставил себя перевернуть слюнявого Кевина на левый бок, чтобы он смог достать из кармана пьяницы пузырек с таблетками. Как только он вытряхнул одну таблетку, он помчался на кухню, чтобы запить её стаканом воды, и стоял, сгорбившись, над раковиной, пока она не подействовала. Разрываясь между чувством облегчения и отвращением к его действию, Эндрю вытер пот на лице и заметил, что до запланированной беседы с Джостеном осталось около получаса. Он поставил кофе и пошёл в душ, не в силах выносить запах пота на коже и вонь от ночи, проведенной в Райских сумерках, и почувствовал себя немного лучше, когда вымылся и переоделся в свежую одежду. Остальные по-прежнему не подавали признаков жизни, поэтому он налил себе большую кружку кофе, добавил в неё молока и сахара и вышел на заднее крыльцо вместе с сигаретами. Он справился с одной сигаретой и кофе и только прикурил ещё одну, когда позвонил Джостену. Звонок прозвучал несколько раз, прежде чем не-кролик взял трубку. — Что тебе нужно? — Голос Джостена звучал устало и более чем немного угрюмо, как замечательно. Эндрю выпустил пару колечек дыма, прислонившись к одному из столбов, поддерживающих крышу крыльца. — Такие прекрасные манеры, это тебя мама научила? В трубке раздался резкий вздох, затем послышался шорох. — Послушай, мудак, — огрызнулся Моро, его акцентированный голос был наполнен ненавистью. — Ты не должен так с ним разговаривать. Я не знаю, какие у тебя намерения с этим… чем бы то ни было, но я возьму твою ракетку и ударю тебя ею на следующей неделе, если ты посмеешь переступить черту, ты, выродок. Клянусь. О, как интересно — Кевин сказал, что Рико позаботился о том, чтобы Моро был кроткой и смирной птичкой. Это звучит кротко и мягко? — Я думал, вы, французы, любовники, а не бойцы, Вальжан. — На заднем плане он услышал, как Джостен что-то пробормотал Моро по-французски. — Ударь себя своей чёртовой ракеткой, — повторил Моро, как будто Эндрю ничего не говорил. — Неважно, я позвонил не для того, чтобы выслушивать твои жалкие угрозы, так что верни другую птичку, — проворчал Эндрю. — Ту, которая достаточно умна, чтобы найти не прослушиваемый телефон. В течение нескольких секунд его ругали по-французски, но потом раздался звук передаваемого телефона и ещё больше бормотания по-французски, прежде чем Джостен заговорил. — Они учат тебя этим замечательным социальным навыкам в колонии для несовершеннолетних или быть таким засранцем — это само собой разумеется? — Зачем связываться с совершенством? — спросил Эндрю, стряхивая пепел со своей сигареты. — Ты тот, кто никак не может решить, кем ему быть — кроликом или не кроликом, американцем или британцем, брюнетом или рыжим, Веснински или Джостеном. На пару секунд в трубке повисло молчание, за исключением нескольких тихих вздохов, а затем Джостену удалось сухо усмехнуться. — Видишь ли, вот в чем забавная вещь — некоторые люди могут решить, быть им засранцами или нет, если они хотят… ох, давай рассмотрим сценарий, в котором они могут сделать что-то вроде того, чтобы взять укреплённую палку и вонзить её в чью-то грудь, а затем насмехаться над ними, когда они упадут, разместить информацию, которая должна быть частной, на публичном форуме, поднести острые предметы к другому человеку и ударить его. Или не делать ничего из этого. Знаешь, быть настоящим грёбаным мудаком или нет, — сказал он слишком бодрым голосом. Эндрю на мгновение задержал дым в лёгких, прежде чем выпустить его. — Хм, что-то в этом звучит немного специфически по какой-то причине. Я сейчас чувствую себя атакованным. — Я думаю, что у этого примера, в частности, проблемы с гневом, — насмешливо прошептал Джостен. — Среди других. Многих других. — По крайней мере, ваш удивительно случайный пример решил, кем он хочет быть, — отстреливался Эндрю. — В отличие от того, кто, похоже, патологический лжец. Наступило ещё одно мгновение тишины, за которым последовал ещё более резкий смех. — Но, по крайней мере, ты хоть что-то знаешь обо мне, не так ли? — Джостен слегка хмыкнул, пока Моро спрашивал что-то по-французски. — Все сводится к выбору, не так ли? И ты решил быть одним из самых больших засранцев в мире. После очередного молчания Эндрю отбросил остатки сигареты в сторону, в заросший сорняками двор. — Ладно, я кусаюсь. Ты хочешь сказать, что маленький Натаниэль никогда бы не срубил вишнёвое дерево, если бы ему дали такую возможность? — Мне не нравятся топоры, — ровным тоном сказал Джостен, и Эндрю отложил этот факт, чтобы подумать о нем позже. — У некоторых из нас нет особого выбора, кем стать — ты собираешься солгать и сказать, что Дэй не рассказывал тебе о моем отце? Учитывая все эти Веснински, которыми ты тут разбрасываешься? Задел. — Значит, ты стал бегуном и лжецом, а не мини-мясником? — Так любопытно для бешеного, плохо воспитанного сторожевого пса, которым ты и являешься. Зайти слишком далеко, Доу, снова втянуть Жана в неприятности, и ты узнаешь, не так ли? — сказал Джостен, его голос был слишком ровным, чтобы ему можно было доверять. — Насчет этого, ты намекаешь, что я уже втянул Моро в неприятности. — Эндрю наклонился вперёд и уставился на задний двор, ухватившись, так сказать, за нить возможностей, висевшую перед ним. — Разве это… — Что, ты хочешь услышать, что Рико делает с нами? Каково это в Гнезде? Так вот в чем дело? — Теперь в теноровом голосе Джостена звучал чистый яд, такой густой и леденящий душу. Эндрю мог представить, каким огнем горят эти голубые глаза, какой румянец заливает щёки и какая запрещающая улыбка кривит губы парня. — Не можешь отделаться только от историй Дэя «горе мне» из Эвермора или что-то в этом роде? Но ох, подожди, Дэй был номером два, пока был здесь, и он не обращал внимания ни на что, кроме себя и Рико, так что это проблема, не так ли? Ему было все равно, что случилось с Жаном и остальными, потому что это был не экси, так что это было неважно. — Яд усиливался почти с каждым словом, давая понять, как Джостен думает о Кевине и Эндрю. — Нет, пока это не случилось с ним и его драгоценной рукой, — прошипел Джостен. — Тогда это имело значение, но только настолько, чтобы он сбежал. Так что нет, извини, никаких историй для тебя, придурок. Хочешь знать, что здесь происходит? Ты должен был подписать контракт, когда у тебя был шанс, но такой нежелательный мудак, как ты, знал, что ты никогда не сможешь этого сделать, ты, придурок из трейлера. — После этого связь прервалась. Это… всё больше раздражало, но Эндрю должен был признать, что Джостен выполнил свою часть сделки, принял вызов и поговорил с ним. И что с того, что в разговоре было много завуалированных угроз и оскорблений? Эндрю никогда не любил светские беседы. По крайней мере, Джостен не оскорблял его интеллект, не тянул с ударами и не относился к Эндрю как к неуравновешенному или сломленному из-за лекарств человеку, как к кому-то слишком глупому или необразованному, чтобы с ним возиться из-за его прошлого. Нет, этот не-кролик вышел на бой и ожидал, что Эндрю померится с ним силами. Это было… странно освежающе, это извращенное чувство равенства. Было ясно, что Джостен не слишком высокого мнения о нём, даже не плюнул бы в него, если бы тот вспыхнул огнём, но Джостен ожидал, что он ударит в ответ всем, что у него есть, и всё равно вернулся за добавкой. Неудивительно, что Эндрю никак не мог выбросить этого идиота из головы. Он всё ещё не приблизился к тому, чтобы узнать, что происходит в Эвермор, хотя ничего хорошего. Он не собирался ничего выяснять, пока Джостен не доверится ему, как бы смешно это ни казалось. Это означало, что он должен как можно скорее прояснить крошечное недоразумение, связанное с тем, что Эндрю якобы натравил Морияма на Джостена. Он обдумывал различные способы, как это сделать, покуривая очередную сигарету, пока урчание в животе не заставило его вернуться в дом. К этому моменту Аарон и Ники уже встали, а это означало, что хнычущий Ники отправился за едой, пока Эндрю пил кофе. Кевин вбежал на кухню за кофеином, пока они втроём доедали свои сэндвичи с завтраком (почти обедом) и хаш-брауны, и снова забежал в душ, как только у него в руках оказалась кружка. После этого прошли обычные выходные, и, вернувшись в кампус и спустившись на нижний уровень башни Лисов, Эндрю справился с Рене немного лучше. Хотя лучше не означало, что он победил, просто он успел нанести несколько хороших ударов, прежде чем она прижала его к стене и заставила бросить нож. Они поднялись на крышу, чтобы он мог покурить, а она попить воды, во время чего она сообщила ему свежие новости о двух девушках. Патель всё ещё принимала любые советы Уайлдс и Рене, держась на расстоянии от всего личного и определённо связанного с Джостеном и Моро, что было более чем подозрительно. Что ещё подозрительнее? Она не выглядела расстроенной из-за того, что не сыграла в игре в пятницу, просто заявила, что в будущем у неё будут другие шансы. Рене задалась вопросом, не была ли она травмирована или наказана за что-то, но на выложенных фотографиях она выглядела нормально, и Кёртис не выглядела обеспокоенной за неё. Что касается Кёртис, она была рада приехать в Пальметто и увидеть Уайлдс и Рене, и надеялась, что они не расстроятся, когда Вороны обыграют их в пятницу (по крайней мере, она не пыталась смягчить удар какой-нибудь ерундой типа «какая же команда победит»). Она также разговаривала с Ий, и, хотя она вела себя так, будто это просто её разговор с мальчиком, Рене призналась Эндрю, что Ий попросил у Бойда совета, как лучше разговаривать с девушкой и как правильно с ней обращаться. Бывали моменты, когда Эндрю всерьёз задавался вопросом, почему он просто не шагнул с крыши и не покончил со смехотворностью, которой была его жизнь. Он вспомнил о своих обещаниях Аарону и Кевину… и поклялся, что больше никогда не даст ни одного обещания. Ещё несколько лет, и он будет свободен от абсурда, которым были Лисы и экси. Ещё несколько лет. До тех пор у него был алкоголь, полагал он. Как будто Ваймак не достаточно пилил их по составу Воронов в течение недели, Кевин истязал себя как сумасшедший во время ночных тренировок и уговаривал Эндрю присоединиться, но без особого эффекта. Добавьте к этому все эти специальные «ободряющие» митинги, проводимые в течение недели перед игрой, и Эндрю действительно с нетерпением ждал этого проклятого матча, просто чтобы покончить с ним и вернуть всё на круги своя. Он вернулся в номер, чтобы дать глазам отдохнуть от ужаса «оранжевого» дня во вторник, когда пришло неожиданное сообщение от Джостена. 'Р хочет, чтобы я отвлек тебя после игры, чтобы он мог поговорить с Кевином' Эндрю несколько секунд смотрел на сообщение и почти позвонил Джостену, пока не вспомнил предупреждение не-кролика о том, что его нельзя обнаруживать с телефоном. 'Что, так он может сломать себе вторую руку' — послал он в ответ, отметив про себя, что, по крайней мере, Джостен не использует кучу эмодзи и ярлыков при написании сообщений, в отличие от Ники и Аарона. Прошло несколько минут, прежде чем пришёл ответ. 'Т должен быть там, так что нет? ' Недостаточно хорошо. 'Подтверждаю' На сегодня всё, но поскольку это было после пар Эндрю, он предположил, что у Джостена скоро тренировка или обед, и он будет занят некоторое время. Когда он проснулся, его ждало сообщение (а он думал, что Лисы раздражающе рано начинают день), в котором говорилось: 'Т будет там, нужно отвлечь тебя' Очаровательный парень, каким он был, Эндрю позволил Джостену поразмыслить некоторое время, будучи уверенным, что «нужно» не было просьбой. Вполне логично, что Рико не стал бы рисковать Кевином в Пальметто, не тогда, когда вокруг будет столько СМИ, столько свидетелей. Тем не менее, после утренней тренировки Эндрю снова отправил вопрос 'почему? ' Ответ пришел вечером. 'Т сказал, что просто поговорить, чтобы вызвать чувство вины, вероятно' Да, скорее всего, Тетсуи и Рико хотели поработать над Кевином, когда, по их мнению, он будет не в себе, после сокрушительного поражения от Воронов. Они бы сделали всё возможное, чтобы донести до него, что он никогда не вернёт себе то, что было до того, как Рико вышел из себя (показал свою истинную сущность) и сделал всё возможное, чтобы Кевин никогда не превзошёл его на площадке. О нет, зачем беспокоиться о чём-то столь очевидном, как физическое насилие, когда ментальное и эмоциональное сработает так же хорошо, если не лучше? Чёрт возьми, похоже, Эндрю всё-таки придется напрячься в пятницу. Первым делом — он подождал, пока они вчетвером доедут до стадиона, а затем жестом попросил Аарона и Ники зайти внутрь без него и Кевина. Его брат на мгновение бросил на него любопытный взгляд, но в ответ на широкую ухмылку Эндрю зашевелился, а Ники нервно рассмеялся. Что касается Кевина, то он переминался с ноги на ногу в явном нетерпении. — Что? Мы не можем позволить себе терять время, это важно… — Пять минут ничего не изменят, ты же знаешь, что мы проиграем в пятницу, — сказал Эндрю экси-наркоману. — А теперь заткнись или будет двадцать. Кевин посмотрел на него за это, но был достаточно умён, чтобы не настаивать на этом, поэтому Эндрю кивнул один раз и продолжил. — Маленькая птичка сообщила мне, что Рико и Тетсуи собираются потребовать твоего присутствия для приватной аудиенции после игры. — Хорошо. — Кевин продолжал смотреть на него в течение нескольких секунд, прежде чем это, казалось, догнало его мысли, которые, вероятно, были сосредоточены на дневной тренировке. — Подожди, что? — Он провел левой рукой по волосам, когда его глаза расширились, а лицо побледнело. — Они… но они не могут! А как же наши… Эндрю взмахнул правой рукой в воздухе, удерживая панический взгляд Кевина. — Нет, подумай минутку, Дэй. Они просто собираются поговорить. Мы расскажем Ваймаку, чтобы у него был кто-то в раздевалке или рядом с ней, и вокруг будет слишком много людей, чтобы они могли попытаться что-то сделать. Это больше похоже на их игру разума, но лучше им попробовать здесь, где у нас есть преимущество, когда они думают, что нас застали врасплох, чем где-то ещё. Кевин сделал несколько глубоких, неровных вдохов, пытаясь контролировать свой страх, преодолеть приступ паники, и Эндрю должен был отдать должное трусу, что ему удалось это сделать примерно через минуту или две. — Но… а как же ты? — спросил он, его голос был грубым от едва подавляемых эмоций. Эндрю усмехнулся, раскинув руки. — Я тоже популярен. — Его улыбка померкла, когда он снова опустил руки на бока. — Рико посылает кое-кого составить мне компанию, похоже, я не приглашён на вашу маленькую беседу. — Посылает… — Глаза Кевина округлились ещё раз. — Тебе звонил Жан? Так вот откуда ты знаешь? — В его голосе звучала надежда, как будто он не разрушил дружбу с французским защитником, покинув Эвермор той ночью и присоединившись к Лисам. — Нет, — ответил Эндрю, его тон был отрывистым, когда он постукивал пальцами по пачке сигарет в кармане. — Не Жан. Всё, что тебе нужно знать, это то, что я выполняю свою часть нашей сделки, так что ты сможешь поговорить с этими ублюдками в пятницу? — Я… — Брови Кевина сошлись вместе, когда он уставился на тыльную сторону своей покрытой шрамами левой руки. — Ты прав, лучше разобраться с ними здесь, чем ждать их следующего шага. Я могу сделать это теперь, когда я знаю. — Он издал дрожащий смешок, повернувшись к стадиону. — Я ожидал чего-то, если честно. Лучше знать наверняка, чтобы избавиться от сомнений. — Его челюсть сжалась, когда он отошёл от машины. — Я больше не позволю им помыкать мной. О, кто-то в тот день был полон огня, не так ли? Как всегда, Кевин был склонен находить свою смелость, когда находился рядом с кортом, только для того, чтобы он пропал, когда он был в другом месте. Что ж, Эндрю полагал, что именно здесь он и появился. Тренировка была обычной скучной неразберихой: Ваймак называл их ленивыми червями, а Уайлдс кричала о командной работе и называла различные приёмы, которые никогда не сработают, Гордон оскорблял половину команды, а Кевин орал на всех. Во втором тайме Эндрю пригласил Ваймака к себе и Кевину, пока Рене была в воротах, а Уайлдс пыталась заставить Гордона и Ий работать вместе (есть оптимизм, а есть откровенная глупость, и Эндрю, конечно, знал, за чем наблюдает). У Ваймака не было никаких причин вздыхать так, словно человек, стоящий перед неминуемой гибелью, когда Эндрю был достаточно любезен, чтобы рассказать ему о вечеринке, которую устраивают в его драгоценной груде цемента и аляповатой краски. К тому времени, как Эндрю закончил объяснения, Ваймак перешёл от усталости к ярости. — Эти засранцы действительно не знают, когда надо завязывать, да? — Он ободряюще похлопал Кевина по левому плечу. — Ты уверен, что не против? Я могу выставить достаточно охраны, чтобы они не смогли посмотреть на тебя, не говоря уже о том, чтобы добраться до тебя. Кевин слабо улыбнулся и покачал головой. — Нет, я думаю, что Эндрю прав, пусть они поговорят со мной, иначе мы будем иметь дело с чем-то вроде прошлой весны. Они не смогут ничего сделать, когда все будут знать, что они здесь. Ваймак не выглядел так, как будто он верил в эту часть «сделать что-либо», но он хмыкнул в знак согласия, прежде чем посмотреть на Эндрю. — А что насчет тебя? Как так получилось, что ты вдруг связался с Воронами? — Не только я, Рене общается с двумя новичками уже несколько недель, — сказал Эндрю, застёгивая манжету левой перчатки. — Да, но она — Рене, а ты — это ты, чёртов карлик, — возразил Ваймак. — Знаешь что, не бери в голову, наверное, лучше мне не знать. — Его глаза сощурились, когда он перевёл взгляд с Эндрю на корт и обратно. — Рико и его дядя рассчитывают опозорить нас на нашей родной площадке. Я знаю, что ты сказал, что не будешь продолжать это делать, но было бы лучше, если бы ты… — Нет, — сказал Эндрю, его тон был ровным, а лицо настолько пустым, насколько он мог его сделать. Он знал, что это произойдет, но он заставит Ваймака заплатить за это. — …в воротах всю игру, — продолжал Ваймак, как будто Эндрю ничего не сказал. — Две бутылки, Эндрю. Я бы не спрашивал, если бы это не было важно. — А как насчет Рене? — Нам бы пригодился запасной защитник на эту игру, ты же не можешь сказать мне, что эти Вороны не забьют нашу защиту до отключки. — Ваймак посмотрел на Кевина, который быстро кивнул, прежде чем снова уставиться на Эндрю. — Это не самая сильная её позиция, но я немного поговорил с ней об этом, и она согласилась, так как уже играла на этой позиции. Она предпочла бы выйти на замену и оставить ворота тебе. — О, как мило, ты уже говорил об этом, — сказал Эндрю с широкой ухмылкой, которая заставила Ваймака выругаться под нос, а Кевина вздрогнуть. — Три бутылки, и ты будешь держать Гордона после игры, пока я не буду готов к нему. — Я не отдам тебе их все сразу, и что ты хочешь от Гордона? — спросил Ваймак, внезапно насторожившись, поскольку он знал, как сильно Эндрю заботился о нападающем-гомофобе — нисколько. — О, не волнуйся, я не буду грубо играть с твоим маленьким наркоманом, — пообещал он, — Он мне просто нужен, чтобы прояснить одно недоразумение, в котором он сам виноват. Исповедь полезна для души, я слышал. — Чтобы это сработало, нужно, чтобы она у тебя была, — пробормотал Ваймак, что заставило Эндрю усмехнуться с болью и схватиться за грудь. — Хорошо, ты играешь всю игру, а я буду сдерживать его, пока ты не будешь готов к нему, но никаких твоих грубых трюков, чёрт возьми. Эндрю пошевелил пальцами, которые не были слишком подвижны, поскольку были засунуты в массивные перчатки его вратарской экипировки, и подождал, пока Ваймак уйдет к остальным Лисам. — Что? — спросил он Кевина, так как краем глаза заметил направленный на него взгляд. — Я уже сколько времени преследую тебя, чтобы заставить тебя что-то сделать, реализовать свой потенциал, и всё, что для этого нужно, это чтобы тренер… — Он издал приглушенный вопль, когда Эндрю замахнулся своей тяжёлой ракеткой до боли в груди. — Ох, Кевин, когда же ты поймешь, что мне на всё это наплевать? — сказал Эндрю с издевательской улыбкой, в то время как взгляд Кевина усилился. — Но ты всё равно будешь играть, потому что он попросил. — Это то, что тебя так расстроило? Потому что Ваймак попросил? — Ухмылка Эндрю стала еще шире, когда Кевин кивнул. — Это потому, что гораздо веселее говорить тебе «нет», — признался он, толкая Кевина ракеткой в спину. — Поскорее вбей это в свою зависимую от экси голову, потому что я не собираюсь снова спасать задницу тебе или этой жалкой команде. — Тогда почему ты… ах! Черт возьми, Эндрю! Эндрю отошёл, толкнув Кевина на задницу, и занял свое место в воротах, так как, похоже, Ваймаку предстояло потренировать Рене в качестве защитника до конца дня. Эндрю не делал ничего, кроме как стоял там, что делало Кевина ещё более угрюмым, чем обычно. Эндрю было наплевать на экси. Он не испытывал к игре ничего, кроме скуки и раздражения, ему было абсолютно всё равно, выиграют они или проиграют. Единственное, что его немного волновало, так это то, чтобы Рико не добился своего, поэтому он готов был мучиться всю игру только для того, чтобы стереть самодовольную ухмылку с лица этого ублюдка, а теперь он сможет заставить Гордона и Джостена оказаться вместе в одной комнате. Всё это было лишь средством для достижения цели. После тренировки его ждало сообщение, куча французских слов, которые, он был уверен, были примерно такими: 'Надеюсь, ты хорошо потренировался, ты, красивый молодой человек. ' Так вот как ты просишь об услуге? ' Ответ пришел позже тем же вечером, когда Эндрю читал перед сном. ' Возьми на заметку для себя — в следующий раз выбирай план Б.' Эндрю подождал всего минуту, прежде чем ответить. 'То есть? ' Учитывая поздний час, Джостен не стал тратить время на ответ. Не спрашивай, просто ударь.' Ох-хо, кто-то был комиком. 'Как очаровательно, ты думаешь, что сможешь справиться со мной. ' 'думаю, мы это узнаем' Похоже, кто-то не шутил, не так ли? На мгновение Эндрю задумался, вспомнил ненависть, которую он видел в глазах Джостена, отсутствие страха, то, что он говорил Эндрю, пока тот орудовал своим ножом. Как быстро он двигался против Гордона и как быстро он мог мчаться по площадке. Хм, кто-то действительно мог бы стать вызовом, которого Эндрю с нетерпением ждал. Но как-нибудь в другой раз. 'Не в эту пятницу, у нас свидание после игры.' Прошло несколько минут, прежде чем пришло следующее сообщение от Джостена. 'если это уловка, развлекайся сам, как мудак без печени.' 'Никаких издевательств до второго свидания. " Была ещё одна небольшая пауза, а затем снова куча французских слов. Хм, похоже, у Джостена был сопровождающий, это было невесело. 'Пятница, ' Отправил Эндрю, прежде чем отложить телефон на ночь. — Ты переписываешься? — спросил Ники, его голос был сонным, но недоверчивость всё ещё была очевидна. В ответ Эндрю швырнул свою книгу, довольно толстую, в мягкой обложке, в своего кузена, который лежал на кровати под ним. Когда Ники вскрикнул от боли, он устроился в кровати, прислонившись спиной почти к стене, и закрыл глаза. Может быть, пятница всё-таки будет интересной, подумал он, засыпая. ******* В пятницу утром Вороны провели последнюю тренировку на своей домашней площадке и изучили статистику Лис, а также стратегию на вечернюю игру, прежде чем погрузиться в автобусы для почти семичасовой поездки в штат Пальметто. Нил и Жан быстро заняли последнее место, а Марли села прямо перед ними, опасаясь, как и всю неделю, оставлять как можно больше места между собой и Рико. Их «король» был недоволен предыдущим пятничным вечером, их приватной аудиенцией с Ичиро… но он ничего не мог с этим поделать (что не способствовало улучшению ситуации), в конце концов, важна была ценность Нила и Жана для Морияма, а не извращенная потребность Рико в развлечении и внимании. Росс проваливал занятия и нервничал, Адамс вздрагивал всякий раз, когда рядом был Рико, и стал задерживаться на корте, чтобы поработать над прицелом, и даже старшекурсники больше не нервничали. Нилу было почти жаль Лис, поскольку Вороны могли выместить на них всю эту тревогу… но лучше пусть другая команда столкнется с гневом Рико, чем он сам. Он заправил пальто Воронов в угол между сиденьем и стеной автобуса и прислонился к нему, затем улыбнулся, когда пальто Жана оказалось у него на коленях, а затем голова его партнёра, длинные ноги Жана согнулись так, что он смог в основном разместиться на скамейке. — Fatigué? — Trop d'entraînement. Vous et la puce avez plus d'énergie que de bon sens, — пожаловался Жан, лишь издав благодарный стон, когда Нил помассажировал его голову. — В чем меня теперь обвиняют? — спросила Марли, откинувшись на спинку сиденья перед ними, подперев подбородок предплечьем и держа проклятый телефон в правой руке, чтобы сделать снимок. — Мы поступаем жестоко с этим бедным старым багетом, — объяснил Нил и рассмеялся, когда Жан погладил его по лицу. — Видишь, я же говорил тебе, что есть все эти овощи вредно. — Да, тебе нужно немного остроты в жизни, Красти. Будь со мной хоть раз вежлив, и я как-нибудь вечером посыплю немного порошка чили на твой шпинат. Жан прихлопнул Марли, что заставило её рассмеяться, когда она села обратно на свое место. — Что мне нужно, так это чтобы кто-нибудь забрал вас, детей. Оставьте меня в покое хоть раз, найдите кого-нибудь другого, чтобы поучить, — жаловался он. — Да, да. — Марли закатила глаза и повернулась, чтобы поговорить с Мэг, а Нил ещё раз помассировал кожу головы своего партнёра, прежде чем дать Жану немного поспать. Примерно через час Жан проснулся и дал Нилу немного вздремнуть, затем они провели некоторое время, обсуждая игру с Марли и Мэг, стратегию на вечер и то, как обойти Миньярда в воротах на половину игры. Рико, может, и игнорировал Нила и Жана по большей части всю неделю, но он ясно дал им обоим понять, что любая неудача во время игры с Пальметто будет означать, что Фёдорову, Баутисте и Джонсону будет позволено делать с ними обоими всё, что они захотят, до конца выходных, спонсорская сделка или нет. Жан должен был защищать ворота против Дэя любой ценой, а Нил набирать очки против Лисов до тех пор, пока не станет ясно, что у них нет надежды на выход в полуфинал, как утверждал Дэй несколько раз в течение сезона. Как бы Нилу ни было противно выполнять приказы этого ублюдка… он должен был сказать, что идея показать Дэя и Миньярда на корте доставит ему немалое удовольствие, учитывая то презрение, которое Дэй выказал ему ещё в Миллпорте, презрение и высокомерие в предположении, что Нил упадет к его ногам в благоговении, жаждущий играть с великим Кевином Дэем, несмотря на свои скудные игровые навыки (он был прав только в том, что Нил больше всего на свете хотел играть с экси). Учитывая то дерьмо, которое он терпел последние две недели от Миньярда из-за телефонных звонков и сообщений, из-за которого у Жана (и у него) были неприятности с Тетсуи, а потом всё затянулось, когда Нилу хватило порядочности попытаться разобраться с психом, а не начинать драку, которая могла привлечь слишком много внимания, когда Рико рассказал ему о своих послематчевых планах. Нил думал, что сможет справиться с Миньярдом в честном бою — вратарь был сильнее его, конечно, но у Нила было небольшое преимущество в силе и определенно в скорости. Возможно, он не был самым подготовленным бойцом, но когда это имело значение, он знал, куда бить, чтобы убедиться, что другой человек не встанет — его проблема была в том, что его не учили драться, на самом деле. Его учили устранять угрозу и двигаться дальше. Наносить удары было не в его вкусе, но он знал, как попасть во все жизненно важные точки. Иногда он смотрел на Марли и Мэг, когда они рассказывали о своем детстве и семьях, и… он знал, что они говорят по-английски, но слова… они просто ничего не значили для него. Он не мог постичь образы и смысл, стоящии за ними. Возможно, у него был бы шанс на нормальную жизнь, но Дэй и Миньярд отняли его, когда помогли Морияма выследить его. Они отняли у него шанс ускользнуть из Миллпорта и взять себе новое имя, новую личность где-нибудь в другом месте, не имеющем ничего общего с Морияма, Хэтфордами и Натаном Веснински. Возможно, Морияма в конце концов нашли бы его, или люди его отца… а возможно, и нет. По крайней мере, у него был шанс, который Миньярд и Дэй ему испортили. Поэтому, хотя Нил по-прежнему не хотел возвращения Дэя в Эвермор, он был совершенно не против разрушить надежды Дэя вновь стать знаменитым в Лисах и всё то, что Дэй обещал Миньярду. Они разрушили его надежду на будущее, так почему бы не разрушить их? ****** Эндрю проигнорировал неудачную вдохновляющую речь Ваймака, пытаясь настроить Лисов и Кевина на игру. У Кевина было раздражающе, решительное выражение лица, когда он смотрел на дверь, ведущую на площадку, Ий выглядел так, будто его сейчас стошнит, Гордон был готов начать драку, а остальные Лисы представляли собой смесь всех трёх (ну, Аарон выглядел таким же скучающим, как и Эндрю). Ваймак укорил Эндрю, чтобы тот хоть раз приложил немного усилий в игре, на что Эндрю бросил на него лукавый взгляд и не стал уходить от этого засранца. Словно в насмешку над его решимостью, прозвучал предупредительный сигнал, сигнализирующий о необходимости их присутствия на внутренней площадке, что заставило Кевина — вместе с Ий и Ники — подпрыгнуть в ответ. О да, готовы жить и умереть на площадке, мистер Дэй, подумал Эндрю, но на этот раз он оставил эту колкость при себе. Вечер и так будет достаточно долгим, ведь предстояло сыграть полный матч и разобраться с проклятыми Воронами. — Давайте сделаем это, — сказал Ваймак, хлопая в ладоши, чтобы отвлечься, пока Эбби изо всех сил успокаивала Кевина. — Чем скорее мы убьем этих ублюдков, тем скорее мы сможем напиться до чертиков у Эбби. Я провёл всё чёртово утро, набивая её холодильник. Ах да, алкоголь в качестве утешительного приза — Эндрю одобрил. Конечно, это означало отсутствие Колумбии в этот вечер, но Кевин, вероятно, всё равно будет невыносим в дороге, так что лучше согласиться на бесплатную выпивку и позволить ему рыдать на плече Эбби, чем рисковать тем, что в какой-то момент возникнет соблазн вытряхнуть его из движущегося автомобиля. Судя по громкому возгласу Ники и небольшому ослаблению хмурого взгляда Аарона, остальные монстры это одобрили. Ваймак открыл дверь, выходя на площадку, и Уайлдс повела его за собой, когда шум толпы заполнил коридор. Как только Лисы вышли на внутреннюю площадку Лисички начали размахивать своими дурацкими помпонами. Эндрю оглянулся как раз вовремя, чтобы заметить, как его брат уставился на одну из них, как он и предполагал, но снова посмотрел вперёд, прежде чем внимание Аарона переключилось на чирлидершу. Лисы едва успели выйти на площадку, как объявили о прибытии Воронов, после чего зазвучал их скучный, заунывный гимн. В отличие от большинства игр, здесь была большая секция, заполненная фанатами Воронов, одетыми в чёрное, которые пришли в ярость, когда их команда вышла на корт, и ещё больше подняли уровень шума на стадионе. Среди толпы были номера 1-2… и даже некоторые 3-4. Как забавно. Болельщики Лис изо всех сил старались заглушить приветствия громкими освистываниями и оскорблениями, а болельщики Воронов только громче подбадривали — этого было достаточно, чтобы у Эндрю разболелась голова. Тем временем Вороны шли в строгом порядке, их было слишком много, с Рико впереди. Так как этих ублюдков в чёрной форме было так много, Ваймак предоставил им внутреннюю площадку для разминочных кругов, а Лисы бегали на самой площадке, что помогло увеличить расстояние между Кевином и Рико. Кевин смотрел прямо перед собой, бегая возле стены в противоположном от Воронов направлении, а Эндрю заметил маленькую фигурку, бегущую сразу за Моро в третьем месте расстановки — как и Кевин, Джостен смотрел прямо перед собой, ни разу не взглянув в сторону Лисов. Тем временем Кёртис улыбалась Ий всякий раз, когда они проходили мимо друг друга, а Патель вообще высунула язык в сторону Эндрю. Когда пришло время тренировки, Тетсуи пришлось разделить команду пополам, так как она была очень большой, и защита продолжала бегать круги, в то время как нападение било по воротам. Эндрю опирался на ракетку, пока остальные Лисы тренировались, его внимание было сосредоточено на мелькающих фигурах на другой стороне площадки, на двух стройных нападающих — одном высоком, другом низком — которые сгрудились вместе между ударами по воротам. Вскоре судьи дали сигнал, что пришло время бросать монету, и Кевин встал рядом с Эндрю, когда Уайлдс встретилась с Рико в центре площадки. Рико выиграл жребий и подарил Уайлдс ухмылку, прежде чем они разошлись. Команды отправились на свои стороны корта, где запасные пожелали удачи стартовой линии, стукнув ракетками друг о друга, когда проходили мимо. Эндрю одарил Бойда недобрым взглядом за его широкую улыбку и громкое «идите и порвите их» и стал ждать, когда дикторы вызовут их на корт, чтобы эта чёртова игра наконец началась. Сначала они вызвали Лисов, и толпа пришла в восторг, когда на площадку вышли сначала Кевин, потом Гордон, затем Рейнольдс, Ники и Рене, и, наконец, Эндрю. Толпа снова зашумела, когда Рико вызвали. Однако Рико не остановился на центральной площадке, он продолжил движение прямо к Кевину, где трус отстегнул свой шлем, чтобы лучше слышать, что скажет маленький псих, пока диктор называл остальных Воронов — Джостена, Моро, Джонсона, Макферсона и Иванову. Пока это продолжалось, Кевин и Рико, похоже, немного поболтали, как мило. Недовольный действиями Рико, столь вопиющими, как будто он имел полное право так открыто подходить к Кевину, а также тем, что Кевин просто стоял там, Эндрю выждал около полуминуты, прежде чем ударить ракеткой о раму ворот. Громкий звук испугал Кевина и вызвал недовольный взгляд Рико, который, наконец, вернулся на своё законное место (ну, где он должен был быть на площадке — его законное место было у мусорных контейнеров). Когда все, наконец, заняли свои места, а дверь на площадку закрылась, главный судья передал Макферсону мяч и ушёл с корта. Эндрю дождался сигнала к началу этой чёртовой игры, и как только шум наполнил стадион, на нём начался шквал активности. Рейнольдс поймала мяч на отскоке от стены домашней площадки и подала его Эндрю, который бросил мяч обратно на площадку. Кевину и Гордону удалось приблизить мяч к воротам, но Кевин наткнулся на защиту Воронов. Было очевидно, что Моро был приставлен к нему, и Моро не собирался позволить Кевину пройти мимо него к воротам, он был готов использовать своё небольшое преимущество в росте и досягаемости, чтобы отобрать мяч и не дать Кевину его забрать. Они боролись взад и вперед почти минуту, прежде чем Кевин прибег к редкой грубой силе, чтобы добиться своего, но Моро сумел заблокировать его бросок по воротам настолько, что тот промахнулся. Гордон попытался выхватить мяч, но Джонсон оказался быстрее и злее, легко переиграв Гордона и убежав с мячом. Защитник смог перевести мяч во владения Макферсона, и тот, отпихнув Рейнольдс со своего пути, передал мяч молниеносному Джостену, который с легкостью обвёл Ники. Эндрю проследил за приближением не-кролика к воротам, но Джостен удивил его и бросил мяч, не дойдя десяти шагов до Рико, который стоял в стороне рядом с Рене, и в следующее мгновение Эндрю понял, что ворота загорелись красным. Гол. Не прошло и двух минут, как Вороны уже забили гол. Эндрю уставился на красный свет, пока Рико смеялся и что-то говорил по-японски Джостену, а его пальцы сжимали тяжёлую ракетку в руке. Были моменты, когда ему было наплевать на то, что кто-то забивает ему, когда он не мог потрудиться заблокировать мяч, но та игра, когда он намеревался что-то сделать, а потом это? Ему по-прежнему было наплевать на экси, но к черту Рико, который вальсировал и делал всё, что ему заблагорассудится в этот вечер. Эндрю чуть не замахнулся ракеткой на ухмыляющегося ублюдка, когда через три минуты Рико снова забил. — Ты так и собираешься стоять здесь всю ночь? — поддразнил его Рико. — О, точно, это всё, на что ты годишься, остолоп. Он решил отмахнуться от ублюдка и сосредоточился на Джостене, который до сих пор вёл себя довольно тихо и почему-то бросал на него внимательные взгляды. Рико тоже пару секунд смотрел на него, а потом щёлкнул языком от отвращения и ушёл, когда Эндрю продолжил его игнорировать. Кевину удалось завладеть мячом на минуту или две, но ему мешал Гордон, который, казалось, был больше заинтересован в драке с Джонсоном, чем в командной работе, и тот факт, что Моро отказывался подпускать его к воротам. Даже если это означало быть грубым, Моро оттеснял Кевина от ворот с почти ощутимым отчаянием, и как только Кевин терял мяч, пускал его по площадке. На этот раз Рико поймал мяч, но он был слишком далеко, и ему пришлось перебросить его Джостену. Эндрю отклонил его первую попытку попасть в ворота, но Ники потерял мяч, и почти слишком быстро, чтобы быть замеченным, Джостен подхватил его и сделал безумный поворот/скольжение, что позволило ему отскочить от стены площадки и попасть в ворота, а Эндрю остался пытаться понять, как, черт возьми, человеческое тело так изгибается. Ноги этого гибкого ублюдка должны были болеть от сильного удара о корт, но Джостен использовал свою ракетку, чтобы заставить себя встать на ноги, и одарил Эндрю слишком резкой ухмылкой, прежде чем вернуться в центр корта. После этого Тетсуи отстранил Джостена от игры — Эндрю почему-то сомневался, что это произошло из-за беспокойства за новичка, хотя и заметил, что первые шаг или два шага Джостена были неровными. Новый полузащитник тоже был заменен, а Ваймак поменял Бойда, Аарона и Ий на места Гордона, Ники и Рене. Немного помогло то, что у него была более сильная линия обороны, а также то, что Эндрю преодолевал последние остатки лекарств, что означало, что его разум был немного яснее, а внимание — немного острее. Это немного помогло. Бойд был их самым сильным защитником, и хотя Сандерс был хорош, он не работал так хорошо с Рико, как Джостен, поэтому атака Воронов на ворота Лисов остановилась. Если по какой-то случайности им удавалось пройти мимо Аарона, Эндрю был готов к этому, и Рико быстро потерял свою ухмылку. Если учесть, что Бойд был очень рад использовать свой рост и вес, чтобы поколотить самодовольного придурка, то драка не заставила себя долго ждать. Как только два идиота упали на землю, Эндрю вышел из своих ворот и побежал за мячом, который достался ему раньше, чем Лау успел перехватить его для Воронов. Как только мяч оказался в сетке его ракетки, он бросил его в конец корта, где Кевин и Ий боролись с Моро и Джонсоном. Поскольку Кевин был занят Моро, Ий удалось получить мяч и держать его подальше от своего громоздкого защитника достаточно долго, чтобы использовать свои десять шагов, а затем он бросил мяч обратно Кевину, который к этому моменту достаточно отдалился от Моро, чтобы получить небольшую передышку. Используя тот же трюк, который Джостен применил против Эндрю некоторое время назад (без фантастической гимнастики, ленивый ублюдок), Кевину удалось наконец-то заработать очко для Лисов. Дальше, конечно, все пошло по накатанной, как будто Вороны не могли смириться с мыслью, что Лисы могут дать отпор. Бойд и Рико снова подрались, но почему-то Бойда обвинили в том, что он нанёс первый удар (на самом деле он этого не делал, насколько Эндрю мог видеть со своих ворот, но, конечно, у судьи было своё мнение), что означало, что Рико получил право на штрафной удар, который Эндрю пропустил на полдюйма. Единственное, что из этого вышло хорошего — Моро был удален после первой четверти, так что Кевину удалось забить ещё один мяч во второй четверти, прежде чем его самого удалили. У них могло быть и третье очко, если бы Гордон не запорол пенальти. В перерыве счёт был семь-два, Лисы шли лучше, чем команды, которые играли с Воронами до них, но… их всё равно обыграли, и Эндрю не видел, чтобы во второй половине игры стало намного лучше, учитывая, насколько все уже были измотаны. У Воронов было более чем достаточно игроков, которых можно было снова поменять местами, либо хорошо отдохнувших, либо совсем свежих, и Эндрю знал, что в лучшем случае у него есть ещё одна четверть, прежде чем необходимость в очередной дозе начнет давать о себе знать. Это будет даже хуже, чем обычно, потому что сегодня он сильно напрягался, вынужденный постоянно двигаться, чтобы блокировать натиск на ворота со стороны нападения Воронов. Эбби бросилась следить за тем, чтобы у всех было достаточно воды, а Ваймак произносил очередную бессмысленную ободряющую речь, от которой Эндрю хотелось ударить себя по голове собственной ракеткой. Это было почти облегчением — заставить себя встать на ноги и выйти на корт, где новая пара нападающих снова и снова пыталась набрать больше очков, Тетсуи заменил Энгла на Рико, но оставил Толлис в середине четверти. Эндрю задавался вопросом, что, чёрт возьми, случилось с Джостеном, но вскоре был слишком занят, пытаясь удержаться на ногах, удержать ракетку, когда казалось, что Рико каждые две минуты попадёт мячом ему в лицо. Была минута, чтобы отдышаться, дать мышцам расслабиться и отдохнуть, когда началась четвёртая четверть, и Эндрю почувствовал слабый интерес, увидев, как Рико покинул корт, а Джостен вышел вместе с Патель. Ему стало интересно, достаточно ли Вороны довольны своим счётом, чтобы оставить остаток игры в руках своих новичков-нападающих, не было ли это своего рода оскорблением для Лис, знаком того, что они не стоят времени Рико и старшекурсников, даже если у Джостена на щеке есть модная татуировка. Кевин выругался, а Гордон выкрикнул оскорбления в их адрес, но Джостен и Патель проигнорировали его, заняв свои места на площадке. Эндрю хмыкнул, когда прозвучал сигнал, решив, что ему, по крайней мере, будет легко закончить игру, покончив с ухмылками и насмешками Рико, и в итоге выругался, когда через полторы минуты Джостен и Патель оказались у Ники и Рене на глазах — Тетсуи вернул на площадку Моро, и как только французский ублюдок отобрал мяч у Кевина, тот оказался в сетке Джостена. Патель и близко не подходила к лиге Рико, но она всё ещё была Вороном, и она была почти такой же быстрой, как Джостен, и такой же злобной, как все её товарищи по команде. Ники замешкался на мгновение, чтобы проверить её, и оказался на заднице, дурак, что дало двум маленьким птичкам возможность точно попасть в ворота (по какой-то странной причине у Рене были проблемы с Джостеном). Эндрю приготовился к новым трюкам Воронов, но вместо того, чтобы мяч пролетел высоко, и Джостен перекинул его Патель, Патель сделала что-то странное, выкинув мяч из сетки достаточно низко к полу Джостену, после чего ворота загорелись красным. — Слишком медленно, обезьянка, ублюдок, — кричала Патель, вертя ракетку в руках в перчатках. — Ты забыла про «чахлый», — напомнил ей Джостен с лукавой ухмылкой. — Это правда! — Она сказала что-то по-французски (о, замечательно, ещё одна), и они ушли, а Ники смотрел им вслед. Эндрю сказал себе, что это был просто удачный удар, но два маленьких засранца вернулись довольно скоро, с легкостью прорвавшись через линию защиты. Он блокировал удар Патель по воротам, но не Джостена. В следующий раз он несколько раз помешал Джостену, пока тот не споткнулся после одного блока, и поэтому передал мяч Патель для идеального удара по открытому месту в воротах. То, чего двум новичкам не хватало в опыте, они компенсировали командной работой, настойчивостью и молниеносными рефлексами, а также тем, что смогли наброситься на Эндрю, который всё чаще стал выходить из себя. Ваймак вывел Ники и Рене, чтобы поставить Бойда и Аарона обратно для лучшей защиты, но Патель разозлила Аарона своими насмешками, а Бойд, казалось, не знал, что делать с нападающим вдвое меньше его, который отказывался падать — он смеялся и называл его чертовски слабым, когда Бойд пытался сбить его с ног. Не помогало и то, что Кевин и Гордон никак не могли удержать этот чёртов мяч на другой стороне площадки. Каждый раз, когда Эндрю думал, что разгадал стиль игры Джостена и Патель, они меняли его, а его разум был в слишком глубоком угаре, чтобы до него дошло. Всё, что он мог сделать, — это идти дальше, подавляя растущее чувство тошноты и желание содрать с себя кожу, лечь на деревянный пол и никогда больше не вставать. Джостен набрал ещё одно очко, прежде чем прозвучал сигнал об окончании игры, и окончательный счёт стал шестнадцать — четыре в пользу Воронов. Эндрю никогда не набирал столько очков в официальной игре за всю свою школьную или студенческую карьеру, и эта игра была одной из худших в истории Лисов. Единственным спасением было то, что они сыграли лучше, чем несколько последних команд, игравших против Воронов. Пока болельщики Воронов на стадионе ревели в знак победы, ракетка Эндрю выпала из его рук, которые почему-то онемели. Он нагнулся, чтобы поднять её, голова немного кружилась, но ему удалось поднять её только на фут или около того от пола, после чего она снова выскользнула из его рук. Ну и чёрт с ним, решил он и упал на задницу. Когда двери корта открылись и остальные команды высыпали из внутреннего кольца, Бойд и Аарон подошли к Эндрю. — Срань господня, ты заблокировал более ста семидесяти бросков по воротам, — сказал Бойд почти благоговейным тоном. — Это невероятно. — Мне бы не пришлось так усердно работать, если бы остальные не были такими отстойными, — пробормотал Эндрю, снимая шлем, что заставило его брата весело хмыкнуть. Он поднял глаза и увидел, что Кевин приближается к воротам, прислонив ракетку к правому плечу, с торжественным выражением лица. — Что? — Тебе было весело? — спросил Кевин. Эндрю подумывал бросить в ублюдка свой шлем, но у него не было сил. — Ты отвратителен, Кевин Дэй. Не знаю, почему я держу тебя рядом. — Всё, что он знал, это то, что после всего этого дерьма кому-то лучше сдержать свое обещание. Прежде чем Кевин успел сказать что-то об экси, раздался раздражающий голос Рико и испортил и без того паршивый момент. — Лисы. Признаюсь, я в растерянности, что теперь делать. Я не могу поблагодарить вас за ночную игру, потому что не могу назвать это провальной игрой, — провозгласил он, приближаясь к Лисам с Воронами за спиной, Джостен и Моро были вне досягаемости. Лисы повернулись к нему лицом, все, кроме Кевина, который уставился на Эндрю. Он взглянул на Джостена с пустым лицом, затем слегка кивнул ему. — Я думал, что знаю, чего ожидать, когда мы пришли сюда сегодня вечером, но я всё ещё смущён от вашего имени. Ты пал так далеко, Кевин. Ты должен был остаться лежать и избавить нас от необходимости заставлять тебя снова встать на колени. — Я удовлетворен, — сказал Кевин, его голос был ровным, он держал взгляд Эндрю, чтобы показать, что его не беспокоит присутствие Рико или их план на потом. Очевидно, Вороны были шокированы, услышав, что их ранее почитаемый номер 2 доволен проигрышем, потому что они выглядели так, будто чуть не потеряли голову. — Не с их счетом или игрой, а с их духом. Я был прав. Здесь более чем достаточно для работы. — Сколько мячей ты получил по шлему? — спросил Ворон с явным беспокойством. Хороший вопрос, поскольку Эндрю знал, что в понедельник утром этот экси-наркоман будет кричать на Лисов обо всём, что они испортили во время вечерней игры. И всё же Кевин держал себя в руках, когда столкнулся со своими старыми товарищами по команде и партнёром, и должен был быть в порядке, когда столкнется с Рико и Тетсуи в ближайшее время, поскольку знал, что Эндрю и Ваймак его прикроют. Может быть, Лисы и не встретились с Воронами на равных в тот вечер, но они и не потерпели полного поражения. Кевин помог Эндрю подняться на ноги, а Рене быстро обняла его, когда Кевин отошёл в сторону. Эндрю терпел её быстрые объятия, так как это позволило ему на мгновение обрести равновесие. Когда он смог стоять на ногах, он заметил, что Джостен снова смотрит на него с интересом. — Спасибо за сегодняшнюю игру, — сказал Кевин, кивнув в сторону Воронов. — Мы снова увидимся с вами в полуфинале, — добавил он с лёгкой издевкой, всё ещё не отказываясь от этой мечты. — Это будет интересный матч-реванш, я обещаю. Рико не был рад этому, Кевин же оставался спокойным в его присутствии и надеялся на успех после игры. — Один человек не может провести тебя так далеко, — возразил он, его лицо исказилось от отвращения. — Даже ты не настолько глуп, чтобы поверить в это. Ты должен сдаться сейчас. — Одного достаточно для начала, — сказал ему Кевин, опуская ракетку на пол. И снова Рико был недоволен и прошипел что-то по-японски, что заставило Кевина вздохнуть и взглянуть на Эндрю, а затем ответить лёгким кивком. А, что бы это могло быть, хм? Когда всё наконец затихло, Уайлдс торопливо произнесла. — Спасибо за всё и спокойной ночи. Мы уходим отсюда. — Она указала в сторону открытой двери с корта, и Лисы быстро уловили намёк на то, чтобы уйти, несмотря на то, что пропустили всю эту дурацкую процедуру рукопожатия. Рене слегка помахала Патель, идя вперёд с рукой, всё ещё обнимающей Эндрю за плечи, как будто просто два друга прогуливались вместе, хотя на самом деле она помогала ему встать на ноги, чтобы он смог вернуться в раздевалку. Он едва успел дойти до душевых, как его вырвало. Рене вышла, чтобы принести ему его таблетки и бутылку воды, которую она поставила на сложенное полотенце, а затем присоединилась к остальным Лисам на внутренней площадке. После того, как Эндрю показалось, что прошла целая вечность, но это была всего лишь пара минут, он смог проглотить таблетку и запить её водой. Прошло ещё несколько минут, прежде чем таблетка подействовала на него, оставив его в том ужасном состоянии, когда он вспотел, и желудок сводило, и зудело, и… и всё же это того стоило, особенно когда чёртов кайф пронесся по венам и мания снова просочилась в его мозг. Когда он почувствовал, как его губы снова скривились в ненавистную улыбку. Как только он смог стоять, не падая, он пошёл к своему шкафчику и достал из сумки маленькую фляжку, которую осушил в несколько глотков, а затем отправился в душ. К тому времени, как он вымылся и худшие последствия абстиненции прошли, Ваймак, похоже, закончил свою последнюю ужасную ободряющую речь и сказал Лисам идти мыться, прежде чем они отправятся к Эбби на ночь. Эндрю бросил на Гордона пристальный взгляд, когда нападающий проходил мимо него, и Ваймак кивнул. Пока он ждал, Эндрю пошёл проверить свой телефон и обнаружил несколько фотографий, опубликованных на Инстаграм-аккаунте Воронов в начале дня. Последние были сделаны во время матча Воронов с УП, и, конечно, фанаты были более чем довольны изображением Моро, раскинувшегося головой на коленях Джостена. Была ещё одна фотография, на которой партнёры сидели, но на этот раз Джостен спал, положив голову на плечо Моро. Часть Эндрю хотела насмехаться и говорить, что они делают это ради публичности, но отсутствие напряжения в этих двух молодых людях, когда они были рядом друг с другом, было очевидным, особенно когда Эндрю смотрел на их фотографии с другими Воронами — или когда рядом был Рико. Он как раз убрал телефон, когда Лисы начали возвращаться в комнату отдыха, возбуждённые послематчевой вечеринкой и, похоже, оправившиеся от поражения. Кевин был немного молчалив, как и ожидалось, когда ему пришлось иметь дело с засранцем Морияма, и Ваймак подождал, пока все соберутся, чтобы прочистить горло. — Ладно, сначала мне нужно кое о чём здесь позаботиться, так что остальные отправляйтесь к Эбби, а я скоро с вами встречусь. О, и Сет? Мне нужна твоя помощь, чтобы перенести кое-что в кабинете. Уже направившись к Рейнольдс, чтобы попросить её подвезти, Гордон приостановился, чтобы бросить на тренера недоверчивый взгляд. — Что, я? Разве ты не можешь попросить помощи у одного из монстров? — Мой кабинет, сейчас же, Гордон, — огрызнулся Ваймак, указывая на комнату. — Ты можешь подождать полчаса, чтобы напиться. — Ах, черт, — ныл Гордон, шаркая ногами и не обращая внимания ни на что конкретное, в то время как Рейнольдс помахала ему на прощание со слишком сладкой улыбкой — Эндрю догадывался, что они всё ещё не вместе. Тем временем он кивнул брату и кузену, которых заранее предупредил, что им придётся ехать с Эбби до её дома. Остальные Лисы бросили любопытные взгляды, когда стало ясно, что они с Кевином тоже останутся, но Рене быстро выпроводила их за дверь. Ваймак похлопал Кевина по спине. — Я приставил дополнительную охрану к гостевой раздевалке, так что всё будет в порядке. Если возникнут проблемы, просто крикни или позвони. Кевин слабо улыбнулся. — Не будет, не здесь. Они просто попытаются рассказать мне, какую ошибку я совершаю, а я знаю, что это неправда. — Нет, и ты доказал им это сегодня вечером, не позволив им пройтись по тебе. Я горжусь тобой, сын. По какой-то причине эти слова заставили спину Кевина выпрямиться, а улыбку — усилиться, и он решительным шагом вышел из раздевалки. Уже не в первый раз Эндрю пытался понять, как Кевин мог сломаться под определённым давлением и в то же время так хорошо держать себя в руках в моменты, когда Эндрю был уверен, что он не справится. Важно было только то, что в конце концов он этого не сделал, полагал Эндрю. Дверь не закрылась за Кевином до конца — она снова открылась, чтобы в комнату бесшумно вошли две фигуры. Эндрю должен был помнить, что Джостен может быть подлым ублюдком, когда захочет. Мягкий шаг Моро полностью скрыл его, когда два Ворона шагнули дальше в комнату встречи Лисов. — Хм, не впечатляет, — заметил Джостен, оглядывая стены с фотографиями и потрёпанную мебель. Ваймак бросил на него недовольный взгляд, прежде чем направиться в кабинет. — Никакого кровопролития. — С вами не весело, тренер, — заметил Эндрю. Когда он обернулся к двум Воронам, то обнаружил, что Моро идёт прямо на него. Рефлексы немного ослабли из-за изнурительной игры и недавней абстиненции, но Эндрю всё же успел вытащить нож и поднять его примерно в тот момент, когда Моро схватил его за переднюю часть чёрной футболки с длинными рукавами. — Больше никогда не смей угрожать Нилу, грязный выродок, — шипел Френчи, несмотря на оружие, которым Эндрю размахивал перед его лицом, в то время как Джостен бормотал что-то по-французски и пытался протиснуться между своим партнёром и Эндрю. — Отпусти, пока не лишился пальцев, — предупредил Эндрю с широкой ухмылкой, несмотря на то, что внутри него нарастало желание ударить, совершенно серьезно относясь к угрозе. О, кто-то защищался, как мило. — Я сломаю тебя, Доу. Я… — Не сейчас, Жан! — Джостен сказал что-то по-французски, что заставило Моро отпустить Эндрю с отвращением, прежде чем он потерял несколько пальцев, его выражение лица стало яростным, а руки сжались в кулаки. — Никогда не подходи к нему, — сказал Моро. — Таких отбросов, как ты, давно нужно было усыпить. О, кто-то не был его фанатом, как печально. — Суровые слова от послушной собачки Рико, — поддразнил Эндрю. — Я не думал, что ты можешь сказать что-то, что он не сказал тебе в… — Не надо. — Теперь Джостен был в его личном пространстве, что было гораздо красивее, учитывая то, как светились эти голубые глаза и это особенное лицо. Хм, так приятно, что не нужно так часто смотреть вверх. Однако Эндрю не любил, когда кто-то теснил его, каким бы красивым он ни был. — Не болтай… Эндрю усмехнулся, потянув левой рукой за рубашку Джостена, чтобы отпихнуть маленького болтливого засранца, и, как и на банкете, всё закончилось тем, что Джостен тоже выхватил нож, голубые глаза расширились, а Джостен тяжело задышал, когда Эндрю схватил его за правое запястье, чтобы не дать лезвию вонзиться в него. Частично удивляясь, как всё так быстро перешло от оскорблений к попытке убийства (так много для этого «без кровопролития», но он ведь не обещал, не так ли?), Эндрю сильно сжал запястье Джостена в попытке заставить идиота отпустить его, но это не возымело никакого эффекта — ну, нет, Джостен попытался ещё сильнее перерезать свое горло. — Нил! Merde! — Моро наконец-то что-то сделал и обхватил своего партнёра руками в попытке оттащить его назад или что-то в этом роде. — C'est bon, diable, tout va bien! — В любой день… — Ferme ta grosse gueule! — Моро посмотрел на Эндрю, когда ему наконец удалось оттащить задыхающегося Джостена. Он обнял своего партнёра и бормотал ему что-то по-французски, пока Джостен, казалось, не вернулся и не привалился к Моро. Это было лишь предположение, но Эндрю хотел сказать, что Джостен тоже не любил, когда его хватали. Он почувствовал, как в желудок свело, когда Моро смог успокоить Джостена мягким французским языком и нежными прикосновениями к его волосам. Эти жесты напоминали то, что родители могут сделать с ребенком (не то, чтобы с Эндрю кто-то так обращался) — в них не было ничего даже отдаленно сексуального, просто явный признак близости, привязанности и доверия. Джостен вздрогнул, спрятал лезвие ножа и нахмурился на Эндрю. — Не вмешивай в это Жана, — потребовал он хриплым голосом, его лицо превратилось в изможденную маску. — Это он начал, — сказал Эндрю, а затем закатил глаза от того, как по-детски это прозвучало. — Он оставит меня в покое, и я оставлю его в покое. — Я не позволю тебе говорить с Нилом, как будто он… — Жан. — В голосе Джостена звучала усталость, когда он похлопал своего партнёра по рукам, прежде чем отойти. — Я могу сам о себе позаботиться. Кроме того, такой невоспитанный ублюдок, как Миньярд, не сможет мне ничего сделать, он из низшей лиги, — добавил он, бросив на Эндрю презрительный взгляд. — Ты не отдаёшь мне должное, — заметил Эндрю, один раз покрутив свой собственный нож, а затем засунув его обратно в нарукавную повязку. Улыбка Джостена снова приобрела слишком жестокий оттенок. — Ты думаешь, что раз ты заставил Рико задуматься, то ты — самый страшный монстр в комнате? Что это за лекарства, которые они тебе назначили? Уж точно не от бреда, — насмехается он. — Видимо, Дэй рассказывал тебе не совсем правильные истории. Вспомнив о Ваймаке и Гордоне в кабинете, Эндрю улыбнулся и покачал головой. — Он достаточно страшен, чтобы дёргать за поводок твоего отца, нет? Это вызвало яркий смех у Джостена и тревожный взгляд у Моро. — О, нет, не совсем. — Джостен поднёс указательный палец правой руки к губам, и Эндрю увидел, что на его запястье скоро появится ещё одна полоса тёмных синяков — синяков, которые поставил Эндрю в этот раз. От этой мысли желудок Эндрю скрутило от отвращения. — Это была простая сделка, а не иерархия. Дэю следовало бы быть внимательнее, но опять же, единственное, что для него важно, это экси — не то, что происходит вокруг, не люди, которые на него полагаются, не дворняги, скалящие зубы ради него. Приступы паники в одну минуту и злобные уколы в другую, Джостен был чёртовым идиотом, не так ли? Эндрю посмотрел на него ровным взглядом, доставая пачку сигарет и прикуривая одну, и заметил, как глаза Джостена на мгновение затуманились при первом выдохе дыма. — Похоже, вы много знаете. Сколько будет стоить заставить вас поделиться этой информацией? Злобная ухмылка вернулась. — С таким предательским засранцем, как ты? О… слишком много. В конце концов, твой тренер сказал «никакого кровопролития». Эндрю хмыкнул, выдохнув немного дыма через нос. — Как насчет правды за правду? Мы должны признать только то, что хотим, но никакой лжи, когда мы чем-то обмениваемся. Это был риск, но он не думал, что добьётся чего-то от Джостена, если тот не предложит что-то сам — не думал, что ему удастся обойтись без оскорблений и ловких словесных уколов. В конце концов, не так уж часто он сталкивался с кем-то, у кого защита была такой же толстой, как у него самого. Джостен насмехался над этим, в то время как Моро бросил внимательный взгляд на дверь, ведущую во внутреннюю часть стадиона. — Точно, как будто такие предательские ублюдки, как вы, знают значение этого слова — правда. — Тогда позволь мне начать, — предложил Эндрю. — Эй! Тренер! Мы готовы, — крикнул он, наблюдая за Джостеном, который напрягся, словно ожидая какой-то ловушки. — Давно пора, я хочу уйти сегодня вечером, — ворчал Ваймак, выходя из коридора, а Гордон поспешил за ним. — Что за черт? Это Вороны! — Гордон указал на Моро и Джостена — Моро вышел вперед, как бы защищая своего партнёра. — Что они здесь делают? Только не говори мне, что мы их тоже принимаем! Моро насмешливо фыркнул на это. — Я лучше умру от стыда, чем присоединюсь к этой жалкой команде. Какой в этом смысл? Эндрю улыбнулся Джостену. — Мы только что говорили о том, что Нил надеялся спокойно закончить выпускной год в Миллпорте и пробраться в Эдгар Аллан так, чтобы никто не узнал, не так ли, Нил? — Что… Джостен оборвал своего партнёра и посмотрел на Эндрю с откровенной ненавистью. — Что-то вроде этого, но потом ты должен был пойти и всё испортить своим сообщением на форуме, ты, бл… — Подожди, Миньярд? — Гордон рассмеялся и хлопнул в ладоши от восторга. — Ты думаешь, он это сделал? Его не может беспокоить это дерьмо в социальных сетях. Нет, это я, — злорадствовал нападающий, как и рассчитывал Эндрю, слушая, как этот засранец разглагольствует и бредит о внимании, которое Джостен получал последние несколько месяцев, о том, каким популярным он становится, о том, что он непременно получит место в профессионалах, поскольку он Ворон и в Совершенном Дворе. — Я разместил этот пост, — казалось, он не заметил, как Ваймак зыркнул на него, — так что это я испортил тебе лето или что-то в этом роде. Джостен молчал, пристально глядя на Гордона пару секунд, в то время как Моро стоял рядом, словно готовый вцепиться в него, если понадобится. — Сет Гордон. — Это прозвучало так, как будто Джостен проверял имя или что-то в этом роде. — Ты начинающий нападающий Лисов только потому, что они не могут найти ничего лучше, — сказал он, его улыбка была настолько устрашающей, что Эндрю понял: Гордон будет жалеть о своем импульсивном поступке очень, очень долго. — На самом деле, если бы не Лисы, ты бы вообще не играл в экси, с твоим отсутствием мастерства и преданности делу. — Джостен, — предупредил Ваймак, делая шаг вперед. Эндрю заметил, как Джостен вздрогнул от этого и вскинул руку, чтобы остановить мужчину. — Слушай ты, маленький засранец, — прорычал Гордон, но Джостен проигнорировал его. — Нет, ты бы сейчас дрался где-нибудь в баре или в реабилитационном центре, если бы у тебя не было передозировки. Потому что ты знаешь, что ты ничтожество, — продолжал Джостен, продолжая улыбаться. — Вот почему ты должен со всеми ссориться, потому что они лучше тебя, почему ты должен пытаться уничтожить их, потому что ты всего лишь завистник… — Джостен! Я не позволю тебе так разговаривать с моими игроками! Улыбаясь, несмотря на то, что он снова вздрогнул, Джостен посмотрел на Ваймака, его правая рука была в кармане, куда он положил свой нож. — Я солгал? Ваймак смотрел на него, пока Гордон проклинал Джостена, его собственная рука была выставлена, чтобы удержать нападающего от преследования идиота. — У тебя проблемы, парень. — Я убью его! — Нет, не убьешь. — Ваймак толкнул Гордона обратно в кабинет. — Тебе повезет, если я не убью тебя за то, что ты, чёрт возьми, сделал, — кричал он на придурка. — Но тренер, я… — Заткнись. Джостен продолжал улыбаться ещё несколько секунд, прежде чем это выражение исчезло, сменившись выражением крайней усталости. Но прежде чем Эндрю успел что-то сказать, раздался тихий звон, и Моро потянулся в карман, чтобы достать изящный телефон. — Дэй уже в пути, — объявил он. — Мы возвращаемся домой, — сказал Джостен, звучавший так же устало, как и выглядел. — А что насчет соглашения? — спросил Эндрю, прежде чем они смогли уйти. На полпути к двери Джостен приостановился и повернулся, чтобы посмотреть на него. Казалось, он с минуту что-то обдумывал, прикусив зубами свою пухлую нижнюю губу, а затем кивнул. — Однако я не считаю это твоей правдой, так что тебе всё равно придется начать. — Ты сможешь спросить что-нибудь в следующий раз, когда мы будем разговаривать. Завтра? Джостен покачал головой. — Нам придется тренироваться завтра днём, чтобы наверстать то, что мы пропустили из-за поездки. В воскресенье в то же время, — предложил он. Это должно было сработать — на то, чтобы донести до него истину таким способом, уйдет время, но с таким человеком, как Джостен… нет, быстро двигаться не получится. Было ясно, что они слишком похожи, и Эндрю никогда не откроется, если кто-то будет слишком сильно давить на него. Посмотрите, сколько времени понадобилось Би, чтобы добиться с ним чего-то. — Отлично. Быстрый кивок в знак согласия, а затем две маленькие птички исчезли. Эндрю только успел отбросить в сторону сигарету, и крики в кабинете стихли, когда вернулся Кевин. Лицо экси-наркомана было немного бледным, а его зелёные глаза затенены, но выражение его лица было решительным. — Пришел собрать вещи? — спросил Эндрю, когда Ваймак в очередной раз поспешил покинуть кабинет. — Очень смешно. — Кевин бросил на него взгляд, но при виде Ваймака облегчённо улыбнулся. — Всё так, как мы и думали — они пытались заставить меня вернуться, поставить ультиматум об уходе из Лисов до конца семестра, но я сказал им «нет». — Отлично, значит, мы застряли с тобой, — вздохнул Эндрю, что заставило Ваймака и Кевина уставиться на него. — Сейчас я думаю, почему мы застряли с таким лучиком солнца, как ты, — пробормотал Ваймак. — И Сет! Тащи свою задницу отсюда, мы уходим. — Наконец-то! — Гордон вышел из кабинета и показал средний палец Эндрю, направляясь к выходу. — Чертовски вовремя! — Мы ещё не закончили говорить о том, что ты сделал! — Ваймак ушёл, в результате чего Эндрю и Кевин уходили последними. На любопытный взгляд Кевина, Эндрю пожал плечами. — Гордон был настолько любезен, что рассказал тренеру и Джостену, что именно он стоит за сообщениями на форуме о том, что ты пытался завербовать Джостена. Выражение лица Кевина ожесточилось, когда он услышал это. — Я так и знал, не то чтобы это принесло много пользы. — О, от этого было много пользы, если это означало, что Джостен больше не винит Эндрю. Он сомневался, что они были лучшими друзьями в данный момент, но это могло оказаться очень ценным, поговорить с маленькой птичкой, так близко стоящей к Рико. — Мне нужно выпить. Давай, пойдем к Эбби, — простонал Кевин, и в кои-то веки Эндрю согласился с этой занозой в заднице. *******