Black As Is The Raven, He Will Get A Partner

******* До последней игры сезона для Лисов, когда они играли против Воронов, оставалось две недели, и Кевин не хотел возвращаться в Колумбию. Нет, он хотел провести как можно больше времени, тренируясь для матча-реванша с Рико, чтобы доказать этому ублюдку, как далеко он продвинулся с октября прошлого года. Ох, и, может быть, только может быть, недавние комментарии Рико в прессе имели к этому какое-то отношение, все эти милые замечания о том, что Кевин был неудачником, потерпел неудачу и больше ничего не добьется, в связи с недавним поражением Лисов от Троянцев. Эндрю был удивлен, что Кевин не сломался под нападением, не проводил вечера в пьяном виде и не смотрел старые игры Воронов, когда он выходил на площадку со своим бывшим партнером, а вместо этого планировал стратегии с Ваймаком и тренировался на площадке. Возможно, помогло то, что поддержка в Интернете была в основном на его стороне, комментарии на форумах и в статьях были такими: «Что происходит с Рико?» и «Кевин Дэй на самом деле играет гораздо лучше, чем я ожидал». Лисы (за вычетом Гордона) собрались в комнате отдыха на стадионе, чтобы посмотреть игру между Троянцами и Воронами в пятницу, Ваймак присоединился к ним в тот вечер и снова раскошелился на пиццу, поскольку он закончил набирать команду на этот сезон. Он проигнорировал передаваемое по кругу пиво, только убедился, что Рене отвезет старшекурсников (плюс Ий) обратно в общежитие, и получил кивок от Эндрю, что он также благополучно проводит «монстров», после чего устроился в кресле, когда началась игра. Она прошла примерно так, как все и ожидали: Вороны быстро захватили лидерство и не хотели его отдавать. Нил и Рико были стартовыми нападающими, и Нил (как и Моро) вообще не покидал площадку, кроме как в перерыве. Кевин издал низкий стон, как будто от боли, когда Рико получил желтую карточку и был удален с площадки Тетсуи с пустым лицом. — Ого, кто-то сегодня немного раздражен или как? — спросил Ники, открывая новую банку пива. — Они получили дополнительную дозу мудачества перед игрой? — Это будет выглядеть не очень хорошо, учитывая, что он играет с самой милой командой в лиге, — заметила Рейнольдс, ее левая рука легла на плечи хмурой Рене в самом открытом проявлении привязанности, которое Эндрю видел между ними до сих пор — он бы сказал, что Рене нечего беспокоиться о том, что Рейнольдс вернется к Гордону. — Делать такой откровенный фол. — Да, это так, — согласился Кевин, потирая левую руку. — Он должен знать лучше. Это означало, что Рико должен знать, как лучше прятать свои клыки на национальном телевидении и перед толпой зрителей, что, вероятно, объясняло, почему Тетсуи не выпускал его на площадку до конца игры. Это означало, что Нил много работал и сам набирал большинство очков, хотя он помогал другим Воронам и не был такой шлюхой славы, как Рико. Ий болел и вел себя как идиот, когда Кертис выходила на площадку в последней четверти, говоря о «своей» девушке, и по какой-то причине Нил и она разделили ухмылку, когда ей удалось сбить Нокса с ног, чтобы получить мяч, и Сандерс смог забить гол. Вскоре после этого закончилось время, и Кертис помогла явно измученному Нилу присоединиться к остальным Воронам, чтобы отпраздновать, а Моро занял свою обычную позицию сторожевого пса Нила. Уайлдс встала, чтобы выключить телевизор, остальные Лисы внезапно замолчали. — Они становятся все лучше, но и мы тоже. — Она сложила руки на груди, оглядывая комнату. — Я знаю, что мы потеряли одного игрока, и никто не ждет от нас победы, но это не значит, что мы не можем выйти на поле в пятницу и показать им, что мы не та команда, к которой можно относиться легкомысленно. Бойд, Рене, Рейнольдс, Ий и даже Ники зааплодировали, Кевин кивнул, а Ваймак встал и зааплодировал, подойдя к Уайлдс. — Именно, — сказал он, кивая. — Никто не ожидал, что вы пройдете так далеко, кроме людей в этой комнате, и я никогда не гордился вами так сильно. Неважно, что произойдет на следующей неделе, я знаю, что вы отдали этому сезону все силы, каждый из вас. — Он сделал паузу, посмотрел на всех и снова кивнул. — Давайте закончим его, доказав, что эти высокомерные ублюдки ошибаются, да? Они не придут сюда за легкой победой, не в этот раз. — Хоть раз им придется поработать, — согласился Бойд, ударяя левым кулаком по правой руке. — Избалованным засранцам придется попотеть и все такое. — Мэг не засранка, — пробормотал Ий. — Но да, на этот раз они нас не обойдут! Пока Ники ликовал по этому поводу, Кевин поднялся на ноги и окинул всех взглядом. — Вы действительно думаете, что все будет так просто? После просмотра последней игры? — Он жестом указал на большой экран позади Ваймака и Уайлдс. — У них одни из лучших игроков в дивизионе, и они побеждали команды лучше нас, потому что их менталитет — никогда не сдаваться, продолжать стремиться к совершенству. Вы не уделяете и половины того времени на тренировках, которое уделяют они! — Мы уже слышали это раньше, — пожаловалась Рейнольдс, в то время как большинство Лисов уставились на Кевина. — И что, просто сдаться? Этого не произойдет. — Нет, но вы могли бы стараться больше, черт возьми, — огрызнулся Кевин. — Вороны не будут тратить время с сегодняшнего дня до следующей пятницы на вечеринки, кино, шопинг или на то, чтобы пообщаться со своими подружками, — Ий покраснел при этих словах, — они будут тренироваться на корте. — Кевин оглядел комнату и нахмурился, когда Аарон показал ему палец. — Если вы хотите доказать, что мы попали в полуфинал не случайно, вы присоединитесь ко мне завтра. Когда никто ничего не сказал, Ваймак снова хлопнул в ладоши. — Хорошо, будьте осторожны, когда будете возвращаться в общежитие, и лучше увидимся в понедельник рано утром. У нас впереди напряженная неделя. Кевин еще немного похмурился на всех, когда они уходили, а Эндрю не ожидал увидеть остальных Лисов, кроме Рене в воскресенье, до понедельника. Поэтому он удивился, когда в субботу утром Ники и Ий отправились вместе с ним и Кевином на стадион, а через час или около того появились Уайлдс и Бойд. Эндрю ожидал, что Кевин вернется к своей доминирующей тренерской личности мудака более чем годичной давности, но он просто одарил их знающей ухмылкой (не такое уж большое улучшение) и потратил некоторое время на то, чтобы показать Лисам первое упражнение Воронов (или, в случае Ий, другое), чтобы они могли поработать над ним, пока Кевин тренировался в одиночестве. Эндрю некоторое время наблюдал за ними, чтобы убедиться, что Кевин никого не разозлил (особенно Бойда) до такой степени, что ракетка или мяч полетят ему в голову, после чего он продолжил проверять что-то на своем телефоне, ожидая звонка Нила. Некая маленькая птичка приняла участие в послематчевом интервью вчера вечером, и социальные сети запестрили фотографиями, на которых он и Моро «дурачились»; некоторые фотографы запечатлели Нила смеющимся, в то время как Моро, казалось, прижимал к его лицу черную ткань. Фанаты Воронов сходили с ума по этим фотографиям, как и многие другие фанаты экси — не часто такие «высокопоставленные» Вороны были застигнуты врасплох, даже на своих аккаунтах в Инстаграм, а чтобы это были два таких популярных игрока, как Нил и Моро? Чтобы это был снимок, показывающий, как оказалось, тесную связь между ними, когда Нил так смеется, его глаза светятся юмором, а красивое лицо озарено эмоциями, и даже редкая улыбка на обычно суровом лице Моро? Это был разительный контраст с почти всегда спокойным Рико и часто критикующим Кевином, которые на протяжении многих лет создавали единый фронт, но никогда не демонстрировали такой искренности, как сейчас. Демонстрация, которая подтверждалась тем, как Нил и Моро улыбались и смотрели друг на друга во время интервью, иногда заканчивая предложения друг друга или переходя на французский язык для нескольких слов, когда они вели мини-беседу, как они отдавали друг другу должное (вместе с Рико и остальными Воронами) в один момент, а затем препирались в следующий. Выслушав уже ставшую привычной тираду Рико против Кевина и Лисов, репортеры были больше заинтересованы в том, чтобы задать вопросы Нилу и Моро, особенно учитывая их выходки. Они были немного удивлены таким вниманием, в то время как Рико сидел на другом конце стола с неизменной ухмылкой на лице, которая, по мнению Эндрю, заставила бы Кевина вздрогнуть, как только он ее увидел. В целом, впечатления людей от интервью сводились к тому, что Рико превратился в ревнивого засранца, и неудивительно, что Кевин остался с Лисами. Было ясно, что у Нила и Жана были гораздо лучшие партнерские отношения, что они не позволяли своему эго мешать и бла-бла-бла. Все, что волновало Эндрю, это то, что Рико терпел поражение в Интернете, что люди, похоже, понимают, что с этим придурком что-то не так. Его беспокоило только то, чтобы Нил в результате не пострадал, поскольку в последний раз, когда Рико подумал, что кто-то собирается затмить его, он ударил его ракеткой по руке. Тем не менее, Нил сказал что-то о том, что между ними есть «взаимопонимание», и, похоже, его не беспокоило неловкое молчание Рико во время интервью. Эндрю отложил телефон в сторону, чтобы на нем оставался заряд для звонка, и наблюдал за тренировкой Кевина, обратив внимание на то, как нападающий только что сделал несколько взмахов ракеткой, которую держал в левой руке, когда Нил наконец позвонил. — Приятно видеть, что ты не слишком знаменит, чтобы общаться с маленькими людьми, — сказал Эндрю, продолжая наблюдать за Кевином. — Я сделал исключение для такого низкорослого ублюдка, как ты, — сказал Нил, чем вызвал легкий смешок со стороны Эндрю. — Не могу поверить, сколько шума подняли люди из-за этой чертовой фотографии, — продолжил он жаловаться. — Выглядит так, будто кто-то пытается заткнуть рот такому умнику, как ты, а кому бы это не понравилось? — Видишь ли, я собирался попытаться вызвать в себе хоть немного сочувствия, когда мы опозорим тебя на твоем собственном аляповатом стадионе, но теперь я даже не собираюсь утруждать себя, — заявил Нил. — Да, я нахожу это очень правдоподобным, — проворчал Эндрю. Он сделал паузу, чтобы зажечь сигарету, пока Нил жаловался по-французски Моро на то, что с ним обращаются «так нелюбезно», и медленно выдохнул, задержав дым в легких на секунду или две. — Итак, какой у тебя вопрос на этой неделе, хм? Хочешь спросить, верен ли Кевин своей ракетке? — Фу, — пожаловался Нил, с чем Эндрю был вынужден согласиться. — Эмм… эй! Я знаю, расскажи мне о «медведях». Моро начал кричать «нет!» на заднем плане, в то время как Эндрю нахмурился от этой странной просьбы и реакции. — Это млекопитающие, большие мохнатые ублюдки, которые живут в лесах, в основном. Что заставляет задаться вопросом «какого черта» и в чем проблема Вальжана? — Не эти медведи, и прекрати это, Жан. — Нил звучал раздраженно, и раздалось какое-то приглушенное ворчание, как будто два Ворона сцепились в поединке. — Жан и Марли не хотят рассказывать мне о другом виде медведей, и я не могу использовать этот телефон для поиска, он не работает здесь, в Гнезде, и они следят за тем, как мы пользуемся Интернетом, так что мне нужно быть осторожным с тем, что я ищу. — Боже правый, не надо, — предупредил Моро. — Никогда не пытайся, — сказал он Нилу. Ох, эти медведи, понял Эндрю, когда кусочки медленно собрались вместе. — Серьезно? Ты не знаешь, что «медведь» — это волосатый, обычно коренастый или мускулистый парень-гей? — Он все еще был немного озадачен тем, почему Нил хочет это знать… озадачен и немного зол. Секунду или две было тихо (кроме бормотания Моро), прежде чем Нил простонал. — Что? Правда? Ты имеешь в виду… — Он начал ругаться на нескольких языках, переключаясь туда-сюда слишком быстро, чтобы Эндрю мог что-то понять. — Как ты мог не знать? — спросил Эндрю, поскольку Нил, похоже, знал самые разные вещи и отнюдь не вел защищенный образ жизни, судя по тому, что он почерпнул в их маленькой игре в правду. — Я просто… я не знал. — Нил казался довольно взволнованным в данный момент. — Я же сказал тебе, я никем не интересуюсь! Я никогда не учился многому о сексе — я имею в виду, я знал основы и все такое, они учили меня этому в нескольких школах, — начал лепетать он, в то время как Моро начал бормотать его имя, как бы успокаивая его. — Но это были основы, не было ничего о медведях, странных именах или чем-то большем, чем поцелуи, и я не хотел и не должен был знать эти вещи, пока… Голос Нила, который приобрел немного панический оттенок, резко оборвался, как будто он понял, что сказал, что собирался сказать. Эндрю слышал его дыхание, немного слишком быстрое и неглубокое, пока Моро говорил ему, что все в порядке, что он в порядке на французском. Вот только Нил не был в порядке, не так ли? Потому что Эндрю понял то, чего не сказал Нил — что до Эдгар Аллан он не хотел и не должен был знать ничего о сексе. Пока не появились синяки на запястьях и шее, пока кто-то не причинил ему боль и не заставил узнать эти вещи. Пока кто-то не потушил свет его притягательных глаз, не заставил Моро и Патель так оберегать маленькую, хорошенькую птичку (запертую в клетке и не способную улететь). Рука Эндрю стиснул телефон, слова застряли в его горле, в перемешку с «кто», «их чертовы имена, черт возьми» и «где они?». Но он знал, что Нил скажет только «нет», «не твоя очередь» и «никогда», не сейчас, когда он заперт в этой позолоченной клетке с этими людьми, не сейчас, когда они отвечают людям, которые владели им или даже могли быть теми, кто владел им. Вместо этого он подождал, пока Нил немного успокоится, пока ярость внутри него немного утихнет, убаюканная, как всегда, тягой к гребаным наркотикам, прежде чем заговорить. — Должен ли я рассказать тебе о твинке? — Что? Я… твинки? — спросил Нил с явным замешательством. — Ты имеешь в виду те закуски… — Иди к черту, gargouille laide, — крикнул ему Моро, пока Нил смеялся в знак протеста. — Прекрати… прекрати развращать его! — Ты что, его няня? — спросил Эндрю. — Он взрослый… ну, по крайней мере, юридически. — Ладно, хорошо, вы двое кричите друг на друга, пока я пойду принесу что-нибудь выпить, — отозвался Нил, его голос немного затих, как будто он отошел от телефона. — Только не убейте друг друга в эту пятницу. — Это не я умру, — крикнул Эндрю так, чтобы его маленькая птичка могла его услышать. В трубке послышались слова на французском, слишком яростные и неразборчивые, чтобы их можно было понять, а затем линия оборвалась. Эндрю лежал с сигаретой, быстро превращавшейся в пепел, и телефоном, который держал в левой руке, и думал, сколько времени ему понадобится, чтобы добраться до Чарльстона, Западная Вирджиния. Он лежал и думал о том, что будет делать, когда доберется до замка Эвермор и спустится в Гнездо. К сожалению, это не положит конец раку, не так ли? Не тогда, когда на свете появился новый лорд Морияма, когда Кевин трясся от страха и задыхался при одном только упоминании этого имени. Но мальчик с ножами может мечтать, не так ли? Когда пришло время объявить конец глупым выходкам в стикболе на сегодня, Эндрю подвез Кевина и Ники обратно в общежитие, и, поедая лапшу «lo mein» в одном из кресел-мешков, посмотрел на Кевина так, что трус приостановил игру Воронов в начале сезона, чтобы бросить на него озадаченный взгляд. Эндрю ничего не сказал… потому что, собственно, что тут можно было сказать? «Неужели ты был слишком занят своей дурацкой игрой, чтобы заметить, что Рико заставил своих подручных насиловать людей в Гнезде?» Или еще хуже — «ты был слишком занят своей дурацкой игрой, чтобы заботиться о том, что Рико заставил кого-то из своих подручных насиловать людей в Гнезде?». Прошлое было прошлым, и его нельзя было изменить, а Кевин Дэй был из тех, кто был слишком одержим своим блестящим, драгоценным стикболом, чтобы заметить что-то настолько «неважное», как-то, что Рико уничтожил другого человека подобным образом. Тем не менее, Эндрю пришлось отвернуться, не отвечая на немой вопрос Кевина, прежде чем он встал и разбил голову наркомана о свой чертов ноутбук. В воскресенье Рене и Рейнольдс явились на тренировку, причем Рене была нехарактерно тихой и унылой, а Рейнольдс — красноглазой и хрупкой. Бойд захлопнул шкафчик после того, как достал свое снаряжение, его собственное выражение лица было довольно мрачным. — Сет напился прошлой ночью, и я думаю, что он снова начал употреблять. Я уверен, что он продолжал звонить Эллисон, так как он болтал о ней, пока не отключился. — Ей лучше без него, — сказал Ий, надевая свои колодки. — Сначала он изменил ей, а теперь все это? Он мудак. Эндрю было плевать на Гордона (или Рейнольдс), не тогда, когда бесполезный нападающий больше не имел никакого влияния на команду благодаря своей красной карточке (кроме того, что помог обеспечить поражение в пятницу). Гордон закончил сезон, и с Лисами было покончено, так как он собирался выпускаться, и Эндрю не волновало, что этот засранец не явится на игру в пятницу. Хотя ему было интересно, имеет ли Нил (или тот, кого Нил поручил ему) отношение к последнему падению Гордона. По крайней мере, его маленькая птичка сдержала свое слово и подождала, пока Лисам больше не понадобится неудачник, чтобы убедиться, что Гордон действительно не сможет играть. Эндрю лежал на скамейке, позволяя своему вниманию дрейфовать в течение часа или двух… а затем вздохнул, когда над ним нависла тень, и с удивлением обнаружил, что рядом с ним стоит Аарон — в последний раз он заметил, что его брат спал в комнате. — Правда? — спросил он, увидев Аарона в форме, поскольку знал, как сильно его брат ненавидит Лисов. — Проиграл пари с Ники? — Мне плевать на эту команду, но еще меньше меня волнуют эти засранцы Вороны, — сказал Аарон. — Я устал от того, что люди смотрят на нас свысока и относятся к нам как к дерьму, так почему бы и нет? — Он подтянул свой шлем немного выше под правую руку, одарив Эндрю вызывающей ухмылкой. — Кроме того, возможно, таким образом я смогу немного поколотить одного нападающего, да? Посмотрим, как тебе понравится, когда я расправлюсь с твоим дружком. Кто-то пытался быть умным, не так ли? Эндрю медленно сел и широко улыбнулся своему брату, несмотря на гнев, бурлящий в его жилах. — Видишь ли, проблема с этой теорией в том, что ты думаешь, что сможешь победить кого-то, кто намного лучше тебя. Давай, попробуй, будет забавно посмотреть, как ты, как всегда, получишь по заднице. — Аарон думал, что сможет справиться с Нилом, когда даже у Бойда были проблемы? Когда Нил не только выжил, но и процветал в Гнезде? Это было смешно… но Эндрю это не забавляло, о нет. Часть уверенности Аарона улетучилась из-за кажущегося отсутствия беспокойства Эндрю. — Ты… Я могу справиться с таким тощим ублюдком, как он. Это вызвало громкий смешок со стороны Эндрю. — Верно, и именно поэтому ты всегда ищешь других людей, чтобы они тебя выручили. Ты не смог бы «справиться» с новорожденным котенком. На мгновение показалось, что Аарон собирается бросить в Эндрю шлем, сделать что-то, о чем потом пожалеет, но он разжал кулаки и медленно вздохнул. — Я дам ему еще несколько недель, прежде чем Джостен поймет, насколько ты манипулирующий ублюдок, и не сможет больше с тобой возиться, — сказал он сквозь стиснутые зубы, прежде чем выйти на корт. Эндрю сидел, когда дверь захлопнулась за его братом, с улыбкой на лице, и думал, почему он не мог быть единственным ребенком. Почему Аарону было так трудно принять условия их сделки, условия, на которые он согласился, и почему Эндрю должен был терпеть столько идиотов. Он вздохнул, вставая и идя надевать свою форму, поскольку Рене, похоже, была слишком занята игрой в стикбол, чтобы тренироваться с ним в ближайшее время. Ники промахнулся с броском, а Бойд удивленно вытаращился, когда Эндрю вышел на площадку через несколько минут, а Кевин пробурчал «чертовски вовремя». Ох, кто-то скоро получит несколько мячей в голову, да еще как. Пока остальные были заняты своими упражнениями, Кевин стал прицельно бить по воротам, попеременно правой и левой рукой, а Эндрю (отчасти) блокировал их. Эндрю приходилось работать, чтобы блокировать удары правой рукой, в то время как Кевин все еще восстанавливал точность левой… но он ее восстанавливал. Он почти сделал гол, пока не остановился с гримасой на лице, чтобы потрясти левой рукой, как будто ему было больно. Эндрю оставил ворота, чтобы подойти и схватить маску придурка, чтобы встряхнуть ее. — Не надо. Что ты всегда говоришь о том, что нельзя заходить слишком далеко? Кевин посмотрел на него за это, прежде чем выпустить медленный вздох. — Я знаю. Знаю. Но это… это возвращается. Учитывая устойчивый прогресс, свидетелем которого только что был Эндрю, он был вынужден согласиться. — Тогда не разрушай это. — Кевину не понадобится еще один год, чтобы вернуться к славе Воронов… нет, он будет там уже следующей осенью, если не будет слишком усердствовать. — Я знаю, — повторил Кевин. — Часть меня хочет втереть Рико, что это не он сломал меня, не так, как он думает… но я не готов, — признался он. — Еще нет. Так приятно, что трус что-то понял, но, конечно, это относилось к его собственному «я». Эндрю еще мгновение смотрел на него равнодушным взглядом, прежде чем вернуться к цели, и после этого Кевин сосредоточился на своей правой руке. Вскоре после этого игра превратилась в настоящую схватку, в которой Бойд, Аарон и Ники пытались помешать Уайлдс, Рейнольдс, Кевину и Ий забить мяч в ворота Эндрю, по крайней мере, на некоторое время, пока Эндрю не надоело заниматься ерундой (и напрягаться самому, как бы это ни было), и он не позволил Рене занять ворота. Он стал разглядывать различные фотографии Нила, те, где он улыбался (когда был с Моро и Патель), и те, где он не улыбался (в окружении других людей). Ему также показалось интересным, что Вороны потеряли еще двух игроков, один из которых Лев Федоров — защитник, которого Нил, казалось, избегал, и который, по словам Кевина, не нравился Моро и Мулдани. Немного покопавшись на сайте Воронов, Эндрю смог найти только то, что этот защитник выбыл до конца сезона из-за травмы, как и второкурсник Кэл Диксон. Ужасно много «бо-бо» для этих бедных маленьких птичек, не так ли? Скучная (и бесполезная, если подумать) тренировка закончилась поздно вечером, и Рене предложила Эндрю провести небольшой спаринг перед ужином. После того как все вернулись в башню Лисов, они спустились в подвал и добавили в свою коллекцию несколько новых синяков: Рене выпустила на волю тьму, которую с трудом сдерживала весь день, а Эндрю — ярость, кипевшую в нем с момента разговора с Нилом. — Сет во всем винит Эллисон, — объяснила Рене, когда они потягивали воду, закончив «выплескивать» ее друг на друга. — Она знает лучше, знает, что это не ее вина, но это все равно беспокоит ее. Часть ее чувствует вину за то, что она не смогла спасти его после столь долгих попыток. Эндрю издал грубый звук, прежде чем отпить воды. — Некоторых людей нельзя спасти. — И в этом не было ничьей вины, кроме Гордона. Ваймак, Эбби и Би пытались вместе с Рейнольдс, а он только и делал, что тянул других за собой, когда мог. И все же стая мягкосердечных посредников должна была продолжать попытки, не так ли? — Ты все еще не поняла этого. Рене одарила его грустным взглядом, а затем покачала головой, пряди волос с радужным отливом выбились из свободного пучка, в который она убрала их перед тем, как они начали «драться». — Возможно, я не хочу этого понять. Эндрю прищелкнул языком от такой глупости, но не стал спорить. — Так что с тобой происходит? — спросила Рене после нескольких секунд тишины. — Как Нил? На мгновение Эндрю чуть не сказал ей заткнуться, чуть не схватил свой телефон и пачку сигарет и не ушел… но из-за него у нее болела левая сторона и была ушиблена щека, поэтому он подавил ужасные эмоции, бурлящие внутри него. — Я считаю, что почти нет сомнений в том, что наши подозрения ошибочны относительно того, что происходит в Эдгар Аллан. Рене потребовалось мгновение или два, чтобы понять, что он имел в виду, вспомнить их разговор после осеннего банкета… но когда она это сделала, ее тонкое тело напряглось, а в глаза вернулась темнота. — Ох. — Она отставила почти пустую бутылку воды в сторону и замолчала. — Что ты собираешься делать? Тебе нужна помощь? И иногда от вмешательства бывает польза, подумал Эндрю, освобождая нож примерно на дюйм от его места в левой повязке, прежде чем засунуть его обратно в повязку. — Может быть. Посмотрю, как пойдут дела, когда он будет здесь в пятницу. — О том, как трудно было освободить маленькую птичку, пока он был вне клетки, которая была Гнездом. — Хорошо. — Она кивнула в знак понимания, и последние несколько минут они молчали, остывая, а затем вернулись на третий этаж; это был долгий день, и у них еще была неделя, когда Ваймак, Кевин и Уайлдс подгоняли их, чтобы они были готовы к игре с Воронами. Помня об этом, Эндрю сказал Кевину «нет» насчет поздней ночной тренировки, уверенный, что на предстоящей неделе их будет достаточно, и потратил несколько часов на домашнее задание, прежде чем отправиться спать. Утро наступило слишком рано, Лисы были в спортзале, а затем отправились на занятия, кампус окрасился в оранжево-белые цвета, готовясь к пятничной игре, которая привлекла внимание прессы. Эндрю бросил недобрый взгляд на одну из Лисичек, когда она раздавала временные татуировки вместе с остальными членами команды поддержки, и почувствовал небольшое удовлетворение, когда она вздрогнула в ответ. Гордон не явился на тренировку после обеда, так же как и на утреннюю тренировку, и было слышно, как Ваймак кричал в своем кабинете, якобы звоня неудачнику и оставляя сообщения на телефоне старшекурсника. Гордон все еще был членом команды, несмотря на красную карточку, и мог быть привлечен за невыполнение условий стипендии… но Ваймак не стал бы так рисковать его степенью, когда он был так близок к выпуску. Ваймак, может, и нет, но Гордон был достаточно глуп, чтобы сделать это, а Нилу, вероятно, было все равно, не после того, что Гордон сделал с ним, не после всего, что он пережил в Гнезде. Лисы пришли на тренировку поздно вечером в понедельник, как будто несколько дополнительных занятий могли принести им какую-то пользу на этом этапе сезона, и снова во вторник. Эндрю разделил время в воротах с Рене, пока Кевин выкрикивал «полезные» советы («ты видишь эти чертовы ворота? Потому что ты точно не сможешь попасть по ним!») остальным Лисам, время от времени напоминая им, что нет, они не могут ударить высокомерного ублюдка («это касается тебя, Бойд»). Он вернулся на скамейку, пока Рене защищала ворота/работала над своим миром/любовью/«Кевин нужен нам живым для игры» черт возьми, телефон в руке, пока он проверял информацию о Воронах, в частности об одном. Рико давал интервью ранее и, о, какой сюрприз, снова набросился на Лисов, в частности на Кевина, пока Тетсуи не заткнул его. Опять «Лисы — отстой, они провалятся, и провалятся впечатляюще» и «Кевин — быдло», все то же самое, все то же самое. Кто-то должен был научить эту грязную птицу нескольким новым фразам, потому что было скучно, ох как скучно, слушать, как он извергает эти фразы снова и снова. На тренировке Воронов присутствовала съемочная группа, та же, что брала интервью у Рико и Тетсуи, так что было отснято и несколько кадров игры команды на корте. Учитывая его растущую популярность, было несколько кадров, где Нил бегал, «4» — ярко-красный маячок на его черной майке, пока он уворачивался от других Воронов, передавая мяч Патель или проскальзывая мимо Моро, очевидно уверенный, что его партнер заблокирует любого после него. Камера задерживалась на нем, когда он смеялся и обменивался словами с Патель или подходил, чтобы прислониться к гораздо более высокому Моро, прежде чем его мягко оттолкнули. Небольшой звуковой фрагмент, который они получили от Нила, был о том, что он с нетерпением ждал игры, игры против таких опытных игроков, как Кевин, Эндрю и Бойд, но был уверен, что Вороны победят, так как они лучшая команда и у них есть свои замечательные игроки. Это резко контрастировало с разглагольствованиями Рико, было немного самоуверенным, но не оскорбительным, Нил гордился своей командой, признавая при этом сильные стороны Лисов. Комментарии фанатов тоже отражали это. Было больше комментариев о том, что Рико нужно забыть себя, двигаться дальше (и его ярые защитники, конечно, отбивались, пока не началась мини-война и тема не была закрыта), и комментарии о том, как фанаты благодарны за то, что Нила завербовали, поскольку в том сезоне Вороны казались гораздо более доступными. Также было много комментариев о том, что Вороны победят Лисов в пятницу, некоторые фанаты приветствовали предстоящее поражение Кевина, а другие сетовали на то, что Кевин и Рико снова окажутся на одной площадке, только уже на противоположных сторонах. Эндрю обратил пристальное внимание на кадры с Нилом, на то, как он двигался, каких людей избегал, как он по-прежнему приветствовал физический контакт только с избранными. Его мысли были настолько сосредоточены на Ниле, что он был не в настроении слушать Аарона и его убогое чувство юмора, когда пришло время еженедельной встречи с Би. — Не сегодня, — сообщил он брату без всяких колебаний. — Сбегай на тренировку, она тебе точно понадобится, если ты не хочешь оказаться на заднице так же, как Ники в пятницу вечером. Аарон посмотрел на него и, казалось, еще больше уселся на единственное кресло. — Почему бы нам не поговорить о том, что единственным другом Эндрю, не считая парня, который общается с ним больше как телохранитель, чем как приятель, является какой-то парнишка за несколько сотен миль отсюда, с которым он общается всего раз в неделю? Парень, которому он постоянно говорит о том, что надерёт ему задницу? Эндрю навис над братом с ухмылкой на лице и руками, опирающимися на ручки кресла, что заставило Аарона еще больше опуститься в него. — Я бы на твоем месте вел себя тихо. Маленьким мальчикам, которым нужны другие, чтобы спасти их, которые плачутся о своих жестоких мамочках любой шлюхе, которая их терпит, нужно заткнуться и уйти. — Эндрю, — предупредила Би, вставая перед своим столом, ближе к ним двоим, но не слишком близко. — Это может… — Нет, это ты заткнись, — пробормотал Аарон, продолжая смотреть на Эндрю, даже если выражение лица потеряло часть своей силы. — Не смей вспоминать Тильду, не после… — После чего? — издевался Эндрю, даже когда его пальцы впились в мягкий материал темно-оранжевого кресла. — Хм? После чего? Аарон покраснел и сжал руки в кулаки, не сводя с Эндрю взгляда. — Ты знаешь, что ты сделал, черт возьми. После аварии, после крушения, ты был просто самодоволен! — Это был не несчастный случай, — пропел Эндрю, немного забавляясь тем, что Аарон наконец-то затронул эту тему после последних нескольких лет. Когда Аарон взглянул на Би, выражение его лица стало паническим, Эндрю рассмеялся. — О, конфиденциальность между пациентом и врачом — такая замечательная вещь, не беспокойся о старой доброй Би, — заверил он брата. — Все еще хочешь поговорить со мной, хм? — Ты — монстр, — бросил ему Аарон, как будто эти слова могли причинить боль. — Что подумает твой друг, если он когда-нибудь увидит тебя настоящего, а? Эндрю наклонился немного ближе, пока его лицо не оказалось всего в паре дюймов от лица Аарона, и улыбнулся еще шире, когда его брат вздрогнул. — Нил? О, Нил — умная маленькая птичка, и очень интересная. Ему было совершенно все равно, когда я рассказал ему историю о двух братьях и неудачливой матери, которая любила бить одного из них, и как однажды она не вернулась с автомобильной прогулки. — Эндрю, — позвала Би, ее голос почему-то был хриплым, а выражение лица страдальческим, в то время как Аарон запыхался, его глаза расширились, а лицо побледнело. — Что? — спросил Эндрю, вставая, его глаза расширились, а выражение лица стало невинным. — Мы говорим друг другу правду, мы говорим, в отличие от других людей, которых я могу назвать. — Его улыбка сползла, когда он щелкнул языком и покачал головой, снова взглянув на брата. — Люди, которые лгут и крадутся за моей спиной, которые забывают о сделках, которые мы заключили вместе. — Ты убил нашу мать! — Аарон почти закричал, уставившись на Эндрю так, как будто никогда не видел его раньше (это невозможно, учитывая, что у них одинаковые черты лица). — Как это было частью… — Я сказал ей больше не трогать тебя, — сказал Эндрю, все следы улыбки и невинности исчезли, когда он снова наклонился, чтобы посмотреть на брата. — Я дал ей множество предупреждений! Я согласился защищать тебя и сказал ей держать свои чертовы руки при себе, а она послушалась? А ты? — Я… но я… черт возьми, как я мог подумать, что ты сделаешь это для меня? — спросил Аарон прерывающимся голосом, опускаясь в кресло. — Что ты пойдешь ради меня так далеко, что ты будешь продолжать делать все это? — Он не отводил взгляда от Эндрю, даже когда его дыхание сбилось и он вытер слезящиеся глаза. — Твое отсутствие веры — не моя проблема, — беззлобно сказал ему Эндрю, устав от постоянного потока оправданий. — Я выполнил свою часть сделки, теперь твоя очередь. — Но… черт возьми, тебе не нужно прогонять Кейтилин, — возразил Аарон, вернув прежний взгляд. — Не каждая девушка пытается использовать меня! Она умна и работает над своей карьерой! Она не увлекается наркотиками, вечеринками и прочим! — Мне все равно, — заявил Эндрю, снова вставая; в конце концов, все всегда возвращалось к костылям Аарона, не так ли? К тому, чего он хотел. — Она… — А как насчет этого «Нила», а? — На мгновение Аарон выглядел отвратительно, а затем покачал головой. — Ники прав, не так ли? Что-то происходит между вами двумя, он ведь не просто друг? — Он не твоя забота, — сказал Эндрю, его тон был ровным, а лицо слегка нахмурилось, когда он сложил руки на груди. — Потому что между… — Чушь! — Аарон вскочил со стула достаточно быстро, чтобы Эндрю в испуге отступил на шаг. — Ты же не рассказываешь «друзьям» о Тильде? Значит, он что-то значит, так что тогда… Прежде чем Эндрю успел что-то предпринять по поводу последней глупости Аарона, Би была уже рядом и оттащила Аарона в безопасное место. — Ладно, сегодня было много сказано и решено, так что я думаю, нам лучше не затягивать с этим. — Но… Она покачала головой и опустилась вниз, чтобы схватить рюкзак Аарона, а затем строго подтолкнула его к двери. — Нет, нельзя перегружать себя такими вещами, это нехорошо! Так что мы закончим это между вами двумя, когда будет достигнут определенный прогресс! Я так горжусь вами обоими! — Я хочу… — Я здесь, если ты хочешь поговорить со мной обо всем этом наедине! Запишись на прием прямо сейчас! — Би крикнула упрямому дураку, прежде чем захлопнуть дверь за Аароном; это прозвучало так, как будто он пнул ее в гневе, прежде чем наконец понял намек и ушел. Она на мгновение прислонилась к нему, ее лицо исказилось от усталости, прежде чем она медленно выдохнула. — О боже. — Горячий шоколад? — спросил Эндрю, садясь на другое кресло. — Полагаю, этого будет достаточно, — сказала она, ее тон был немного угрюмым, когда она возвращалась к низкой книжной полке, где хранились запасы для их напитков. — Би! — ахнул Эндрю, прижав руки к груди. — Я не знаю, гордиться ли мне сейчас или сокрушаться по поводу этого проявления человечности. — Завидуй, что я буду наслаждаться бутылкой хорошего скотча как раз в то время, когда Дэвид будет гонять вас, маленьких монстриков, по корту, — сказала она ему с кривой улыбкой. — Я могу попросить его добавить несколько кругов специально для меня. — Это нехорошо, — пропел Эндрю. — Разве не существует какого-нибудь совета, куда я могу обратиться с жалобой на тебя за это? — Упражнения полезны для вас, — ответила она; была причина, по которой эта женщина пережила всех его других психиатров, и именно потому, что она не пыталась быть идеальной и не скрывала, что иногда расстраивается, но Эндрю знал, что она не выполнит «угрозу». — А вмешательство не идет тебе на пользу, — заметил Эндрю. — Что все это дало нам? Би помолчала, пока она готовила их горячий шоколад, затем подошла и протянула ему свой с легкой улыбкой. — Ты признался мне, как сильно тебя расстраивает то, что Аарон не признал смерть Тильды. Что ж, теперь он это сделал, и вы оба наконец-то можете жить дальше. Это огромная ступень, Эндрю. Он фыркнул от этой фантазии. — Да, с этого момента все будет замечательно, о счастливые дни, наконец-то. — Не искажай мои слова, я сказала, что это ступень, а не панацея, — укорила Би. — Предстоит еще много работы, но вы оба сделали важный первый шаг. — Она серьезно кивнула ему, прежде чем сесть. — Скажи мне, что ты не хочешь этого, улучшения отношений с Аароном. …черт возьми, он не мог, даже после всех тех раз, когда он говорил себе, что это не имеет значения. Он не нарушил бы своего обещания Аарону или любого другого, которое он дал, только чтобы Аарон был счастлив, но он многое отдал ради своего брата, слишком многое, чтобы все это было напрасно. Если это сработает… что ж, он не мог жаловаться. — Ему тоже придется потрудиться, чтобы все получилось, перестать быть таким глупым. — Это само собой разумеется, — согласилась Би. — Но если вы оба постараетесь, думаю, в будущем мы увидим больший прогресс. — Затем она поморщилась. — Будем надеяться, что больше не будет таких инкриминирующих заявлений, как сегодня, — добавила она со слабой усмешкой, улыбаясь Эндрю. Когда он замолчал и подул на свой горячий шоколад, она застонала и отставила свой напиток в сторону. — Эндрю? Есть ли что-то, что ты хочешь мне сказать? Он размышлял над этим вопросом несколько секунд, прежде чем кивнул. — Я думаю, что в пятницу я могу заключить сделку с Нилом, чтобы он не вернулся в Эдгар Аллан. Но поскольку он собственность Морияма, все может пойти наперекосяк. Би многое знала о Морияма, учитывая, что у нее было несколько частных сеансов с Кевином, когда он впервые появился почти полтора года назад, хотя сейчас он обычно видел ее только раз в семестр. Она должна была знать, что означает «собственность Морияма», а также опасность того, что все может стать «грязным». — Понятно. — Казалось, она немного задумалась над этим. — Есть ли какая-то особая причина, почему ты делаешь это сейчас? Это привлечет много внимания, его переход или уход из команды в конце сезона, особенно перед игрой плей-офф. Несколько секунд он смотрел на нее холодным взглядом. — Ему небезопасно там находиться. — Он не стал вдаваться в подозрения в жестоком обращении, не тогда, когда это был секрет Нила, но он мог сказать и так. Би еще мгновение смотрела на него, прежде чем кивнуть. — Хорошо, я знаю, что он много значит для тебя, и ты не стал бы этого делать без причины. Если тебе что-нибудь понадобится от меня, дай мне знать. Почему все продолжают настаивать на том, что Нил «много значит» для него? Эндрю одарил Би недобрым взглядом за этот комментарий, после чего они провели остаток сеанса, обсуждая драму с Аароном и предстоящую игру. Он попросил Рене отправить сообщение Патель в четверг о том, что он хочет встретиться с маленькой птичкой после игры, и хотя в его адрес прозвучало несколько оскорблений, она хотя бы дала ему знать через Рене, что Нил его примет. Эндрю больше никому не сообщил о своем плане, не желая рисковать тем, что он каким-то образом просочится в сеть, или возникнут жалобы (или Кевин взбесится), и провел оставшееся время до полудня пятницы, просматривая старые игры Воронов и уворачиваясь от людей, желающих взять у него интервью об игре, и терпя дополнительные тренировки, и слишком много другого глупого дерьма от экси. Несмотря на то, что никто не ожидал победы Лисов в тот вечер, в пятницу кампус был в бешенстве; игра транслировалась на всю страну, и многие болели за команду-«аутсайдеров» после того, как Лисы провели такой впечатляющий и невероятный сезон. Стадион был полностью заполнен, в баскетбольном зале было больше мест для тех студентов, которые не смогли достать билеты в Лисью нору, а сами Лисы были полны решимости не сдаваться без адской борьбы. Кевин был, наверное, самым самоуверенным из всех, кого Эндрю когда-либо видел, когда речь шла о чем-либо, связанном с Морияма или Воронами… но он сделал то, что задумал, довел Лисов до полуфинала и подписал в команду четырех перспективных новобранцев — не одного, а четырех. Они могли бы подписать и больше игроков, но Ваймак возражал против привлечения сразу слишком большого количества новичков, учитывая, что новички тоже были Лисами — лучше набрать еще одну небольшую партию на следующий год или два, когда они потеряют Уайлдс, Рейнольдс и Рене, чем иметь дело с кучей конфликтующих личностей сразу. Кевин доказал, что Рико ошибался, нашел новую команду и создал ее, и в следующем году он вернется на корт таким же сильным, каким был раньше. Эндрю не видел, чтобы Лисы в ближайшем будущем выиграли чемпионат… но он также не видел, чтобы они опустились на дно округа. У него было чувство, что ему придется привыкнуть к тому, что он будет играть в экси до весны, черт возьми. В течение дня он проверял свой телефон на предмет новостей о Ниле и обнаружил фотографии, выложенные Патель, Кертис и другими Воронами, как только они выехали на дорогу, чтобы отправиться в Пальметто. Там были обычные фотографии с двумя девушками, пара фотографий с вратарем Ивановой (серьезно, сколько языков нужно было выучить этому идиоту?) и, конечно, несколько фотографий с Моро. Фанаты были в восторге, увидев Нила в куртке Моро «3» (была фотография Патель в куртке Нила, где она демонстрировала, насколько коротки рукава и подол на ее гораздо более высокой фигуре), а Нил хмурился, пытаясь попробовать какой-то зеленый коктейль, в то время как Моро на самом деле улыбался, а несколько Воронов смеялись вокруг них (в подписи упоминалось что-то о проигранном пари). Хотя Моро почему-то не выглядел счастливым, когда они находились на остановке, где также был сувенирный магазин, и Нил рассматривал стеллаж с чучелами животных. Больше всего внимание Эндрю привлекла фотография, на которой Нил спал в автобусе, примостившись в углу, накрывшись курткой Моро, а Френчи сидел на другом конце сиденья с решительным выражением лица, подтянув колени и упираясь ими в спинку сиденья перед ним, словно не позволяя никому подойти к Нилу и дотронуться до него. Эндрю почувствовал внутри себя прилив горькой злости на это — на то, что Нилу нужен кто-то, кто присмотрит за ним, чтобы он мог отдохнуть, на то, что этим человеком оказался Моро. Он сказал себе, что это просто всплыли старые воспоминания, что он не хочет думать о том, что кто-то страдает от того же дерьма, через которое прошел он, и поэтому те немногие эмоции, которые у него остались, были зажаты между этим фактом и лекарствами. Когда Нил будет в безопасности, а Эндрю избавится от этих чертовых штуковин, через несколько недель, тогда все вернется на круги своя. Из-за пробок дорога до Лисьего корта заняла целую вечность, и Эндрю сказал себе, что это ему показалось, что у него затрепетало в груди, когда он увидел черные автобусы с красными логотипами воронов на боках, уже припаркованные на дальней стоянке. Ему просто необходима была сигарета, черт возьми, и он прикурил ее, как только вышел из GS, несмотря на то, что Кевин говорил о своем здоровье и необходимости быть в отличной форме к игре. Когда все приехали, Ваймак заказал для них еду на вынос, так что Эндрю ел сырную лазанью и чесночный хлеб, пока действие лекарств медленно ослабевало, довольствуясь спокойной едой, пока Кевин и Уайлдс еще раз просматривали статистику Воронов. И ох, какой сюрприз — никакого Гордона. Он предположил, что Ваймак и Эбби собирались объявить нападающего больным или что-то в этом роде для официальных лиц, поскольку этот засранец должен был одеться и сидеть на скамейке запасных, даже если не мог играть. Вскоре пришло время экипироваться и выходить на корт, и стадион взревел, когда они вышли на улицу. На сиденьях было много черных и красных, но большинство болельщиков были за Лисов и, похоже, были полны решимости показать свою поддержку. Ники, Рене, Бойд, Уайлдс и Ий махали руками, пробегая круги и делая растяжку, а когда на разминку вышли Вороны, шума стало еще больше. Эндрю сразу же заметил Нила, маленькую фигурку позади Моро и рыжие волосы, ярко выделяющиеся под светом фонарей. Он совсем не смотрел в сторону Лисов во время кругов по внутренней площадке или когда Тетсуи заставлял линию нападения работать над упражнениями, его внимание было сосредоточено на его товарищах-воронах и воротах перед ним. Он выглядел так же, как и в последний раз, когда Эндрю видел его — немного слишком худым, немного слишком изношенным. Интересно, что могло повлиять на него, что он физически не стал лучше себя чувствовать в Эдгар Аллан, в месте, где его здоровье должно быть главным приоритетом. Это было интересно. Уайлдс и Рико вышли в центр площадки для броска монеты, который выиграла Уайлдс, а затем капитаны вернулись к своим командам для последней ободряющей речи. Эндрю приготовился к очередной жалкой речи Ваймака, и тот его не разочаровал. Он говорил о том, что они играют в игру для себя, что никто не сможет отнять у них их достижения, стереть то, как далеко они зашли, или то, что они будут продолжать двигаться вперед — и на этом он не остановился, о нет. Эндрю хотел бы списать чувство тошноты на отказ от лекарств, но у него был еще час, прежде чем оно действительно начало действовать, и он сделал все возможное, чтобы заглушить голос мужчины на следующие пару минут. Было решено, что он будет стоять у ворот всю игру, как и в прошлый раз, когда они играли против Воронов, а Рене сможет помогать защите в качестве защитника. Кевину и Ий понадобится любая помощь, чтобы удержать счет, пока они сами будут биться с защитой Воронов, поскольку в прошлый раз у них ничего не вышло. Эндрю должен был сделать все возможное, чтобы блокировать все голы в первом тайме, пока он не стал небрежным из-за синдрома отмены — тем более что Нил знал о его игре без лекарств и мог использовать это против него. Когда Лисы готовились выйти на корт, все, кроме Рене, Ники и Эллисон, в нем вспыхнула крошечная искорка интереса при мысли о том, что им снова предстоит сразиться с Нилом, поставить Рико на место. В этот раз Рико не потрудился позвать Кевина или подойти к нему, он просто открыто смотрел на своего бывшего партнера, а Нил стоял с пустым выражением лица. И все же Эндрю уловил легкий кивок в его сторону, как только он оказался в воротах, и вскоре после этого сигнал возвестил о начале игры. Толпа взревела, когда игроки пришли в движение, Уайлдс бросила мяч в сторону ворот Воронов, а Кевин и Ий помчались вперед. Однако, как и ожидалось, Моро и Баутиста не позволили ни одному из них пройти мимо своей защиты, а Баутиста был просто не в меру груб с Ий — если бы на площадке был Гордон, то, вероятно, завязалась бы драка, но Бойд последние несколько месяцев работал с парнем над его характером. Моро сумел отобрать мяч у Кевина и бросил его в сторону Нила, который передавал его туда-сюда между собой и Макферсоном, пока они пересекали площадку, оставаясь вне досягаемости Кевина и Ий, пока не уперлись в защитную линию Лисов. На лице Нила появилась самоуверенная ухмылка, и он без колебаний принял на себя Бойда в тот момент, когда тот крутился, собираясь передать мяч обратно Макферсону, заходя низко, чтобы заставить Бойда нагнуться, чтобы блокировать его, и таким образом оказаться в плохом положении, чтобы видеть, что происходит вокруг них. Аарону пришлось двигаться, чтобы перехватить атакующего полузащитника, которая, ухмыляясь, удерживала его достаточно долго, чтобы Рико успел перехватить у нее мяч и пробить по воротам. Эндрю заблокировал этот удар, но Нил проскользнул мимо Бойда и поймал мяч на отскоке, чтобы забить его обратно — и Эндрю понял, что Нил подставил Рико для новой попытки. Попытка попала в цель, поскольку Рико целился в дальнюю открытую точку, черт бы его побрал. Когда ворота загорелись красным светом, а болельщики Воронов топали ногами от радости, Рико самодовольно ухмыльнулся, а Нил пожал плечами, прежде чем они убежали. — Черт, он еще более скользкий маленький засранец, чем раньше, — пожаловался Бойд, возвращаясь на свое место перед воротами Эндрю. — Он вдвое меньше тебя, черт возьми, сядь на него или еще что-нибудь! — огрызнулся Аарон, вертя ракетку между ладонями. — Я должен поймать его первым! Попробуй сам, в следующий раз. Эндрю проигнорировал их препирательства, поскольку Кевин снова пытался забить мяч на другой стороне корта, только в этот раз Рико встал на его пути… и Рико не был и вполовину так мил, как Моро. Всем было очевидно, что между двумя партнерами больше нет любви, по крайней мере, со стороны Рико, и Эндрю ждал, что судья в любой момент может положить этому конец и выдать желтую карточку. Но прежде чем это произошло, Моро удалось (законно) убрать Кевина и выбить мяч, который Нил подхватил, и действие вернулось к воротам Лисов. Но не раньше, чем показалось, что Рико «случайно» ударил плечом Моро достаточно сильно, чтобы защитник споткнулся на несколько шагов. На этот раз Бойд и Аарон были готовы к Нилу — или так они думали. Нил бросил мяч в стену, как только сделал десять шагов, и побежал прямо на Аарона, который бросился его перехватывать, используя импульс и какой-то трюк со своей ракеткой, чтобы не только достать мяч, но и отправить Аарона, спотыкающегося, в Бойда — законно, поскольку технически Нил не толкнул его и не поставил подножку. Пока Аарон разразился проклятиями, а Эндрю на долю секунды отвлекся, чтобы убедиться, что с его братом все в порядке, чертовы ворота загорелись. Довольная ухмылка Нила была встречена суровым взглядом. — Я тебя ненавижу, — заявил Эндрю, прежде чем его маленькая птичка успела убежать. — Сейчас ты будешь ненавидеть меня гораздо больше, — сказал Нил, слегка помахав рукой и отвернувшись. Эндрю удалось сдержать четыре гола в первом тайме, хотя он был измотан и покрыт потом от усилий. Однако это стоило того, чтобы увидеть, что настроение Рико продолжает портиться по ходу игры, увидеть, как он заработал желтую карточку в конце второго тайма и был заменен на Энгла за то, что сбил Кевина с ног (и, ох, этот придурок каким-то образом заплатит за это, (так или иначе и когда-нибудь). Кевин и Ий набрали всего два очка, но Иванову меняли на Андерса в воротах, а Баутиста и Луазо должны были чередоваться с защитниками более низкого класса, в то время как Моро немного сбавил обороты. Эндрю прилег на скамейку в раздевалке, чтобы перевести дух и побороть усугубляющееся чувство ломки, пока Эбби суетилась вокруг всех, прекрасно понимая, что Патель скоро выйдет на площадку. В начале третьей четверти Сандерс вышел на площадку вместе с Нилом, что было не очень хорошо, поскольку младший нападающий был быстр на ногах и обладал достаточной массой, чтобы доставить Бойду проблемы. Вдвоем им удалось несколько причудливых командных действий, которыми славились «Вороны», и Сандерс забил гол, что позволило Эндрю запустить мяч в глубину площадки «Воронов», что стало третьим голом «Лисов» в игре. Линкольн, похоже, обиделся на это и попытался подраться с Ий, в результате чего его поменяли на Ричера, а Патель вышла на замену Сандерсу. Эндрю сделал настолько глубокий вдох, насколько позволял его все более тошнотворный желудок, готовясь к тому, что два нападающих-новичка вскоре нацелятся на его ворота, и они не разочаровали. Арчер быстро отобрал мяч у Рейнольдс, которая проклинала другого полузащитника, когда она пустилась в погоню, и вскоре мяч оказался у Нила. Ий попытался отобрать мяч обратно, но Нил и Патель играли в почти жестокую игру по уходу от нападающего Лисов, всегда находясь в нескольких шагах от него, перебрасывая мяч туда-сюда, пока толпа кричала и подбадривала. Когда они приблизились к Ники и Бойду, Эндрю увидел ухмылку на лице Патель, когда она крикнула что-то по-французски и налетела на его кузена, который в панике пискнул от такого неприкрытого движения, в то время как Нил с ослепительной скоростью уклонился влево и, избежав Бойда, поймал мяч, когда тот покинул ракетку Патель в низком пасе. Не желая снова быть одураченным, Эндрю сосредоточился на Ниле, его глаза сузились, а руки сжались вокруг собственной ракетки, готовясь блокировать удар, но только для того, чтобы увидеть, как Нил крутится на носке правой ноги и запускает мяч в противоположном направлении — к Патель, которая успела освободиться от Ники и выстроиться в линию для удара. Бойд попытался сбить ее, но Нил встал на пути первым, и Эндрю просто пропустил мяч. — О, чувак, ты же говорил, что он будет сегодня сложным, — пожаловалась Патель, помогая Нилу встать на ноги. — Я сказал, что он сказал, что будет сложной задачей, — пояснил Нил с кривой ухмылкой, оглядываясь на Эндрю и смеясь над тем, что он увидел. — Я знаю, знаю, ты меня ненавидишь. — Уходите, — сказал им Эндрю, поддерживая себя с помощью ракетки. Как и обещал Нил, «Вороны» действительно победили «Лисов» — Ий и Кевин в четвертой четверти испытывали трудности из-за того, что им самим пришлось играть всю игру, и им не помогли Рико и Кертис, вышедшие на площадку. Что касается Ий, то у него были проблемы с физической силой по отношению к своей девушке (у Кертис таких проблем не было, интересно отметить, но она также никогда не применяла к Ий или другим Лисам больше, чем положено), а Рико снова жаждал крови, когда дело касалось Кевина. И все же «Лисы» были гораздо более сплоченной командой, чем в октябре, особенно без Гордона, который тянул их вниз. К концу игры «Лисы» набрали семь очков против двенадцати у «Воронов», почти удвоив свои показатели с прошлой игры и одновременно сократив разрыв в счете. На самом деле, это была одна из лучших игр против Воронов за весь сезон, проведенная командой, которую Рико оскорбил больше всех. Несмотря на поражение, фанаты «Лисов» ликовали, когда вся команда собралась на площадке, чтобы провести дурацкую «хорошую игру» с «Воронами» — вот только Рико убежал, не пожав никому руку. Вороны массово замерли, словно в шоке, прежде чем Моро двинулся вперед с Нилом сбоку, Патель и Кертис быстро зашагали в ногу, а остальные последовали за ними, чтобы сформировать линию для встречи с Лисами. — Ты все еще дурак, — сказал Моро Кевину, протягивая руку. — Но сегодня ты играл хорошо. Кевин моргнул на это замечание, явно застигнутый врасплох похвалой, и улыбнулся в знак благодарности. — Ты по-прежнему один из лучших защитников, Жан. Спасибо за отличную игру. Моро, казалось, не был тронут похвалой в ответ и что-то быстро сказал по-французски — Эндрю уловил имя «Тэя», но не придал этому значения, поскольку Нил был так близко, — что заставило Кевина нахмуриться и покачать головой. — Понятно, действительно дурак, — заметил Моро, отводя взгляд от Кевина. Нил протянул руку с явной неохотой и ничего не сказал Кевину, только кивнул один раз в ответ на «хорошая игра» Кевина. Эндрю заметил это прежде, чем Моро поймал его руку и слишком крепко пожал ее, направив тонкую улыбку в его сторону. — Веди себя хорошо, — это было все, что он сказал. — Пошел ты, — ответил Эндрю, прежде чем шагнуть ближе к Нилу, но не схватил его за руку; Нил взглянул на него, как бы желая убедиться, что все в порядке, прежде чем слабо схватить его за руку и быстро встряхнуть. — Zwanzig Minuten, (Двадцать минут,) — сказал ему Эндрю по-немецки. Нил покачал головой. — Wahrscheinlich vierzig, wenn man bedenkt… (Вероятно, сорок, учитывая…) — Он посмотрел мимо Моро туда, где должен был стоять Рико. На мгновение Эндрю почувствовал, как тонкий импульс гнева пробивается сквозь почти непреодолимое чувство тошноты и усталости, пока он не понял, что Нилу, скорее всего, придется сидеть на интервью из-за плохого поведения Рико. — Gut, (Хорошо,) — сказал он, прежде чем перейти к Патель, которой он предложил сощуренный взгляд, но без рукопожатия. Когда она высунула язык, он показал ей палец и направился в раздевалку, покончив с Воронами (кроме одного из них) на эту ночь. Он успел войти в туннель, ведущий к раздевалкам Лисов, прежде чем ему пришлось прижаться к бетонной стене и несколько секунд бороться с рвотой, а после этого он едва успел добежать до кабинки, чтобы выблевать остатки своего ужина. Прошло несколько минут, прежде чем он почувствовал себя в состоянии достать свои таблетки и принять одну, и он уже был в душевой, когда вернулись остальные «Лисы» (за исключением Уайлдс и Кевина, которые давали послематчевые интервью). Когда все Лисы приняли душ и собрались в комнате отдыха, Ваймак прочистил горло, чтобы привлечь их внимание. — Я знаю, что мы только что проиграли важную игру, но это игра, которую никто не ожидал увидеть год назад. Это игра, которую практически все считали невозможной для нас два года назад, но сегодня вы играли против лучшей команды дивизиона и выстояли в полуфинале. — Он сделал паузу, когда большинство Лисов, кроме Эндрю, Аарона и Кевина, зааплодировали. — Вы должны чертовски гордиться собой — я знаю, что горжусь тем, как далеко вы зашли, и тем, что это не было случайностью. За последние пару лет вы доказали мне, что можете сделать шаг вперед и превзойти ожидания всех, и это знак, что в следующем году вы вернетесь сюда. Лисы снова зааплодировали, а Ваймак с явной гордостью смотрел на них. — Чертовски верно, мы вернемся сюда — мы будем стремиться выше четвертого места в округе, и скоро это будет не «Большая тройка», а «Большая четверка», — заявила Уайлдс. — Мы сделаем так, что Троянцы будут казаться нечетными, — пошутил Бойд, пока раздавались одобрительные возгласы. — Ну, знаете, единственные, кто не является животными. Аарон пробормотал, что это неудачная шутка, но все остальные засмеялись — ну, не Эндрю и Кевин. — Чтобы стать такими же хорошими, как Троянцы и Львы, не говоря уже о Воронах, придется много работать, — заявил Кевин, оглядывая комнату. — Так что мы должны… Как только он заговорил, раздалось много стонов, и Ваймак подошел, чтобы похлопать его по плечу. — Этот сезон уже закончился — начинаются финалы, а потом летние каникулы. Все, даже ты, получили заслуженный отдых, а в июне мы начнем все заново с новыми ребятами и начнем с чистого листа, понял? — Он держал взгляд Кевина до тех пор, пока экси-наркоман неохотно кивнул. — Итак, на этой ноте, вечеринка в доме Эбби. — Ваймак посмотрел на Эндрю, выражение его лица было торжественным. — Еды и алкоголя хватит на всех, и мы позаботимся о том, чтобы все были в безопасности этой ночью. Первой реакцией Эндрю было сказать «нет»… но из-за Нила было бы лучше иметь рядом помощь, поэтому он кивнул после небольшой паузы. Кроме того, он всегда мог оставить остальных у Эбби и отправиться с Нилом в Колумбию один, если того требовала ситуация. Пока все вставали, чтобы отправиться к Эбби, Эндрю посмотрел на Аарона и Ники. — Поезжайте сегодня с Эбби, нам с Кевином нужно кое-что сделать. — Он бы отправил Кевина с ними, если бы мог, но не стоило спорить с трусом. Аарон на это промолчал, а Ники пожал плечами, показывая, что он не против изменения планов — вероятно, ему не терпелось начать пить. — Что? Что ты делаешь? — Глаза Аарона сузились, когда Эндрю замолчал. — Это как-то связано с Джостеном? Ники вздрогнул от этого. — О, правда? Ты встречаешься со своим парнем? — Он не мой парень, — скрепя зубами сказал Эндрю, в то время как Аарон скорчил гримасу отвращения, а Кевин, казалось, был готов впасть в панику от этого заявления. — И это не твое дело, так что иди сейчас же или засунься в шкафчик. — Когда никто из них не сдвинулся с места, Эндрю сделал один медленный, обдуманный шаг вперед. — Хорошо! — Ники закричал испуганным голосом и побежал в кабинет Эбби, Аарон быстро последовал за ним. Эндрю остался с Кевином и Ваймаком, которые проводили его недовольным взглядом. — Больше ведь не будет никакой драки, не так ли? Эндрю «улыбнулся» мужчине. — О, тренер, где ваше чувство приключений? — Там, где оно всегда было, — сказал ему Ваймак, скрестив свои татуированные руки на груди. — Прямо рядом с моей неприязнью к необходимости убирать кровь с этих полов. — Что случилось со всеми этими вашими речами «нет мужества — нет славы»? — спросил Эндрю, прислонившись к стене. — Я никогда не говорил ни слова о том, чтобы разлить эти кишки по всему дому, так что хоть раз в своей жалкой жизни веди себя хорошо, ты, дерьмовый карлик, — ответил Ваймак, прежде чем уйти в свой кабинет. — Мы должны идти на вечеринку, а не в больницу! — Я хочу выпить, — сказал Кевин, бросив на Эндрю жалобный взгляд. — Это ведь не из-за Рико, правда? — Не совсем, — сказал ему Эндрю, а затем замолчал, потому что зашла Эбби с Аароном и Ники позади, оба с любопытными выражениями (ну, Аарон был более мстительным), и сказала им, что скоро увидится с ними, прежде чем обнять Кевина и уйти. Прошло еще около пяти минут, прежде чем дверь снова открылась, чтобы впустить несколько человек в зону отдыха — Нила, Моро и какого-то высокого широкоплечего парня лет двадцати пяти, которого Эндрю никогда раньше не видел, но который мог бы без проблем сойти за вышибалу в «Эдеме». Это его насторожило и заставило оттолкнуться от стены, держа руки на повязках, но Нил покачал головой; он и Моро были одеты в черные спортивные штаны, а на нем была одна из толстовок Моро, как будто ему было холодно. — Er ist keine Bedrohung, also lass ihn in Ruhe, okay? Er ist ein Freund, (Он не представляет угрозы, так что оставь его в покое, хорошо? Он друг,) — сказал ему Нил по-немецки, пока Моро стоял рядом с ним с оскалом на лице, который он делил между Эндрю и Кевином. — Er sieht ihm nicht ähnlich, (Он не похож на него,) — возразил Эндрю, разглядывая мужчину, одетого в темно-синие джинсы и черный блейзер поверх черной футболки — блейзер, который, он готов был поспорить, скрывал по крайней мере одно оружие. Он также заметил, как темно-карие глаза мужчины взглянули на его повязки и сузились, прежде чем взглянуть на Кевина и отстранить его. — Bringen Sie ihn hier raus. (Уведи его отсюда.) — Nein, — сказал ему Нил, покачав головой. — Er ist hier, weil ich hier bin. (Он здесь, потому что я здесь.) Эндрю не понравилось, как это прозвучало. — Hat Rico jetzt einen Wächter auf dich angesetzt? (Что, Рико теперь приставил к тебе охранника?) — Это бы все усложнило. — Schafft ihn hier raus, bevor ich… (Убери его отсюда, пока я…) — Нил? Он угрожает тебе? — спросил парень с британским акцентом (совпадение? маловероятно, подозревал Эндрю), делая шаг вперед, чтобы встать между Эндрю и Нилом. — Нет! — Нил быстро проскочил между ублюдком и Эндрю, подняв руки вверх, рукава толстовки почти закрывали его пальцы. — Он беспокоится о том, почему ты здесь — Эндрю, это Брен, и я клянусь, он здесь, чтобы присматривать за мной и Жаном, чтобы уберечь нас от Рико, ясно? — Нил умоляюще посмотрел на него, опуская руки. — Так что оставь его в покое, потому что он никуда не пойдет без нас. Кевин подавил звук, услышав это, а Эндрю пытался понять, говорит ли Нил ему правду… или правду, как он в это верит. — Но это… это не может быть правдой, — пробормотал Кевин, потирая левую руку. — Ты не можешь… не Рико! Резкая улыбка появилась на привлекательных чертах лица Нила, когда он посмотрел на Кевина. — Почему именно так, если у тебя есть свой собственный маленький сторожевой пес? — Потому что он не собственность, — усмехнулся Моро. — Точно, — пробурчал Нил, а его улыбка стала еще острее. — Только уважаемый Кевин Дэй может быть в безопасности от большого плохого Рико. Как глупо с моей стороны, я забыл, каким чертовски ценным ты был. Драгоценный и бесполезный. — Иди к черту, я провел там десять лет, — прокричал Кевин в ответ, его лицо побагровело от гнева и, возможно, стыда за то, что Нил снова его обозвал. — Ты понятия не имеешь, что я… — А я? — спросил Моро, стоя рядом с Нилом и глядя на своего бывшего товарища по команде. — Давай, скажи мне, что я ничего не знаю о том, что там произошло, Дэй. Кевин вздрогнул от обвинения в голосе Френчи и сделал шаг назад. — Я… ты знаешь, почему я ушел, Жан. Почему я не мог там больше оставаться. — Теперь он говорил извиняющимся тоном, как будто ему могли посочувствовать две птички, бросающие в его сторону презрительные взгляды. — Все, что я знаю, это то, что ты сбежал, не задумываясь о том, что оставил позади, — сказал ему Моро, его голос был полным насмешки. Как ни забавно было разрывать старые раны. Эндрю хлопнул в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Да, да, мы все согласны, что Эвермор — выгребная яма, а Рико — полный мудак, веселые времена, но давайте сыграем в другую игру, хорошо? — Он проигнорировал британца, одарив Нила настолько ровным взглядом, насколько это было возможно под действием свежей дозы лекарств, текущей по его венам. — Главное, что я оберегаю Кевина от Рико, и я готов сделать то же самое для тебя. Тебе не нужно возвращаться в Эдгар Аллан. — Он нахмурился, а Нил, Жан и Кевин уставились на него в ошеломленном молчании. — Я полагаю, Вальжан может остаться, поскольку вы, кажется, усыновили его, но нам придется купить для него конуру. — О Боже, Эндрю, нет, — простонал Кевин, звуча еще хуже, чем раньше. — Они — собственность! Ты не можешь! — Он что, с ума сошел? — спросил Брен, постукивая по левой стороне головы Нила, в то время как на лице маленькой птички появилось тоскливое выражение. — Не совсем, да? — Он абсолютно безумен! — объяснил Моро. — Нет, нет, нет! — У меня все получится, — заверил Эндрю притихшего Нила, в нем нарастала гипербола нового типа, чем дольше маленькая птичка молчала. — Ты не… — Нет, — сказал ему Нил, его тон был печальным, когда он покачал головой. — Я… спасибо, но нет. По какой-то причине от этих слов в груди Эндрю что-то сжалось; он привык, что люди приходят к нему за сделками, что их принимают, но не отказывают. — Я знаю, что делаю, — попытался возразить он. — Не пытайся сказать мне, что ты хочешь вернуться туда, даже с этим парнем. — Это вызвало пристальный взгляд со стороны Брена. — Нет, не хочу. — Нил обхватил себя руками, как будто ему было холодно. — Ты не знаешь, но я ценю это. — Его улыбка стала еще более тоскливой, когда он встретился взглядом с глазами Эндрю. — Это… ты ничего не можешь сделать, и это только навредит тебе и всем здесь, если я не вернусь. Услышав эти слова, Эндрю пришел в движение и в считанные секунды вцепился руками в материал мягкой черной толстовки, что заставило Нила назвать имя Брена и попросить его отойти. — Ich kann dich beschützen, (Я могу защитить тебя,) — поклялся он по-немецки. — Rico wird dich nicht anfassen. Kommen Sie nicht zurück. (Рико не тронет тебя. Не возвращайся.) — Das ist nicht Rico, (Это не Рико,) — сказал ему Нил, когда на его лице на мгновение промелькнуло что-то меланхоличное. — Ich muss mein Volk schützen, Andrew, und meine Versprechen einhalten. Ich muss zurückgehen. (Мне нужно защищать своих людей, Эндрю, выполнять свои обещания. Я должен вернуться.) — Когда Эндрю стоял с руками, зажатыми в кулаки, и так близко к Нилу, что мог чувствовать тепло тела другого подростка, Нил вздохнул и наклонился вперед настолько, что их лбы почти соприкоснулись; Эндрю почувствовал прикосновение мягких волос к своей коже. — Wenn ich könnte… Wenn ich könnte, würde ich bleiben. Aber dafür ist es jetzt zu spät. Wenigstens habe ich jetzt Bren, der mir den Rücken freihält. (Если бы я мог… если бы я мог, я бы остался. Но уже слишком поздно для этого. По крайней мере, у меня теперь есть Брен, чтобы прикрыть мне спину.) «Слишком поздно» подразумевало, что, возможно, в какой-то момент Нил мог бы принять предложение Эндрю. Но Эндрю слишком долго тянул с ответом, не так ли? — Verraten Sie mir, wie Sie diesen Schutz erreicht haben? (Ты собираешься рассказать мне, как ты добился этой защиты?) — спросил он, глядя на великолепное, полное тоски лицо, такое близкое к его собственному, на бледно-голубые глаза, полные раскаяния. Нил одарил его язвительной улыбкой, которая, как знал Эндрю, означала «нет». Они стояли вместе еще несколько секунд, прежде чем раздался звук шаркающих ног. — Ах, Нил? Автобусы должны скоро отправиться. — Да. — Нил закрыл глаза, отходя от Эндрю. — Наслаждайся отдыхом, ленивый гот, — сказал он, направляясь прямо к Моро, который обхватил его за плечи. — В следующий раз я надеру тебе задницу, — сказал ему Эндрю, когда боль в его груди усилилась по какой-то чертовой причине при виде уходящего Нила. — А потом я сверну тебе шею, — сказал Брен, прежде чем уйти с двумя птичками, остановившись, чтобы бросить на Эндрю многозначительный взгляд, прежде чем за ними закрылась дверь. Эндрю пару секунд смотрел им вслед, прежде чем взглянуть на странно молчаливого Кевина. — Вечеринка, сейчас же, — сказал он ему, прежде чем направиться к двери. — Да, черт возьми. — Кевин, похоже, отчаянно хотел выпить и крикнул Ваймаку, чтобы тот знал, что они уходят, что вполне устраивало Эндрю. Он не собирался долго оставаться трезвым в эту ночь. ******* Субботняя тренировка началась с опозданием, поскольку «Вороны» возвращались в Эдгар Аллан посреди ночи — без своего капитана. Между Рико и Тетсуи произошла такая бурная «дискуссия», какую Нил когда-либо наблюдал, прежде чем Рико убежал, чтобы успеть на свой рейс в Детройт из-за своего поведения в тот вечер, его растущей враждебности на корте к другим игрокам и Дэю в частности. Нил был бы рад этому, если бы не был совершенно ошарашен неуместной попыткой Эндрю помочь ему ранее. Он не… он не ожидал ничего подобного от своего друга. Он знал, что Эндрю помогает Дэю, но он никогда не ожидал, что Эндрю поставит под угрозу свою собственную безопасность, чтобы помочь ему. Это было слишком много, чтобы просить, чтобы когда-либо надеяться, и для чего? Что получит от этого Эндрю, особенно когда Нил будет служить в Гнезде? Какой толк от Нила для Эндрю, если он не мог предупредить его о том, что Рико собирается сделать с Дэем, Эндрю или Лисами? — Прекрати думать и поспи, — укорил его Жан уже в четвертый раз. — Завтра будет долгий день. — Я знаю, — вздохнул Нил, натянув куртку Жана чуть выше на грудь и закрыв глаза, довольный тем, что его друг, по крайней мере, рядом с ним. Друг, которого Эндрю тоже предложил вытащить из Гнезда, даже если это было сказано не самым любезным тоном. На мгновение Нил позволил себе подумать об этом, о том, что Жан свободен от Морияма и Эвермора, свободен делать все, что захочет (не играть в экси, найти сестру)… но Нил тогда сказал Эндрю правду. Было слишком поздно, причем для них обоих. Он обещал Ичиро не бежать, принадлежать ему, и он знал, что Ичиро не может оставить без ответа такую пощечину, если Нил пойдет на попятную, когда молодой лорд был так нов в своем положении и был так щедр со своей стороны. Кроме того, он не мог показать никаких признаков слабости, когда он все еще… — Ой! — Нил открыл глаза и уставился на некоего французского ублюдка, который, судя по ощущениям, только что щелкнул его по лбу. — Arrête de surmener ton pauvre diable de cerveau et va te coucher, (Перестань перетруждать своего бедного мозгового дьявола и иди спать,) — сказал ему Жан с суровым видом. — Avant que je t'étrangle. (Пока я тебя не задушил.) — J'aimerais vous voir essayer, (Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься,) — пробормотал Нил, но снова закрыл глаза, пока Жан фыркал, и на этот раз вытеснил из головы все мысли об Эндрю и Ичиро, и ему удалось немного поспать. То ли из-за того, что им предстояла последняя игра, то ли из-за ухудшающегося рассудка Рико, Тетсуи в субботу был в редком настроении и работал с командой еще усерднее, чем обычно, и размахивал тростью при первых признаках неудачи. Нил выкинул из головы все мысли, не связанные с экси, и сосредоточился на тренировках, играх и забивании голов, на достижении как можно более близкого к совершенству результата, и был вымотан как физически, так и морально, когда пришло время перерыва. Все молчали, пока ели, даже девочки, и им не пришлось долго отдыхать, прежде чем они оказались в спортзале, чтобы потренироваться и завершить день еще одним занятием на корте. В груди Нила появилось чувство тревоги, странная боль, которая заставила его на мгновение остановиться, прежде чем он достал телефон, чтобы позвонить Эндрю перед ужином — время было перенесено как из-за того, что «Вороны» уезжали накануне вечером, так и потому, что Эндрю по какой-то причине попросил еще час или два. Как только другой подросток поприветствовал его, Нил почувствовал сильную усталость. — Устал? — спросил он. Эндрю на мгновение замолчал. — Вчера вечером у Эбби была вечеринка для всей команды. Кевин все еще отходит от похмелья, а Ники ноет, что не сможет есть несколько дней. — Ах. — Нил задался вопросом, означает ли это, что Эндрю тоже страдает от похмелья. — Твоя команда праздновала проигрыш? Это уникально. — Мы праздновали то, что нам не придется терпеть вас, одержимых мудаков, несколько месяцев, — пробурчал Эндрю; Нилу показалось, или он звучал как-то… не так? Не такой энергичный, как обычно? Возможно, это похмелье, предположил он. — Это и возможность спать дома, по крайней мере, некоторое время. — Наверное. — Нил пожевал нижнюю губу, не зная, что происходит между ними после прошлой ночи. — Какие у тебя планы на лето? Я имею в виду, что для нас это сразу тренировки, а как насчет тебя? Эндрю тоже молчал, но, похоже, это было связано с тем, что он курил. — Я могу сообщить тебе, что это будет наш последний звонок на некоторое время. — У Нила перехватило дыхание, в груди заклокотало, и он ощутил странное чувство паники при мысли, что Эндрю больше не хочет с ним разговаривать. — Как только закончится семестр, я не смогу ни с кем разговаривать в течение нескольких недель. — А, почему? — Нил смог выдавить из себя, его голос был достаточно слабым, чтобы Жан посмотрел на него с беспокойством. — Потому что я отработал обязательный срок приема лекарств, — объяснил Эндрю, в его голос наконец-то прокрались эмоции — ненависть. — Мне пришлось подождать до конца семестра, потому что на то, чтобы слезть с них, уйдет не меньше месяца, а может, и больше. Мы с Би все еще спорим об этом — она собирается мне помочь. Я буду чист до того, как придет время начинать тренировки, я это точно знаю. — Ох. — Нил почти задыхался от внезапного прилива облегчения, от осознания того, что его друг все еще хочет поговорить с ним, и это было нечто иное, что ненадолго прекратит звонки. — Это… это хорошо, да? Наконец-то слезть с них? — Эндрю явно ненавидел лекарства. — Ну, это будет отстойно, следующие несколько недель, но в целом да. — По крайней мере, тебе не придется терпеть «экси», — напомнил Нил ленивому ублюдку. — Какая радость. — Эндрю снова замолчал, затягиваясь сигаретой. — Нил? — спросил он, его тон снова стал серьезным. — Когда мы будем разговаривать в следующий раз, придет время для ответов. Нил задумался, теребя подол своей (Жана) толстовки. — Настолько, насколько я в состоянии. Ты знаешь, что я… — Шшш, — сказал Эндрю, прервав его объяснения. — Никаких твоих обычных щебетаний и чириканий, маленькая птичка, я хочу, чтобы ты хоть раз спела нормальную песню. — Это даже не имеет никакого смысла, — выдавил Нил, вцепившись пальцами в мягкий материал толстовки. — Я не могу… — Хорошенькая песенка, — подчеркнул Эндрю. — Одна под названием «Нил говорит Эндрю то, что он действительно хочет знать, хоть раз, блядь». Это даст мне повод для радости, когда я буду выблевывать свои кишки. — Забавно, — сказал Нил, его тон был немного угрюмым из-за того, что Эндрю отказывался его слушать, — потому что я буду с нетерпением ждать, когда ты выблюешь свои кишки. Хорошо проведи там время, надеюсь, ты будешь делать это много-много раз. Рядом с ним Жан фыркнул от удовольствия. — Кто-то сегодня ведет себя как мерзкая птица. Похоже, правду говорят, что победа — это еще не все. — Эндрю звучал уже немного более «нормально», хотя все еще был уставшим. — Это лучше, чем проигрывать. — Нил улыбнулся на приглушенный смешок своего друга. — Хотя мы не получаем вечеринок в любом случае. Так что, эм, я отпущу тебя, да? Ты говоришь так, будто тебе нужен отдых или что-то в этом роде, а мы должны встретиться с девочками на ужин. — Он сделал паузу на мгновение, думая о том, как Эндрю сказал, что он «скоро» прекратит принимать наркотики. — Ты… как насчет следующих выходных? — Мы будем паковать вещи, чтобы Ники мог отправиться в Германию, пока Аарон и Кевин останутся с Эбби, и Би хочет, чтобы я сразу же начал, на случай, если возникнут проблемы. Так меньше риска, что это испортит летнюю практику, — объяснил Эндрю. — Как печально, если это случится. — Хорошо. — Зубы Нила дважды впились в нижнюю губу, прежде чем он заставил себя улыбнуться, хотя Эндрю не мог видеть этого выражения. — Тогда удачи и поговорим с тобой в июне? — Скорее всего, и я надеюсь, что «Троянцы» надерут вам задницы, — сказал Эндрю, прежде чем повесить трубку. Несмотря ни на что, Нил продолжал улыбаться, пока Жан жаловался на «грубых горгулий», когда они вставали с кровати. — Ты будешь шокирован, если он скажет что-то хорошее, — возразил Нил, убирая телефон, чтобы они могли выйти из комнаты. Жан на мгновение задумался, прежде чем кивнуть. — Верно. Сомневаюсь, что у этого жалкого коротышки есть хоть какие-то манеры. Тем не менее, Эндрю предложил Жану помощь, не так ли? Хотя, если подумать, Нил мог только представить, каким кошмаром было бы жить в УП с Дэем, Эндрю и Жаном в одном тесном помещении. — C'est pour quoi ce sourire, hein? (Для чего эта улыбка, а?) — спросил Жан, сузив глаза и протянув одну из своих неприлично длинных рук, чтобы стянуть капюшон толстовки Нила через голову. — Cela pourrait être votre pire scénario. (Возможно, это твой худший вариант.) Брен, который ждал их в коридоре и был занят проверкой чего-то на своем телефоне, бросил на Нила странный взгляд. — Ты что-то задумал? — Видишь, этот британский болван согласен со мной. — Однажды я позволю этому «болвану» вышвырнуть тебя в коридор, — предупредил Нил, хотя Брен усмехнулся над своим «прозвищем». — Et je pensais justement à ce qui se serait passé si on avait accepté l'offre hier soir et qu'on avait dû vivre avec Andrew et Day. (А я как раз думал о том, что было бы, если бы мы вчера вечером приняли предложение и нам пришлось бы жить с Эндрю и Дэем.) Жан, казалось, на пару секунд задрожал от ужаса. — Ce serait un véritable enfer. (Это был бы настоящий ад.) В тот вечер они ужинали с девочками, Софи, Беном и Сьюзен (вместе с Бреном и Жанной), и им пришлось слушать, как Мэг рассказывает о своих планах пригласить Ий Кенни посетить ее семью на несколько дней, когда она уедет домой на две недели сразу после игры с «Троянцами» (Марли, которая собиралась домой всего на одну неделю, многозначительно закатывала глаза). — Эйвери совсем не собирается домой, — сказала Сьюзан между укусами жареной курицы с рисом в тот вечер; она собиралась домой всего на пару дней. — Это обычно? — спросил Нил, ковыряясь в своей куче вареного шпината, и уставился на Жана, понимающе посмотрев на него в ответ. — Это первый год, когда она не уходила хотя бы на день или два, — призналась Сьюзен, оглядывая стол, за которым сидел ее «партнер» вместе с Баутистой, Джонсоном, Луазо и парой других — с Воронами, которые смотрели на Рико. — Конкуренция становится действительно плохой с вами, нападающими. — Да, по крайней мере, Хейли выпускается в этом году, так что для нас, полузащитников, это один минус, и будет много свободных мест в защите, так как Майк и Лев выпускаются, — сказала Софи, ее лицо слегка поморщилось, когда она упомянула Федорова — он все еще не вернулся в Гнездо из-за «осложнений» с правой рукой, которая, как Нил думал, не была повреждена так сильно. — Наверное, поэтому Шон в последнее время так много общается с Робом и Майки — он пытается продвинуться в защитной линии, — сказал Бен, кивнув в сторону стола, за которым сидели Луазо и Джонсон, а также второй защитник. Нил заметил, что Линкольн стал проводить больше времени с ними в последние неделю или две… стал проводить больше времени рядом с Рико, несмотря на то, что подросток достаточно часто становился мишенью для психопата в прошлом сезоне. Нил не понимал некоторых людей… но, возможно, Линкольн делал все возможное, чтобы больше никогда не оказаться в таком положении, не подвергнуться насилию со стороны Рико. Просто Нил не мог принять возможность стать таким же, как Рико, чтобы избежать этого, чтобы, возможно, превратиться в обидчика в ответ. С другой стороны, он слишком хорошо знал, что в нем течет кровь его отца, что лицо отца смотрит на него каждый раз, когда он смотрит в зеркало. Марли заметила, как он ковыряется в рисе на своей тарелке, и нахмурилась. — Vous allez bien? (Ты в порядке?) — спросила она по-французски. — Tu as l'air… c'est le bâtard de singe rabougri? (Ты выглядишь… это из-за низкорослого обезьяньего ублюдка?) — Ничего себе, ладно, мы что-то упускаем, — заметил Бен, пока Софи хихикала рядом с ним. — Считай, что тебе повезло, — вздохнул Жан. — Это не так, — заверил Нил своего друга. — Du moins, pas vraiment, et il n'a rien fait de mal. (По крайней мере, не совсем, и он не сделал ничего плохого.) — Pour une fois, (В кои-то веки,) — пробормотал Жан, подцепив вилкой шпинат и поднеся его к лицу Нила. — Maintenant, mangez! (Теперь ешь!) — Это все Жан виноват, — ныл Нил, пытаясь откинуться на стуле, но Жан поймал ногой одну из ножек и притянул его ближе к столу. — Брен! — Я думаю о том, как мне объяснить это твоему дяде, парень — нападение смертельно опасного овоща? Нет, я позволю этому случиться — кроме того, он француз, он не представляет никакой угрозы, — сказал ему Брен с широкой ухмылкой, указывая на Жана. — Ох, черт возь… ах! — воскликнул Нил, когда Жан запихнул ему в рот вилку ужасного зеленого дерьма. — Ах да, — пробормотал он, изо всех сил стараясь проглотить, не почувствовав вкуса. — Как-нибудь я найду в себе силы жить дальше, — заверил Нила Жан с небольшой довольной улыбкой, протягивая ему чашку с водой. — Это полезно для тебя, — сказала Мэг, явно пытаясь подбодрить Нила. — Много витаминов и минералов. — Может быть, тебе понравится в сааг-панире, — предложила Жанна с легкой улыбкой. — Все лучше со сливками и сыром. — Ооо, да, — простонала Марли в знак согласия. — Я могла бы съесть огромное блюдо этого блюда прямо сейчас и кучу наана. Двое из них общались за своими любимыми региональными блюдами, пока Нил выхватывал у Жана апельсин в качестве возмездия за причиненный ему ужас (серьезно, если бы он хотел есть увядшие листья, он бы вышел на улицу и нарвал чертовых деревьев), а Брен улыбался и писал кому-то сообщение (вероятно, Дэвису — Брен, похоже, посылал ему много «обновлений»). В воскресенье «правление» Тетсуи продолжилось, поэтому в этот день не было ни поддразниваний, ни шуток, просто все делали все возможное на тренировках и сосредоточились на просмотре последней игры с Троянцами, чтобы уловить возможные слабые места против другой команды или заметить ошибки, которые они допустили и которые нужно было исправить до пятницы. А ошибки действительно были — по крайней мере, по мнению Тетсуи, который провел три часа, указывая на каждую из них, часто сопровождая это «ударами» своей тростью по плечам и спине провинившегося. Тело Нила к концу игры болело, учитывая, сколько времени он провел на корте во время игры, а Жану было лишь немного лучше. Марли тоже получила несколько ударов, Мэг — пару, и остальные «Вороны» были благодарны, когда им наконец разрешили уйти. Брен и Жанна смерили Тетсуи взглядами за его тренерский «стиль», но, учитывая, что он одинаково обошелся со всеми Воронами, в этот раз они мало что могли сделать. В понедельник была еще одна суровая утренняя тренировка, а затем выход на кампус, заполненный гипер-студентами, одетыми в майки «Воронов» и повсюду развешанными знаменами команды — по крайней мере, это была выпускная неделя, так что Нилу, Жану, Мэг и Марли пришлось явиться только на несколько занятий для сдачи экзаменов. Нил достаточно продвинулся в японском, чтобы не беспокоиться о занятиях, и со статистикой тоже не было проблем. По крайней мере, все эти годы, проведенные в Европе, дали ему достаточно хорошую подготовку для занятий по истории, так что ему нужно было беспокоиться только об одном предмете, и с ним у него все было в порядке. Не то чтобы кто-то из его профессоров осмелился бы поставить кому-то из «Воронов» трудную задачу, когда дело дойдет до финала, учитывая, что они вот-вот завоюют еще один чемпионский титул. Тем не менее, следующие несколько дней превратились в сплошную череду тренировок, интервью, учебы и занятий, и много стресса, причем последний был вызван в основном Тетсуи и Рико, который вернулся в понедельник днем в плохом настроении, которое он едва сдерживал, когда рядом оказывалась пресса, снимавшая «Воронов» на корте или задававшая вопросы о предстоящей игре. В публичной персоне Рико появились трещины, его улыбка была натянутой, а глаза сверкали с большим, чем просто рвением, когда он говорил о победе над Троянцами, о том, что Вороны докажут, что они действительно лучшие, что он — сын Экси и лучший нападающий, которого когда-либо видел спорт. Он все еще поносил Кевина Дэя при любой возможности, до такой степени, что интервьюеры прерывали его и пытались вернуть его к теме, что только делало его улыбку еще более натянутой, а безумие еще более ярким в его темных глазах. Команда «Воронов» еще больше разделилась, почти половина команды находила причины проводить большую часть вечеров в комнатах Нила и Жана или Марли и Мэг, чтобы присоединиться к ним на площадке во время ночных тренировок (чтобы быть рядом с единственным источником защиты, который они больше не знали). Деклан вмешался, чтобы Рико не сломал Джону руку, Жанна — когда Баутиста прижал Эми к стене, когда она вышла, чтобы взять перекусить для нее и Наоми. Поэтому, когда Нил получил сообщение от Ичиро в четверг, что он «приглашен» на ужин в тот вечер… он разрывался между возможностью оставить Жана, девочек и остальных одних в Гнезде и шансом сбежать от всего, даже если это означало… ну, даже если это означало, что ему придется заплатить за этот побег. Он спросил у Деклана, могут ли Брен или Жанна вернуться в тот вечер, даже если это их выходной, поскольку ему не нравилась идея, что в Гнезде будет только один телохранитель, пока Деклан ходит с ним, и получил ответ, что Брен уже на подходе. — Он сказал, что просто сидит дома, но мог бы и задобрить босса и все такое, — сказал Деклан, в то время как Жан изо всех сил старался не подавать виду, что его что-то беспокоит. — Я ценю это. — Нил улыбнулся в знак благодарности, а затем пошел в свою комнату и, после минутного обсуждения, достал одежду, которую Ичиро купил для него в Нью-Йорке. Пока он пытался решить, что надеть в этот вечер, Жан вздохнул и выбрал пару темно-серых брюк и бледно-голубую трикотажную рубашку. — Это и серые туфли, — сказал Жан, положив их на кровать, а затем подошел, чтобы откинуть назад челку Нила. — Будь осторожен сегодня вечером, дьявол. — И ты тоже. Не подпускай Рико близко, хорошо? — Деклан и Квентин будут там, и Тетсуи позволил им немного отдохнуть, чтобы они были отдохнувшими к игре следующего дня, но Нил не доверял их «дорогому» капитану так далеко, как только он мог бросить его с одной рукой, учитывая, насколько нестабильным он был — даже если часть Нила была в восторге от этой перемены. Даже если Нил планировал дать Ичиро понять, насколько ненадежным стал его брат. — Поменьше беспокойся обо мне и побольше о себе, — укорил его Жан. — Не о чем беспокоиться, — солгал Нил, опустив голову и собираясь, чтобы Жан не смог потратить оставшееся время до отъезда на споры. В итоге, когда он достал пакет с последними сувенирами для Ичиро, раздался недовольный вздох. Брен появился примерно через полчаса, чтобы отвезти Нила к месту, где он должен был встретиться с Ичиро на ужин. Это оказался трехэтажный особняк в десяти милях от кампуса. Он был построен из светло-коричневого кирпича и напомнил Нилу некоторые дома, которые он видел в Балтиморе (не самое приятное воспоминание), с белыми колоннами перед входом, а внутри была двойная лестница. Двойная лестница, ведущая на второй этаж, много мрамора и сверкающего дерева, и несколько телохранителей, один из которых окинул Брена изучающим взглядом, прежде чем кивнуть Нилу. — Я отведу вас к лорду Морияма, — сказал он Нилу. — Морган, ты можешь подождать в гостиной. — Он указал на вторую дверь справа. Брен на мгновение замешкался, прежде чем махнуть рукой Нилу. — Крикни или напиши мне, и я прибегу. — Надеюсь, они покормят тебя или еще что-нибудь, — сказал ему Нил, после чего последовал за человеком Ичиро налево, в комнату, полную антиквариата и живописных полотен, и в другую комнату со сверкающим круглым столом, окруженным антикварными стульями, более дорогой мебелью и окнами, обрамленными богатой золотой тканью, проливающейся на деревянный пол, покрытый, похоже, персидским ковром. Ичиро встал из-за стола, подошел к Нилу и поцеловал его в губы. — Что ты думаешь, Натаниэль? — Он сделал движение вокруг себя, отступая назад. — Где тела? — спросил Нил, оглядываясь по сторонам, но пока не видел никаких следов крови или нечестной игры. — Или здесь было пусто, когда ты пришел? Ичиро рассмеялся, прислонившись к столу, который был накрыт на двоих, но мог вместить около шести человек. — Никаких трупов, по крайней мере, сегодня. Это место принадлежит мне. — На его лице играла веселая улыбка, а одет он был в темно-синие джинсы и черную рубашку, рукава которой были закатаны, а три верхние пуговицы расстегнуты. — Правда? — Нил снова огляделся вокруг, прежде чем покачать головой. — Это не похоже на… ну, это не совсем Вы. — Как это? — Ичиро стало любопытно, и он потянулся за веревкой подарочного пакета, чтобы подтянуть Нила ближе. — Это слишком старомодно, — попытался объяснить Нил, передавая пакет, но не удержался и встал рядом с… Ичиро запутал его на стольких уровнях — его господин? Его любовник? — Вы кажетесь мне более современным. — Ах, это правда. — Ичиро кивнул, оглядываясь по сторонам. — Мой отец купил его и оставил как есть, поскольку он в основном предназначен как собственность рядом с Эдгар Аллан, куда он мог бы приводить более «респектабельных» клиентов, чтобы произвести впечатление, когда в этом есть необходимость. — А есть ли необходимость? — спросил Нил, поскольку Ичиро, похоже, был в разговорчивом настроении в этот вечер. — Я хотел увидеть это своими глазами, так как прошло несколько лет с тех пор, как я был здесь, чтобы решить, что с этим делать. К тому же завтра будет очень напряженный день. — Он протянул свободную руку, чтобы провести большим пальцем по «4», вытатуированной на щеке Нила. — У тебя важная игра, и несколько человек придут поговорить со мной, так что нам лучше встретиться сегодня вечером. — Понятно. — Нил наклонил лицо к Ичиро; это было не так, как у Жана, но все равно… все равно было приятно, он должен был признать, особенно после такой тяжелой недели. — Ты выглядишь уставшим, — пробормотал Ичиро, поглаживая большим пальцем под левым глазом Нила. — Я полагаю, ты был занят тренировками? — Да. Тетсуи подгонял нас, чтобы мы были готовы к завтрашнему дню, и… — Нил на мгновение закусил нижнюю губу, но продолжил, когда пальцы Ичиро сжались на его подбородке. — Мы привыкли подгонять себя к важным играм, усердно работать и все такое. Но Рико — это совсем другое дело, особенно когда мы всегда начеку, потому что никогда не знаем, когда он собирается нанести удар по одному из нас. Ичиро молчал несколько секунд, прежде чем кивнул. — Да, это было бы утомительно. — Он отпустил лицо Нила, чтобы обратить свое внимание на сумку на его коленях. — Итак, ты подарил мне медведя? — спросил он с явным весельем. Нил застонал, чувствуя, как его лицо краснеет. — Это… я не… Вы могли бы сказать что-нибудь, черт возьми. Я не знал! — И чтобы на это Эндрю сказал ему? По какой-то причине Нил все еще чувствовал прилив смущения каждый раз, когда думал об этом. — О, а теперь знаешь? — усмехнулся Ичиро, заглядывая в сумку. — Интересно. — Его улыбка смягчилась, когда он вытащил плюшевого морского льва. — И все же, я думаю, это более приемлемо. — Он отложил его на стол и снова полез в сумку, приподняв брови, когда достал серую лису. — Правда? От тебя? — Ну, похоже, они популярны в Южной Каролине, — сказал ему Нил с ухмылкой. — Скажите спасибо, что она не ярко-оранжевая. — Да, это было бы трудно держать на моем столе, будь то подарок или нет. — Тем не менее, Ичиро поставил его рядом с морским львом. — У меня скоро будет зверинец? — спросил он, протягивая руку, чтобы провести пальцами по волосам Нила. — А, может, вместо этого я могу подарить Вам брелки? — предложил Нил. — Или рюмки? — Он видел много таких в различных сувенирных магазинах, но они не… не очень-то походили на Ичиро. — Зверинец, — решил Ичиро, прежде чем снова поцеловать Нила, его губы были теплыми и нежными. Нил почувствовал, что успокаивается под его ласками, почему-то доверился этой нежности и вздохнул, когда она прервалась. — Я обещал тебе ужин, не так ли? — Ичиро отодвинул один из стульев, что Нил воспринял как знак, чтобы он сел. — Не знаю, было ли обещание, но ужин упоминался, да, — сказал Нил, когда его подтолкнули к столу. — Ну, ты здесь, Натаниэль, так что можешь и поесть. — Ичиро сел на стул, который он отставил, когда появился Нил, и вскоре из-за двери в дальнем конце комнаты вышел еще один из его людей с двумя тарелками еды, а за ним еще один с подносом, на котором стояла бутылка белого вина и стаканы с водой. К ароматному рису подали что-то вроде рыбы с фруктовой сальсой, которой Нил с большим удовольствием наслаждался, пока Ичиро подробно расспрашивал его о том, что произошло за последнюю неделю, сделав небольшую паузу на предложении Эндрю о защите (Нил заговорил об этом только потому, что не знал, передал ли Брен его Стюарту, и обязательно подчеркнул, что отказался). Когда пришло время десерта — лепешек с ягодами и взбитыми сливками, Нил несколько секунд озадаченно смотрел на Ичиро, пока молодой господин потягивал сладкое вино, которое, попробовав, решил, что оно не для него. — Итак, о Федорове, — спросил он. — Хм, защитник, — признал Ичиро. — Который прикасался к тебе. — Темнота вернулась в его темно-золотые глаза, когда он заговорил. — Да. — Несмотря на то, что было очень вкусно, Нил решил, что больше не хочет десерта. — Похоже, что он не сможет принять участие в завтрашней игре? — Продолжая потягивать вино, Ичиро вздохнул. — Что же такого сделал с ним Брен? — Или кто-то другой, кроме Брена. — Травмы рук — коварная вещь, как я знаю, Дэй может подтвердить, если ты спросишь его, — сказал Ичиро, когда он, наконец, отставил свой бокал в сторону. — В случае с Федоровым все оказалось гораздо хуже, когда ему оказали медицинскую помощь. — На его губах заиграла легкая улыбка. Нил обдумал это заявление и то, что старшекурсник должен был начать играть за «Денвер Редс» после окончания университета, что теперь казалось маловероятным. — Будет ли он когда-нибудь играть снова? Ичиро несколько секунд смотрел на Нила, прежде чем заговорить, его поведение было спокойным. — Тебя это волнует? Нилу пришлось немного подумать, прежде чем ответить, и воспоминания о руках этого ублюдка на нем, о времени в гостиничном номере и раздевалке и… — Нет, — признался Нил, его голос стал жестким, а чудесный ужин угрожал внезапно вернуться. — Совсем нет. — Я так и думал. — Ичиро налил Нилу еще немного десертного вина, и их взгляды все это время были прикованы друг к другу. — Я обещал защитить тебя, Натаниэль, и я это сделал. Федоров больше никогда не будет играть и не приблизится к тебе. Несмотря на сладость напитка, Нил поднял стакан и выпил его содержимое, отчаянно нуждаясь в чем-то, чтобы смыть кислое жжение в горле. — Я… благодарен Вам, — сказал он Ичиро, довольный тем, что один из его кошмаров, по крайней мере, был оставлен в покое. Еще минуту или две Нил молчал, погрузившись в свои мысли о том, почему в последнее время кажется, что люди пытаются защитить его, в то время как он в полном порядке, в полном порядке, пока его язык дразнил сладковатый привкус на губах, а Ичиро потягивал десертное вино. Затем Ичиро отставил пустой бокал в сторону. — Ты закончил? Нил моргнул на вопрос. — Да? Улыбка Ичиро была слегка насмешливой, когда он встал из-за стола и протянул руку в знак приглашения Нилу. — Полагаю, это подойдет. Поднявшись на ноги, Нил убрал салфетку с коленей и принял руку, которая увела его от стола с полупустыми тарелками десертов и чучелами животных в сторону, и позволил Ичиро повести его вверх по парадной лестнице. На втором этаже было несколько спален, и Ичиро выбрал большую, с огромной кроватью с балдахином, на которую Нил запрыгнул после того, как Ичиро стянул с него рубашку, матрас был мягким, а одеяло воздушным. На мгновение он почувствовал панику, когда Ичиро нахмурился, глядя на темные синяки на его теле от трости Тетсуи, но эта эмоция улетучилась, когда вопросы о них были закончены, а прикосновения к его коже оставались нежными, когда удовольствие продолжало нарастать с явным намерением причинить ему как можно меньше боли. Нил все еще не понимал, почему Ичиро ведет себя так, как ведет, почему он не просто берет все, что хочет (как все остальные)… но он делал все, что мог, чтобы показать свою признательность, благодарный за то, что молодой человек не делал все так ужасно, как мог. Он прижал Ичиро к себе и прикоснулся к нему в ответ, погладил его по спине и попытался ответить чем-то, что, похоже, понравилось молодому господину. Когда все закончилось, Ичиро поцеловал его в лоб, — жест, ставший уже привычным, — и отстранился. — Если ты устал, можешь провести ночь здесь, — предложил он. — Нет, у меня завтра еще один финал, — объяснил Нил. К тому же он лучше спал бы в своей постели с Жаном за спиной, с ощущением безопасности. — Хорошо. — Ичиро накинул халат и взял что-то с тумбочки, прежде чем сесть обратно на кровать — небольшую коробку, которую он протянул Нилу, как только тот сел. Чувствуя себя немного неловко, Нил натянул одеяло на колени, что заставило Ичиро улыбнуться. — Это для тебя, кое-что на удачу. — Ах, хорошо. — Нил не привык к подаркам, по крайней мере, к тем, которые были приятными. Он принял продолговатую коробку и утешил себя тем, что она легкая, а значит, это не должен быть еще один нож. Ну, и что это не должен быть большой нож. Открыв коробку, он моргнул, увидев серебряную цепочку с плоским медальоном с тремя горами в круговом узоре — герб семьи Морияма или мон. Вот только, судя по весу ожерелья (наученный годами карманных краж драгоценностей в бегах), он бы сказал, что это платина, а не серебро. — Ах, это… неожиданно, — признал он. — Как и твои ответы, в большинстве случаев. — Ичиро взял коробочку, чтобы взять ожерелье, и, кивнув Нилу, подождал, пока тот наклонится вперед, чтобы надеть украшение. — Просто я не… ну, есть одежда, которую Вы мне подарили, но кроме нее, последним подарком, если это можно так назвать, был нож, который мне прислал отец. — Нил подождал, пока ожерелье будет на месте, и откинулся назад, его правая рука поднялась, чтобы взять прохладный металл медальона. — Ох, и корзины с фруктами, которые мне понравились гораздо больше. Ваши подарки намного, намного лучше, но я не привык получать вещи, — признался он. Ни в годы бегства с матерью, когда их ресурсы были ограничены, и они хранили только то, что было абсолютно необходимо, ни в Балтиморе, когда отец считал такие вещи «несерьезными». Ичиро снова провел большим пальцем по татуировке на щеке Нила. — В то время как я нахожу приятным то, что ты никогда не спрашиваешь и никогда не ожидаешь. Так что воспринимай это так, как я говорю, и я надеюсь, что это принесет тебе удачу завтра и в будущем. — Он наклонился, чтобы быстро поцеловать Нила, прежде чем снова соскользнуть с кровати. — Теперь ты пойдешь? — Да, как Вы и сказали, завтра будет напряженный день. — Нил улыбнулся ему, прежде чем начать собирать свою одежду. — Это не изменится, как только ты выиграешь — было больше предложений о сделках по поддержке для тебя и Моро, — предупредил его Ичиро. — Будь готов к путешествиям этим летом. — はい、閣下。(Да, мой господин.) — Нил склонил голову и подождал, пока Ичиро удалится в ванную, после чего воспользовался уже испачканным одеялом, чтобы вытереться как можно чище, и оделся. Охранник заметил его, спускающегося по лестнице, и пошел за Бреном, который несколько секунд смотрел на него, затем кивнул в знак одобрения и помахал рукой другому силовику, когда они уходили. Они молчали, пока не оказались на улице во внедорожнике. — Итак… все в порядке? — спросил Брен. — Я не был уверен, останемся ли мы на ночь или как. — Ичиро предложил, но я хочу вернуться к Жану и девочкам. — Деклан написал мне, чтобы я знал, что у них все в порядке, — заверил его Брен, выезжая на главную дорогу. — Спасибо. — Нил опустился на сиденье, тело немного болело и более чем немного устало, но… он полагал, что привыкает ко всему, в конце концов, так как в этот раз все было немного проще. — Я благодарен тебе за то, что ты сегодня здесь. Брен усмехнулся на это. — Я провел его за просмотром футбола, закуской и пивом с парнями, которые делают ту же работу, что и я, так что мы должны немного поиздеваться, да? — Он взглянул на Нила и усмехнулся. — Парочка из них говорит на довольно хорошем английском. Все было как в пабе, только без пьянства, так что в целом это была хорошая ночь. Пока он наслаждался собой. Возвращение в Эдгар Аллан и Гнездо не заняло много времени, и Нил не удивился, обнаружив Бена, Лейфа, Тоби, Дейла, Джона и Рена в комнате с Жаном, все они были со своими ноутбуками и несколькими книгами для, похоже, учебной сессии. — Эй, ты вернулся, — сказал Бен, когда остальные начали собирать свои вещи; Жан, должно быть, сказал им, что они в порядке, пока Нил не вернется. Старшие Вороны без колебаний собрали свои вещи, но Дейл и Джон медленно собирали свои книги, и Нил не думал, что это только из-за бурных тренировок в последнее время. Жан тоже заметил это и вздохнул, прежде чем высказаться. — Есть свободная кровать, если вы двое хотите провести здесь ночь, — предложил он низкорослым Воронам. — Правда? — Облегчение было заметно на лице Джона, и Дейл быстро прекратил собирать свою сумку, в то время как Лейф и Бен бросили на Жана благодарный взгляд, как будто они волновались за этих двоих. — Пойдемте, — сказал Брен остальным. — Я ухожу, поэтому я пройдусь с вами до ваших комнат. — Остальные поспешили согласиться с ним, и Нил оставил своего напарника улаживать дела гостей на ночь, а сам пошел в душ. Жан ждал в ванной, когда он вышел из кабинки и протянул ему полотенце. — Comment a-t-il passé la soirée? (Как он провел вечер?) — Его серые глаза заметили ожерелье, а губы сжались. — D'humeur généreuse, (В великодушном настроении,) — сказал Нил, вытираясь. — C'est pour la chance. (Это на удачу.) — Oui, je suis sûr que c'est pour ça qu'il l'a fait, en vous donnant quelque chose qui porte si ouvertement la marque de Moriyama. (Да, я уверен, что это все, для чего он это сделал, подарив тебе то, что так открыто несет на себе знак Морияма.) — Он вздохнул, потирая лоб. — Pas de mensonges, Neil, tu vas bien? (Никакой лжи, Нил, ты в порядке?) Нил накинул полотенце на плечи и натянул трусы, прежде чем ответить на этот вопрос. — Oui, je vais bien. (Да, в порядке.) — Он встал перед своим другом и протянул руку, чтобы осторожно коснуться центра груди Жана. — Il ne m'a pas fait de mal, je le jure. Il m'a fait à dîner et m'a demandé ce que j'avais fait ces deux dernières semaines, et… il ne m'a pas fait de mal. Il a aimé les cadeaux que je lui ai offerts, et il m'a donné ceci à la fin de la nuit, et m'a suggéré de rester là pour me reposer un peu — c'est un grand et vieux manoir à quelques kilomètres de là. (Он не причинил мне вреда, клянусь. Он накормил меня ужином и расспросил о последних двух неделях, и… он не причиняет мне боли. Ему понравились подарки, которые я ему подарил, и он подарил мне это в конце ночи, и предложил мне остаться там, чтобы немного отдохнуть — это большой старый особняк в нескольких милях отсюда.) — Нил сделал паузу, обдумывая все, что произошло. — Il a dit que nous allions voyager cet été pour signer de nouveaux contrats, (Он сказал, что этим летом мы будем путешествовать, чтобы заключить новые контракты,) — он слегка улыбнулся, услышав недовольный стон Жана, — et il a pratiquement admis qu'il a ruiné la carrière de Fedorov parce qu'il m'avait offensé. (и он практически признался, что разрушил карьеру Федорова из-за того, что тот обидел меня.) Жан на мгновение закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Il a ruiné un homme pour vous et vous a donné une petite babiole qui vous marque comme son… C'est merveilleux.(Он разрушил человека ради тебя и дал тебе маленькую безделушку, которая отмечает тебя как его… как замечательно.) — Когда он открыл глаза и увидел, что Нил хмуро смотрит на него, он покачал головой. — Ça ne vous dérange pas du tout, n'est-ce pas? (Тебя это совсем не беспокоит, да?) — Je ne vais pas perdre le sommeil à cause de Fedorov, (Я не собираюсь терять сон из-за Федорова,) — признался Нил, не после того, что этот человек сделал с ним и Жаном, и сделал бы с Марли и Мэг, если бы ему дали шанс. Не тогда, когда Нил делал нечто подобное с Сетом Гордоном (хотя и не физически) и поэтому не мог быть таким лицемером. — Et j'appartiens à Ichiro. (И я действительно принадлежу Ичиро.) — Comme toujours, si proche, mais pas tout à fait, (Как всегда, так близко, но не совсем,) — вздохнул Жан, проводя пальцами по влажным волосам Нила. — Essayons comme ça: que ressentez-vous pour un homme, hein? Dites-moi que vous réalisez que vous offrez de beaux cadeaux à quelqu'un qui vous possède, qui vous considère comme lui appartenant. (Давай попробуем так — что ты чувствуешь к мужчине, а? Пожалуйста, скажи мне, что ты понимаешь, что даришь милые подарки тому, кто владеет тобой, кто видит в тебе свою принадлежность.) Что нашло на Жана той ночью? — Bien sûr. (Конечно.) — Когда Жан с сомнением хмыкнул, Нил сузил глаза. — Est-ce que je préfère Ichiro à son frère et à son oncle? Oui. Ça me dérange de passer du temps avec lui? (Предпочитаю ли я Ичиро его брату и дяде? Да. Не возражаю ли я против времени, проведенного с ним?) — Нил нахмурился, задумавшись о последних нескольких часах. — Jusqu'à un certain point. Mais je n'oublierai jamais le marché que j'ai passé avec lui… et je n'oublierai jamais ce qui est arrivé à ma mère. (До определенного момента. Но я никогда не забуду, что заключил с ним сделку… и никогда не забуду, что случилось с моей матерью.) — Его левая рука поднялась, чтобы потереть сначала шрамы на груди, а затем старый ожог на плече. — Je ne vais pas être un imbécile et je n'oublierai jamais ce qui lui est arrivé. (Я не собираюсь быть глупцом и никогда не забуду о том, что с ней случилось.) — Возможно, поначалу она тоже думала, что Натан Веснински «хороший», и ей нравилось проводить с ним время, и она сожалела об этом до последнего вздоха. Нет, Нил доверял Ичиро в том смысле, что знал, что имеет ценность для этого человека, и что между ними была сделка, но Ичиро все еще был Морияма. Жан смотрел на него еще несколько секунд, а затем слегка погладил его по затылку. — Je suis désolé, je voulais m'en assurer. Après tout, Kevin faisait confiance à Rico, et ça me briserait si tu étais blessé autant que lui, (Прости, я хотел убедиться в этом. В конце концов, Кевин доверял Рико, и это сломало бы меня, если бы тебе причинили такую же боль, как ему,) — сказал он грубым голосом. — Je ne le ferai pas, seulement quand je t'aurai pour me protéger. (Я не буду, только когда у меня есть ты, чтобы прикрыть мне спину.) — Нил улыбнулся, прислонившись лбом к покрытой шрамами груди Жана. — Même si vous êtes français. (Даже если ты француз.) — По крайней мере, он улыбался, пока не раздался легкий шлепок по его затылку. — Ой. — Sèche tes cheveux et prépare-toi à aller au lit, le diable, (Высуши волосы и приготовься ко сну, дьявол,) — сказал ему Жан, мягко оттолкнув его, с суровым выражением лица. — Je ne te laisserai pas tomber malade et mourir pour que tu me hantes le reste de ma vie. (Я не позволю тебе заболеть и умереть, чтобы ты преследовал меня всю оставшуюся жизнь.) Нил сделал грубый жест в сторону своего партнера, в результате чего полотенце оказалось у него на голове. Утром тренировка была сокращенной из-за большого количества прессы и посетителей в Эверморе, и Нил почувствовал, как по коже поползли мурашки от того, сколько незнакомых людей было на территории кампуса, когда Жан ходил с ним, чтобы он мог сдать устный экзамен по японскому языку. Затем все вернулись в «Гнездо» на легкий обед и просмотр матчей «Троянцев», после чего команда собралась и вышла на площадку для тренировок и «общения с прессой». Нил подумывал снять ожерелье, пока одевался… но так и не снял его, заправив под майкой. После пятого интервью за день Накамура отозвал Нила в сторону, за внутренний корт, где его ждал дядя, одетый в сшитый на заказ костюм и куривший сигарету. Нил улыбнулся и заставил себя расслабиться, когда его быстро обняли. — Ты выглядишь… ну, ты выглядишь лучше, чем в Нью-Йорке, но им нужно дать тебе передышку, малыш. — Это последняя игра сезона, — объяснил Нил. — Все очень усердно тренируются для этого. Стюарт поджал губы, как будто хотел что-то сказать, но передумал, а потом покачал головой. — Ты молодец, Натаниэль. Семья гордится тобой, и маленький принц тоже счастлив. — На мгновение его выражение лица стало горьким, когда он упомянул Ичиро, но затем он с гордостью улыбнулся Нилу. — Он сказал, что рассказал тебе о новых сделках, которые будут заключены, верно? Это больше денег и известности для тебя, значит, ты действительно популярен. Нил немного покраснел и пожал плечами. — Это должно помочь мне во время драфта, до которого еще несколько лет. До тех пор, пока я ничего не испорчу. — Он не хотел думать о чем-то настолько далеком, когда травма или скандал могут все испортить. — У тебя все получится, — заверил его Стюарт, потрепав Нила по волосам (почему все так с ним поступают?). — Просто сосредоточься на том, чтобы выиграть эти игры, хорошо? — Так и сделаю, — пообещал Нил. — Хороший мальчик. — Стюарт сделал паузу и затянулся сигаретой, глядя на Нила, словно запоминая его по какой-то причине, возможно, чтобы доложить дяде Уиллу о том, как дела у Нила. — Брен рассказал тебе, как дела у того придурка? Тот, о котором ты просил нас позаботиться для тебя? — Гордон? — Нил кивнул. — Он сказал что-то о том, что изучает его прошлые занятия или что-то в этом роде. — Нил заметил, что нападающий не присутствовал на игре с «Лисами» на прошлой неделе. — Да, Санни провел несколько ночей в одном баре, который он и его приятели предпочитают, и подслушал их разговор о какой-то ерунде, связанной с их занятиями, и послал «наводку» профессору о том, что он купил пару статей. — Улыбка Стюарта приобрела довольный оттенок, который Нил узнал по годам, проведенным с его матерью, что кто-то только что получил неприятный удар в той или иной форме. — Полагаю, в наши дни это легко отследить? — Да. — Нил знал, что в начале учебного года его предупредили об этом — подразумевалось, что есть «варианты», если кому-то из Воронов нужно сдать работу или эссе, и они испытывают трудности с классом или учебной нагрузкой, но ни в коем случае нельзя пытаться плагиатить или покупать работу самостоятельно, рискуя быть пойманным профессором. Похоже, у Лисов не было такой договоренности — или Гордон был ленивым идиотом. Нил не чувствовал ни малейшей вины, ни когда на его теле все еще были синяки от трости Тетсуи, ни когда он слышал, как Рико кричал на Сьюзен о том, что она якобы специально пропустила удар (что вряд ли, когда она была одним из лучших вратарей в дивизионе), в его голосе звучал гнев. Не тогда, когда Нил не имел права голоса в сделках по поддержке, идущих в его пользу, когда он снова будет на корте завтра, и послезавтра, и послепослезавтра, и никуда не сможет пойти, потому что Гнездо было его домом, пока Ичиро не скажет ему обратное. И все потому, что Сет Гордон написал о нем на том форуме из ревности, ненависти или чего-то еще. Он даже не знал Нила, но разрушил его жизнь. Ну, Нил только что отплатил ему тем же. — Да, — отозвался Стюарт. — Так все остальные в порядке? Брен и остальные делают свою работу? — Взгляд, который он бросил на Нила после этого вопроса, ясно дал понять, что лучше бы так и было, иначе Гордон был бы не единственным страдальцем. — Да, это так, — заверил он своего дядю. — С ними здесь стало намного лучше, так что спасибо. — Ну, я делаю то, что могу, теперь, когда… ты знаешь. — Он еще раз быстро обнял Нила. — Мне уже пора возвращаться, но я хотел заехать к тебе, раз уж прошло несколько недель. Если ты будешь в Нью-Йорке этим летом, я должен видеть тебя чаще. — Это будет здорово. — Удачи в сегодняшней игре, хотя не думаю, что она тебе нужна. Я буду наблюдать сверху с маленьким принцем. — Стюарт помахал рукой, уходя, а Нил несколько секунд смотрел ему вслед, испытывая странное чувство счастья от осознания того, что у него осталась семья, которой он не безразличен. Затем они с Жаном и девочками вернулись к тренировкам под пристальным взглядом Тетсуи, как можно дальше от Рико. Троянцы приехали рано, но Нил полагал, что, поскольку это была последняя игра сезона, это дало им дополнительное время на восстановление после путешествия через всю страну, а также возможность принять участие в интервью. Реманн подошел поговорить с Тетсуи, который, как всегда, был холоден и отрывист, а Нокс попытался еще раз поговорить с Рико, который отшил его так же, как и в Калифорнии. Однако Нокс не обиделся на это, он просто пожал плечами и огляделся по сторонам, а затем усмехнулся, увидев Жана, и пошел через корт к ним. — Внимание, мальчик-серфер, — пробормотала Марли, вертя ракетку в руках. — Мне кажется, или его зубы сегодня стали еще ярче? — Кажется, он подстригся, — сказала Мэг, прищурившись. — Жан, он постригся для тебя! — Это не для меня, — огрызнулся Жан, отпихивая ракетку от Мэг и складывая руки на груди, глядя на приближающегося капитана. — Жан! Как твои дела? Это была отличная игра на прошлой неделе! — воскликнул Нокс, размахивая правой рукой и, казалось, подпрыгивая при ходьбе. — Как тебе удается играть так долго? Я был так измотан после игры с «Лисами»! — Est-il malade? (Он болен?) — спросил Нил, его голос звучал негромко, когда он с беспокойством смотрел на троянца. — Cette quantité d'énergie n'est pas normale, n'est-ce pas? (Такое количество энергии — это ведь ненормально, правда?) Жан слегка покачал головой, нахмурившись еще больше. — Практика и преданность, — сказал он Ноксу, его тон и манера поведения были суровыми. — Именно поэтому мы сегодня победим. Нокс рассмеялся, остановившись на расстоянии чуть больше вытянутой руки от них четверых, прямо перед Жаном, и его внимание было сосредоточено на защитнике. — Что ж, мы сделаем все возможное, чтобы отобрать у вас титул, извините. — Ваши усилия недостаточно хороши, — усмехнулся Жан. Несмотря на его яркую улыбку, в голубых глазах Нокса светилась решимость. — Я вынужден с тобой не согласиться, но мы скоро все узнаем, верно? Я очень рад сегодняшней игре, возможности снова сыграть против тебя. — Значит, ты живешь для того, чтобы опозориться, — продолжал усмехаться Жан. — Как жалко. — Мне нравится думать, что я наслаждаюсь вызовом, который бросаете вы, Вороны, — возразил Нокс, его улыбка приобрела резкость. — Особенно ты. — Ооо, молодец, — пробормотала Мэг, но Марли лишь слегка ударила ее локтем по ребрам. Выражение лица Жана оставалось презрительным, но Нил уловил его внезапное беспокойство по тому, как его длинные, изящные пальцы (пара из которых слегка искривились из-за издевательств Рико) взялись за рукава его черной майки. — Жаль, что ты не слишком интересен в ответ, — сказал Нил, подавшись вперед, чтобы встать немного впереди своего партнера. — Сделай нам одолжение и постарайся немного больше, чем в прошлый раз, хорошо? Мы не хотим, чтобы нам было слишком скучно сегодня. На мгновение глаза Нокса сузились в первой вспышке гнева, которую Нил наблюдал у него, но затем он, казалось, заметил, как Жан немного расслабился, покачал головой и снова улыбнулся. — Я обещаю, мы сделаем все, что в наших силах. Я знаю, что вы, ребята, никогда не разочаровываете, так почему мы должны? — Он быстро помахал им рукой, на мгновение задержав свое внимание на Жане, а затем вернулся к остальным членам своей команды. — Мальчик-серфер разбивается и сгорает, да? — пропела Марли, подойдя ближе к Жану. — Он как щенок, нужно шлепнуть его по носу свернутой газетой или еще чем-нибудь, чтобы он вел себя хорошо. Жан бросил на нее недоверчивый взгляд. — Я начинаю понимать, почему ты одинока, ma puce. Мужчины — не собаки. — Так говорит тот, кто никогда не встречался с плохишами, да? — спросила Мэг. На любопытный взгляд Нила она пожала плечами. — Что, слишком сурово? — Мне просто интересно, что это говорит о твоем дорогом Кенни. — Именно поэтому я терплю его, несмотря на все эти паршивые шуточки по поводу того, что мне нравится Лис, — сказала она. — Но дело не во мне, а в Жане, нашем любимом хрустящем багете. — Нет, нет, давай поговорим о тебе, mon lapin, — возразил Жан. — Ты и твой паршивый вкус в мужчинах. Мэг бросила на него сощуренный взгляд. — Мне очень, очень понравится сегодня надирать задницу этому парню-серферу, чтобы ты знал. — Мне все равно, — сказал Жан сквозь стиснутые зубы, но Нил подумал, что ему не хватает убежденности. — Сбивай его с ног сколько хочешь… если сможешь с твоими жалкими навыками. — Ух ты, так приятно узнать, что в кои-то веки дело не в нас, да? — Нил обратился к Марли, которая улыбалась, словно ей нравилась эта драма между двумя друзьями. — Я собираюсь заявлять это им в лицо долгие годы, — заявила Марли. — Жаль только, что у нас сейчас нет попкорна. — Мои «жалкие» навыки будут как нельзя кстати, так как он будет слишком занят, глядя на твою отстойную задницу всю ночь, — ответила Мэг. — Но тебе-то какое дело, верно? Ты и твои высокие и могучие «я француз, поэтому я слишком хорош для всех и вся». — Возможно, она заработала очко, — прошептал Нил, опираясь на ракетку и наблюдая за происходящим шоу, очарованный, несмотря ни на что. — Да, у моей девочки есть навыки, — согласилась Марли с гордой ухмылкой. — Это вообще бессмыслица, ты… мы тебя забавляем? — огрызнулся Жан, поворачиваясь, чтобы посмотреть на Нила и Марли. — Вообще-то, да, — признала Марли с широкой ухмылкой. — Продолжайте в том же духе. Она сделала круговое движение правой рукой. — Хотя, конечно, трудно оспорить все эти французские штучки. — О нет, он только думает, что он весь такой высокий и могущественный. — Нил помрачнел. — Комплекс Наполеона? — Я не думаю, что ты правильно используешь эту фразу, — сказала ему Марли. — Полный провал? Да, я такой, — сказал Нил. — Это как раз подходит к французам. Жан молчал несколько секунд, а затем поднялся во весь рост, его серые глаза сузились, прежде чем он сделал глубокий вдох. — Правильно, потому что вы, британские порождения ада… Нил был разочарован тем, что Тетсуи призвал всех Воронов собраться вместе именно тогда, потому что он был уверен: что бы ни собирался выпустить на него его партнер, это было бы незабываемо. Однако, как только они оказались среди других Воронов и им пришлось столкнуться с тем, что Рико смотрит на них, а Тетсуи дал команде одну из самых прямых ободряющих речей (побеждайте или вы бесполезны), прежде чем они вернулись к обычным предыгровым тренировкам. — Мы хотим заключить пари на то, как скоро Красти будет тосковать по мальчику-серферу? — спросила Марли, когда они с Нилом по очереди отрабатывали удары по воротам. Нил бросил на нее недоверчивый взгляд. — Ладно, а я-то думал, что плохо разбираюсь во всех этих «отношениях». Думаешь, он признается в чем-нибудь в ближайшие год-два? Марли, казалось, размышляла над этим, пока каждый из них не поставил перед собой цель. — Да, ты прав. Мальчик-серфер должен будет его приструнить или что-то в этом роде. Нил поморщился, вспомнив все, через что прошел Жан, и все такое. — Наверное, это не очень хорошая идея. — Ох, да, извини. Послать ему много бри? — Марли грызла заусенец, похоже, размышляя над этим вопросом. — Что любят французы? Серферу придется потрудиться, да? — Да. — С одной стороны, Нилу не нравилось, что Нокс заставлял Жана чувствовать себя неловко. С другой стороны… он понимал, что важно, чтобы Нокс действительно вызывал у Жана чувства, и вспомнил тоскливое выражение на лице своего партнера, когда Жан говорил о том, что чувства Нокса не были искренними для него. Что-то здесь происходило, и пока он точно не знал, что Жан не заботится о Ноксе? Он посмотрит, как все это будет развиваться, если Жан обретет заслуженное счастье. Рико начал отдавать приказы по мере приближения времени игры, словно желая доказать камерам и посетителям, задерживающимся на корте, что он главный (что он заслужил свое капитанство), и Нил с нетерпением ждал начала игры. Он не сомневался, что «Вороны» победят, не после всех усилий, которые они приложили в этом сезоне, не после всего времени, проведенного на площадке с товарищами по команде, и это было облегчением, когда пришло время Рико и Ноксу встретиться на площадке для подбрасывания монетки, чтобы определить, какая команда получит контроль над мячом в начале игры. В этот раз победили троянцы, а Нокс весело помахал рукой, возвращаясь к своей команде, когда решение было принято. В толпе было довольно много троянских болельщиков с красно-золотыми вещами, сгруппировавшихся вместе, словно для собственной защиты. Учитывая преданность фанатов «Воронов»… Нил не сомневался в этом. Толпа была настолько громкой, что Нил чувствовал ее всем своим телом, стук ног фанатов Воронов и крики, эхом разносящиеся по Эвермору… это и успокаивало, и заряжало энергией, пока он занимал свое место на корте перед началом игры, рядом с Рико, как стартовый нападающий, и очищал свой разум, готовясь к игре в экси. Все, что имело значение, это игра. Осознавая, что за ними наблюдают тысячи людей (сотни тысяч), что за ними наблюдают люди в Восточной Башне, Нил, как всегда, выкладывался по полной. Троянцы были более сконцентрированы, чем в полуфинале, немного более решительны, но при этом не переходили грань грубой игры или слишком грубой игры. Если бы только Рико играл по тем же правилам, учитывая, что он был удален Тетсуи в середине первой четверти из-за щедрой желтой карточки, когда он толкнул полузащитника Троянцев в стену настолько сильно, что она выбылa до конца игры. Когда его выводили с площадки, это вызвало бурные аплодисменты, причем не только со стороны фанатов «Троянцев». Нил должен был признать, что УЮК старались изо всех сил, что они упорно сопротивлялись и, похоже, провели последние две недели, оттачивая свою игру. Но «Вороны» — несмотря на то, что они уже давно являются чемпионами никогда не принимали ничего как должное и работали не меньше, если не больше. Они посвятили столько своего времени и энергии этому матчу-реваншу, да и всему сезону в целом, что не собирались сдаваться, когда были так близки к победе. Несмотря на то, как утомительно было играть с командой такого уровня, как Троянцы, в течение полного матча (и правда? Тетсуи все еще не позволил Марли, Тоби или даже Эйвери заменить его на половину четверти или что-то в этом роде?), Нил гордился тем, что «Вороны» заработали свой последний титул, что никто не мог оспорить, что они — лучшая команда в дивизионе НССА I класса. Стадион сотрясался от каждого гола, который забивал он или кто-то из «Воронов», блокировали Жана, Сьюзен или других, и он знал, что это будет один из тех вечеров, которые он никогда не забудет (по всем правильным причинам). Мэг удалось пару раз сбить Нокса с ног в третьей четверти, а Марли сделала несколько впечатляющих передач, а также забила два гола во второй половине. В четвертой четверти «Вороны» вели 9:6, когда «Рико» снова вышел на поле — не такой большой разрыв, как в прошлой игре, но все же явное преимущество, когда «Троянцы» были твердо намерены дать как можно больше борьбы в этом году. Сразу же Рико попытался доминировать в последней четверти, но если Троянцы чему и научились в своих последних двух играх, так это приберегать что-то на конец. Нокс снова вышел на площадку, и в нем вновь вспыхнул огонь, казалось, он не желал сдаваться под натиском Рико, и Нил подумал, не сказал ли Тетсуи что-нибудь своему племяннику, потому что этому засранцу едва-едва удалось избежать удаления с красной карточкой. Бен не дал троянцам забить, но, опять же, как и Дермотт в воротах троянцев. Шла последняя минута игры, когда Наоми завладела мячом, и она могла бросить его либо Рико, либо Нилу. Она бросила мяч Нилу. Он был достаточно близко к воротам троянцев, и через десять шагов он оказался рядом с Альварес, которая попыталась сбить его на подходе. Вспомнив тактику, которую он использовал против «Лисов» в начале сезона, Нил бросил мяч в сторону стены, упав на колени и согнувшись почти перпендикулярно полу, что позволило Альварес не схватить его, пока он скользил мимо нее, и переместиться, чтобы поймать мяч при отскоке. Его колени горели, когда он снова вскочил на ноги и крутанулся, чтобы нанести удар по воротам, прямо мимо растерянного Дермотта и забить гол до финального гудка. Толпа ревела при счете 10:6, когда Вороны забили еще один гол в ворота ближайших соперников, а Нил ухмылялся в знак победы и старался не упасть на колени от усталости. Тот факт, что они победили, что все, ради чего он так тяжело работал и чем жертвовал, и… они победили, было мантрой, повторяющейся в голове Нила, в то время как стадион гудел от топота ног болельщиков и криков из глубины легких, от оркестра, исполнявшего победную песню «Воронов» так громко, как только могли. Ему показалось, что Дермотт что-то крикнула ему по пути к своим товарищам по команде, но Нил не расслышал из-за прилива крови к венам, когда он снял шлем и, спотыкаясь, сделал шаг или два вперед, его ноги ослабли и от долгого бега, и от той нагрузки, которой он подверг их в конце. Он увидел, что Жан, Наоми и Бен направляются в его сторону… вместе с Рико, чьи гневные шаги съедали деревянный пол площадки. — 僭越ながら、そのようにお考えなのですね。(Ты смеешь вести себя так самонадеянно?) — прорычал Рико по-японски, приближаясь к Нилу, его ракетка была повернута вбок в руках, а голос хрипел от ярости. — あなたは何もしていない! 自分より優秀な人しかいないのか！？(Ты — ничто! Ты здесь только ради тех, кто лучше тебя!) Нил заметил, что Нокс тоже приблизился к Жану с обеспокоенным выражением на лице, а затем сосредоточил свое внимание на Рико. — 私はレイヴンです。(Я Ворон,) — сказал он этому уроду. — 私はチームのためにここにいるんだ! (Я здесь ради команды!) — Неужели психопат не понимал, что в данный момент за ними наблюдает тысячная аудитория? Еще больше, если учесть камеры, записывающие игру? Рико подошел еще ближе, достаточно близко, чтобы Нил вздрогнул от вопиющего безумия в этих почти черных глазах. — Ты тот, кем я говорю тебе быть, и это… — Он резко вдохнул, когда его взгляд остановился на чем-то ниже лица Нила, на чем-то на груди Нила… и Нил посмотрел вниз и понял, что ожерелье, которое Ичиро дал ему, должно быть, выскользнуло во время игры и теперь лежит поверх его джерси. Он хотел было засунуть его обратно, но вовремя отпрянул назад, чтобы избежать хватки Рико за украшение, отчего его ноги подкосились, и он упал на задницу. И без того неустойчивый нрав Рико вспыхнул еще жарче, безумие усилилось в нем от этого нового проявления неповиновения со стороны Нила наряду с очевидным знаком благосклонности со стороны Ичиро (или так предполагал Нил), и Рико издал невнятное ругательство, когда он выпрямился, чтобы с достаточной силой ударить ракеткой по Нилу. Только вот Жан пикировал на Нила, чтобы сбить его с пути, а Нокс и Бен врезались в Рико, чтобы повалить его на пол и прижать к земле, пока ублюдок разглагольствовал на смеси ломаного английского и японского. — C'est pourquoi je vous appelle le diable, (Вот почему я называю тебя дьяволом,) — жаловался Жан, его голос был слабым, но руки крепко обхватывали Нила, пока люди сходились вокруг борющегося Рико. — Mais je n'ai rien fait, (Но я ничего не сделал,) — возразил Нил, упав на своего партнера. Жан больше ничего не сказал, просто держал его около минуты (пока все еще бьющегося Рико не оттащили), а затем помог ему встать. В этот момент подошли Марли и Мэг, чтобы повозиться с Нилом и убедиться, что с ним все в порядке, а Нокс остался неподалеку и смотрел на Жана, как бы заверяя себя, что у них двоих все в порядке (ну, у Жана, как подозревал Нил). В свете того, что у капитана «Воронов», похоже, случился психический срыв и он попытался причинить вред товарищу по команде на площадке… был очень поспешный обмен «спасибо за игру» с «Троянцами», прежде чем «Вороны» удалились в свою раздевалку, и никаких интервью прессе (по крайней мере, с их стороны). Настроение в раздевалке было немного мрачным, несмотря на победу из-за Рико, и Нил почему-то не удивился, когда Брен появился после того, как он закончил принимать душ и переоделся в чистую одежду, чтобы сообщить, что его присутствие требуется в Восточной башне. Жан захлопнул шкафчик и покачал головой. — Pourquoi y aller? Vous avez dit que… (Зачем тебе туда идти? Ты сказал, что…) — Он вовремя поймал себя на слове и снова покачал головой. — Pourquoi? (Почему?) — C'est ce que je suis sur le point de découvrir, (Это то, что я сейчас узнаю,) — сказал ему Нил. — Mon oncle est là, donc ça devrait aller. (Мой дядя здесь, так что все должно быть в порядке.) Брен вздохнул, глядя туда-сюда между ними двумя. — Слушай, я не прошу об этом, ясно? Здесь нет выбора. — Я знаю. — Нил улыбнулся Жану как можно более обнадеживающей улыбкой, прежде чем закрыть свой шкафчик. — Я скоро вернусь. Жан посмотрел на Брена, когда тот махнул им рукой. — Да, вернешься. Брен оставил последнее слово за Жаном и не говорил ничего, пока они не оказались на пути к Восточной башне. — Хорошая была игра сегодня. Ну, пока не случилось покушение на убийство. — Он не выглядел счастливым, но Нил предположил, что это потому, что они с Жанной провели большую часть дня вдали от Нила и остальных из-за всей этой прессы, витавшей вокруг «Воронов»; они не могли держаться слишком близко и рисковать, что кто-нибудь спросит об их присутствии, и, конечно, они не могли много делать во время самой игры. — Остальные проделали приличную работу, чтобы сбить Рико с ног. — Они не должны были этого делать, — сказал Брен обиженным тоном, на что Нил воздержался от того, чтобы указать на тот факт, что Рико, будучи психованным засранцем, был причиной, по которой Брен был там в первую очередь. Хотя Нил не был так уж удивлен, что его вызвали в Восточную башню после того, что произошло в конце игры, он был удивлен, увидев собравшихся там людей — Ичиро, Стюарта, Тетсуи и Рико, а также нескольких телохранителей Ичиро. Он не думал, что Ичиро когда-нибудь позволит Рико находиться в его присутствии, однако его младший брат сидел на одном из черных кожаных диванов. Нил напрягся при виде своего «короля», учитывая, что совсем недавно Рико пытался пробить ему мозги ракеткой для экси, но в темных глазах Рико была какая-то дымка, а мышцы были расслаблены, что наводило на мысль о том, что кто-то предусмотрительно накачал этого ублюдка наркотиками. Тетсуи сидел рядом с ним, его спина была напряжена, а челюсть стиснута, что говорило о том, что в данный момент он не испытывал ни удовольствия, ни наркотиков, что Нила, в общем-то, не волновало. Нет, его волновало то, что выражение лица Стюарта было пустым, но не серьезным, его тело было расслаблено, когда он прислонился к стене окон в другом конце комнаты. Его волновало то, как Ичиро подался вперед и поприветствовал его тихим «Натаниэль» и коротким поцелуем, его правая рука прижалась к ожерелью, оставшемуся поблескивать на фоне черной толстовки Эдгар Аллан, которую носил Нил. Рико издал приглушенный звук, когда Нил и Ичиро разошлись в разные стороны, но они оба проигнорировали его. — Поздравляю с сегодняшней победой, — сказал Ичиро, его рука была теплой и тяжелой на груди Нила. — Спасибо. Я сделал все, что мог. — Он посмотрел на своего «господина» и улыбнулся. — Ваш талисман удачи, похоже, сработал. — Я уверен, что это было не просто так. — Ичиро отстранился и опустил руку на бок. — Из того, что я видел, ты и остальные усердно работали там, и их следует похвалить. В отличие от вашего капитана. Тетсуи вздрогнул, а Рико издал еще один невнятный звук. — Рико — один из лучших… — Нет, — сказал Ичиро с явной властностью, встретив взгляд своего дяди и удерживая его, его выражение лица было суровым и лишенным всякой жалости. — Последний год или два я стоял в стороне и наблюдал, понимая, что придет время, когда мне придется принимать решение о том, что лучше для этого филиала, и что я нашел? Вопиющую растрату ресурсов. — Презрение звучало в его ровном голосе, когда он посмотрел на своего дядю. — Ты позволил капризному, избалованному ребенку искалечить Кевина Дэя и почти сделать то же самое с двумя другими ценными активами, а также посеять хаос среди игроков, которые должны способствовать успеху нашего бренда. Вместо этого мы теряем деньги, чтобы обеспечить их молчание по поводу того, что здесь произошло, а также возможные доходы. — Я отвечаю за эту программу, — попытался возразить Тетсуи. — Я построил этот спорт… — Ты построил этот спорт на деньги, предоставленные тебе моим отцом, — напомнил ему Ичиро. — Этот стадион не существовал бы без денег главного филиала. Ты существуешь благодаря благосклонности главной ветви. — Он пристально смотрел на своего дядю, пока Тетсуи не отвел взгляд. — А теперь я вижу, что ошибка, которую ты допустил, грозит уничтожить единственное благо, которое ты оказываешь этой семье. — Рико снова застонал, а Ичиро продолжал смотреть на Тетсуи. — Я буду контролировать его лучше, — возразил Тетсуи. — Ему нужно больше дисциплины, больше… — Нет, — сказал Ичиро холодным голосом. — Он привлек слишком много нежелательного внимания к вашей программе своими действиями в этом сезоне, не говоря уже о сегодняшнем. В этом году было слишком много травм, слишком много сломанных Воронов, и мои люди предупреждают меня, что президент вашего университета начинает беспокоиться. Это закончится сегодня вечером. — Он кивнул мужчинам, стоящим возле кушетки. — Рико будет помещен в частную психиатрическую клинику после его публичного срыва. Я советую тебе пересмотреть свои методы обучения, дядя. — そんなのダメだ！(Нет, ты не можешь этого сделать!) — Тетсуи крикнул по-японски, когда мужчины схватили Рико и подняли его с дивана; он боролся с ними, глядя широко раскрытыми глазами на Ичиро с чем-то похожим на предательство, а из его рта вылетали беспорядочные слова, но он был слишком одурманен, чтобы оказать должное сопротивление. — 彼はまだ貴重な存在だ、彼は… (Он все еще ценен, он…) — いいえ、そうではありません。壊したのはあなたです。(Нет, не представляет. Это ты его сломал,) — сказал Ичиро своему дяде. — それは、あなたのおごりです。(Это на твоей совести.) — Он окинул мужчину холодным взглядом, махнув рукой своим силовикам, которые вышли из комнаты вместе с его братом. — 気をつけないと、彼の仲間になってしまう。(Будь осторожен, или ты присоединишься к нему.) На мгновение показалось, что Тетсуи будет протестовать или скажет что-то еще, но потом он резко вдохнул и последовал за мужчинами (и Рико) из комнаты. Нил наблюдал за их уходом с некоторым удовлетворением, прежде чем вернуть свое внимание к Ичиро. — Вы думаете, это так просто? — Нил сомневался, когда все казалось настолько «простым»; он предпочитал, чтобы в качестве неопровержимого доказательства был труп, но полагал, что в данный момент не может быть слишком разборчивым. Не будет ли слишком много, если он попросит еженедельные обновления или что-то в этом роде, чтобы доказать, что Рико действительно заперт и страдает, как он того заслуживает? (Мрачная часть его сознания задавалась вопросом, является ли лоботомия все еще вариантом. Не для всего населения, а только для Рико). Ичиро, казалось, обдумывал этот вопрос, пока наливал два стакана виски. — Рико никогда не покинет больницу. Через несколько месяцев произойдет удобный несчастный случай. — Он протянул один из стаканов и подождал, пока Нил примет его. — Что касается моего дяди? Придется подождать и посмотреть. Нил полагал, что это слишком, чтобы что-то случилось с ними обоими одновременно, особенно если Ичиро старается не привлекать негативного внимания к Эвермору. Стюарт шагнул вперед и налил себе немного виски, чем заслужил язвительный взгляд Ичиро. — Он будет бороться. Старый ублюдок привык делать здесь все, что хочет. — Он бросил многозначительный взгляд в сторону Нила, а затем посмотрел на Ичиро. — Твои люди здесь не просто так, — заявил Ичиро, но, несмотря на его уверенный тон, его левая рука легла на правое бедро Нила и притянула его ближе. — Если только у моих людей будет немного больше свободы действий, когда дело дойдет до битья, — возразил Стюарт, допивая виски, а Нил заметил, что Брен внезапно обрел надежду. Ичиро, казалось, обдумывал это, потягивая свой напиток. — Мы можем прийти к компромиссу, я уверен. Нил отпил глоток своего виски, который не был его любимым напитком, но он решил, что должен как-то отпраздновать эту ночь. Вороны не только выиграли чемпионат, но и его план по уничтожению Рико сработал. В основном сработал. Он увел Рико от Жана, девочек и Воронов, так что это было достаточно хорошо. По крайней мере, на данный момент. Нил пересмотрит все позже, если не произойдет «несчастный случай», но в данный момент? Он был утомлен и взволнован перспективой будущего без садистского ублюдка, который каждый день пытался разорвать его на части. Ну, по крайней мере, один садистский ублюдок. Оставалось только решить, что делать с Тетсуи, но это была проблема на другой день. Один Морияма уничтожен, остался еще один. *******