Black As Is The Raven, He Will Get A Partner

******* Нил перевернулся на бок, чтобы посмотреть, как Ичиро сидит на кровати и читает что-то на своем телефоне, а простыни сбились вокруг его бедер. — まさか、こんな夜中に会議を欠席したのではあるまいな。 — поддразнил он его по-японски; Ичиро пригласил его на ужин в особняк, так как на следующий день ему предстояло ехать на банкет в университет «Мэдисон Дьюкс» в Вирджинии. — そうでもないのですが、仕事が決まった時間に終わらない人もいます。 — заметил Ичиро, закончив с тем, что, должно быть, было сообщением, прежде чем он положил телефон на кровать и потянулся назад, чтобы дать Нилу легкий подзатыльник. — Будь благодарен за это. — そうそう、朝5時にコートに立つときは、それを忘れないようにしますよ。深夜に終了することも。 — Он застонал, вытянув руки над головой. — 新監督は、休日の16時間労働を継続すると思いますか？ Ичиро снова взял в руки телефон и набрал короткое сообщение. — 聞いてみないとわからない。正人が主な候補者を2人に絞ってくれたので、正式な面接の質問に加えてもらうことにしよう。 Было бы замечательно, если бы «Воронам» больше не приходилось иметь дело с напряженным расписанием во время летних и праздничных каникул, подумал Нил, наклоняясь вперед для короткого поцелуя. — 明日は面白いことになりそうだ。 — 悪魔のような舌を使うなよ、ナサニエル。 — укорил Ичиро, взяв Нила за подбородок. — 意外と行動して、なるべくしゃべらない、そうすればもう短い日々に悩まされることもなくなるかも、え？ — 私はとてもいい子になりますから、見ていてください、ご主人様。 — пообещал Нил, прежде чем наклониться для очередного поцелуя, который в этот раз длился дольше нескольких секунд; за такое он прикусил бы язык и изображал сожаление все эти чертовы выходные. Ичиро усмехнулся, когда он отстранился. — 実際、楽しみです。 — Он поцеловал Нила в лоб, прежде чем встать. — どうだったのか聞くのが楽しみです。それまではあまり迷惑をかけないようにしましょう。 — приказал он, направляясь в ванную. — 全力を尽くします。 — Нил еще немного повалялся на большой кровати, прежде чем застонал и встал, чтобы уйти, тело болело от занятий последнего часа; прошло уже несколько недель с тех пор, как Ичиро смог приехать навестить его, поэтому все было более интенсивно, чем обычно. Но это было нормально, так как в течение нескольких недель не было ни одного матча, а завтра Тетсуи должен был сообщить юго-восточному округу, а также КРЭ, что это его последний сезон в качестве тренера «Воронов», после того, как сегодня вечером президент и совет директоров «Эдгар Аллан» объявят об этом. Отчасти Ичиро был так занят в последнее время из-за того, что Рико Морияма умер от явного самоубийства в начале декабря. Новость потрясла сообщество экси, но не так сильно, как «срыв» Рико прошлой весной — он слишком долго не был в центре внимания, и было признано, что у него были проблемы, возможно, необратимые. В конце концов, он неделями ломался на глазах у всех и пытался причинить вред, если не сказать прямо, убить одного из своих товарищей по команде, поэтому многих не удивило, что он покончил с собой, когда почувствовал, что его затмили и забыли. Тем не менее, Ичиро пришлось заниматься похоронами брата и всем остальным, даже если Рико был для него лишь обузой. Теперь оставалось на одну проблему меньше, на одну угрозу империи Ичиро меньше, на один кошмар Нила (и Жана) меньше. Они всегда будут носить шрамы, которые нанес им Рико, физические и душевные, но в конце концов они пережили его, они стояли и смотрели, как Рико теряет все, что имело для него значение. Это не вернет им душевного спокойствия, не избавит от ужасных воспоминаний, не заставит просыпаться посреди ночи от ощущения рук, боли и унижения… но хоть какое-то чувство удовлетворения и победы было чем-то особенным. Марли принесла им один из мемориальных плакатов в память о Рико, которые были развешаны по всему кампусу, и после того, как Брен отключил датчик дыма в их комнате, Нил с огромным удовольствием разрезал бумагу на ленточки своим ножом, прежде чем Жан поджег остатки в душе. Это было мелко и тривиально, и они все время улыбались. Точно так же они улыбались, когда смотрели, как Накамура идет в комнату Рико и Кевина, чтобы собрать ее содержимое. Это займет некоторое время, медленно, но верно, существование Рико стиралось из «Гнезда», замка «Эвермор» и экси, пока он не стал всего лишь фигурой в ночных кошмарах и сноской в истории. Он был всего лишь племянником Тетсуи Морияма, одного из создателей этого вида спорта, и бывшим капитаном «Воронов». Он был бы одним из самых молодых людей, получивших место на корте, и человеком, состоящим в «Идеальном корте»… и его затмят Кевин Дэй, будущие капитаны и более талантливые игроки. Даже скорбь по поводу его кончины вскоре затмит новость об уходе Тетсуи, поскольку никто не ожидал, что тот уйдет на пенсию в ближайшие несколько лет. В результате «Воронам» предстояла сокращенная зимняя тренировка: одна неделя в кампусе и одна неделя отдыха, пока их «хозяин» якобы начнет процесс собеседования, чтобы новый тренер был назначен к концу сезона. Нил и Жан проведут конец года в Нью-Йорке. Хотя на собеседования будут приглашены несколько кандидатов, Нил знал, что Масато сосредоточился на двух — Дайки Кубо и Хироши Ногучи. Оба были бывшими «Воронами» и одними из первых новобранцев Тетсуи, Кубо из Японии, а Ногучи японо-американец, и они сделали успешную профессиональную карьеру. Ногучи успел побывать в «Корте», пока травма колена не оборвала его карьеру восемь лет назад, и с тех пор он перешел на тренерскую работу, и ходили слухи, что он собирается сменить должность помощника тренера на должность тренера профессиональной команды. Переход в университетскую команду можно было бы считать шагом вниз для этого человека… если бы это были не «Вороны» или другая «Большой тройки». Нил размышлял об этом, садясь в джип вместе с Бреном, от которого пахло дымом и фаст фудом. — Еще одна веселая ночь с ребятами, пока тренируешь бдительность? — спросил он своего друга. — Ты трудный парень, Рыжий, — поддразнил в ответ Брен. — Я не знаю, как я выдерживаю каждый день. — Да, сидеть и смотреть футбольные матчи, пить пиво и есть закуски всю ночь — это сущий ад. Давай я сейчас позвоню Стюарту и узнаю, не может ли он назначить тебя куда-нибудь еще. — Нил закатил глаза, доставая свой телефон, чтобы написать сообщение Жану, чтобы сообщить своему партнеру, что он уже возвращается, и улыбнулся, когда Брен покосился на устройство; он был рад, что у Брена была хорошая ночь, и он смог сделать что-то, кроме того, что большую ее часть простоял скучая. — Моя команда проиграла, так что это были сплошные страдания, скажу я тебе. — О, ужас. — Отправив сообщение, Нил вздохнул и облокотился на спинку, уставший и жаждущий вернуться «домой», но благодарный за попытку Брена отвлечь его. — Есть шанс, что новый тренер отменит шестнадцатичасовой рабочий день, — признался он, когда Брен выехал на шоссе. — А? Это хорошо, да? Такой график всегда выбивает меня из колеи, и я ничего не делаю, так что не могу представить, что чувствуешь ты. — Да, это хорошо. Хотя я должен держать язык за зубами по поводу того, что Тетсуи уйдет на пенсию в эти выходные, и подыгрывать ему, — сказал Нил, крутя свой телефон. Брен обдумывал это несколько секунд. — Ну что ж, было бы неплохо. Нилу действительно нужно было позвонить Стюарту и попросить нового телохранителя. Жан и Марли ждали его, когда они вернулись в «Гнездо», с чистой одеждой и кружкой чая, чтобы он мог вымыться (Жан составил ему «компанию» в ванной, чтобы он не провел пол ночи в душе), а затем свернуться калачиком на кровати с ними. Ему стало «лучше», когда он имел дело с Ичиро. Ну, к тому времени он уже привык к этому, смирился с тем, что пока он ему не надоест (а этого, похоже, не происходило), нужно смириться и жить дальше. Какой смысл так расстраивать Жана и Марли из-за того, что он не мог изменить? Он рассказал им о потенциальной возможности навсегда покончить с измененным расписанием тренировок и чуть не швырнул в них своей кружкой, когда они отреагировали так же, как Брен на условия Ичиро, ублюдки. Они также обсудили двух претендентов на пост нового тренера, основываясь на том, что Ичиро рассказал ему во время ужина, и на том, что они знали о Масато после общения с ним в течение последних нескольких месяцев, и у них было ощущение, что Ногучи будет окончательным выбором. Затем они поговорили о банкете на следующий день. — После объявления все будут говорить о Тетсуи, и никому не будет дела до рейтинга четверки финала, — сказала Марли, поглаживая левое плечо Нила. — Нет, поэтому мне может понадобиться, чтобы один из вас вырубил меня или что-то в этом роде, чтобы убедиться, что нам действительно больше не придется работать по шестнадцать часов в день. — Нил был готов получить сотрясение мозга, лишь бы покончить с этими чертовыми делами. Его друзья посмотрели друг на друга, и Жан заговорил первым. — Привилегия капитана, — сказал он Марли. — Это и то, что я терпел его дольше. Я должен это сделать. — Черт, вот и все мое веселье, — пожаловалась она. — Я ненавижу вас обоих, — заявил Нил, пихая их локтями в бока. — Я все равно собираюсь это сделать, mon diable. — улыбнулся Жан, прислонившись головой к голове Нила. Нил подтянул одеяло ближе к подбородку, устраиваясь поудобнее между двумя своими друзьями. — Я собираюсь оставить твою надменную французскую задницу позади в Вирджинии в эти выходные, просто подожди и увидишь. — О, что государство когда-либо сделало с тобой, чтобы оставить ему Красти? — спросила Марли и рассмеялась, когда Жан потянулся, чтобы ударить ее по затылку. — Итак, как будто были какие-то сомнения, мы снова на первом месте. Брекенридж должен быть вторым, УП — третьим, а Бельмонте — четвертым. Немного отличается от прошлого года, хм? — «Лисы» в этом году заняли третье место только благодаря Кевину и Миньярду, — сказал Жан, его неприязнь к Эндрю была очевидна. Около минуты было тихо, пока Нил возился со шнурками своей толстовки под одеялом, размышляя о своем старом вратаре, об их субботних звонках и игре в правду. О том последнем звонке в сентябре. — Ты будешь в порядке завтра? — спросила Марли, повернувшись к нему лицом. — Брен и Квентин будут там, и я думаю, что этот обезьяноподобный ублюдок уже знает, что не стоит ничего предпринимать после того, как твой дядя поговорил с ним. К тому же есть еще письмо «кто твой папа». Он слегка улыбнулся последней фразе, хотя все еще чувствовал, что это было лишним. — Все в порядке, — сказал он и вздохнул, когда оба его друга нахмурились на это замечание. — Нет, правда. Я не могу прятаться от него вечно, ему осталось играть еще два года, а весной предстоит чемпионский сезон. Мы будем постоянно сталкиваться друг с другом, поэтому нам нужно… ну, рано или поздно это привлечет внимание, если Брен прижмет его к стене, верно? — Это не значит, что ты должен мириться с ним, — настаивал Жан. — Или с любым, кто так с тобой обращается. — Я знаю. — Эндрю не смог бы снова сбить его с толку, не так, как в тот раз. Нил не позволит ему, не позволит застать его врасплох, не придаст больше такого значения его словам. Возможно, однажды они смогут смотреть друг на друга через корт и быть чем-то большим, чем соперники, смогут кивать в знак признания и чувствовать трепет от встречи друг с другом, как два игрока, делающие все возможное в спорте, который… ну, один из них любил. Возможно, Эндрю мог бы смотреть на Нила не только как на дурака и шлюху Ичиро, а Нил на Эндрю как на человека, которому можно частично доверять. Это было не то, чего Нил хотел, но ему всегда удавалось обходиться тем малым, что у него было. Почему он никогда не думал, что у него будет больше? А пока Нил сосредоточится на своей команде, на обеспечении им еще одного чемпионата, на том, чтобы пережить еще один год в «Эдгар Аллан». Не то чтобы его жизнь была бы его собственной, когда он закончит университет, но у него было бы немного больше свободы, он мог бы выйти за пределы «Гнезда» и увидеть больше мира, у него будет своя квартира и некое подобие собственной жизни — и все это на поводке у Ичиро. По крайней мере, ему больше не придется беспокоиться об экзаменах и домашних заданиях. Они еще немного поговорили о банкете и выходных, прежде чем Марли вернулась в свою постель и они легли спать, а на следующее утро встали на занятия и тренировку на корте, прежде чем приготовиться к отъезду в Университет Мэдисона. В тот день Тетсуи присутствовал на тренировке вдалеке, а основную часть усилий по руководству командой возложили на Жана и Накамуру. Первокурсники к тому моменту уже освоили упражнения и участвовали в тренировках то тут, то там, что означало немного меньше работы для Нила; Итан подавал надежды как вратарь, а Джордон — как защитник, настолько, что Жан планировал включить их в состав команды на сезон чемпионата, а остальные будут готовы занять свое место на корте в следующем году. Команда приняла душ и пообедала, затем немного отдохнула, прежде чем подготовиться к банкету (черные брюки и черные свитера с красным подолом и манжетами для мужчин, черные юбки и такие же свитера для женщин — Нил надеялся, что их новый тренер нарушил дресс-код). По крайней мере, в тот день у них не было слишком долгой поездки на мероприятие, хотя Нил жалел, что не смог поехать с Бреном и Квентином на внедорожнике, а не в автобусе, где Марли, Сьюзен и другие постоянно делали фотографии и видео, чтобы опубликовать их. — Я думаю, люди уже устали видеть меня сидящим в автобусе, — жаловался он, пока Марли делала очередную фотографию его и Жана. — И от уродливого лица этого парня. — За это он получил толчок от своего партнера. — Ты будешь удивлен, — сказала Марли с ухмылкой. — А теперь обними Красти, чтобы у нас было много просмотров, хорошо? — Она рассмеялась, когда Жан бросил в нее книгой в мягкой обложке и пригнулась, вероятно, чтобы выложить фотографии. — Pourquoi ne pas la garder en Virginie? — пробормотал Жан, опускаясь на их общее сиденье. — Pas si loin, elle va juste trouver son chemin de retour, — возразил Нил. — Хм… — Жан, казалось, задумался над этим. — Devons-nous attendre jusqu'à ce que nous jouions contre quelqu'un dans le comté du sud-ouest? Peut-être dans l'Utah? — C'est logique. Il y a énormément de désert là dehors. — Не то чтобы Нил вообще что-то знал об этом. — Хм, — повторил Жан, и намек на озорную улыбку тронул его пухлые губы. Довольный тем, что его друг замышляет заговор, Нил забился в угол сиденья и закрыл глаза, чтобы немного отдохнуть перед тем, как ему придется иметь дело с банкетом и предстоящей драмой этого вечера. ******* «Лисы» завершали сезон, когда стало известно, что Рико Морияма покончил с собой. Все, что хотел сделать Эндрю, это сосредоточиться на последней игре перед зимними каникулами, закончить занятия в семестре и не иметь дела с экси в течение нескольких недель, так что, конечно, именно тогда ему пришлось смириться с тем, что Кевин переживает мини-срыв из-за смерти своего бывшего партнера. Не имело значения, что Рико был жестоким ублюдком, что он почти разрушил карьеру Кевина и никогда не относился к нему с должным уважением, не говоря уже о том, что он был настоящим братом, и что последние несколько месяцев он был заперт в психиатрической больнице. Эндрю пришла в голову мысль (и разозлила его до чертиков), что если бы Нил все еще разговаривал с ним, он бы получил какое-то предупреждение обо всей этой неразберихе. Вместо этого ему пришлось иметь дело с Кевином, который был в таком состоянии, что Эбби пришлось прийти в общежитие с парой пакетов физраствора, чтобы помочь восстановить гидратацию этого тупого ублюдка, пока Эндрю, Аарон и Ники проветривали спальню и приводили все в порядок. Это было настолько плохо, что великий Кевин Дэй чуть не пропустил игру, из-за чего Ваймак чуть не посадил его на скамейку из-за этого, и поклялся, что если он еще раз увидит Кевина таким пьяным, то так и сделает. — Ты убил клетки мозга из-за Рико, — насмехался Эндрю, когда они готовились к последней игре сезона, домашней игре против УЮК Колумбии. Из-за неумения Кевина справляться с жизнью, они останутся в кампусе в эти выходные, а не поедут в «Эдем», и, вероятно, в следующие тоже. Эндрю это уже не так сильно волновало, поскольку он не видел смысла встречаться с Роландом, когда он просто фантазировал о ком-то, кого не мог иметь, и мог пить в общежитии, где было тише (и дешевле). — Я просто… — Кевин захлопнул шкафчик после того, как взял свою джерси, и покачал головой. — Я хотел, чтобы он хотя бы увидел меня, даже если он никогда больше не будет играть. Чтобы он знал, что не поставил на мне крест, что я вернулся и буду лучше него. — Он провел тыльной стороной покрытой шрамами левой руки по своей татуированной щеке. — Я всегда буду «2» в его сознании. — Мне кажется, он принял все эти таблетки или что-то в этом роде, потому что понял, что он ничтожество, — сказал Эндрю, прежде чем натянуть наплечники, редкая полуложь. — Значит, твое желание все-таки исполнилось. — Он проигнорировал виноватое выражение лица Кевина и закончил собираться. — Теперь перестань зацикливаться на этом куске дерьма. Он не стоил того, пока был жив, и уж точно не стоит этого, когда мертв. — По мнению Эндрю, единственное хорошее, что когда-либо сделал и сделает Ичиро Морияма, это то, что кто-то вышиб мозги его «младшему» брату. Они выиграли матч в тот вечер, Кевин был в редком настроении, несмотря на похмелье большую часть недели, но хорошая игра «Лисов» в последних двух матчах, вероятно, не компенсировала их тяжелое начало сезона настолько, чтобы вывести их на второе место. Это означало, что весной им придется встретиться с «Воронами», а не с «Брекенриджем», что означало еще одно поражение на корте. Не то чтобы Эндрю это волновало, ведь это был еще один шанс встретиться с Нилом, увидеть его снова и попытаться все исправить. Это если на банкете в середине месяца дела пойдут не очень хорошо (Эндрю предполагал, что Моро, Патель и пара надоедливых телохранителей сделают все возможное, чтобы снова вмешаться, хотя Кевин клялся, что не оставил в «Гнезде» никаких других улик). У Эндрю был план, как с ними справиться, хотя это не обойдется даром (кроме того, что Ваймак, возможно, получит сюрприз «это мальчик!» на праздники). Он долго и упорно обсуждал этот план, неделями спорил с Би, провел несколько матчей, стоя в стороне и наблюдая за братом, прежде чем наконец понял, что это нужно сделать — с установленными правилами, конечно. — Значит, в этом году вы проведете каникулы в Колумбии? — спросила Би у Эндрю и Аарона с кружкой горячего шоколада в руках и легкой улыбкой на лице. — Ники едет в Германию, так что, по крайней мере, мне не придется видеть, как он будет сосаться с Эриком в этом году, — сказал Аарон скорчившись, а затем покачал головой. — Что? Я не гомофоб или что-то в этом роде, просто противно видеть, как твой кузен буквально забирается на какого-то здоровяка и все время пытается вдохнуть его гланды! — Он повернулся на своем стуле, чтобы посмотреть на Эндрю. — Верно? Скажи мне, что ты тоже хочешь это увидеть. Эндрю помолчал, потягивая свой напиток, затем пожал плечами. — Нет. Аарон, казалось, был оправдан своим ответом. — Вот видишь! — сказал он Би. — Это травмирует. Я бы чувствовал то же самое, если бы Эрик был женщиной. — Казалось, он задумался об этом на минуту и вздрогнул. — Ники с кем-либо вызывает беспокойство. Может быть, ты можешь поговорить с ним о личном пространстве или что-то в этом роде? — Я не принимаю просьбы, — сказала ему Би, ее тон был язвительным, а глаза светились весельем. — Тем не менее, я понимаю, что это может быть немного… стрессовым, когда кто-то вот так выставляет напоказ свою сексуальность перед тобой. Отношения на расстоянии тяжелы для человека, но это не делает такие пылкие публичные проявления привязанности приемлемыми. — Нет, — согласился Аарон, пока Эндрю продолжал пить. — По крайней мере, в этом году, судя по всему, вы будете избавлены от этого. Значит ли это, что у нас будут тихие каникулы? Только вы вдвоем с Кевином? — Никакого экси, — сказал ей Эндрю. — Эбби пригласила нас на ужин на Рождество, так как она будет в городе, — сказал Аарон. — Остальное время я проведу, готовясь к предстоящему семестру. — Да, жизнь студента-медика никогда не бывает легкой. — Би ободряюще улыбнулась ему. — Отдыхай, пока есть возможность. — Пока Аарон кивал, она смотрела на Эндрю. — Я знаю, что мне не нужно говорить тебе об этом. — Так смешно, — пробурчал он. — Думаешь о второй карьере? — Держу свои варианты открытыми, — сказала она ему с дерзкой ухмылкой, которая быстро сгладилась и превратилась в задумчивый взгляд. — Осталась еще одна неделя занятий и Зимний банкет. Ты уже думал о том, что будешь делать на этот раз? — Может, не злить Нила? — пробормотал Аарон, опустив подбородок. О, похоже, вся эта «забавная» история распространялась, как печально. Эндрю лучше вернуться в общежитие одному, чтобы убедиться, что он ничего не подхватил. — Я думаю, это само собой разумеется, — сказала Би, бросив неодобрительный взгляд в сторону Аарона. — У меня есть идея, но она требует помощи одного умника, — признался Эндрю. Как только он произнес эти слова, Би выгнула бровь в знак заинтересованности, что было явным признаком того, что она не верила, что он пойдет до конца. Аарону потребовалось мгновение, чтобы понять, что Эндрю говорит о нем. — Что, я? Что ты хочешь от меня? — спросил он с явной неохотой. — Я не собираюсь делать ничего такого, что разозлит тренера или разозлит КРЭ — мне плевать на эту паршивую команду, но я не могу потерять стипендию. — Ничего такого рискованного, — заверил его Эндрю. — Все, что тебе нужно сделать, это поменяться со мной местами и ходить с Кевином, пока я буду подходить к Нилу в твоем костюме. — Это поможет ему пройти через стену телохранителей и защитников. — Да, но тогда все подумают, что это я разозлил Джостена, — заметил Аарон. — Так что мне за это будет? Часть Эндрю хотела сказать «помощь брату», но он знал, что у Аарона есть веские аргументы, особенно учитывая связи Воронов с КРЭ. — Ты поможешь мне с Нилом… и я больше не буду мешать тебе и… тебе и Кейтлин. — Когда глаза Аарона расширились от неверия, Эндрю наклонился вперед в своем кресле, его почти пустая кружка была зажата между ладонями, когда он упомянул очень важные дополнения. — На двух условиях — во-первых, ты продолжишь эти занятия со мной и Би, и во-вторых, если Би будет хоть как-то обеспокоена твоими отношениями с Кейтлин, то они прекратятся. — Это было то, что он выработал с Би, компромисс, который, по ее мнению, защитит Аарона и «поможет» Эндрю «двигаться дальше» от наблюдения за своим братом. — Да, договорились. — Аарон даже не стал раздумывать или вести переговоры. — Я сделаю это. — Взгляд, которым он посмотрел на Эндрю, был решительным и даже немного сердитым. — Ты оставишь ее в покое с этого момента, а я помогу тебе с твоим непутевым парнем. Я буду здесь каждую чертову неделю, пока мы не закончим учебу. Я не сдамся, и ты увидишь, что Кейтлин мне подходит, что никогда не было причин относиться к ней как к дерьму. — Убеди Би, — это все, что сказал Эндрю после того, как на мгновение задержал взгляд на своем брате, чтобы оценить надежность этого заявления. Аарон на это насмешливо хмыкнул. — Да? А что Би думает о тебе и твоем болтливом «Вороне», а? — Это не то, что мы собираемся обсуждать сегодня, — сказала Би своим твердым голосом, чтобы пресечь дальнейшие споры на эту тему. — Это был важный шаг, так что давайте не будем его портить, хорошо? А теперь давайте поговорим о выпускной неделе, ладно? Не самая удачная попытка перенаправить дискуссию, но Эндрю в кои-то веки позволил этому случиться без комментариев, поскольку у него было согласие Аарона помочь ему с Нилом. Конечно же, его близнец не терял времени даром и сбежал с бродяжкой, как только закончились занятия на сегодня, тренировки были приостановлены на сезон из-за экзаменов. Ники был поражен таким поворотом событий, а Кевин даже растерялся, и Эндрю не стал им ничего объяснять. Все, что им нужно было знать, это то, что он не собирался перерезать горло девушке за то, что она была рядом с Аароном, и все. Ну, он не стал бы так явно показывать, что за этим маленьким «несчастным случаем» стоит он. По крайней мере, из-за выпускных экзаменов у Аарона было не так много свободного времени, чтобы проводить его с «Лисичкой», хотя Эндрю прогуливал пары как обычно. Было много стонов и жалоб от Ники, немного ругани и паники от Кевина, который всю ночь промучился, чтобы сделать работу по истории, и неделя, в основном, была свободна от остальных «Лисов». Даже у Рене не было времени на спарринг в воскресенье перед банкетом, хотя она зашла к Эндрю, чтобы отдать приготовленные ею шоколадные кексы и обсудить несколько вопросов; она присматривала за поэтичной Патель и Моро, а также за мускулами, чтобы они не пытались предупредить Ваймака о том, что Кевин — не просто стартовый нападающий и заноза в заднице (не то чтобы Рене знала, что именно она пытается предотвратить, кроме того, что «группа защиты» Нила раскрыла то, о чем Кевин не хочет пока говорить своему тренеру). «Лисы» добирались до Вирджинии дольше, чем «Вороны», поэтому Эндрю пришлось смириться с раздражающей поездкой, во время которой его товарищи по команде обсуждали свои планы на каникулы, а он пытался придумать способ заставить Эрика Клозе оставить Ники в Германии навсегда и уговорить Ваймака запретить все романтические отношения между товарищами по команде (трех пар в автобусе было достаточно, чтобы его желудок перевернулся — и это еще не считая Аарона и бродяжки, которые, по крайней мере, старались сидеть как можно дальше от него). По крайней мере, через некоторое время он смог отвлечься на фотографии Нила, который выглядел таким же измученным всем этим банкетом, как и он, развалившись на сиденье автобуса, пока Моро пристально смотрел на человека, делающего снимки (Патель, конечно же) или спал. «Лисы» были одной из последних команд, приехавших в Мэдисон. Пурпурно-золотой стадион был освещен к этому событию и украшен эмблемой бульдога. Неудачная цветовая схема означала, что зимняя «тема» не очень хорошо передавалась внутри, все эти красные и зеленые цвета на пурпурно-золотом фоне; Эндрю огляделся и задумался о том, каковы шансы, что он будет обманут в тот вечер и у него будет повод уйти с дурацкого мероприятия раньше. Хм, есть над чем подумать в следующий раз, нет? Фрэнк Боуэр, капитан «Герцогов», подошел поприветствовать их, как только они вышли из домашней раздевалки, переодевшись в «парадную» одежду. — Самое время вам, ребята, появиться! — Он был старшекурсником, который должен был закончить университет в этом году, и стартовым вратарем своей команды, его телосложение было высоким и коренастым, но его поведение почему-то всегда было радостным. — Я не знала, что мы опаздываем? — сказала Уайлдс, ее выражение лица было немного любопытным, когда она пожимала руку молодого человека. — Э, просто ходят слухи, что сегодня вечером будет какое-то объявление, — объяснил Боуэр. — Все официальные лица собрались вместе, так что, как только «Бельмонте» прибудет сюда, возможно, мы узнаем, что происходит. — Хм. — Уайлдс взглянул на Ваймака, который уже разговаривал с небольшой группой тренеров, но, похоже, он ничего не знал, так как для Эндрю он казался нормальным — немного скучающим и ожидающим, когда принесут алкоголь. — Ну, уже недолго осталось. — Ага! Теперь давайте проводим вас к вашему столику. — Боуэр завел с ней светскую беседу, пока вел команду к их столику — подальше от «Воронов», конечно, — и оставил их со «Орлами» как раз в тот момент, когда прибыли «Бельмонте». — Так в чем, по-твоему, дело? — спросил Бойд, помогая Уайлдс со стулом. — Я не знаю, но если это что-то вроде мемориала Рико Морияма, то мне будет плохо, — заявила Рейнольдс. Рене нахмурилась, глядя на полузащитника. — Это нехорошо. — Спросите меня, есть ли мне до этого дело — все здесь знают, каким засранцем он был, — сказала Рейнольдс, не обращая внимания на сидящих за столом «Орлов», которые глазели на нее — ну, на то, как она «оклеветала» легенду. Один из них бросил на Кевина пристальный взгляд. — Разве ты ничего не собираешься сказать? Заступиться за него? Кевин посмотрел на свой стакан с водой в крайнем разочаровании от того, что в нем нет алкоголя. — Рико… был очень сложным. — И под этим он подразумевает, что он был мудаком, — уточнил Ники с левой стороны от Кевина. — И еще? Темно-синий — это не твой цвет, — сказал он полузащитнику «Орлов». У Эндрю было такое чувство, что «Лисы» не собираются сидеть с «Орлами» на другом банкете в ближайшее время. Прежде чем все успело перерасти в веселую драку (сезон и все такое), «Бельмонте» уселись за свой столик, а Тетсуи Морияма поднялся на сцену, установленную в одном конце корта, — мрачная фигура в черной одежде, окруженная деревьями, освещенными мерцающими золотыми огнями. Он даже не посмотрел на толпу, только кивнул головой и уставился на микрофон, установленный перед ним на стойке. — Следующие четыре команды прошли квалификацию, чтобы представлять юго-восточный округ в весенних матчах чемпионата. Я перечислю их в порядке убывания их рейтинга — «Эдгар Аллан», «Брекенридж», «Пальметто» и «Бельмонте». Пока собравшиеся команды болели за тех, кто занял первые места, Тетсуи оставался на сцене, не двигаясь, поэтому шум быстро утих. Как только он достиг того уровня тишины, который, по его мнению, должен был быть подходящим, он снова кивнул. — Это будет мой последний тренерский сезон. Я официально объявляю о своей отставке, которая начнется в конце чемпионского сезона «Воронов» в этом году. Наступила ошеломленная тишина, когда Тетсуи покинул сцену, не сказав больше ни слова, выражение его лица было таким же, как и тогда, когда он вышел на нее, а затем корт наполнился недоверчивыми голосами по поводу его объявления — по поводу того, что человек, который отчасти создал этот вид спорта, решил уйти на пенсию. Один из тренеров попытался вмешаться, чтобы поздравить его и восстановить порядок, но было уже слишком поздно. Эндрю повернул шею, чтобы посмотреть на дальнюю сторону корта, и заметил, что единственный стол, который, казалось, почти не реагировал на происходящее — одна половина — был столом «Воронов». Длинная шеренга одетых в черное фигур спокойно сидела во время суматохи, как будто их не беспокоила приближающаяся потеря их уважаемого тренера. Но, опять же, этот «уважаемый» тренер был жестоким ублюдком, не так ли? — О боже, — прохрипел Кевин слева от Эндрю. — A-t-il… Est-ce que ça vient d'arriver? Comment peut-il prendre sa retraite? C'est le Maître! — воскликнул он по-французски. Эндрю очень медленно сжал левую руку в кулак и ударил ею по столу рядом с тарелкой Кевина. — C'est un vieil homme malade qui a fait son temps et qui doit partir, — заявил он. — Maintenant, dois-je demander à Nicky de trouver Abby? Кевин сделал один глубокий, рваный вдох, затем другой. — Non. Non, je vais bien, c'est juste… c'est juste un choc. — Prenez-le comme un cadeau de Noël anticipé. — Эндрю уставился прямо перед собой на любопытную «Орлиху», которая покраснела и обнаружила, что ее очень интересовала сервировка, когда он увидел, как Кевин взглянул на него краем глаза. Это было довольно интересное «совпадение», не так ли? Самоубийство Рико пару недель назад и теперь это? Особенно когда Нил сказал Эндрю, что Тетсуи должен был вести себя прилично? Был ли этот старый хрен как-то замешан в том, что произошло в сентябре? Или произошло что-то другое? После этого они довольно быстро справились с ужином, и по какой-то причине «Орлы» перестали быть такими общительными. Как только с едой было покончено, Кевин поднялся со своего места и направился в домашнюю раздевалку, за ним последовали Эндрю и Аарон. Учитывая неожиданное объявление, никто не обратил на них ни малейшего внимания. Как только все трое оказались в раздевалке, Кевин достал маленькую фляжку из внутреннего кармана своего спортивного костюма, а Эндрю и Аарон поменялись рубашками, Эндрю достал тюбик геля для укладки, чтобы взъерошить свои волосы, а Аарон зачесал их назад; это не было идеальной «маскировкой», но за последние несколько лет они поняли, что люди не пытаются смотреть на них сквозь пальцы. До тех пор, пока Эндрю оттягивал свои повязки и сохранял какое-то выражение лица, а Аарон сохранял лицо пустым, они могли обмануть почти всех. — Держись поближе к Кевину, — приказал он брату. — Не огорчай Кейтлин, — напомнил ему Аарон. — Я серьезно, она делает тебе одолжение, так что не надо. Если я увижу, что ты ее расстроил, все будет кончено. Эндрю ничего не сказал, он просто закончил поправлять свои повязки, но этого, должно быть, было достаточно для занозы в заднице, потому что Аарон покривился и дернул подбородком в сторону Кевина. — Пойдем, давайте покончим с этим. — Не испорти все, — умолял Кевин Эндрю, прежде чем выйти из помещения. — Я еще не готов… хорошо? Эндрю махнул ему рукой, и после их ухода ему понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и подготовиться к тому, что последует дальше. Затем он изобразил несколько раздраженное выражение, которое обычно видел на лице своего брата, и вышел. Кейтлин ждала его там, выглядя в данный момент очень довольной. — Привет, милый! Эндрю изо всех сил старался не выдать эмоций. — Все пройдет гораздо лучше, если ты будешь вести себя тихо. — Извини, но нет, если ты собираешься быть Аароном, так и будет. — Она уловила напряжение в его теле и покачала головой. — Честно, это не месть, хотя я не могу сказать, что мне это не нравится. Честно говоря, это то, как мы действуем вместе, так что соглашайся с этим или… Эндрю подумал о Ниле, о бледно-голубых глазах и насмешливом смехе, о том, как он признался, что ему нравится серый цвет, и возненавидел себя за это. Он ненавидел и Кейтлин, но еще больше он ненавидел себя и какую-то маленькую птичку. — Сделай больно Аарону, и они никогда не найдут твое тело, — поклялся он, стоя рядом с ней. — Это справедливо, но этого никогда не случится, если я причиню ему боль. Не намеренно. — Она медленно протянула руку, явно давая понять, что все зависит от него, и он стиснул зубы, когда протянул руку и положил ее на сгиб своего локтя, на то самое место, где он видел, как она держала Аарона в тот вечер, и поборол волну отвращения, которую он почувствовал, хотя было ясно, что она сохраняла легкое прикосновение, насколько это было возможно. О да, он так сильно ненавидел Нила сейчас, и свои собственные предательские эмоции тоже. — Я люблю его, понимаешь, — продолжала Кейтлин, пока они шли сквозь толпу, на ее лице сияла улыбка, она кивала нескольким людям, но не делала никаких попыток заговорить с ними или завязать общение. — Я имею в виду, мне пришлось бы мириться со всем этим последние пару лет, нет? — Ее улыбка ни разу не дрогнула, но в ее голосе прозвучала доля иронии, а в теле — некоторая напряженность, которая показала, что она не осталась равнодушной, находясь рядом с Эндрю. — Все эти попытки скрыться, чтобы быть с Аароном, споры с моими друзьями и даже с моей семьей о том, что это стоит душевной боли, чтобы остаться с ним и не двигаться дальше. Услышав молчание Эндрю, она вздохнула и негромко рассмеялась. — Меня не волнует, что он будет врачом… ну, это не совсем так, потому что я тоже планирую стать им, специалистом по педиатрии, и его стремление преуспеть в этой области — часть того, что привлекло меня в нем. Мне нужен кто-то, кто будет моим партнером, кто-то, кто любит меня и разделит со мной жизнь, и это твой брат. Они оба молчали некоторое время, бродя по корту, внимание Эндрю было разделено между Кевином и его братом и небольшой группой «Воронов», столпившихся в стороне, пока все остальные танцевали и общались. — Я буду следить за вами, — сказал он после того, как им принесли пунш (в тот раз больше содовой, чем фруктового сока), Кейтлин намеренно ждала, пока он нальет ей чашку. — Мы с Би и Аароном договорились прекратить эти отношения, если Би решит, что ты его используешь. — Эндрю настолько доверял Би. — Я знаю. — Кейтлин улыбнулась, поглаживая чашку. — Аарон сказал мне, и я смирилась с этим. — Когда Эндрю нахмурился, услышав ответ, она рассмеялась. — Знаешь ли ты, что я встречаюсь с Бетси уже около года? — Она еще немного посмеялась, когда они отошли от столика с напитками, и Эндрю, удивленный этим фактом, замолчал; он знал, что Би не может говорить о других своих пациентах, но все же какое-то предупреждение было бы не лишним. — Как, по-твоему, я все терпела, особенно тебя? — Кейтлин продолжала в довольно удовлетворенно. — Бетси — единственная причина, по которой я до сих пор не разнесла кувалдой твою драгоценную машину, помимо всего прочего. Возможно, Эндрю начинал понимать, почему Аарон был так очарован этой бродяжкой. Они сделали еще один круг по корту, чтобы Эндрю мог убедиться, что Нил приехал на выходные с Бреном и одним телохранителем, который запер дверь еще в «Гнезде». Он также заметил, что оба мужчины уделяли внимание Кевину и Аарону, пока Кевин совершал обход, занимаясь своей обычной рутиной «давайте поговорим об экси, пока я не положу ногу на ногу и не скажу что-нибудь оскорбительное», в то время как Рене держала Мэтисона и Херст на расстоянии, а также следила за телохранителями, как и обещала. — Время? — спросила Кейтлин, поглаживая амулет с лисой, висевший у нее на шее. — Не то чтобы я жаловалась на блистательный разговор… — Так и есть. — Да, но есть причины, по которым я выбрала Аарона, а не тебя. Их длинный список, на самом деле, — сказала она, откидывая назад прядь своих темно-каштановых локонов. Эндрю не потрудился ответить, он просто направился к группе «Воронов», где Нил стоял в стороне, потягивая воду из бутылки, пока Патель разговаривала с ним. Моро общался с разными людьми, которые подходили к маленькой группе, некоторые старшекурсники поболтали с ним и другими игроками несколько минут, а потом ушли бродить вокруг, и, конечно, несколько первокурсников задержались вокруг Нила. Он как раз подбивал одну из них пойти потанцевать с нападающим из «Кавальеров», когда Кейтлин расправила плечи и встала немного впереди Эндрю с яркой улыбкой на лице. Брен сначала напрягся, но посмотрел на Кейтлин, когда она потянула «Аарона» за собой и привалилась спиной к стене, как это сделала Патель, когда впервые увидела их приближение. — Привет! — воскликнула Кейтлин. — А, привет. — Патель бросила на нее сомнительный взгляд и подошла к Нилу, который почему-то хмуро смотрел на свою бутылку с водой. — Заблудились или что? Я думаю, ваши друзья вон там, — она махнула рукой в сторону Кевина и не-Эндрю, — если только вы не пришли передать какое-то сообщение, в таком случае, будьте добры, отвалите. — Она даже сказала это с улыбкой. — Jean serait si fier, — пробормотал Нил по-французски позади нее. — Je lui répète que je suis prête pour l'entretien et que je ne vais certainement pas causer à son pauvre cœur autant de stress que vous, — парировала Патель, что вызвало у Нила усмешку. — О, вы говорите по-французски? Я всегда хотела выучить французский! — воскликнула Кейтлин, сделав большие глаза и сияя улыбкой, совсем как тогда, когда она выходила на корт с остальными «Лисичками». — Но испанский гораздо практичнее для моей специальности, так что… — Чего ты хочешь? — спросила Патель, больше не улыбаясь и не звуча так вежливо. — Это послание, не так ли? — Она бросила на Эндрю холодный взгляд. — Этот обезьяноподобный ублюдок теперь заставляет вас двоих делать его грязную работу? — О, кажется, ты мне нравишься, — сказала Кейтлин с теплой усмешкой. — Звучит здорово — «обезьяний-ублюдок». — На этот раз у Эндрю не было особых проблем с имитацией одного из «хмурых взглядов» Аарона. — Но мы… — Я разберусь, Марли. — Нил подошел и отодвинул поэтичную Патель в сторону, одарив сначала Кейтлин любопытным взглядом, а затем Эндрю таким пустым взглядом, что Эндрю понял, что его друг сразу же раскусил уловку. — Я хочу знать, что скажет «Аарон». Патель не выглядела довольной этим решением, а Моро продолжал смотреть в сторону, где он был занят разговором с несколькими игроками из команд «Кавальеров» и «Герцогов». — Все будет хорошо, Брен будет со мной, и я уверен… — он сделал паузу, чтобы кивнуть на Кейтлин. — Я Кейтлин, приятно познакомиться. — Она протянула руку, которую Нил нерешительно пожал. — Я уверен, что Кейтлин будет более чем счастлива держать «Эндрю» подальше, верно? — В улыбке Нила тут же появилась легкая острота, на которую Кейтлин ответила тем же. — О, более чем счастлива. Было приятно познакомиться с вами двумя. — Она помахала им рукой, прежде чем уйти, туда, где Кевин и Аарон обнимались с несколькими нападающими из разных команд. — Нил, ты уверен в этом? — спросила Патель, прежде чем он смог уйти. — Оставайся с Жаном, — только и сказал он, прежде чем встать рядом с Эндрю и пройти мимо, не удостоив его взглядом. Когда Эндрю повернулся, чтобы последовать за ним, Брен последовал за ними, его внимание было сосредоточено на Ниле. Они оказались в домашней раздевалке, и Эндрю почувствовал ощущение дежавю, хотя это была раздевалка не «Лисов». Как только за ними закрылась дверь, Брен встал на страже перед ней и окликнул Нила. — Серьезно, Рыжий? Мы здесь, чтобы избить их или как? — Никаких сцен, поэтому я и согласился на это. — Нил прислонился к стене, выражение его лица было пустым, но в глазах снова появился намек на предательство, руки были сложены на груди в явном жесте, показывающем, что он закрыт от Эндрю. — Чего ты хочешь? Сделай это быстро, потому что мое терпение еще короче, чем у тебя. Забавно. Эндрю сел на один из диванов в комнате и вытянул руки на спинке. — Я хочу поговорить. В целом, ты усложняешь это. — Я думал, ты не хочешь разговаривать с собственностью, — с усмешкой сказал Нил. — Что я дурак, которого нужно держать на поводке. — Подожди, это не брат? — спросил Брен, шагнув вперед, его выражение лица было убийственным. — Это Эндрю?! Нил махнул телохранителю, чтобы тот отошел. — Не надо, просто оставь его в покое. — В его голосе вместо горечи вдруг послышалась усталость. — Давай просто разберемся с этим, чтобы он ушел навсегда. — Но… — Нет, на этот раз никаких проблем! — Теперь в его голосе звучала легкая паника, и это заставило Брена отступить, бросив на Эндрю злобный взгляд. — Черт возьми, я делаю это только потому, что не допущу никаких неприятностей для… — Нил поймал себя на слове и покачал головой. — Для Ичиро? — спросил Эндрю, сидя с руками, зажав руки между коленями, недоверчиво смотря на то, что не было сказано. — Ты не хочешь создавать проблемы для Ичиро? Кто на этот раз упомянул поводок? Нил бросил на него ядовитый взгляд и оттолкнулся от стены плавным движением, которое не должно было отвлекать Эндрю, но отвлекло, черт возьми. — Знаешь что? Я только что передумал. Давай, устраивай чертову сцену. Пусть их будет две, на самом деле, когда Жан узнает, что ты сделал. Ладно, так много для того, чтобы следовать рекомендациям Би и сдерживаться в некоторых вещах. — Подожди, — сказал Эндрю, вскакивая на ноги, в тот самый момент, когда Брен двинулся, чтобы преградить ему путь к Нилу. — Я не… я здесь не для этого. Просто послушай, хорошо? К его удивлению, Нил остановился, вместо того чтобы выбежать из комнаты, пока Брен стоял между ними. — Тебе лучше уйти, — сказал телохранитель, хрустнув костяшками пальцев. — Я разберусь с этим, это будет на моей совести. Плечи Нила округлились, когда он покачал головой. — Нет, нет, я останусь. — Он протянул руку, чтобы похлопать по правой руке Брена. — У тебя не будет неприятностей из-за него. — Он улыбнулся, слабо, но достаточно, чтобы мужчина перестал смотреть на Эндрю. — Не в этот раз. — Посмотрим. — Тем не менее, охранник вернулся к двери, а Нил на мгновение замешкался, прежде чем устроиться на подлокотнике дивана, вне досягаемости, но не так далеко. Эндрю воспринял это как хороший знак и сел на противоположный край. — Начинай говорить, — приказал Нил, задирая подол своего черного свитера; он выглядел чертовски хорошо с зачесанными назад волосами и темным цветом, на этот раз не такой измученный и осунувшийся. — У тебя не так много времени. Эндрю поморщился, когда провел правой рукой по волосам и наткнулся на гель для укладки, затем вытер его о брюки. — Хорошо. — Он сделал глубокий вдох, прежде чем перейти на немецкий. — Ich wollte nicht… Nun, ich habe im September nicht gelogen, aber ich habe das, was ich zu Ihnen gesagt habe, nicht so gemeint. Красивое лицо Нила напряглось от гнева. — Du denkst also wirklich, dass ich Eigentum und eine Hure bin? Wie schön. — Lassen Sie mich ausreden, — возразил Эндрю, изо всех сил пытаясь контролировать свои эмоции и говорить правильные слова. — Ich glaube… Ich denke, du hättest nicht tun sollen, was du getan hast. Ich denke, Moreau und Patel hätten Sie aufhalten müssen, aber sie haben es nicht getan, weil es für sie von Vorteil war. Ich glaube, Sie haben zu viel von sich gegeben. Das denke ich auch. — Он сделал паузу, чтобы сделать глубокий вдох, пока Нил сидел на расстоянии вытянутой руки, кусая свою пухлую нижнюю губу. — Ich habe nie etwas Schlechtes über dich gedacht und tue es auch jetzt nicht. Ich denke noch schlimmer von ihnen. Es war einfach ein Schock zu erfahren, wie viel Sie für Menschen aufgegeben haben, die Sie nicht verdient haben. — Проклятье, он ненавидел, что ему приходится выражать это словами, что у него никогда не получалось, когда это имело значение. — Нет. — Нил покачал головой, в то время как в его красивых глазах сверкнул гнев. — Nein, das ist nicht wahr, sie sind es wert, und sie hätten mich nicht aufhalten können. Du warst nicht da, verdammt! Du hast nicht gesehen, wie Rico Jean zerstört hat, wie er die anderen dazu gebracht hat… — У него перехватило дыхание, и он снова сгорбился, крепко обхватив грудь руками. — Ich konnte das nicht mehr zulassen und schwor mir, die Mädchen zu beschützen. Jean war zu verletzt, um mich aufzuhalten, und Marly wusste nicht genug. Ich habe alles auf mich genommen, und das war es wert und ist es immer noch. — Он слабо рассмеялся, опустившись на диван, его глаза были закрыты, как будто он что-то обдумывал. — Außerdem, um ehrlich zu sein? So wäre es am Ende wahrscheinlich auch gekommen. Immerhin habe ich auf diese Weise etwas Sinnvolles ausgehandelt. Эндрю не хотел думать о том, что это было неизбежно, что Нил оказался в постели Ичиро Морияма. Он не хотел думать о том, что в «Гнезде» все было настолько плохо, что единственным выходом для Нила было оказаться в постели этого человека. — Нил? Ты в порядке? — позвал Брен, что заставило Нила открыть глаза и кивнуть. — Да, мы просто… мы просто решаем некоторые вопросы, — сказал Нил мужчине со слабой попыткой улыбнуться. — Ты уверен? — Эндрю, возможно, и не беспокоил этот ублюдок, но он должен был признать, что телохранитель, казалось, искренне беспокоился за Нила. — Я могу избить его для тебя или что-то в этом роде. — Да, он определенно не беспокоился об этом ублюдке. — Я уверен, и я всегда могу зарезать его сам. — О, хорошо, ты в порядке. — Теперь Брен звучал счастливым, но улыбка Нила была немного сильнее, поэтому Эндрю принял ее. Тем не менее, отношения между ним и Нилом были не совсем ровными, не совсем в порядке. — Sie haben nie nach bestimmten Dingen gefragt, — сказал он своей маленькой птичке. — Ich war derjenige, der an die Wände gestoßen ist, während du dich immer von jeglichen Grenzen ferngehalten hast. Улыбка Нила померкла, и он продолжил оттягивать подол своего свитера. — Wir waren uns einig, dass es einige Dinge gibt, über die wir nicht sprechen müssen. Und ich… Ich brauchte nichts zu wissen über… Nun, das musste ich nicht wissen. Значит, он догадывался о некоторых вещах, как и подозревал Эндрю. — Du hast nie nach meiner Pflegefamilie und meinem Bruder gefragt oder danach, warum Rico Drake Spear auf mich gehetzt hat. Du hast nie gefragt, warum ich das Wort «bitte» hasse. — Хотя Нил уловил это еще на первом осеннем банкете. — Das brauchte ich nicht zu wissen, — повторил Нил, его голос стал хриплым, а глаза наполнились болью. — Deshalb habe ich auch so reagiert, als ich das mit Ichiro erfahren habe, — объяснил Эндрю, глубоко зарывая слабую дрожь эмоций внутри себя, вызванную старыми воспоминаниями, мыслью о том, как Нил пережил нечто подобное (гораздо худшее из двух). — Bis zu meinem dreizehnten Lebensjahr war ich in Pflegefamilien untergebracht, dann kam ich in eine Jugendstrafanstalt, und die meisten dieser Familien waren auf die eine oder andere Weise missbräuchlich, — признался он Нилу, чтобы его друг понял, чтобы он перестал убегать. — Ich dachte, ich hätte endlich ein Zuhause bei den Spears gefunden, aber Drake… Drake war einer der schlimmsten. Ich dachte, ich könnte ihn überleben, dachte, ich könnte mit ihm fertig werden, bis entweder er zu den Marines geht oder ich meinen Abschluss mache, aber dann erfuhr er von Aaron. — В глазах Нила появился ужасный огонек понимания. — Deshalb ist es mir egal, ob Ichiro «nett» ist oder «dich gut behandelt», es ist trotzdem Schwachsinn, Neil. После этого некоторое время было тихо, а затем Нил вытер лицо манжетами рукавов и прерывисто вздохнул. — Vielleicht, — признал он слабым голосом. — Aber du hast Recht, dass ich Eigentum bin. — Он покачал головой, чтобы пресечь возражения Эндрю. — Nein, das bin ich. Ich war er, bevor das Geschäft abgeschlossen wurde, und daran wird sich nie etwas ändern. Mein Vater, — в этом слове было столько ненависти, — hat mich an Moriyama übergeben, und alles, was in den letzten Jahren passiert ist, hat es noch wichtiger gemacht, dass Ichiro mich behält — mich und Jin. Ist es also falsch, dass ich etwas tue, um sicherzustellen, dass wir gut behandelt werden? Возможно, если бы Кевин не сбежал, у Нила был бы шанс. Если бы Рико не сломался окончательно, если бы Тетсуи не потерял контроль. Если бы чертов Сет Гордон не написал то сообщение на форуме, а Нил Джостен остался бы под радаром Морияма, и Кевин убедил бы его присоединиться к «Лисам», вместо того чтобы этот дурак удрал и был пойман. Если, если, если… — Sie sind kein Eigentum, — утверждал Эндрю, пока его руки сжимались в кулаки. — Du bist ein sturer Narr, und vielleicht spielst du dieses dumme Spiel für ihn, aber du gehörst ihm nicht. — Эндрю не собирался позволить Ичиро Морияма в конце концов победить. Нил одарил его усталой улыбкой и покачал головой. — Я не понимаю, как это… — Заткнись, — сказал ему Эндрю. — Das Einzige, was ich von Ihnen hören möchte, ist: «Sie haben Recht». Это вызвало недоверчивый взгляд и слабую усмешку. — Und wissen Sie was? Ja. Wenn das wirklich passiert? Ich würde mich freuen, diese Worte zu Ihnen zu sagen. Wenn. — Нил снова усмехнулся. — Es lohnt sich, einem faulen Grufti wie dir einmal bei der Arbeit zuzusehen. — Ich werde dir in den Arsch treten, — предупредил Эндрю, и в его груди снова закралось теплое, щекочущее чувство. — Das ist zu viel Aufwand, — пробормотал Нил, откинувшись на спинку дивана с закрытыми глазами. Казалось, он был доволен тем, что остался в таком положении, пока Эндрю наблюдал за ним около минуты, Брен все еще стоял у двери и возился со своим телефоном. — Hallo? Das habe ich vermisst, — признался он тихим голосом, проводя левой рукой между ними, а затем позволил ей упасть на диван. — Ich habe es vermisst, mit dir zu reden, wenn du mich und meine Freunde nicht beleidigt hast. — Vielleicht habe ich die pathetischen Fragen verpasst, die Sie sich ausgedacht haben, als Sie an der Reihe waren, — сказал Эндрю, его внимание было сосредоточено на каждом подергивании губ Нила и трепетании его густых ресниц. — Мудак, — пробормотал Нил, прежде чем снова замолчать. — Я подумал… это глупо, но я знаю, какой будет моя жизнь, что я должен делать. — Он открыл глаза и уставился в потолок. — Играть за «Воронов», закончить учебу, стать профессионалом, сделать все возможное, чтобы попасть в Корт, не останавливаться, пока я не смогу больше играть, и… ну, тогда, наверное, работать переводчиком для семьи. Это лучше, чем если бы я был в бегах или жил с отцом, и я люблю экси, это просто… — Все это приготовлено для тебя, — догадался Эндрю. Это была жизнь, которую Морияма — этот Ичиро — требовал от Нила, и Эндрю хорошо знал свою маленькую птичку, что Нил был не из тех, кто любит клетки. — Да, — вздохнул Нил. — По крайней мере, я буду играть в экси. — Пальцы его левой руки, обращенной ладонью вверх, слегка подрагивали, пока он говорил. — И я всегда думал… это глупо, но я думал, что было бы забавно смотреть через корт и видеть там тебя, — признался он робким голосом, словно не зная, как Эндрю отреагирует на такое признание. — Тогда это было бы не так уж плохо. Эндрю замолчал, думая об этом, снова представляя, как он стоит в воротах, а Нил выходит на корт перед ним, о перспективе того, что это будет происходить не раз и не два в сезоне. Он все еще не любил экси, не ожидал, что когда-нибудь полюбит его… но мысль об этом заставила что-то вспыхнуть в нем с такой силой и электричеством, что его правая рука поднялась, чтобы оказаться поверх руки Нила. Его друг вздрогнул от этого прикосновения, но прежде чем Эндрю смог отстраниться, Нил повернулся и посмотрел на него с улыбкой, такой же робкой, как и его голос, а его пальцы свободно обвились вокруг пальцев Эндрю. — Я ненавижу тебя, — заявил Эндрю голосом, лишенным эмоций, в то время как Брен вздрогнул и сделал шаг от двери. Улыбка Нила расширилась, и он помахал телохранителю правой рукой. — Правда? Сколько процентов я уже набрал? — 90%. Кто-то не должен выглядеть таким довольным прямо сейчас. — О, ты догоняешь Жана. — Нил повернулся на диване, чтобы лучше видеть Эндрю, но при этом их руки оставались вместе. — Что произойдет, когда я достигну 100%? — Я найду место, где похоронить твое тело, — солгал Эндрю. — Я уверен, что Брен поможет тебе с этим. — Эндрю мог бы сказать, что «самодовольство» не очень-то идет одной маленькой птичке, но это была бы еще одна ложь. — Ты уверен, что я не могу его избить? — спросил Брен, его голос был довольно жалобным для такого крупного мужчины. — Хм, не сегодня, — сказал ему Нил. — Когда у тебя день рождения? Может быть, тогда. — Почему я с тобой разговариваю? — спросил Эндрю, слегка потянув его за руку, но не настолько, чтобы освободить ее. — Слишком поздно, у тебя был шанс. — Нил слегка хмыкнул, прислонившись к спинке дивана. — Я не хочу идти туда, слишком много людей, и все говорят о Тетсуи и Рико. — В его голосе звучала усталость, но такая, какая бывает от эмоционального истощения, а не от недостатка сна. Эндрю еще раз слегка потянул. — Об этом… Нил застонал. — Не сегодня, хорошо? Завтра, я расскажу тебе завтра, но не сегодня. — Я ожидаю услышать стоящую песню, маленькая птичка. Это вызвало у Нила еще один стон. — Так я совсем не скучал по этому. — Нил снова потер лицо, и они оба моргнули, когда Брен подошел к дивану с фляжкой в руке, которую протянул Нилу. — Поделись этим, хорошо? — сказал он Нилу, выражение его лица было суровым. — Ты не должен напиваться, но не вижу причин, почему ты не можешь немного повеселиться. Нил выгнул бровь при виде предложения, и вторая бровь поднялась, когда он понюхал содержимое фляги. Однако он должен был доверять этому человеку, так как он опрокинул ее, чтобы попробовать — и в итоге закашлял, когда проглотил. — Ох, черт возьми, — сумел выдохнуть он, протягивая флягу Эндрю. — Это твое, все твое. — Он оскалился, вытирая рот. — Какого черта, Брен? — Мило, да? — Он ухмылялся Нилу, пока Эндрю пробовал напиток, который имел необычный вкус и сильный запах алкоголя. — Какая-то китайская штука, которая… да, это что-то другое, — сказал он, взглянув на Эндрю. Напиток был крепким, что было хорошо, поэтому Эндрю пока игнорировал его источник. Взяв в руки алкоголь и прижав к себе Нила, Эндрю устроился на диване, чтобы провести следующий час или два (или сколько там времени пройдет до того, как Кевин устроит сцену и его нужно будет спасать) в укромном уголке, который им с Нилом удалось найти. Это не продлится долго — им скоро придется вернуться в свои команды, завтра — в университеты, а Нил все еще «принадлежал» Ичиро Морияма. Эндрю оставалось еще два года в УП, а Нилу — три в «Эдгар Аллан», и у каждого из них были обещания, данные другим людям, были долги, которые стояли на первом месте. У них были шрамы, кошмары и прошлое, полное демонов, которых хватило бы на команду игроков экси, не говоря уже о двух молодых людях. И все же они сидели, переплетя пальцы, пока Эндрю потягивал из фляжки Брена (он должен был узнать, что в ней — пусть Нил узнает), а Нил сонно улыбался ему и рассказывал об арт-проектах, рекламных сделках и первокурсниках, которые не переставали ходить за ним по пятам (приятно было видеть, что некоторые люди все так же невежественны, как и раньше). Пока Эндрю размышлял, каким самодовольным, властным ублюдком станет Кевин, когда скажет экси-наркоману, что теперь заинтересован в профессиональной карьере. Пока он размышлял о том, как лучше всего разбить позолоченную клетку, не повредив драгоценное содержимое внутри. Впрочем, об этом мы поговорим в другой день. *******