Black As Is The Raven, He Will Get A Partner

Патель уже ждала их в конце коридора и улыбнулась, когда поняла, куда они направляются. Уайлдс же в это время тоже подошла к ним, передавая Эндрю его сумку. Коридоры Гнезда были выкрашены в черный и красный, и их была просто целая куча, но Эндрю все равно запомнил их расположение. Парочка Воронов, на которых они наткнулись, одарила их непонятными взглядами, но в конце концов им удалось дойти до небольшой кухни, где стояло несколько холодильников, различных блендеров и микроволновок. Патель начала шарить по полкам и одному из холодильников, чтобы сделать для Нила фруктовый смузи, в то время как Эндрю пришлось довольствоваться куриным сэндвичем. — Но я не хочу есть, — попытался возразить Нил (снова), когда Патель поставила перед ним бокал, наполненный фруктовым пюре. — Ты почти не ел сегодня, тебе нужно чем-то наполнить желудок, — отрезала она с тревогой в голосе. — Давай же, хотя бы… — Пей или эта жижа окажется на тебе, — сказал Эндрю, заканчивая собирать сэндвич. — Хотя, если ты потеряешь сознание, будет проще раскрыть твой рот и запихнуть ее тебе в глотку. Нил прищурил глаза, и он, казалось, впервые за то время, что Эндрю провел в Эдгаре Аллане, показался ему таким взбудораженным: — Я бы посмотрел, как ты пытаешься. — Тогда подожди минут десять, ничего не делая, и увидишь, — Эндрю прислонился к столешнице, скрестив руки на груди, и уставился на идиота перед ним. Патель пару раз перевела взгляд с одного на другого: — Прекрасно, а я-то думала, хуже уже не будет, — она одарила Эндрю злым взглядом. — Ты здесь, чтобы помочь ему, а не угрожать. — То, как вы нянчитесь с ним, ни к чему хорошему не привело, — указал на очевидное Эндрю. Нил на эти слова поднялся со своего места рядом с Бреном и сделал нетвердый шаг в сторону Эндрю. — Никто не нянчится со мной! И перестань говорить так, будто меня нет в этой комнате! — он слегка махнул рукой, что побудило Эндрю потянуться и схватить его за руку. Они оба замерли от этого прикосновения, и Эндрю уже было собрался отпустить чужую ладонь, когда Нил обхватил его в ответ. — Я в порядке, — снова попытался надавить Нил, его голос все еще был хриплым, пока он смотрел на Эндрю с таким отчаянием, как будто он безумно хотел, чтобы Эндрю поверил ему. — Это не так, поэтому сядь и выпей чертово пюре, — Эндрю провел Нила обратно к столу и слегка подтолкнул его к стулу, с которого он только недавно встал. — Дай мне съесть дурацкий сэндвич в тишине. Казалось, Нил собирался поспорить еще немного, но Брен подтолкнул бокал ближе и одарил его строгим взглядом, в то время как Патель села по другую руку от него. Нил перевел взгляд с одного на другого, а затем вздохнул и сделал первый глоток дурацкого смузи, что позволило Эндрю «насладиться» сэндвичем. Когда они закончили, Нил и Патель провели Эндрю в их комнату, представляющую собой депрессивную цитадель всего черного: стены, пол и множество предметов декора были именно такого цвета, и всего несколько цветных пятен выбивались из палитры. — Миленько, — отметил Эндрю. Комната была намного меньше тех, что были в Лисьей Башне, и более практичной. Не было ничего удивительного в том, почему Вороны были так сосредоточены на своем дурацком стикболе, раз уж им совершенно нечем было заняться в Гнезде. Нил взглянул на сумку в руках Эндрю и затем оглядел комнату. — Эм… ты останешься у Дэн? Или мы можем предоставить тебе соседнюю комнату в Гнезде. — Я приехал к тебе, и я остаюсь там, где ты, — ответил Эндрю. Пол не был худшим местом, где он спал, так что он сможет продержаться пару ночей. Но, похоже, это смутило Нила еще больше, и он взглянул на Патель, которая была занята перепиской по телефону. Она села на свою кровать и только спустя еще секунду пожала плечами. Эндрю заметил, что, похоже, никто не собирался оставлять его один на один с Нилом даже после того, как его притащили в Эдгар Аллан, чтобы помочь пташке. — Эм… хорошо? — Мы что-нибудь придумаем, — заверила Нила Патель. Нил сел на собственную кровать. Он был одет в одну из кофт Моро и быстро накинул на плечи стеганое одеяло с ярким рисунком, забившись в угол, как будто ему было холодно (честно говоря, Эндрю заметил, что в Гнезде было холодно). — Ты в самом деле проделал весь этот путь сюда? Что насчет твоих планов на лето? — спросил он у Эндрю, который решился зажечь сигарету. Какие еще планы?.. Эндрю хмыкнул, садясь на один из стульев рядом с одним из письменных столов. — Почему ты делаешь это с собой? — проигнорировал Эндрю чужой вопрос. — Только не говори, что Фрэнчи счастлив от того, как ты пытаешься умереть от усталости или голода в тот же момент, стоило ему уехать. Что хорошего в том, что ты творишь? — Я не… — Нил покачал головой, взглянув на Эндрю, в то время как Патель одарила его улыбкой. — Я не пытаюсь умереть! Ну да, конечно, как будто Нил смог бы поддерживать такой образ жизни целую вечность. — Попробуй принять участие в игре, когда ты не ел и не спал сутками, и ты вполне можешь умереть, — возразил Эндрю, и когда в глазах Нила мелькнуло отчаяние, он покачал головой. — Нет, таким, как сейчас. Нечто темное вскипело внутри Эндрю, когда у него мелькнула мысль, что в основном все это Нил сотворил с собой сам. — Почему ты творишь все это из-за какой-то дурацкой игры? — спросил он, и все это время Патель внимательно наблюдала за происходящим со своей стороны комнаты. — Потому что это не просто игра, — надавил Нил, его голос стал еще более хриплым, чем раньше. — Потому что… нам необходимо побеждать и дальше. Мы не можем проиграть, мы… — Бред собачий, — прервал его Эндрю. Он наслушался этого дерьма еще во время их звонков. — Ты так переживаешь о вашей череде побед? Об этой фигне? Ты человек, Нил, ты и остальная команда. Рано или поздно вы проиграете в дурацкой игре. В этом нет ничего удивительного. Нил вздрогнул и покачал головой: — Нет, это… этого не должно произойти. Не со мной в качестве капитана, не после того, как я принял эту должность от Жана, — он потянул за левый рукав кофты — принадлежавшей Моро — в то же время прикусив нижнюю губу. — Мы обязаны оставаться лучшими. — О, Нил, все уже знают, что мы лучшие, — заверила его Патель, пока Эндрю боролся с желанием вбить в Нила немного здравого смысла. — Это не изменится, и ты отличный капитан. Только вспомни, как ты тренировал меня и остальных последние три года. Мы не собираемся потерять титул чемпионов, и это все, что имеет значение. — Я не могу подвести команду, — пробормотал Нил, как будто не слыша ее. Патель кинула на Эндрю взгляд, означавший что-то вроде «видишь, с чем мы имеем дело?» Эндрю встал со стула и подошел к Нилу достаточно медленно, чтобы не напугать его. Затем он встал на колени перед кроватью и обхватил лицо своего друга руками, достаточно слабо, чтобы Нил смог отодвинуться в любой момент. — Послушай меня, — сказал он ровным тоном. — Послушай. Ты один из лучших игроков здесь, даже Кевин согласится со мной, а он скуп на похвалу, когда дело касается экси, как скряга. Ты достаточно хорош, чтобы вести за собой всю команду, и ты заслужил это. Единственное, что может всё испортить, так это ты сам, поэтому перестань беспокоиться, поспи и перестань пропускать приемы пищи. Дыхание Нила замерло у него в горле от прикосновения Эндрю, и он замер, пусть его взгляд и остановился на Эндрю. Нил так и не отвел взгляд и расслабился окончательно к середине своеобразной «лекции». — Я не могу всё испортить, — сказал он, обхватывая запястья Эндрю холодными пальцами, тоже достаточно слабо, чтобы Эндрю мог стряхнуть их в любой момент. — И ты не сделаешь этого, по крайней мере, пока не перестанешь вести себя как идиот, — Эндрю был достаточно «мил», чтобы указать на очевидное. — Прекрати тренироваться до смерти и беспокоить всех до усрачки. — Я… так много… — Нил закрыл глаза и наклонил голову ближе к левой руке Эндрю. Наверное, он хотел сказать, что от него ожидали увидеть не просто «хорошие», а «идеальные» результаты. Нил никогда не забывал о своем долге перед Ичиро Мориямой и о причине, почему он продал себя этому ублюдку: он помнил о Жане Моро, Марли Патель и каким-то образом о Мэг Кертис (все еще), даже когда он все еще оставался собственностью из-за своего ублюдочного отца. Как и всегда, Нил ставил других превыше себя, разрывал себя на части, чтобы обезопасить их (убедиться, что Моро и Патель были в порядке, что Вороны справлялись). Но все, что беспокоило Эндрю, так это то, что Нил был в порядке, что именно он был в безопасности и счастлив хотя бы раз (был ли он вообще окружен подобными вещами когда-либо?) Эндрю так сильно хотел притянуть Нила ближе, обвить его тело руками, поднять его за подбородок и спросить «да или нет?» (часть терапии, которую он проработал с Би), а затем наклониться ближе и поцеловать его… сделать так, чтобы Нил перестал думать о Воронах, экси, Ичиро… Но всего этого желал Эндрю, и в данном случае это было бы максимально тупым поступком, который он мог совершить, поэтому он лишь легко провел большим пальцем правой руки по чужой щеке и убрал руки (небольшая часть его сознания успела заметить, как в глазах Нила мелькнуло сожаление). — Тебе следует уделить побольше вниманиея самому себе, в противном случае ты никому не поможешь, — напомнил он пташке. — Вот именно! — встряла Патель. — Это то, о чем мы толковали тебе все это время! Эндрю только сел обратно на стул, как дверь открылась, и внутрь вошли Брен, с трудом тащивший матрас, видимо, стащенный с другой кровати, и Жанна с чашкой чая в руках и постельным бельем подмышкой. Чай она передала Нилу, а белье положила на один из столов, в то время как Брен кинул двойной матрас на пол рядом с кроватью Нила. — Для коротышки, — пояснил Брен, а затем обратился к Патель: — Ты переедешь к Жанне, пока он здесь. А я займу твою постель, — судя по его тону, это обсуждению не подлежало. Похоже, подумал Эндрю, кое-кто явно не хотел сообщить своему боссу, что он позволил одному нежеланному якобы человеку провести ночь с Нилом без наблюдения. — Хорошо, — согласилась Патель без тени сомнения. — Только дайте мне взять пару вещей. Пока она собиралась, Эндрю расправил собственную «постель». Для сна все еще было рановато по его меркам, однако Нил был истощен и явно нуждался во сне. — Попытаешься встать ночью, чтобы поиграть в стикбол, и я поставлю тебе подножку и засуну в шкаф, — пообещал Эндрю. Нил замер, так и не поднесся кружку с, судя по запаху, травяным чаем до рта и вздохнул: — Просто… это сложно, — признал он, проведя правой рукой по растрепанным волосам. — Я привык спать с Жаном: мы всегда делили кровать. — затравленный блеск вернулся в его глаза, когда он кинул взгляд на кровать, и Эндрю задумался, какой была причина, по которой Нил продолжал просыпаться по ночам. Задумался, какими были первые месяцы Нила в Гнезде (с Рико, Федеровым и остальными, которые были здесь до сделки с Ичиро), и снова ощутил, как что-то темное забурлило внутри него. — Я снова привыкну спать один. В этом плане Эндрю никак не смог бы помочь ему: он и сам частенько просыпался по ночам от собственных кошмаров. Однако после того, как Патель и Жанна ушли, и трое из них продолжили готовиться ко сну… Эндрю потянулся к руке Нила, когда они оба легли на свои «кровати». Подобное решение нельзя было назвать идеальным, да и Эндрю не был уверен, как долго сможет продлить физический контакт, но этого должно было быть достаточным, чтобы Нил смог отпустить себя и вырубиться от усталости. В какой-то момент Эндрю проснулся глубокой ночью, его собственный сон был неспокойным из-за громкого храпа Брена и незнакомой обстановки, его спина была прижата к кровати Нила, а рука болела от долгого нахождения в одном положении. Окончательно проснуться ему помогло ощущение пальцев Нила, которые сжимали его собственные. Эндрю сел и взглянул на кровать, чтобы обнаружить взгляд Нила на себе. Его лицо было почти полностью скрыто стеганым одеялом, но глаза были широко раскрыты. — Все хорошо, — заверил его Эндрю шепотом. — Ты не один. Их больше нет. Несколько секунд Нил ничего не отвечал, но затем его тело медленно расслабилось под одеялом. — Спасибо, — выдохнул он, его рука снова скрылась под теплой тканью. Эндрю кивнул и снова лег на свою «постель». Он вздрогнул, когда пару секунд спустя на него свалилось еще одно одеяло. В Гнезде было холодно, поэтому он быстро накинул предложенное одеяло на кучу остальных. (Не имело значения, что оно пахло Нилом, его шампунем и мылом, которым он пользовался, и что благодаря нему Эндрю смог выспаться. Нет, точно не из-за этого… Оно просто было теплым).