little letters

      Тони выглядел весьма комично, пытаясь залезть своей огромной рукой в стеклянную банку со звенящими монетками Морган. Последнее время она старательно откладывала мелочь вроде центов и пенни на «важную покупку», однако что именно она так называла, мы до сих пор не могли догадаться.       — А я думала, ты миллиардер, — разыгрывая разочарование, произнесла я. Старк даже не обернулся, продолжая копаться в содержимом «копилки».       — Морган предложила мне игру, — с ходу начал объяснять он, чтобы не терять ни минуты, — спрятать вещи друг друга, а потом искать. Не понимаю, как я повёлся на столь примитивный способ времяпрепровождения, но пока у нас ноль — ноль.       Я осмотрелась, и дочери рядом действительно не обнаружилось, значит, она всё ещё находилась в поисках своего предмета.       — Что же ты дал ей? — заинтересовалась я, присаживаясь на спинку мягкой софы цвета пустынного песка.       — Обручальное кольцо… — неохотно признался он, — однако хочу предупредить твои крики: я слышал, как она гремела этой банкой, поэтому уверен, что оно здесь!       Его губ коснулась лукавая улыбка. Видимо, он гордился нечестной игрой со своей стороны.       — Хорошо, а Морган отдала…       — …ботинок, — продолжил он за меня.       — Ты оставил ребёнка босой? — мой укоризненный тон заставил мужчину остановиться и тяжело выдохнуть.       — Выходит, да.       — И куда спрятал? — шёпотом спросила я. Мне не хотелось, чтобы Морган тоже научилась подслушивать вслед за отцом.       — Всё просто. Я поставил его на полочку для обуви, — так же тихо ответил он. Подобное решение не было в стиле великого гения Тони Старка, и я нахмурилась нелогичности поступка. — Этого-то она ожидает меньше всего! — поспешил пояснить он.       Наши тихие переговоры прервал громкий крик из прихожей: «Нашла! Папа, я выиграла!». Детский визг заставил меня широко улыбнуться, а Тони — удивиться.       — Теряешь хватку, любимый, тебя Морган сделала! — хохотала я, вставая на ноги и направляясь к двери. — Не проще ли было высыпать всё?       Тони недовольно скривился, видимо, мысленно ругаясь, что самостоятельно не догадался опрокинуть тару. А я отправилась на поиски младшей Старк, в чьих чертах каждый раз видела образ её отца: его тёмные волосы, а не мои блондинистые; глаза цвета горячего шоколада, а не молодой листвы, как у меня; его повадки и тягу к знаниям.       Она легко прыгнула ко мне на руки, держа маленькую туфельку, и долго щебетала о лёгкой победе, весело надувая губки и гордо поднимая головку вверх. Когда мы вернулись в гостиную, то увидели, как мужчина поднимает из рассыпанной по паркету кучи монет кольцо, бережно прижимая его к груди.       — Ещё скажи: «Моя прелесть», — усмехнулась я.       — Нет, «Мои прелести», — ласково произнёс он, подходя к нам и крепко обнимая обеих.