Song to the Moon

Альсина После такого унизительного увольнения из лаборатории Миранды, Альсина не могла вынести мысли о возвращении в замок, где, что еще хуже, она знала, что Бела захочет поговорить с ней о споре, который у них был днем. Но Альсина не хотела ничего и никого видеть. Вместо этого в угасающем свете сумерек она поднялась на холм за деревней, чтобы укрыться от дождя под павильоном на склоне холма. Это было место, которое пробудило воспоминания о Миранде, возможно, больше, чем где-либо еще в деревне. Альсина скуривала одну сигарету за другой, желая притупить свои мысли. Она бы предпочла выпить, но ей все равно не хотелось возвращаться в замок, даже за вином. Из павильона можно было увидеть всю деревню. Графиня смотрела, как всюду медленно зажигаются мерцающими лампочками, старые уличные фонари. Прямо напротив возвышался ее замок над поселением. Никто бы не усомнился в том, что это была резиденция правителей региона, и было жалко подумать, какая печальная фигура на самом деле проживала там. Обычно Альсине было крайне не свойственно позволять себе тонуть в жалости к себе, но она действительно была отчаянно несчастна. Миранда больше не поручала ей даже самые элементарные задачи. На самом деле, она, казалось, больше не доверяла ей вообще. Что бы так ни расстроило жрицу, Альсина не думала, что ее шансы узнать об этом очень высоки. В прошлом она бы первой узнала о проблемах Миранды — ведь было очевидно, что с ней что-то не так, — но не сейчас. Холодный ветерок пробежал по ее спине мурашками. Она бросила окурок на пол, застегнула бежевое кашемировое пальто до шеи и скрестила руки на груди, чтобы согреться. Она не сможет дольше терпеть холод. Но вернуться, означало извиниться перед Бэлой, и как она могла это сделать? Она была смущена собственной потерей контроля, и ей не хотелось признавать вслух, что она снова стала эмоциональной развалиной из-за Миранды. Хотя она была уверена, что Бела, Кассандра и Даниэла все равно что-то подозревали. Альсине никогда не удавалось скрывать свои чувства от дочерей. — Вот ты где, — раздался слишком знакомый голос. Графиня с бешено колотящимся сердцем обернулась и увидела, что позади нее появилась Миранда. — Не думала, что найду тебя здесь. И все же... я позволила себе надеяться, что вы придете. Альсина глубоко вздохнула и обняла себя, защищаясь от холода, а может быть, и от жрицы. Во время их первой совместной прогулки по деревне в 1957 году Миранда показала ей павильон на склоне холма. Оттуда она впервые увидела невероятные размеры своего замка — замка, который, к ее удивлению, Миранда передала ей вскоре после переезда с ней в деревню. Это был поистине сюрреалистический момент. На самом деле, Альсине казалось, что она пережила все это с Мирандой в другой жизни. Все вечера, проведенные вместе, наблюдая закат прямо здесь, на склоне холма, в годы после той первой прогулки, лежа в объятиях друг друга и целуясь, казались ей сном, который приснился ей когда-то, много лет назад. Теперь все было серым, темным и холодным — символом их отношений друг с другом. — Я должна объяснить тебе, — настаивала Миранда. — И извинения. Альсина удивленно посмотрела на нее. Она могла сосчитать по пальцам одной руки, сколько раз жрица за что-то извинялась. — Ты помнишь Освелла Спенсера? Альсина кивнула, чувствуя предчувствие. Такой вопрос часто предполагал, что человек умер. А Спенсер, должно быть, был уже очень стар. — Я узнала о его смерти несколько недель назад… — Миранда колебалась и, казалось, боролась с собой. В ее иначе нерушимой оболочке зияла трещина. Была ли она в трауре все это время? Желудок Альсины сжался при этой мысли. Она вспомнила все, что Миранда когда-либо говорила ей. Спенсер когда-то была ее ученицей, а потом ее подругой. Не многие люди могли бы утверждать это. До своей смерти он был единственным живым человеком, который знал Миранду до того, как она встретила Альсину. Горькая правда заключалась в том, что обе женщины в конце концов пережили всех смертных, которых они когда-то знали и любили. У них были только друг у друга, лорды и три дочери Альсины. Совершенно автоматически Альсина сделала шаг к Миранде и слегка коснулась ее плеча. — Прости, Миранда, — мягко сказала она. Ее обида на жрицу исчезла. Взгляд Миранды медленно переместился с большой ладони на тело Альсины, но она избегала смотреть ей в глаза. Очевидно, ей было неудобно прикасаться, поэтому Альсина отпустила ее, пристыженная. Графиня откашлялась и попыталась скрыть неловкий момент сочувственной улыбкой. — Я так понимаю, именно эта новость… сбила вас с курса? — Это действительно заставило меня задуматься, — ответила Миранда, по-прежнему глядя в пол. Задуматься ...? Мысли Альсины метались. Миранда исчезла на несколько недель и бросила ее через всю лабораторию во время их первой встречи, и она назвала свое душевное состояние задумчивым ? Она не могла не фыркнуть вслух от этой нелепости. Миранда скрестила руки на груди и уставилась вдаль. Альсина сделала то же самое. К этому времени стало совсем темно, и окна в деревне лишь изредка освещались. Это могло бы быть почти прекрасное зрелище, но дождь лил сильнее и затуманивал вид. — Вы поделитесь со мной своими мыслями? — наконец спросила графиня. Их разговор должен был как-то развиваться, но Миранда молчала. Стук капель дождя по крыше павильона и завывание ветра подчеркивали неуютную тишину. В конце концов Альсина больше не могла выдерживать напряжение. Холод подкрался и к ней. — Я очень ценю, что вы ищете этот разговор со мной. И я могу представить, что задумчивость — не единственное, что вы чувствовали в последние несколько недель. Это нормально быть открытой со мной. Вы знаете что. Последние фразы с трудом сорвались с ее губ. Их отношения стали настолько холодными, что она чувствовала себя неловко, ослабляя бдительность и раскрывая свою эмоциональную сторону. Но что она должна была делать? Она не могла злиться на Миранду в тот момент, и уж точно не могла просто оставить ее там под дождем. — Ты можешь просто… быть собой .— Теперь Миранда издала недоверчивый смех, за которым последовало покачивание головы. — Какой? — спросила Альсина, несколько сбитая с толку. — Просто будь собой , — насмешливо повторила Миранда. Альсина стиснула зубы. Неужели все, что она сказала, было не так? Она посмотрела на Миранду, пытаясь понять ее. С тех пор, как жрица появилась в павильоне, она не могла смотреть Альсине в глаза. Предположительно, она не хотела показывать свою уязвимую сторону. Но в конце концов, она пришла, потому что боялась сказать Альсине, что ее старый друг скончался. Может быть, Миранда действительно хотела ее внимания и утешения? Какая еще может быть причина? Действуя импульсивно, Альсина присела перед Мирандой и взяла маленькую женщину на руки. Она чувствовала даже сквозь свое толстое пальто, что маленькие ручки Миранды тянулись к ней и пытались притянуть ее ближе. Но вскоре Миранда вырвалась из объятий и решительно оттолкнула Альсину от себя. В долю секунды ее черные крылья расправились и перенесли жрицу на край павильона, который лежал в полной темноте. Альсина выпрямилась, ее горло сжалось. Несмотря на собственный дискомфорт, она попыталась быть рядом с Мирандой, но жрица снова оттолкнула ее. Она больше не могла этого выносить. Быстрыми шагами она покинула укрытие павильона и побежала под дождь. Дальше все произошло очень быстро. Миранда пронеслась мимо нее, сделала вираж и остановилась прямо перед ней в воздухе. Она закрыла свои крылья над их головами и приземлилась на руки Альсине. Прежде чем графиня смогла полностью понять, что происходит, она почувствовала губы Миранды на своих. Жрица прижалась к ней, как утопающая, и страстно поцеловала ее. Было такое ощущение, что она пыталась вырваться из наложенных на себя оков. В то время как Альсина держала ее одной рукой, другой рукой она нежно гладила волосы Миранды, которые распустились в пылу момента. Она заметила, что ее пальцы дрожат, а колени слабеют. Но это было не потому, что тело Миранды было слишком тяжелым для нее. Нет, графиня не могла справиться с внезапной переменой взглядов. Миранда была ее самой большой слабостью, ее ахиллесовой пятой. Ничто так не расстраивало Альсину, как светловолосая жрица. И ощущение ее в этих интимных объятиях после стольких лет, перехватывало дыхание. Словно удостоверившись, что это действительно происходит, в одну из немногих пауз между поцелуями она выдохнула её имя: — Миранда. В ответ блондинка нежно обхватила Альсину за щеки и погладила ее виски кончиками пальцев, скользя в ее волнистые волосы. Даже после того, как их отношения закончились, они никогда не расставались надолго, и эти частные встречи часто заканчивались тем, что Миранда укладывала Альсину в постель. Где-то по пути это становилось все более и более случайным. Миранда приходила и уходила, когда ей заблагорассудится. Для нее это казалось расслабленным, никогда по-настоящему серьезным. Но буря эмоций, которую Альсина могла ощутить в тот момент, сильно отличалась от той небрежности. Она не знала, как поступить, боясь, что если она прервет поцелуй, волшебство момента закончится. В конце концов Миранда приняла решение за них и немного откинула голову назад. Запыхавшись, она заглянула Альсине в глаза, словно заглянула ей в душу. Крылья затемняли ее лицо еще больше, чем ночь, но Альсине показалось, что она могла видеть, что льдисто-голубые глаза были стеклянными. Миранда еще раз обняла широкие плечи графини и крепко обняла ее. Альсина не знала, что происходит. В этом объятии было чуть ли не больше эмоций, чем в поцелуях. Она держала Миранду в своих объятиях так крепко, как только могла, уткнулась лицом в ее волосы и нежно поцеловала их. Миранда повернула голову к Альсине, прижавшись губами к ее уху. — Прости меня, — пробормотала она бесцветным голосом. И с бурей перьев она приняла форму ворона и улетела, оставив Альсину в полном одиночестве. Графиня пошатнулась и почувствовала, как дождь безжалостно бьет ей в лицо. Ветер хлестал вокруг ее ушей, где минуту назад она могла слышать дыхание Миранды. Холод занял пустующее место в ее руках, недавно согретых любимым, и в одно мгновение распространился по всему ее телу. Она на мгновение остановилась в этом положении и уставилась в землю. Ее сердцебиение резко участилось, а комок в горле стал невыносимым. У нее не было больше сил бороться с мучившими ее чувствами. С громким рыданием она упала на колени и закрыла лицо руками. Полностью промокшая и исчерпавшая свои силы, Альсина направилась обратно в замок. Она попыталась незаметно проникнуть в свои покои через черный ход, но далеко не ушла. С громким жужжанием перед ней появились Даниэла, Кассандра и Бела и бросились на помощь своей матери. — Мама, что случилось?! — Даниэла плакала с глубочайшим беспокойством. Она скользнула под руку Альсины, чтобы поддержать ее. — Ты вся холодная и мокрая! — Все в порядке, милая, — слабо сказала Альсина. — Нет, это не так! — сердито запротестовала Кассандра, бросив на старшую сестру горький взгляд. — Посмотри, что ты наделала, Бела! Блондинка сцепила руки перед ртом. В ее глазах был явный ужас. — Мне так жаль, — захныкала она. — Никому нет дела до твоих бесполезных оправданий, — усмехнулась Даниэла. — Это все твоя вина, глупая корова! Альсина тяжело сглотнула. Бела не виновата. Она хотела что-то сказать, но ссора дочерей была громче ее хриплого, измученного голоса. Кассандра вытащила свой серп и бросилась на Белу. — Ты опять думала только о своей драгоценной Донне, а не о чувствах матери! Ты заплатишь за это! — Нет!— Бела закричала, едва сумев увернуться от клинка сестры. Из последних сил Альсина схватила Кассандру за руку. — Перестань! — умоляла она. — Твоя сестра не сделала ничего плохого. — Но она рассказала нам то, что сказала тебе. И как вы ответили. И что ты бросила вазу, и что она испугалась и сбежала. А потом ты исчезла! — расстроенно объяснила Даниэла. — Мы были наполовину больны от беспокойства. А на улице было слишком холодно, чтобы искать тебя, — пробормотала Кассандра. — Бела была бестактна. Даниэла показала Беле язык и продолжила: — И бесчувственна! И труслива! А также- — Нет, нет, нет… — Альсина покачала головой. — Я... перегнула палку . И я не должна была просто уйти, не сказав вам, девочки. Кассандра и Даниэла вопросительно посмотрели друг на друга. Альсина знала, что редко берет на себя вину. Слишком часто вместо этого она вымещала свое разочарование на дочерях. — Пожалуйста, не сердитесь на Белу. Любящий взгляд матери вызвал слезы на глазах у старшей дочери. С облегчением она подбежала к протянутой ей руке Альсины. — Плакса, — прошипела Кассандра, скрестив руки на груди. —Я просто хочу, чтобы ты знала, что я бы сражалась за твою честь, мама. — Ты мало что можешь сделать, когда Миранда… — Альсина запнулась и ненадолго закрыла глаза, чтобы собраться. —… Мать Миранда отвечает, и мы делаем, как она просит. Не убежденная Кассандра посмотрела в пол. — Если ты так говоришь. — А теперь заткнись и перестань доставать маму, Кэсс, — пожаловалась Даниэла. Она прижалась к Альсине и посмотрела на нее блестящими глазами. — Мы собираемся налить тебе горячую ванну, и я собираюсь вымыть тебе спину с особой тщательностью! Альсина благодарно кивнула. В этот момент ей не нужно было ничего, кроме этого. Она крепко обняла Даниэлу и Белу, и в конце концов Кассандру тоже уговорили присоединиться к их объятиям. — Я люблю вас, мои дорогие дочери.