Неразрывно связаны

      ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ СПУСТЯ, ИЗМЕНЕННАЯ ХРОНОЛОГИЯ              – Ты рада? – спрашивает Хлоя у Трикси.              Непрестанно крутящаяся Трикси очаровательна в своем блестящем платье.              – Да! Я могу не ложиться спать допоздна, и Люцифер сказал, что я могу пить столько газировки, сколько захочу.              – Давай не больше трех, хорошо? – Меньше всего ей хотелось бы иметь дело с дочерью, перебравшей сладостей, и неизбежными последствиями этого, но Мэйз и Ева сказали, что присмотрят за Трикси во время праздника, так что они с Люцифером смогут пообщаться с приглашенными голливудскими шишками.              Трикси дуется, но кивает. Хлоя приглаживает чуть растрепавшиеся волосы и заставляет себя больше не суетиться. Она не собирается уподобляться своей матери.              – Ты прекрасно выглядишь.              Трикси сияет.              – Ты тоже, мамочка!              – Вынужден согласиться, – раздается голос Люцифера, облокотившегося на дверной проем ванной. Он в смокинге, на шее болтается развязанный галстук-бабочка. – Дэну надо сниматься почаще.              – Как будто тебе нужен повод, чтобы устроить вечеринку.              Он фыркает.              – Понятия не имею, о чем ты. Я – воплощение скромности.              – Ты настоял на том, чтобы это была вечеринка в стиле красной ковровой дорожки, Люцифер.              – Ну да. – Он прослеживает ее фигуру взглядом, задержавшись на декольте и высоком разрезе на бедрах. – Возможно, я просто хотел увидеть тебя в этом платье.              У него тоже красивая фигура, широкая и сильная. Смокинг сидит на нем как влитой, подчеркивая мускулы, которые он приобрел в последнее время.              – Ты тоже хорошо выглядишь, – говорит она ему.              Люцифер раздувается от гордости. Каким-то образом его тщеславие превратилось из раздражающего в очаровательное.              – Все готово? – спрашивает она.              – Да. Все идеально. Дэниел уже внизу, хотя и не так красив, как я. Но тут ничего не поделаешь.              Его небрежный тон не обманывает ее.              – Странно, что он так быстро прошел прослушивание для этого мини-сериала, не находишь?              – Это маленькая роль, детектив, к тому же роль копа. – Он фыркает, избегая ее взгляда. – Полагаю, нужно придерживаться того, что знаешь.              – И ты не имеешь к этому никакого отношения? – интересуется она.              – Я, может быть, потянул за несколько незначительных ниточек. – Люцифер ерзает. – Он получил эту роль благодаря собственным заслугам, уверяю тебя. Это касается и любых будущих проектов.              Хлоя целует его, а затем отстраняется, чтобы стереть остатки помады с его губ.              – Ты так мил. Я почти готова.              – Могу я поговорить с Беатрис? – спрашивает он неожиданно неуклюже и резко. – Наедине?              Хлоя окидывает его странным взглядом и смотрит на дочь, которая, кажется, удивлена не меньше.              – Конечно, если она не против.              Удивление Трикси сменяется любопытством, и она бежит за Люцифером, когда он жестом указывает на выход. Хлоя заглядывает за стену из ассирийского камня, наблюдая, как они входят в его кабинет. Он оставляет дверь приоткрытой.              Она дает им минуту наедине, возвращаясь в ванную, чтобы подправить макияж, но когда их разговор затягивается, не может отказать себе в навязчивом желании подслушать.              Выскользнув в гостиную, она заглядывает за угол, чтобы убедиться, что ее не видно, и осторожно подсматривает. Не знай она, что это не так, то подумала бы, что Трикси ведет допрос, причем Люцифер – подозреваемый. Трикси наклоняется над столом, за которым Люцифер сидит с задумчивым выражением на лице.              – Ты будешь ее любить? – требует Трикси. – Обеспечишь ей безопасность?              – Даю слово, я сделаю все, что в моих силах. Большего я обещать не могу.              Трикси фыркает.              – Пожалуй, это справедливо. Ты... собираешься в ближайшее время сделать ей предложение?              Хлое становится трудно дышать.              – Пока не знаю. – Его голос звучит нехарактерно неуверенно. – Думаю, что пока разумнее подождать. Хочу, чтобы время было подходящим – для нас обоих.              – Трусишка, – заявляет Трикси, скрестив руки на груди.              Люцифер смеется.              – Возможно. Подобные отношения для меня в новинку. Но они замечательные. Просто откровение. Мы с твоей матерью вместе всего несколько месяцев...              – Скорее, четыре года.              – Беатрис, – укоряет он.              У нее хватает приличия выглядеть смущенной.              – Прости.              – Между твоей матерью и Маркусом были... сложные отношения. Я не намерен подвергать ее дополнительному стрессу. Я хочу, чтобы Хлоя была уверена. Это кольцо – не пустяк ни для нее, ни для меня. Я хочу, чтобы она знала, что я не тороплю события бездумно, учитывая и твои соображения по этому поводу.              – Ого, – говорит Трикси, похоже, ошеломленная его пылкостью. – Ты и вправду любишь мою маму.              Он смеется на выдохе.              – Да. Безмерно.              – Хорошо.              – Так все в порядке?              Хлоя напрягает слух, чтобы услышать хоть что-нибудь в наступившей тишине. Улыбка появляется на ее лице, когда она понимает, что Трикси намеренно держит его в подвешенном состоянии. Наконец, она сдается.              – Я хочу держать букет на вашей свадьбе.              – Договорились. – Он наклоняется вперед, и Хлоя мельком замечает его профиль. – Теперь, когда я заручился твоим согласием, вернемся в гостиную?              С быстро бьющимся сердцем Хлоя потихоньку уносит оттуда ноги, ретируясь в ванную, чтобы сделать вид, что пудрит щеки. Люцифер хочет жениться на ней? Сердце сжимается у нее в груди. Прошло уже немало времени с тех пор, как их будущие версии перевернули их мир с ног на голову, но Хлоя никогда не забудет, как будущая она носила его кольцо. В животе разгорается огонь желания.              Кольцо, которое когда-то носила Лилит. Кольцо, в котором заключена вечная жизнь. Жизнь с Люцифером.              С тех пор как он объяснил ей назначение кольца, она много раз задумывалась о том, какой может быть вечность, и мучилась выбором. Она могла бы выйти за него замуж и носить обычное, будничное кольцо. Люцифер не стал бы осуждать ее за такое решение. Но в глубине души она знает, к чему лежит ее сердце.              – Почти готова? – спрашивает Люцифер, входя в ванную.              – Почти. – Она поворачивается, жестом приглашая его подойти ближе. Он покорно подчиняется, позволяя ей провести руками по его плечам к шее. – Твой галстук, – говорит она, используя это как предлог, чтобы стоять максимально близко к нему.              Она берет концы материала и начинает завязывать его в «бабочку». Кровь в пульсирующих венах бьется о кожу быстрее обычного. Она все еще нервничает?              – Спасибо, – говорит Хлоя, сосредоточившись на стоящей перед ней задаче. – За то, что учитываешь Трикси. За то, что спросил ее разрешения.              Он замирает.              – А-а. Ты нас подслушала, да?              – Только в самом конце.              – Точно. – Его адамово яблоко подпрыгивает. – Надеюсь, ты не против?              Она уже была замужем. Логика подсказывает, что она должна быть осторожна, вступая во второй брак, но чувствует лишь спокойствие. Дело даже не в уверенности в том, как будет выглядеть вариант их брака, дело в самом Люцифере. Ее партнере во всех смыслах.              – Нет, я не против. – Она сжимает пальцами его подбородок, готовясь поцеловать его. – Я люблю тебя.              Он смягчается и наклоняется к ней, как всегда, когда слышит ее признание.              – И я люблю тебя, – отвечает он. Эти слова по-прежнему искренни и очаровательно лишены попытки обаять. Хлоя не устает их слышать.              – Когда ты попросишь моей руки, – шепчет она ему в губы. – Я отвечу согласием. ***       Позже, когда придет время и они оба будут уверены – они вместе будут смотреть на восход солнца над океаном – он спросит, и она ответит. ***              Моя дорогая, моя любовь к тебе никогда не угаснет, ведь наши души неразрывно связаны.