Часть 2
18 апреля 2022 г., 16:45
Примечания:
Lana Del Rey - Salvatore.
1934
Время летело неумолимо быстро. Жаркое лето сменила хмурая осень, щедро осыпая дороги сухими листьями. На улице ощутимо похолодало. Ветер задувал в щели прохудившихся окон, заставляя закрывать створки плотнее, а одеваться теплее. Было дождливо. Осенние ливни почти не заканчивались, превращая дороги почти в реки, а тропинки без асфальта в смесь грязи и воды. Сильные капли били по крышам, создавая равномерный стук, под который было так хорошо засыпать. За осенью пришла зима — в этот раз она выдалась снежная, подарив столько радости детям, которые неустанно носились по дворам, играя в снежки и валяясь в белом снегу, звонко смеясь. Дворники трудились, убирали засыпанные тротуары и дороги — сколько людей уже попадало из-за гололёда, прикрытого тонким слоем снега. Снежная зима в Нью-Йорке была чем-то фантастическим: обычно с декабря по март шли дожди, изредка трусил снег, тут же тая на мокрой земле. И люди, увидев снег впервые за долгое время, радовались, несмотря на неудобства, от которых за прошедшие года отвыкли. А Стив почти не вылезал из постели с пневмонией, обычной простудой и ещё какой-нибудь болячкой, которую умудрился подхватить, как только вылечился после затяжного воспаления лёгких. Он учился дома, искренне благодаря одноклассницу за то, что та приходила раз в неделю, давая список тем на самообучение. Выздоравливая, шёл в школу, но уже через несколько недель из-за ослиного упрямства и постоянного «да не нужна мне куртка теплее, Баки, меня всё устраивает» предательский кашель снова появлялся, заставляя и без того измученные астмой лёгкие сжиматься от спазмов. Баки лишь ругался, сидя у постели Стива, клятвенно обещающего больше не дурить. В квартире было не теплее, чем на улице — ветер задувал, казалось, даже сквозь стены, оседая мелкими мурашками на коже. Баки всегда накрывал Стива самыми плотными одеялами, не принимая ни намека, чтобы забрать хотя бы одно себе. Впрочем, обещания Стив не держал. И легче стало только с приходом тёплой весны — в марте растаял снег, оставляя лишь маленькие сугробы в тени, куда не пробирались яркие лучи солнца. Стив любил, когда расцветали деревья и разносили по улицам тонкий аромат — он был рад, что у него нет аллергии на пыльцу. Когда расцвели первые подснежники, Стив принёс их домой и, поставив в высокий стакан, отнёс к маме в комнату, поздравляя с весной. Это было сродни традиции — Сара всегда в детстве собирала самые красивые кленовые листья осенью, принося сыну и так обозначая начало осени. Стив стал делать то же, только с цветами. Теперь по-настоящему началась весна тридцать четвертого года.***
Когда после двенадцати постучали в дверь, Стив уже спал. Он настолько вымотался с постоянными подработками, рисуя для детского журнала за сущие копейки, что даже не услышал посторонних звуков. В один момент всё стихло. Он проснулся от скрипа досок снаружи. Кто-то топтался на месте, словно наворачивая круги вокруг себя и что-то бурча под нос. И снова раздался стук, немного тише, чем предыдущий, робкий. Пересилив себя, Стив поднялся, наспех натягивая штаны. Не хотелось будить маму громкими звуками с улицы — она ведь только со смены, ей нужно отдохнуть. — Какого чёр… Баки? — Стив, открыв дверь на небольшую щёлочку, застыл. — Ты что здесь делаешь? Время видел? — Видел, — тихо ответил Баки, быстрым движением облизывая чуть обветренные губы. — Впустишь? От него несло алкоголем, сигаретами и женскими духами. Накануне Баки проел плешь Стиву насчёт его свидания с «самой красивой девушкой, Стив, ты бы её увидел и сразу понял бы меня!». Он собирался так долго, укладывая непослушные пряди волос, зачёсывая их в нужную сторону. Перед тем, как бежать на встречу, Баки даже заскочил к Стиву, но дверь тому открыла Сара, сказав, что Стив на подработке. Впрочем, Сара одобрила его внешний вид, по-матерински поправив куртку, красиво сидящую на крепких плечах. И, улыбнувшись, пожелала удачи. — Прости, что так… я не могу сейчас идти домой, — Баки прошёл на кухню, падая на стул. — От тебя здесь окна скоро запотеют, понятное дело, что не можешь, — Стив налил другу воды, стараясь не шуметь. — Всё было так плохо? — Я дурак, — обречённо выдохнул Баки, проводя ладонью по растрёпанным волосам. — Тут не удивил, — Стив сел рядом, ожидая начала рассказа. — Из тебя слова щипцами вытягивать? — Да нечего рассказывать, — он осушил стакан воды так, словно там было всего три капли. — Всё было чудесно, мы танцевали, она смеялась. Старалась прижаться в танце ближе, а когда я поцеловал её… — Без подробностей, Баки, — напомнил Стив. — До подробностей и не дошло, — Баки сделал паузу, смотря чуть расфокусированным взглядом тёмных пьяных глаз на Стива. — Её зовут Энн. У неё чудесные белокурые волосы до плеч и карие глаза. Но я назвал её Анна и… Стив нахмурился. — Это не одно и то же имя? — Как выяснилось — нет, — Баки потёр рукой щёку, чувствуя жар гладкой кожи. При свете можно было бы рассмотреть характерную красноту от удара. — Она обиделась, распсиховалась и зарядила мне по лицу. Стив серьёзно смотрел на него, кивая. И, в конце концов не сдержавшись, прыснул со смеху, прикрывая рот рукой. — Это ни черта не смешно, Стив! — шикнул на него Баки. — Из-за имени! Я всю жизнь думал, что Анна и Энн — это одно и то же! — Жизнь несправедлива, а девушки жестоки, — Стив, успокоившись, пожал плечами. — Когда ты последний раз убивался из-за кого-то? Баки не нашёл, что ответить. Его пассии менялись так часто, что даже Стив не успевал запоминать их имена. И ни по одной Баки не страдал больше дня. — Вот и я о чём, — подытожил Стив. — Они всегда меняются. Когда-нибудь ты найдёшь ту самую, влюбишься по-настоящему и не разобьёшь ей сердце. И будете вы жить долго и счастливо, умрёте в один день и так далее. — Стив, — начал Баки, но его слова утонули в голосе Стива, который продолжал: — И так всегда, понимаешь? Ты всегда делаешь… делаешь это. Приходишь среди ночи, жалуешься на несчастную любовь, а как наступает утро — опять в расцвете сил и опять с кем-то интрижки строишь. — Мне не приходить? — тихо спросил Баки. Иногда на Стива накатывало: он никогда не жаловался ни на что, что было связано с их дружбой. — Или что ты… — Нет! — Стив воскликнул слишком быстро, получая неоднозначный взгляд Баки. — Нет, я не имею в виду нет, я… запутался. Я не прогоняю тебя, не говорю меньше болтать об этом… Просто знаю, что когда-то наступит такой день, ты отдашь всего себя девушке, которую полюбишь, а я… — Ты что, ревнуешь меня? — Баки усмехнулся краешком губ, слегка наклоняя голову. — Имею право! На правах лучшего друга, — Стив заметно расслабился, так и не поняв, почему только что говорил всё это. Скинул на недосып и усталость. Баки рассмеялся, стараясь делать это как можно тише — он помнил про миссис Роджерс. — Девушки приходят и уходят, а с тобой я буду всегда, — Баки положил горячую ладонь на плечо Стива, легко стискивая. — Ты же мой лучший друг, как тебя вообще можно на кого-то променять, — его слова разносились по кухне мягким звуком — Баки говорил медленно, стараясь контролировать непослушный язык, который от алкоголя то и дело заплетался. — Иди сюда, сопляк. Баки раскрыл руки, притягивая Стива в мягкие объятья. Стисни чуть сильнее — почувствуешь чужое сердцебиение совсем рядом. В один момент Баки хмыкнул, после — тихо рассмеялся, передавая свой смех Стиву, уткнувшемуся ему в плечо. — Мальчики! — донёсся из комнаты женский голос. — Вы время видели? Нашли когда собраться. Миссис Роджерс, выглянув из спальни всего на секунду, уже прикрывала дверь обратно. Они вмиг притихли, замерли на месте, после чего снова прыснули со смеху, но тут же замолкая и держа себя в руках. Второй раз будить Сару не хотелось.***
Стив ждал начала лета. Он чуть ли не считал дни до первого числа, радуясь, что погода даже в начале мая была весьма тёплая. Солнце ярко светило с неба, согревая лучами город, пахнущий весной. Деревья давно отцвели — остались только яблони с большими нежно-розовыми цветами, в которых неустанно жужжали пчёлы, разнося пыльцу. Он так ждал это лето, что почти не заметил, как оно пролетело. Словно только было первое июня и они с Баки пошли бесцельно бродить по улицам, а вот наступил конец августа, осев в воздухе приятным летним послевкусием. Все готовились с сентября выходить в школы и университеты, снова просыпаться в несусветную рань, и так до мая. Стив правда не мог понять, почему лето прошло так быстро. Самый яркий день, вопреки ожиданиям, был день рождения. Пока все люди праздновали День Независимости, пуская в небо салюты, Стив сидел на крыше своего дома с Баки, который принёс несколько пирожных из кондитерской на соседней улице и где-то достал целую бутылку рома. — День Независимости, Стиви, — сказал тогда он, — сегодня можно найти всё что угодно. Стив почти не пил — он сделал лишь несколько глотков, чувствуя, как приятное тепло разливается где-то в груди. На тёмном небе сверкали салюты, а Баки, изредка толкая Стива в плечо, говорил, что это всё только для него. — Не дури, Бак, — Стив доел пирожное, отряхивая руки. — Салюты пускают в честь государственного праздника. — Но сияют они в твой день, — ласково улыбнулся Баки, снова делая глоток рома. И Стив спорить не стал: Баки столько делает для него, что согласиться с его словами, пусть и абсурдными, было меньшее, что Стив мог сделать. Небо сияло яркими вспышками, отражаясь в глазах. Люди кричали и смеялись на улицах, танцевали под музыку уличных музыкантов. А Баки, закинув руку на плечо Стиву, чуть приобнял его, изредка бросая взгляд. И Стив всего на мгновение подумал, что так хорошо. Очень хорошо вот так сидеть рядом, чувствовать тепло чужого тела и праздновать свой семнадцатый день рождения в компании одного из самых дорогих ему людей. Это было так… правильно. Осень подобралась незаметно — сентябрь только начинался: солнечный, с прохладным утром и мягким, сухим вечером. По городу разносился запах осени.***
— Баки, я не пойду, — Стив обречённо застонал, закрывая лицо руками. — Ты же знаешь, как я не люблю это. — Да брось! — крикнул Баки из ванной. — Ты обещал ещё в августе, что минимум два раза составишь мне компанию. — Я такого не помню. — Когда дело доходит до танцев и свиданий, у тебя просыпается преждевременный склероз, — буркнул Баки. — Стив, — он зашёл на кухню, на которой сидел Стив. — Не бросай лучшего друга одного. Я познакомлю тебя с Джесс, она чудесна! — Ты так говоришь про каждую девушку, — ехидно заметил Стив. — И что ты ей уже наплёл про меня? — Только самое лучшее, — Баки со скрипом отодвинул стул, присаживаясь. — Ну в чём проблема? Я же не заставляю тебя встречаться с ней, просто один вечер в приятной компании. Потанцуешь, сделаешь несколько комплиментов, нормально, — он акцентировал внимание на последнем слове, — познакомишься. Будет весело. Стив нахмурился, раздражающе постукивая пальцами по столу. Молчание затягивалось, чёткий стук продолжался, и Баки, не выдержав, остановил его, накрыв руку Стива своей. Стив резко поднял взгляд, так до конца и не поняв, что произошло. — Ладно, — тихо буркнул он. — Ладно? — словно не веря, переспросил Баки и, наклонившись вперёд, заглянул в глаза напротив. — Ты согласен? — Да, Баки, да, — Стив встал со стула, отодвинув тот с противным скрипом. Поморщился. — Дай мне время на сборы. — Надень всё самое лучшее, Стиви! — крикнул ему вдогонку Баки. — И не боишься, что затмлю тебя? — Стив выглянул из-за двери, держась за косяк. — Мечтай! Стив собрался быстро — Баки даже засёк время — ровно за семь минут. Выходя из комнаты, ещё пару раз пригладил рубашку ладонями, поправляя воротник. Его светлые волосы были аккуратно зачёсаны назад — не так, как у всех, кто делал такие причёски, нет. Они лежали мягко и аккуратно, не блестели от обилия средства на них. Тонкие ключицы, казавшиеся в приглушённом свете лампы фарфоровыми, слегка выглядывали из воротника рубашки. Баки ещё раз скользнул по Стиву взглядом, стараясь не задерживаться на открытых запястьях и изящной шее, одобрительно кивнул. На улице смеркалось. Это была та стадия вечера, когда солнце ещё не скрылось за горизонтом, оставляя за собой лишь цветные мазки на небе, но уже и не светило во всю, рассыпаясь лучами. Некоторые улицы казались темнее — те, где дома были выше и больше. Зажигались уличные фонари. Танцевальный клуб, в который Баки привёл Стива, оказался чем-то наподобие бара с довольно большой танцплощадкой. Играла приятная быстрая музыка, люди кружились в танце, иногда сбегая к стойке освежиться напитком. В воздухе отчётливо витал приторный запах женских духов — дорогие и дешёвые, они смешались между собой, став одной сладко пахнущей массой. Баки схватил Стива за запястье, вместе протискиваясь сквозь толпу. В противоположном конце зала стояли две девушки примерно одинакового роста, в платьях с длинным рукавом и ослепительно улыбаясь. Они громко смеялись и, только завидев приближающегося Баки, начали махать ему, подзывая ближе. — Девушки, привет, — Баки обворожительно улыбнулся, поочередно поцеловав тыльную сторону ладони каждой. Нежные девичьи щёки залил румянец. — Это Стив, тот самый друг, про которого я рассказывал, — Стив робко усмехнулся. — Стив, это Джесс и Вероника. Стив выдохнул. Каждый раз знакомиться с кем-то новым, было сродни пытки. Он просто не знал, как вести себя — стоит ли обращаться на вы или нет? Может, не нужно поднимать какие-то темы в разговоре, чтобы случайно не задеть человека за больное? И так из раза в раз. Стив не успел уловить, как Баки скрылся из вида с черноволосой Вероникой под руку. Кажется, перед уходом он пожелал удачи. Что же… — Что же… — повторил вслух Стив, пряча руки в глубокие карманы брюк. — Может, потанцуем? — поинтересовался он неловко, смотря в светло-карие глаза напротив. — Хотя я не очень люблю это и не особо умею, но… — Я тоже, — быстро выпалила девушка, приподнимая уголки накрашенных губ в улыбке. — Не очень умею, вот. — Ладно, что-то общее у нас есть, — хмыкнул Стив. — Может к бару? Выпьем, — Джесс неопределённо махнула рукой. — Это делать я умею. Стив перевёл взгляд на стойку, выглядывая два свободных места, где можно было присесть. — А с виду такая приличная девушка, — Стив наигранно схватился за сердце. Джесс лишь звонко рассмеялась, подхватывая Стива под локоть. Два места так и остались свободными, будто дожидаясь их. Песни всё звучали и звучали, сменяя одна другую. Алкоголь в баре был разбавленным, оттого и дешёвым — вино можно было назвать вином с очень большой натяжкой. Как-то раз Баки принёс целую бутылку красного полусладкого, настолько вкусного и качественного, что Стив, который почти никогда не пил, потому что слишком быстро пьянел, выпил добрую половину, едва захмелев. — Это просто вино хорошее, Стиви, — сказал тогда Баки, осушив свой стакан. — Джесс, — начал Стив, периодически поглядывая девушке за спину. — Если ты не умеешь танцевать, что ты делаешь здесь? — А ты? — она усмехнулась поверх стакана, делая первый глоток. — Лучший друг любит устраивать двойные свидания, — Стив постукивал пальцами по стойке, отбивая такт музыки. — А я ни танцы, ни свидания не люблю. Джесс понимающе кивнула головой. — Та же ситуация, — девушка откинула медно-рыжие волосы за спину. — Попытки отказаться вообще не принимаются! Сколько мне уже Вероника устроила этих свиданий? Честно… я сбилась со счёта! И каждый раз одно и то же — прийти, познакомиться, потом приволокут в центр зала и всё. Ах, сколько же было парней, не понимающих слова «нет»! Джесс болтала без умолку, активно жестикулируя изящными руками. Её словно прорвало, и всё она решила вывалить на Стива. А Стив смотрел сквозь неё, за спину, отслеживая взглядом голубых глаз две фигуры, быстро передвигающиеся по залу. Баки держал партнёршу за талию, на особо резких движениях якобы случайно притягивая ближе, так, чтобы почувствовать её дыхание на своей шее. Кружил девушку в танце, а Стив лишь видел размытые силуэты двух фигур и чёрные как смоль волосы Вероники, периодически цепляющие плечи Баки. И Стив задумался — всего на мгновение, — каково это, танцевать с Баки. Чувствовать его руки на себе, видеть яркую улыбку перед лицом. Слышать смех и позволять вести в танце — Баки всегда вёл, перехватывая инициативу даже там, где это было не так нужно. И Стив понял. Он не хотел танцевать ни с Джесс, ни с какой-либо другой девушкой. Стив хотел потанцевать с Баки. — Стив! — из мыслей, от которых раскраснелись бледные щёки, его выдернул голос Джесс. — Тебе нехорошо? Стив отрицательно помотал головой, отпив из своего стакана. И, посмотрев на девушку, сказал: — Ты что-то рассказывала? Продолжай, я тебя слушаю. Джесс по-совиному наклонила голову, но, улыбнувшись, вновь стала говорить про себя и не только. Стив хорошо делал вид, что слушает, иногда кивая головой или смеясь в нужные моменты. Вот только мыслями он был далеко отсюда, продолжая терзать себя такой навязчивой и такой странной, запретной идеей. Она словно была так близко, только руку протяни, но в то же время бесконечно далеко…***
Стив проводил Джесс, оставив на щеке девушки лёгкий поцелуй. Она широко улыбнулась ему и, открывая дверь, пообещала, что они ещё увидятся. Стив знал — второй встречи не будет. Впрочем, это была одна из причин, почему он не любил такие свидания. Всё было на один раз — улыбки, танцы, поцелуи, абсолютно всё. Стив прекрасно помнил, что Баки очень редко с кем из девиц виделся впоследствии. Он мог описывать их красоту тысячей слов, но что они значили? Дорога до дома не заняла много времени: Стив не спеша шёл по слабо освещённым улицам, надеясь, что не нарвётся на драку. Сегодня не то настроение было. Он даже хмыкнул себе под нос, представляя, как скажет это хулиганам, решившим, что у него есть деньги. У порога, облокотившись на перила, стоял Баки, пуская дым. Медленно, словно красуясь перед невидимой публикой, он подносил сигарету ко рту, обхватывая фильтр сухими губами, втягивая в лёгкие едкий дым. — Ты… почему куришь около моего дома? — Стив поднялся по лестнице, чувствуя слабую одышку. — Если мама… — Ушла на работу, — объяснил Баки, туша сигарету и сбрасывая вниз. — Я пообещал ей дождаться тебя и тогда уже пойду к себе. — Правда, уйдёшь? — Стив нахмурился. Он не любил оставаться один дома, особенно на ночь. И очень не хотел, чтобы Баки уходил. — Ты хочешь, чтобы я ушёл? — вкрадчиво спросил Баки, не отлипая от перил. Стив помолчал, хлопая себя по карманам в поисках ключа. — Не хочу, — честно ответил он, не с первой попытки открывая дверь. В квартире стоял приятный запах свежеиспечённого печенья, которое ещё не успело до конца остыть. Стив, сняв обувь, пробежал босыми ногами до кухни, закидывая сладость в рот. Только сейчас он понял, насколько проголодался за время «свидания». — Рассказывай, — Баки выжидающе смотрел на Стива, присев и скрестив руки у подбородка. — Нечего особо и рассказывать, — Стив сел рядом. На плите закипал чайник. — Джесс очень похожа на меня — её подруга тоже на всякие такие свидания таскает. Мы поговорили, я проводил её до дома и на этом всё. — Я не видел тебя на танцполе. — Мне кажется, тогда тебе было не до меня, — хмыкнул Стив, на что Баки закатил глаза. — Мы не танцевали. — Но почему? — удивился Баки. Почесав затылок, он окончательно растрепал волосы. — Как можно не танцевать на танцах? Стив глубоко вдохнул, снимая чайник с плиты. — Ни я, ни она не умеем, — Стив пожал плечами, стараясь не вылить кипяток себе на руку. — Погоди, — Стив не видел, но ощущал тяжёлый взгляд в спину. — Ты не умеешь танцевать? Вообще? — А ты думал, почему я так отнекиваюсь? — он поставил две чашки с простым чёрным чаем. — Не хочу позориться. — И ни разу не сказал мне? Стиви, не нужно было молчать так долго, — Баки задумался на секунду и, отодвинув свою чашку подальше, встал из-за стола. — Вставай, — коротко бросил Баки. Стив нахмурился, наклоняя голову. — Давай, будем тебя учить, — Баки перенёс стулья в сторону коридора, освобождая место. — Не стоит, — Стив словно плотнее вжался в стул. — Я плохой ученик. — А я не лучший учитель, так и сработаемся, — Баки протянул Стиву руку ладонью вверх. Нехотя встав, Стив вложил ладонь в ладонь, ощущая тепло на своих ледяных пальцах. — Можешь подойти ближе, я не кусаюсь, — ехидно заметил Баки, на что Стив фыркнул и сделал шаг вперёд. — Когда танцуешь с девушкой, в первую очередь смотри ей в глаза. Не пялься, а именно смотри — мягко и так, словно она лучшее, что было в твоей жизни. Они любят зрительный контакт. — Будешь учить меня танцевать или искусству взгляда? — Стив усмехнулся, удерживаясь от того, чтобы скрестить руки на груди. — Не умничай, — бросил Баки, оставаясь стоять с таким же умным выражением лица. — Одной рукой держи мою, а вторую туда, где у девушек талия. Стив робко прикоснулся к боку Баки, чувствуя под ладонью жар чужого тела. Баки словно был печкой, от него несло теплом на метры вперёд. Баки положил ладонь на острое плечо Стива, притягивая того ближе. — Шаг вперёд… — Постой, — Стив остановил Баки, замерев на месте. — Покажи мне, как ты это делаешь. А я буду повторять. — Хорошо, — Баки чуть прокашлялся, опуская руку с плеча ниже. — Следи за моими ногами. И начал вести, двигаясь медленно, не так, как на танцплощадке. Места на кухне было мало, не разойдёшься в свинге или линди хопе, и сейчас Баки танцевал что-то нежное, неспешное, такое, что обычно идёт под конец свидания. Стив старался следить за движениями, за шагами ног, но глаза то и дело скользили выше, по крепкому торсу поднимаясь к лицу. Он заглядывал в глубину серых глаз напротив, ловил ответный взгляд. Отводил, лишь когда ненароком натыкался на ногу Баки, который старался не наступить на Стива. От Баки терпко пахло сигаретами — его рубашка, волосы и, кажется, даже гладкая кожа пропитались этим запахом. Он стал курить всё чаще, подрабатывая в доках и каждый четверг покупая себе новую пачку. Иногда растрачивался на дорогущие Лаки Страйк и берёг их, пока не заработает на другое курево, подешевле. Стив не любил этот запах. Он всегда заходился в приступе, если рядом кто-то курил, просто на дух не переносил ни дым, ни сами сигареты. Но Баки… ему никогда не было сложно дышать рядом с ним, когда тот курил. И запах не так сильно раздражал, словно становился более сладким, приятным. — Мы танцуем без музыки… — вдруг осенило Стива, который покачивался в такт движениям Баки. — Я напою, — и начал петь, почти шёпотом, будто боясь разрушить хрупкий момент. Эту песню Стив слышал каждую пятницу летом по радио, которое так любила слушать Сара. В памяти всплыли забытые слова, мягко ложась на язык. Стив тихо подпевал, ощущая горячее дыхание Баки на своём лице — когда они успели встать так близко? — и слабо улыбался. Баки подтолкнул Стива назад, убирая ладонь с талии и чуть прокручивая ту, которая держала чужую руку. Стив медленно повернулся вокруг себя на месте, чувствуя, как Баки притягивает его обратно. Он всё пел, словно песня и не заканчивалась, роняя в воздух мелодичные ноты. — После медленного танца, если девушка ластится ближе, её можно поцеловать, — хрипло сказал Баки, прокашливаясь. — Только убедись, что она тебе не зарядит в лицо. — Меня целовать не будешь? — осторожно спросил Стив, почти не шевелясь. — И не мечтай, — Баки похлопал Стива по спине, отстраняясь. — Я всё же справился со своей задачей, а? — Учитывая, что это было даже не совсем то, что обычно танцуют… — Ах ты! — Тебе придётся дать мне ещё пару уроков, — рассмеялся Стив, возвращая стулья обратно. Чай почти остыл. — Только если ты согласишься ещё на два совместных свидания, — Баки поднял указательный палец, показывая на Стива. — Идёт, — кивнул Стив, подливая в чай кипяток.
