MEMORIES OF THE HIRAETH

      У неё оставалось не так много времени.       На следующее утро её кости болели сильнее. Она потёрла затылок, выбираясь из постели. Она вздохнула, глядя на свои руки. Эвелин заставила себя подняться на ноги и, шаркая, спустилась в гостиную к телефону. Она закусила губу, в ожидании, пока её соединят со Стивом.       - Алло?       - Привет, Стив, - сказала она, прислонившись лбом к стене. – Я хотела спросить, не мог ты сказать, во сколько мне нужно быть на вокзале?       Возникла пауза.       - В два часа, - сказал он, и она услышала улыбку в его голосе. – Значит, ты придёшь?       - Я… да, приду, - кивнула она, зажмурившись. – Я должна. Я была полной трусихой.       - Я рад. Я буду рядом с вами обоими, если вам потребуется поддержка.       - Спасибо, Стив, ты замечательный друг. Хороший человек. Надеюсь, ты это знаешь.       - А ты хорошая женщина. Увидимся через пару часов, Эви.       Она повесила трубку и прислонилась к стене. Она судорожно сглотнула, и используя стену в качестве опоры, добралась до гостиной. Опустившись в кресло, Эвелин откинулась на спинку и с протяжным вздохом закрыла глаз.       Боль пронзила позвоночник.       Желудок скрутило.       Она резко вздохнула, схватившись руками за живот и согнулась пополам. Слёзы навернулись на глазах, и она застонала. Желчь поднялась по горлу. Сглотнув, она заставила себя проглотить её, изо всех сил пытаясь встать и дойти до ванной. Хватит ли ей сил добраться сегодня до станции?       Сможет ли она вообще прожить ещё год?       Эвелин уже ни в чём не могла быть уверена. Она дошла до уборной, облокотилась на бортик ванны и закрыла глаза. По иронии, она чувствовала, что умирает. Однажды эта болезнь украдёт воздух из её лёгких. Она больше не могла этого скрывать. Не могла хранить это в секрете, делать всё что ей хочется, рано или поздно кто-то заметит её ухудшающееся состояния. Возможно, сегодня вечером она расскажет Стиву.       Её тело содрогнулось, когда небольшой завтрак должен был вот-вот оказаться снаружи. Боже, пусть это скорее закончится.                         ~・~・~       - Чёрт, - Баки швырнул куртку так сильно, как только мог.       Он глубоко вздохнул через нос, заставляя себя расслабить плечи и челюсть. Ему просто хотелось, что хоть раз всё прошло как следует. Он пытался собрать вещи, но не мог перестать думать о разных вещах. Обо всём. О том, что могло быть, могло случиться, пока его не было, и что он должен был сделать по-другому.       Война оживляет твои страхи и тревоги, догадался он. Особенно ошибки.       Он покачал головой, резко схватил свою куртку и небрежно скомкав, запихнул в чемодан. Протерев глаза, он опустился на стул и обмяк. Всё оказалось более напряжённым, чем он предполагал. Он уезжал через час, хотя так много ещё оставалось сделать. Попрощаться с тем, кто не мог пойти с ним, убедиться, что он взял всё необходимо, строго поговорить со Стивов, уберегая его от неприятностей.       Не хватало только одного.       Эвелин.       Она была единственным человеком, способным сейчас его утешить. Он скучал по ней. Его тоска по ней была чертовски сильной. Он закрыл глаза и вдохнул.       Её образ грациозных движений на кухне, по-прежнему оставался жив в его сознании.       То, как красное платье облегало её тело.       Её сладкий аромат витающий в воздухе, наполняя комнату.       Улыбка, которой она одарила его через плечо. Её глаза так блестели, были такими живыми, в них плясали озорство и надежда.       Будь она здесь, с ним, прямо сейчас, он бы почувствовал себя всемогущим, не задавая вопросов. Он женился бы на этой девушке, подарил ей весь мир.       Но он всё испортил. Каким-то образом он всегда умудрялся всё испортить. Тот поцелуй стал одновременно лучшим, и худшим выбором в его жизни. Страсть, разгоревшаяся в нём и получившая тот же ответ, дала ему надежду на шанс, но по мере того, как дни перетекали в месяцы, а месяцы – в годы, он понял, что это был неверный выбор.       Как говорится, назад дороги нет.       С тяжёлым, усталым сердцем Баки поднялся на ноги и продолжил собирать вещи.       Час спустя он стоял на вокзале, изо всех сил обнимая Стива. С натянутой улыбкой он похлопал друга по плечу.       - Не лезь в неприятности, слышишь меня? Без меня с большими собаками не справишься!       - Ну, кто знает, быть может, я встречу тебя на поле боя, - ответил Стив с грустной ухмылкой на лице.       Баки фыркнул, взъерошив волосы Стива.       - Да, конечно.       Его глаза уловили вспышку красного. Его глаза метнулись к утончённой фигуре, а затем вернулись к Стиву.       Подождите минутку.       Он знал это лицо.       О Боже мой.       Он снова поднял глаза и мог поклясться, что почувствовал, как его сердце рухнуло к ногам.       Эвелин стояла не более чем в пяти футах от него. Она выглядела… хрупкой. Хрупкой, но такой же прекрасной, какой он её помнил. Милая, застенчивая улыбка искривила её розовые губы.       - Э-Эвелин? – он заикнулся, умоляя господа, чтобы ему не показалось.       Её язык коснулся её губ, и она помахала ему рукой.       - Баки.       За четыре больших шага он сократил расстояние между ними, заключив её в крепкие запоздалые объятия. Боже. Если это ответ судьбы на его мольбы, то он в жизни больше ни о чём не попросит. Он зарылся лицом в её волосы, едва не плача от счастья и облегчения видеть её в последний раз, перед тем как его отправят Бог знает куда.       Её руки обвились вокруг него, и она задрожала в его объятиях.       - Мне очень, очень жаль, Баки, я…       - Шшш, шшш, - он мягко отстранился от её на пару дюймов, обхватив её лицо руками. – Тебе не нужно извиняться, я не должен был, я всё испортил, я просто так счастлив тебя видеть.       В её нежных глазах проступили слёзы, нижняя губа задрожала. Она открыла рот, чтобы заговорит, но проводник поезда прервал её словами:       - Все на борт!       Баки ругнулся себя под нос, свирепо глядя на мужчину, а затем снова посмотрел на неё.       - Ты напишешь мне?       - Да, да! – она быстро закивала, затем протянула руку и сняла медальон со своей шеи. Она взяла Баки за руку и вложила его ему в ладонь, обхватив её пальцами. – В память обо мне.       - Эви, я…       - Все на борт! Последнее предупреждение!       Он снова выругался и бросил на неё извиняющийся взгляд, после чего схватил свои вещи и помчался к поезду. Он запрыгнул в вагон, повернувшись, чтобы посмотреть на неё. Поезд тронулся, шестерни начали вращаться. Эвелин прислонилась к Стиву, грустно улыбаясь Баки и махая рукой на прощание.       Если бы только у них было больше времени.       - Я напишу тебе, - прокричал он сквозь шум, когда поезд начал отъезжать от станции.       Надежда снова зародилась в его груди. Он прошёл в поезд, нашёл себе место. Спрятав сумки, он сел, на его лице появилась глупая ухмылка. Он посмотрел на свой кулак, затем медленно разжал его, отыскивая то, что дала ему Эвелин.       Её золотой медальон.       И маленькая записка, спрятанная внутри.       Моё желание – проводить с тобой больше времени. Я всегда найду тебя, Баки Барнс.