порочные связи

      Чонгук задумывается: стоит ли отрицать очевидное? И если бы он с Чимином находился в нормальных здоровых взаимоотношениях, то он непременно подтвердил бы подозрения старшего. Однако Пак Чимин ни единожды говорил, предупреждал, напоминал о том, что его не интересуют отношения, в которых обычно состоят пары, испытывающие друг к другу тёплые взаимные чувства.       Сейчас Чонгук боится, что если он признается в том, что уже несколько месяцев влюблён в Чимина, то их встречи прекратятся полностью. Чон нарушил запрет Пака. Он не последовал чётко установленным правилам. Чимин же деловой человек, который привык чётко следовать установленным принципам.       — Я не испытываю к тебе чувств, — говорит Чонгук, смотря прямо старшему в глаза. Он надеется, что голос его звучит достаточно твёрдо и уверенно, чтобы Пак принял сказанное за истину.       Однако голос дрожит, звучит слишком испуганно, ещё больше обнажает душу младшего.       — Не нужно мне лгать, Чонгукки.       — Не нужно быть настолько самоуверенным, — произносит Чон, решая, что самым лучшим решением в его ситуации будет ответное нападение.       Необходимо отрицать до последнего. Выглядеть глупо, но отрицать то, что видно не вооружённым глазом. Вся ранняя уверенность Чонгука мгновенно улетучивается. Он и не предполагал, что будет настолько растерян.       — Я не самоуверенный и не слепой, — выдыхает Чимин, поднимаясь с кровати. Он начинает поспешно одеваться. — В рабочее время ты говоришь мне, что хочешь встретиться, хотя я дал чётко понять, что на данный момент у меня совершенно не было желания, — Пак надевает на себя боксеры. — Ты звонишь именно мне, — Пак делает значительный акцент голосом на «именно мне», — когда пьян, просишь приехать, словно я твой парень.       Чонгук опускает взгляд, ему до сих пор стыдно за тот нелепый случай, произошедший в стенах бара «Алиби». Видимо эта оплошность заставила Пака раскрыть глаза на существующую симпатию младшего. Если бы Чон знал, что отмечание новой должности приведёт к такому, то никогда бы не пошёл в бар с Тэхёном. Лучше бы он в тот вечер потерял свой телефон, а не звонил Чимину.       — Ты целуешь меня совсем не так, как это делает человек, которому наплевать.       — Если ты догадался о моих чувствах, зачем ты вообще решил приехать? — спрашивает Чонгук. Уже нет смысла что-то отрицать. Чимин всё равно приведёт ещё уйму аргументов, ведь Чон совсем плохой актёр. Он не умеет притворяться, потому что никогда до этого не скрывал своих истинных чувств и намерений.       Чимин первый, с кем Чонгук состоит в подобного рода взаимоотношениях.       — Мне было нужно убедиться в своих догадках окончательно, — отвечает Пак, застёгивая пуговицы рубашки.       — Мы теперь больше не будем видеться? — спрашивает Чонгук, боясь ответа. Он не хочет терять ту хлипкую связь, которая соединяла его с Чимином.       — У тебя мазохистские наклонности? Тебе нравится, когда тебе делают больно? — голос Пака становится немного громче, чем обычно. — Ты же понимаешь, что я совершенно ничего к тебе не чувствую. Ты просто лишь красивое тело.       И Чонгуку плевать. Он готов быть «просто лишь красивым телом», только чтобы Чимин не оставлял его, не разрывал с ним связи. Он готов делить Пака со всеми, кто будет старшему угоден. Только, что Чимин одаривал его своим вниманием и жаркими прикосновениями, а сейчас предлагает им расстаться. Или не расстаться? Как могут расстаться люди, которые никогда и не встречались?       Чонгук стал слишком зависим от Пак Чимина.       В глубине своего сознания Чон понимает, что это всё ненормально. Он помешанный. Он болен пагубными, отравляющими чувствами. По-хорошему ему следует обратиться к психологу за помощью, чтобы специалист помог справиться с этой бедой. Это ненормально ставить превыше своей гордости чувства к человеку, которому откровенно плевать.       — Я готов остаться для тебя только лишь сексуальным партнёром, — шепчет Чонгук, ощущая, как внутри него растекается неимоверная боль. Он сделает всё, чтобы Чимин его не оставил. Он примет все условия Пака и никогда больше не заговорит о своих чувствах.       — Чонгукки, мне не нужны твои жертвы, — отвечает Пак, поправляя свою одежду. — Я не садист, который будет упиваться твоей болью.       — Значит, это последняя встреча?       — Да, это последняя встреча.       Чонгук не замечает, как Чимин уходит из его квартиры. Чон просто сидит на кровати абсолютно голый, смотрит в одну точку на стене, на слегка оборванные обои, уже несколько минут. Все мысли Чонгука полностью опустошены. Он чувствует себя полностью потерянным, словно его лишили чего-то или кого-то слишком дорогого.       Раньше младший так редко виделся с Паком, задумываясь о том, что каждая встреча была действительно последней. Теперь же это является именно так.       Чимин больше никогда не напишет Чонгуку с целью увидеться. Вероятно, что они больше не будут пересекаться на работе. Чон навсегда потерял Пака, оставшись наедине с пагубными чувствами, которых не стоит испытывать. Но разве сердцу прикажешь? Ведь всё запретное так сладко манит. Чимин являлся для Чонгука тем самым запретом.       Любить старшего строго-настрого запрещалось. Однако Чон нарушил это правило. Он полностью сломал свои принципы ради этих чувств, потеряв то, что его отличало от других. Чонгук всегда придерживался правила, что сексуальные отношения должны быть только лишь между любящими людьми. Он долго отрицал влечение к Чимину, основываясь на этом правиле. Однако пал под натиском физиологических потребностей.       Чонгук стал жертвой своей похоти и животного желания.       Чонгук стал жертвой юношеской неопытности, ведь если бы до Чимина младший состоял бы в нормальных, длительных отношениях, то вероятно никогда не согласился бы на предложения старшего стать сексуальными партнёрами. И если бы даже согласился, то жизненный опыт помог бы ему не влюбляться так быстро в Пака, уберёг бы его от роковой ошибки. А имеют ли люди власть над своими чувствами?       Чонгук был слишком чист и невинен своим разумом, теперь же он испорчен и грязен. Он даже не нужен больше Чимину.       Чонгук сам виноват в том, что загнал себя в ловушку.

***

      Чимин любит делать из своих партнёров идеальных людей для самого себя. Он словно скульптор ваяет из глины изящные черты характера, выражающиеся в податливости и покорности. Так интересно наблюдать, как неидеальный набросок становится прекрасным творением. Люди настолько податливы под умелыми руками, готовые подстраиваться под чужие прихоти, полностью забывая самих себя. Чимина поражал и одновременно пугал этот факт. Он никогда не понимал, каково это меняться из-за другого человека, ломать себя и строить заново с трещинами. Но ему нравилось, когда люди подстраивались именно под него.       Чонгук был практически идеальным, но всё ещё недоработанным проектом, в котором так не хватало финальных штрихов. Однако Чимин решает оставить младшего такого идеально неидеального, чтобы полностью не разрушить «своё детище».       Пак нередко сталкивался в своей жизни с тем, что у его пассий внезапно появлялись к нему любовные чувства. Чимин ненавидел этот факт. Человек настолько неидеален, склонен к привязанностям даже к тем людям, которым на него абсолютно плевать.       Психология личности настолько странная вещь, что даже, если будешь постоянно повторять то, что некое действие является запретным, то человек всё равно это сделает.       Запретный плод сладок.       Чимин не самовлюблённый, но он слишком часто становился тем самым запретным плодом.       Спускаясь по лестнице в многоквартирном доме, в котором живёт Чонгук, Чимин в очередной раз задумывается, что вероятно это он сам такой неправильный, неидеальный. Пак никогда не становился заложником любовных чувств. Видимо, он исключение из правил всеобщей человеческой психологии. Сколько бы он не проводил времени со своими пассиями, ни одна из них не вызвала у него никакой привязанности.       Чонгук вызывал у Чимина только лишь неподдельный, сильный интерес. Младший являлся и является умным молодым человеком, который вероятно добьётся многого в своей жизни, если ему дать вспомогательный толчок. Чимин постарался сделать всё, что было в его силах. Он любил помогать тем, кто это заслуживал.       Нажимая на кнопку открытия двери подъезда, Пак ловит себя на мысли, что ему даже немного грустно осознавать то, что больше с Чонгуком он никогда не увидится вне офиса. Чон был слишком старателен и податлив в сексуальном плане, именно поэтому Чимин решил вознаградить младшего своей нежностью в последний раз. Пак редко проявляет это качество. Да, он старается быть учтивым к наслаждению своих партнёров, ведь секс — это удовольствие для двоих. Однако он не нежен. Нежность порождает ещё больше привязанностей. В случае с Чонгуком уже нечего было терять. Чон стал жертвой своих эмоций и желаний.       Пак надеется, что Чонгук сможет справиться со своими чувствами и что они не обернутся для младшего гибелью.       Чимин тихо усмехается, прокручивая фразу Чонгука о том, что тот готов быть для него только лишь сексуальным партнёром, не надеясь на большее. Конечно, Чон был интересен старшему в продолжении их странных отношений, однако Паку совсем не нужны эти никчёмные жертвы, которые не закончатся ничем хорошим для эмоционального состояния Чонгука.       Пусть Чимин и любил менять людей под себя, но он ненавидел ломать чужие судьбы.