Кукла со шрамами

      Ульяна зашла в кафе и, найдя столик у окна, подошла к сидящему за ним мужчине.       — Здравствуйте, Роман, — улыбнулась она и достала удостоверение. — Оперуполномоченная Алешина Ульяна Станиславовна. Это я вам звонила.       — Здравствуйте, — мужчина кивнул в знак приветствия.       Девушка села напротив.       — Итак, я хотела бы с вами пообщаться насчет вашего одноклассника Киреева Вячеслава Владимировича.       — Да, что вам интересно? Конечно, столько лет уже прошло… — произнес мужчина. — Я не все могу упомнить.       — Вы близко общались?       — Да не, какой там, его вообще в классе особо никто не любил.       — По какой причине?       — Да он странный был… Класса до восьмого был обычным, тише воды — ниже травы, а потом как-то был урок физ-ры, и мы все переоделись, собрались было идти на урок, тут слышим крик из женской раздевалки. Я туда вбегаю, а там Славка стоит и девочка из нашего класса — Катька. Она загораживает голую грудь руками, а он ее рот зажимает. Я спрашиваю, мол, что случилось? А она говорит, что он зашел к ней сюда, пока она одна была, и лифчик сорвал, лапал ее. Ну, после этого, кто с ним дружить-то будет? — Рома поморщился.       — За это над ним издевались?       — Это он сказал, что мы над ним издевались? — Рома поднял бровь и сделал глоток кофе.       — Не переживайте, я не собираюсь винить вас в буллинге, который был много лет назад. Меня совершенно это не волнует, меня интересует только учитель.       — Учитель? Какой учитель?       — Вячеслав Владимирович стал педагогом, Вы не знали об этом?       — Он? Педагогом? Продолжить начатое? — мужчина вскинул брови и усмехнулся. — Мне откуда знать, мы не общались с выпуска.       — Ну так? — продолжала девушка.       — Ну, было такое, да, травили. У нас было неприемлемо девочек обижать.       — Скажите, Вячеслав ранее проявлял агрессию в сторону одноклассниц?       — Нет, он вообще тихий был, забитый немного. У него семья была не совсем благополучная. Мама бросила их, он с отцом жил, а тот был очень строгим, более того, к концу жизни его в психушку забрали. Славка никогда не гулял с нами, ему запрещали. Даже в пионерские лагеря не ездил со всеми, не участвовал никогда ни в чем.       — А в тот день, когда он напал на Катю, у него в руках было что-то? Нож к примеру.       — Нет. Нож у него был, складной небольшой, он его таскал с собой в рюкзаке, когда травля началась.       — Не нападал ни разу с ножом?       — Нет, такого не было.       — А вы ни разу не замечали порезы у него? На руках или теле, может, когда на физ-ру переодевались.       Роман нахмурил брови и прищурил глаза.       — Я видел у него пару порезов на руках, на тыльной стороне ладони, он сказал, что кошка поцарапала. Обратил внимание, потому что они были ровные такие, обычно когда кошка царапает — они кривые все… — Рома закатал рукава рубашки и показал небольшие порезы на правой руке. — Вон недавно играл со своим котом, — усмехнулся он. — А там будто выводил кто-то по линейке.       — Понятно, — Ульяна поджала губы.       — А что случилось-то? — поинтересовался мужчина.       — Скажу так, у него сейчас небольшие проблемы с законом… — уклончиво ответила девушка.       — И учителем по какому предмету он стал?       — Химия. Он увлекался ей в школе?       — Да нет, он вроде ничем не увлекался… Куда поступал даже не знаем.       — Понятно. Ладно, благодарю за то, что рассказали мне о нем, — Ульяна улыбнулась.       — Да не за что. А что конкретно-то он натворил, что аж прошлым интересуетесь?       — Пока не могу разглашать информацию, следствие еще идет, — девушка встала из-за стола. — До свидания и еще раз спасибо!       Ульяна вышла из кафе и, достав из сумки листок с именами одноклассников, стала пробегать по нему глазами.       — Так, Катя... Открой же нам тайну…       Найдя нужный номер, она позвонила на него.       — Да? — ответили на том конце.       — Здравствуйте, Екатерина Михайловна Огорева?       — Да, я.       — Меня зовут Алешина Ульяна Станиславовна, я оперуполномоченный отделения полиции по Кузнецовском району, мы могли бы с Вами встретиться?       В трубку она услышала тихий смех и как Екатерина кому-то шикнула: «О, опять мошенники».       — Слушайте, мне только неделю назад звонили из ФСБ, а сегодня — уже полиция? В должности понизили? — произнесла женщина саркастично.       — Я звоню по поводу вашего бывшего одноклассника, Киреева Вячеслава Владимировича. Вы помните такого?       В трубку послышалось молчание.       — Алло? — Ульяна посмотрела на телефон и, убедившись, что вызов не сбросился, вновь прислонила гаджет к уху.       — Да, помню, а что случилось? — осторожно поинтересовались на том конце.       — Мы можем увидеться? Это не телефонный разговор.       — Вы правда из полиции?       — При встрече лично убедитесь.       — Хорошо, когда и куда надо подъехать?       — Сегодня у вас получится? Я сейчас в Северном округе, могу подъехать, куда скажите.       — Я работаю в Центральном, студия красоты «Фрейя», на Дружевском проезде. Вы позвоните, как подойдете, я выйду.       — Хорошо, — Ульяна положила трубку и, вызвав такси, поехала по указанному адресу.       Она подошла к салону и позвонила. Звонок был сброшен и через пару минут из дверей вышла блондинка в деловом костюме.       — Вы Ульяна? — спросила она.       — Да, мы можем поговорить в уединенном месте? — спросила девушка и, достав удостоверение, показала его.       — Да, пройдемте внутрь, в мой кабинет.       Они прошли вдоль рядов кресел для маникюра, через парикмахерский зал и уединилась в уютном кабинете.       — Я вас слушаю, — произнесла Екатерина.       — Необычное название салона, что оно означает? — поинтересовалась Ульяна, оглядывая помещение.       — Фрейя — это богиня из скандинавской мифологии. Богиня красоты, любви, творчества. Я подумала, что это название хорошо подойдет.       — Вы приглашали художника для росписи стен? Очень недурно.       — Да, моя подруга занимается дизайном и рисовала все эти фьорды, водопады… — Екатерина окинула помещение рукой. — Я вложила душу в этот салон, знаете, я эстет и мне важна каждая деталь. То же самое касается персонала, у меня лучшие мастера в городе.       — Хорошо рекламируете, захотелось к вам прийти в качестве клиента.       — У нас сейчас мастер по массажу свободна, если вдруг захотите расслабиться — можете сходить. Поверьте, лучше вам никто никогда массаж не делал. Я заказываю специальные некомедогенные масла прямиком из Норвегии.       — Ну, после такого, я точно приду.       — Скидочку вам сделаю, — подмигнула Катя.       — Ладно. На самом деле я хотела бы узнать про вашего бывшего одноклассника Киреева Вячеслава Владимировича.       — А что узнать? Прошло уже столько лет с выпуска… Да и зачем?       — Дело в том, что данный гражданин подозревается в нескольких уголовных делах, и я должна собрать информацию.       — И в каких делах? Можете говорить подробнее?       — Я не могу разглашать детали расследования, к сожалению.       Екатерина покачала головой.       — Что вас интересует? — спросила она.       — Скажите, Вячеслав вел себя в школе странно или вызывающе?       — Он всегда был отделен от коллектива и ни с кем не общался, — пожала плечами женщина.       — Вы сможете припомнить какой-нибудь необычный случай? Может, он до кого-нибудь домогался?       Женщина повела плечом.       — Нет, такого не припомню.       Ульяна изучала лицо Екатерины и ей не давало покоя, с какой уверенностью она говорит.       — А что с ним случилось-то? — спросила женщина с нескрываемым интересом.       — И все же, у меня есть информация о некоем инциденте, который произошел в раздевалке перед уроком физкультуры в девятом классе.       Женщина отвела взгляд и нахмурила брови, явно пытаясь что-то вспомнить, и тут глаза ее распахнулись, а брови поднялись.       — Если это то, о чем я думаю, то… — прошептала она. — Это вам Славка рассказал?       — Все-таки эпизод домогательства был? Не бойтесь и расскажите, что тогда произошло? — продолжала Ульяна, проигнорировав вопросы женщины.       — Значит, не Слава, — произнесла Катя и ухмыльнулась.       — С чего вы взяли что эта информация у меня не от него? — удивилась девушка.       — Он бы сказал правду, что тогда случилось. Ну что ж, видимо, вам очень нужна эта информация. Пока вы не скажите, что случилось, я ничего не расскажу, — Катя скрестила руки на груди.       Ульяна ухмыльнулась.       — Я не имею права разглашать информацию по расследованию.       — А я отказываюсь говорить. Если нужны мои показания — присылайте повестку и вызывайте в участок.       — Да, вы правы, — Ульяна кивнула. — Я и вправду общаюсь сейчас с вами в неформальной обстановке. Я напомню, что вы не являетесь подозреваемым по делу, не являетесь свидетелем, вы вообще по этому делу не проходите никак. Буду честна, эта информация нужна мне для того, чтобы защитить одного человека, который попал в беду.       — В беду? — Катя нахмурила брови. — Что случилось?       Ульяна молча смотрела на женщину.       — Не расскажете, да? — Катя глубоко вздохнула. — Ладно… В общем…       

      Девочка подошла к парню на первом этаже в общей раздевалке.       — Привет, Слав, — произнесла она с улыбкой. — Может, сегодня вместе до дома пойдем?       Парень поднял глаза на одноклассницу.       — Нет, — произнес он и продолжил обуваться.       — Эй, почему? Я знаю, что тебе нельзя гулять, но могу ли я с тобой хотя бы до дома дойти?       — Я не хочу, — ответил Слава и, встав со скамейки, пошел на выход.       Девочка скрестила руки на груди и догнала одноклассника уже на выходе из школы. Они вышли за пределы школьного двора.       — Ты нравишься мне, неужели не ясно? — спросила она.       — А может тебе просто нужно, чтобы я делал за тебя домашку? — поднял бровь парень.       — Это оскорбительно! — Катя остановилась. — Тебе твой папаша внушил, что от тебя девушкам обязательно что-то нужно?       Слава обернулся на одноклассницу.       — Отстань от меня, — прошипел он и быстрее пошел в сторону дома.       — Нет, не отстану, — Катя пошла следом. — Хватит слушать его во всем.       Парень неожиданно остановился и подошел к девочке почти вплотную.       — Что тебе нужно от меня, а? Отвали и не смей приплетать моего отца!       — Я хочу, чтобы мы были парой! — топнула ногой девочка и сгустила брови. — Ты мне нравишься! И вообще… Это ты должен бегать за мной, а не я — за тобой! — зло выдала она.       Слава отошел на пару шагов назад и рассмеялся.       — Я должен бегать за кем-то? — произнес он. — А ты себя видела? Да от тебя за километр несет доступностью, кому ты интересна будешь, если с тобой не спал только ленивый?       Катя приоткрыла рот и захлопала глазками.       — Ты о чем? — спросила она.       — Ты шляешься по квартирам, всем даешь, а еще ты тупая, как пробка, вот о чем я! — выкрикнул Слава. — Не подходи ко мне больше.       Парень удалился, оставив девочку стоять в одиночестве. Ее глаза наполнились слезами, а руки сжались в кулаки.       На следующий день Катя подошла к Славе перед уроками.       — Зайди в раздевалку перед физкультурой, когда все девочки уйдут. Надо поговорить, — произнесла она.       — Не пойду я, зачем? — фыркнул парень.       — Если ты не придешь, то я расскажу твоему отцу, что ты курил сигареты за школой, — произнесла она и удалилась.       Парень злобно выдохнул и покачал головой.       Когда все девочки вышли, Слава приоткрыл дверь раздевалки и вошел туда.       — Ну и чего тебе надо? — спросил он.       — Ты меня вчера оскорбил, — произнесла Катя. — Ты не хочешь извиниться?       — За что? За правду?       — А ты что, свечку держал? Да, я дружу со всеми, со всеми общаюсь, но с чего ты взял, что я вообще с кем-то ложилась в одну постель?       — Потому что по тебе видно, — поморщился Слава. — Это все что ты хотела сказать?       — Ты ответишь за свои слова, услышал? — Катя нахмурила брови. — Извинись по-хорошему.       — Да пошла ты.       Парень уже было хотел развернуться и уйти, но увидел, как девочка скинула с себя футболку и, расстегнув лифчик, бросила его на пол.       — Ты что твор… — но не успел он договорить, как Катя, что есть силы закричала.       — Помогите! Помогите мне! — кричала она.       — Зачем ты делаешь это? Замолчи! — Слава подбежал к ней и стал пытаться закрыть рот рукой. — Хватит! Заткнись!       В раздевалку тут же вбежали одноклассники.       — Что стряслось?! — спросил Рома, оглядев раздевалку и увидев Славу рядом с Катей, нахмурил брови. — Ты что творишь?       — Он меня трогал! — произнесла Катя со слезами на глазах. — Он сорвал с меня вещи и пытался изнасиловать!       — Ты что несешь?! Да ты сама разделась! — выкрикнул Слава, округлив глаза. — Ты больная?!       — Тебя кто вообще научил так за девочками ухаживать? Папа обрадуется такому, как думаешь? — произнес Рома, схватив Славу за грудки.       — Лучше угомони эту сумасшедшую, она сама разделась! — прошипел парень.       — Сумасшедший здесь только ты, — с этими словами Рома дал однокласснику кулаком в лицо.       Слава согнулся и схватился за нос, из которого пошла кровь.       — Тебе крышка, — произнес Рома, закатав рукава рубашки, он подошел к Славе и нанес два удара в живот, отчего последний рухнул на пол.       — Ром, успокойся… — произнес один из ребят. — Тебе за такое родители взбучку устроят дома, мало не покажется.       — Я тебе потом мозги на место поставлю, — пригрозил Рома и подошел к Кате. — Ты в порядке? — спросил он обеспокоенно.       — Да, — произнесла девочка и надела футболку.       — Учителю пойдем расскажем, — предложил парень.       — Нет, не надо, а то тебе тоже влетит, — Катя перевела взгляд на лежащего на полу в позе эмбриона Славу и незаметно ухмыльнулась. — Я думаю он и так усвоил урок, пойдем.              — То есть травлю запустили вы? — уточнила Ульяна.       — Я не думала, что ребята настолько за него возьмутся, — растеряно произнесла женщина. — Я тогда была зла и хотела отомстить, но кто ж знал, что его пребывание в школе превратят в кошмар.       Ульяна покачала головой.       — Знаете, у него такое отношение к девушкам было странное, он будто априори их всех считал распутными. Было видно, с каким пренебрежением он относился к женскому полу. Как-то раз его посадили на уроке с девочкой, так он аж отодвинулся от нее, — произнесла Катя.       — Есть предположения по поводу природы такого поведения?       — Думаю, это отец его настроил так. Его же жена бросила, вот он и обозлился на весь мир, и сына научил этому. Наверняка накручивали его, какие девушки плохие, мерзкие и гадкие, — рассуждала женщина, смотря в сторону.       — И чем же вас привлек этот странный парень, который ни с кем не общался и проявлял явное пренебрежение к женскому полу?       Катя посмеялась и запрокинула голову.       — Мы с девчонками поспорили, — произнесла она, опустив глаза на Ульяну. — Поспорили, что я смогу заставить его полюбить себя за месяц. Я же была самой красивой девочкой в классе, вот и сказала сдуру, что даже его завоюю. В тот день до конца спора оставалось пару дней, вот я и пошла сама ему в любви признаваться, а вылилось это все в черт пойми что.       — Вы отомстили ему из-за того, что проиграли спор? — Ульяна вскинула брови.       — Нет конечно. За оскорбления. Я вообще не ожидала, что этот забитый мальчишка посмеет рот в мою сторону открыть, да еще и поливать меня такими словами.       Ульяна опустила глаза не зная, что ответить. Ей было страшно от осознания состояния Кати: она сейчас не сожалеет о содеянном, она смеется, улыбается и так легко рассказывает об этом. В данном случае даже Роме было стыдно за свое поведение. А Катя не переживает по причине того, что не подозревает, к чему это все привело. Девушка решила перевести тему.       — Вы замечали порезы на его руках?       — Порезы? Да, видела, говорят, это отец его так наказывал. Слава с собой нож носил, когда его задирать стали, ну и отец как-то увидел оружие в его портфеле и порезал его, мол, вот тебе уроком будет. Наверняка резал на ладони, чтобы все в классе видели.       — Откуда вы столько знаете? — удивилась Ульяна.       — Моя мама была завучем в нашей школе, а отец работал вместе с отцом Славки, плюс я со всеми общалась хорошо. Ни один слух мимо меня не проходил, — женщина ухмыльнулась.       — А проявлял ли он агрессию в сторону животных когда-нибудь?       — Знаете, у нас в кабинете биологии был живой уголок, там жили две крысы, кролик и хомяк. Так вот, хомяк исчез в один из дней, это случилось после урока с нашим классом… Мы сразу подумали на Славу, так как никому больше этот хомяк не нужен был.       — Его так и не нашли?       — Нет.       — А до эпизода в раздевалке он не был агрессивным?       — Не замечала, как и говорила ранее, он был закрытым, забитым, жил в каком-то своем мире. Представляете, его отец записывал в блокнот расписание сына, и он обязан был звонить ему из дома на работу, чтобы отчитаться, что он дома. Ну и папа периодически мог позвонить в любое время домой, чтобы проверить дома ли Слава.       — Даже так… — Ульяна отвела взгляд в сторону. — Я слышала, что его отец позже оказался в психбольнице, вы не знаете, что случилось?       — Ой, там шизофрения что ли была, мания преследования… Поехал совсем к концу жизни, — Катя перевела взгляд на девушку. — Ну что, я много рассказала, может, теперь и вы приоткроете завесу тайны? Что же случилось, что аж одноклассников дергаете? — задала вопрос женщина полушепотом.       — Благодарю за информацию, — Ульяна встала со стула.       — Ладно, черт с вами, массаж бесплатно. Идет?       Ульяна лишь сдержанно улыбнулась и пошла на выход.       — Ладно, тогда позвоню ему и все сама узнаю.       — Не дозвонитесь. Вячеслав Владимирович скончался, его убили.       Улыбка с лица женщины сползла, и она приоткрыла рот.       — Убили? — произнесла она. — Кто-то из наших одноклассников, что ли?       — Нет.       — Господи, — женщина покачала головой. — Жалко даже.       Девушка наблюдала за лицом женщины, которое скривилось в сожалении, но не более, чем кривится лицо обычного прохожего, увидавшего труп собаки на обочине. Жалко, обидно, но через минуту забываешь и продолжаешь идти по своим делам. Да, грустить по смерти такого монстра — глупое занятие, но ведь Катя не знает всех тех зверств, что творил мужчина. Для нее он остался забитым одноклассником, которого травили и унижали по ее наводке.       — Я пойду. Спасибо, — кивнула Ульяна и покинула студию красоты.       Катя залезла в телефон и, найдя номер Ромы, написала ему:       — Привет! Славку Киреева убили, слышал?       — Привет, Кать, убили? Ничего себе. Ко мне только вот сегодня заходили из полиции, но ничего не сказали толком.       — Ко мне тоже приходили. Не пойму, как так-то, кто убил… У тебя никакой информации нет?       — Нет, знаю только, что учителем по химии работал.       Катя задумчиво перевела взгляд на газету, где в одной из колонок было написано о «Деле учителя».       — Неужели… — женщина схватила газету и пробежалась глазами по содержанию. — Неужели это был он…              Вечером после выезда по адресу Денис Николаевич зашел в кабинет начальника.       — Слушай, — начал Константин Викторович. — Вижу стараешься над делом учителя, ночами не спишь, изучаешь что-то вечно. Хорошо, я не против, наоборот хочется уже скорее в прокуратуру спихнуть все.       — Благодарю, — кивнул лейтенант.       — Но ты мне скажи на милость, мы кого судить-то будем? Василису или учителя этого мертвого?       — Василису.       — А почему ты тогда под учителя роешь? Тебе зачем его одноклассники понадобились?       — В смысле? Не нужны мне его одноклассники, — лейтенант нахмурил брови.       — Ну, слушай, дурака из меня не делай, я же вижу, чем сотрудники занимаются, вот сегодня в базе был зафиксирован вход с твоим паролем, ты смотрел людей, с которыми учился Киреев, даже на печать отправил несколько адресов и фамилий. Ты что, не знал, что действия с базой отслеживаются?       — А, понял, — кивнул Денис Николаевич. — Да, такое действительно было, я хотел опросить одноклассников, но потом откинул эту идею и поехал в психиатричку.       — Так что давай-ка ты заканчивай тут «следствие вели» устраивать. У нас не сериал с полным погружением, а девочка, спланировавшая жестокое убийство своего учителя. А кто жертва, кто преступник — пусть решает суд. Наше дело — сухие факты предоставить и все. У нас же сто пятая, часть вторая, пункт д?       — Пока да, но возможно потребуется переквалификация дела.       — Ну, там уже потом будет ясно. Сколько еще времени займет подготовка дела к предварительному слушанию?       — А сколько надо?       — Пару дней — край. Значит так, я щас позвоню Орлову из прокуратуры, попрошу, чтобы он готовил слушание двадцать седьмого декабря.       — А это не рано? Еще не все готово… — Денис Николаевич вскинул брови.       — Слушай, это просто показуха для прессы, что ты, не знаешь, что ли? Мне за статью в газете сверху прилетело по шапке. Сядем, огласим улики, сделаем типа переквалификацию и все. Типа мы тут днями и ночами не спим, над делом работаем. А девочка пусть дальше сидит на своем домашнем аресте еще годик-два пока шумиха не уляжется. А там уже будем все по-человечески, по закону делать. Ты получил отчет судмедэксперта?       — Да, они выслали, но я пока не смотрел.       — Ознакомься и подготовь полный отчет.       — Хорошо, разрешите идти?       — Да, давай. Завтра занеси днем все, что имеется, я гляну и будем отправлять, если все хорошо.       Денис Николаевич вышел из кабинета и, зайдя к себе, позвонил Ульяне.       — Привет, ты сейчас где?       — Я на вызове.       — Хорошо, после — сразу ко мне в кабинет, это срочно.       — Ладно.       Мужчина сделала глубокий вздох и положив трубку. Он взглянул на календарь и набрал номер Алины Дмитриевны.       — Да? — произнесла женщина в трубку.       — Здравствуйте, это Денис. У меня к вам вопрос.       — Да, Денис, я вас слушаю.       — Мы планируем провести предварительное слушание по вашему делу до конца года.       — Суд? Уже?       — Подождите, это предварительное, там не будет вынесения приговора, мы предоставим все улики, возможно, будет переквалификация дела на другую статью. Но я не поэтому поводу вам звоню. Скажите, с вами связывались адвокаты?       — Да, связалась одна женщина, обещала помочь бесплатно, но мы пока даже еще не встречались.       — Хорошо, как ее зовут?       — Анастасия Сергеевна Герман.       — А, знаю ее, да, она довольно известный адвокат и правозащитник. В общем, вам надо уже сегодня встретиться с ней, обсудить детали дела, пусть готовит вас к слушанию.       — Поняла, а нам же должны прислать официальную повестку?       — Да, как только согласуют дату с прокурором, вам ее пришлют. Главное — делайте, как я сказал, ладно? И да: я вам не звонил и не предупреждал ни о чем, Анастасии о нашем разговоре —ни слова.       — Хорошо.       Лейтенант положил трубку и уставился в монитор.