Странник в розовом

В полностью пустом, ослепительно белом пространстве шёл странный паренёк. Странность его заключалась в том, что кудрявые волосы, штаны, пурпуэн,даже туфли — всё было разных оттенков розового. Исключением стали лишь грустные карие глаза. Если бы у этого человека был спутник, он бы несомненно опрокинул на него поток всех своих мыслей, роящихся в голове: «Ужасно! Как могло такое произойти? Энергии же было много… Как обидно… Это просто страшный сон. Жаль, я не знаю ни одного способа проснуться. Куда идти? Что делать? Сколько я уже здесь? Я, по-хорошему, за пределами страны и не был никогда: телепортировался с помощью генератора...» Но не было слушателя у парня, а значит, и некому даже предложить ему ничего съестного. От этого он впадал в уныние. «В животе уже урчит, но в карманах нет ничего, кроме украшений: пара серёжек, три колечка и серебряная цепочка. Этим не наешься. Если идти вперёд, рано или поздно прийдёшь куда-то. Хорошо бы это «куда-то» оказалось Фелицией, Феликс меня точно не бросит. А вот и впереди что-то мелькает. Голубое пятно — Зонтопия, тоже неплохо». Странные имена и названия звучали в голове путника, хотя это только для нас они странные, а для него совсем обыденные. Зонтопия оказалась городом, окружённым высокой и несомненно прочной стеной из голубого кирпича. В такой защите не должно быть отверстий, но они были и назывались чёрными ходами. Один бог знает, зачем они здесь. Тем более, что в отличии от главных ворот, эти проходы охранять никто не собирался. Страннику попался как раз чёрный ход, а думать о другом ему не придётся ещё ой как долго! Не размышляя, он прошёл через голубую дверь, и оказался по обратную сторону преграды. «Как хорошо, что открыто! Сейчас быстренько найду Зонтика и он мне поможет! А вот и церковь, они тут на кого-то молятся, кажется, я плохо слушал, мне Константа рассказывала такую уморительную историю…» —Всем приветик! Я тут ищу… —Тссс! «Вот что они так цыкают, не видят, я по делу?» —Как ты смеешь так бессовестно врываться в церковь? «Знали бы вы, кто Я такой, и что я ещё могу посметь!» —Ну я вообще-то… —Не мешай честным людям поклоняться Великому Зонтику, или папахи с тобой быстро разберутся! «"Честные люди", я как-бы тоже, как Зонтик, по мне не видно?» —Откуда ты вообще взялся такой, чучело? —Я?! Я чучело?! —Гоните его отсюда, окаянного! «Что-то мне не очень нравятся их лица, ничего хорошего они не предвещают. Пора уносить ноги…»

***

Минут десять спустя паренёк, рассматривая чуднóй голубой цветок, чем-то похожий на василёк, который только что сорвал с клумбы, сидел на лавочке в нескольких кварталах от той церкви, обиженый и в самую душу оскорблённый. Ух! Это беспредел какой-то! Порвали мне плащ! Да они вообще знают, сколько он стоит? Нет? Вот я тоже не уверен, генератор цен не говорит, но очень много! Все они такие необразованные, неэтичные, невежи и невежды! Я сам найду Зонтика». С этой мыслью он решительно встал и пошёл по улице, заодно рассматривая местную архитектуру. Посмотреть было на что: очень часто на пути попадались статуи четырёхрукого и трёхглазого человека, небольшие часовни и церквушки с витражами, разноплановые домишки, будто строители никак не могли определиться, что лучше: высокие и тонкие с двускатной крышей или широкие и низкие, а наверху можно будет любоваться закатом. Может так, а может этак. Объединяли это всё лишь цвета: разные оттенки от светло-голубого до тёмно-синего. Но среди этого разнообразия выделялась огромнейшая, высочайшая башня в виде открытого зонта. Да-да, именно так, не иначе. Вот и парню сложно было не обратить на неё внимание. «Великому Зонтику поклоняются, значит. Ничего, вот приду обратно с их богом, будет им "чучело", будет им "окаянный"… Интересные у них представления о правителе! Наверное, он как раз в центральной башне. Ух ты, впереди, кажется, ярмарка, интересно, что здесь продают?» Рынок казался самым большим в мире: не видно было конца рядам из небесно голубых, бирюзовых, тёмно-синих и многих других палаток, в воздухе бурлили голоса, всё было в движении, не останавливаясь ни на секунду. «Даже в Вероне не так много девушек, как здесь. Верона, милая Верона! Так хочется проснуться сейчас в тёплой постели. Как же сложно ходить в толпе! А они ещё и не расступаются, не замечают знать! Но товары ничего: продукты свежие, украшения не безвкусные, даже картины есть! Может, смогу что-нибудь прикупить, новый плащ, например. Недопустимо ходить с рваным. Вот! Этот хочу!» —Здравствуйте, девушка. «Милая персона, интересно, у неё уже есть ухажёр?» —Добрый день, — продавщица выглядела довольно уставшей, ещё бы! Попробуйте целый день стоять и отвечать на одинаково глупые вопросы прохожих. —У Вас же продаются плащи? —Нет, просто так лежат. «Грубая какая-то, мне такие не нравятся». —А сколько стоит? —3 золотых. «Ой, а денег-то у меня и нет! Ну ладно, старый добрый способ прокатит!» —А… У вас такие красивые глаза! Они похожи на ясное небо после дождя! А ваши волосы как иней ранним утром! — парнишка облокотился на стол с вещами. — Может просто так отдадите? —Нет. Мне нужны деньги, — отрезала продавщица. Если у тебя их нет — проваливай. Хотя можем попробовать обменяться, если имеется хоть что-то ценное. — она скептически осмотрела уже стоящего перед ней парня. «Мда, с этой злюкой не договоришься, но я очень хочу этот плащ! Срочно!» —Тогда… Вот, у меня есть цветок для вас! — перед носом продавщицы возник уже немного потрёпанный "василёк". «Ладно, по взгляду видно, не прокатило.» — Хах, это шутка! Вот! «Серёжки ей уж точно нужны. Да что там смотреть? Чистое золото, я о своих девушках хорошо забочусь, а эти я вообще Анне подарить собирался, она такая милашка.» —Ладно, сгинь с глаз моих! Забирай! —Спасибо! «Ура! Теперь у меня есть новый плащ! Пусть тёмно-синий, но всё равно красивый. И с капюшоном!» —Вы правда-правда очень красивая! — эти слова парень сказал искренне: девушка и правда была привлекательной, с насыщенно-голубыми глазами и почти белыми, слегка отдающими синевой волосами. Ей очень шли клетчатая юбка и белая блузочка с накидкой. —Тебя, видно, Великий Зонтик красотой обделил, — промолвила она вслед человеку, с пёстрой одеждой, невиданного цвета волосами, и тёмными глазами. Он, удаляясь, радостно прижимал к себе только что купленную вещь. Страшила, так ещё и сумасшедший: серьги вместо денег предлагает. Жаль его.