Братья по духу

      Умыв лицо, Жан-Пьер снял с подставки свои серьги. Им сегодня предстоит сделать много дел, но он так и не смог выспаться. Мало того, его кашель весь остаток ночи не давал Джотаро нормально отдохнуть, из-за чего тот уже с утра был не в духе. Куджо редко пребывал в хорошем настроении, но сегодня это была самая настоящая катастрофа, когда тот даже не ответил на «доброе утро».       Уложив волосы, Польнарефф покинул ванную, волнуясь, что уже задерживается. «Вечно ты, как барышня на парад, собираешься полтора часа», — постоянно пыхтел Джотаро. Однако в этот раз ни единого слова в адрес Жан-Пьера сказано не было. Он оглядел комнату, и до него дошло, что Куджо до сих пор продолжал валяться в кровати.       — Бог ты мой, а! Джотаро, может, хватит хандрить из-за Джолин? Да, тот бывший коп в курсе про них, но что он им сделает?       Куджо не ответил. Он пытался несколько раз дозвониться до бывшей жены, пока та просто не выключила телефон. Меньше всего на ему хотелось, чтобы их дочери угрожала опасность. «Он знает... он всё знает...» — повторял про себя Джотаро с того самого момента, когда увидел лицо Аббаккио, на котором читалась неприкрытая ненависть человека, жаждущего мести.       — Ты же прекрасно знаешь, что она моя главная слабость, Польнарефф.       — Можно подумать, тебе одному страшно от этого!.. Слушай, Джолин — моя крёстная дочь. Если хоть какому-то козлу удалось узнать информацию о том, как толчок выли... В общем... Не думаю, что с двумя взрослыми мужиками он станет связываться... Ты меня слышишь?       — Слышу... — выдохнул Джотаро, поднимаясь с постели. — Но ведь даже сhtlb козлов есть свои идиоты. А их даже сотня таких, как мы с тобой, не возьмёт, если подобное дерьмо в голову полезет...       Польнарефф прекрасно понимал, какие чувства сейчас бушуют внутри Джотаро, но единственное, что они сейчас могут сделать, это довести начатое дело до конца. Подождав Куджо, он покинул номер в надежде, что хотя бы встреча с информатором сегодня сложится куда успешнее вчерашней.

***

      Жан-пьеру показалось, что Неаполь совсем не спит. Ещё ночью под их окнами едва ли не фестиваль развернулся, как сегодня всё равно было бесконечное число людей. Словно у них был какой-то определённый график, и другая половина города отсыпалась дома.       — Надо было взять солнцезащитный крем, — Обмахивался газетой Польнарефф. — Здесь хоть когда-нибудь бывают дожди или хотя бы облака? Это же невыносимо так жить.       — Ну и ну!.. Ты ещё не адаптировался?       — Легко говорить тому, кто постоянно в кепке ходит!.. Ещё пару дней, и меня точно хватит удар.       — Хм... Мороженое хоть немного поможет тебе остыть?       — А вот теперь ты мне нравишься! Я люблю...       — Клубничное.       — Чего?       — Ты предсказуемый, — усмехнулся Джотаро.       — А ты засранец... Давай-давай! Гони за мороженым! Буду ждать тебя у фонтана.       Чувство плавящейся кожи не хотело покидать. Пусть он сегодня и надел светлую майку и бриджи, но это совершенно не спасало от пекла. Жан-Пьер вспоминал, что во время их путешествия в Египет не было так невыносимо. Сейчас же ему казалось, будто его вертят на адской сковородке. Даже близость фонтана не давала ему спокойно мыслить.       — Жан-Пьер?       Он не сразу понял, кто именно его позвал, но, стоило обернуться на зов, как всё встало на свои места.       — Вот это да! Донателла? Вы всё ещё в городе? — улыбнулся встреченной знакомой Польнарефф, пододвигаясь, чтобы женщина присела рядом.       — Да, ещё не все дела закончены... А Вы смогли найти Буччеллати?       Почему-то последний вопрос насторожил Жан-Пьера. И дело было даже не в том, что именно она спросила, ведь суть интереса ясна, однако, интонация сказала ему больше. Словно Донателла прекрасно знала, что ему это действительно удалось.       — Да, правда, нам всё-таки нужно чуть больше выяснить... — осторожно ответил Польнарефф.       — Как раз по этой причине я здесь.       — Подождите! Что?       — Вы ведь ждали информацию о как-то антиквариате, верно? Вы и друг, который приехал с Вами.       — Я ничего не понимаю... Вы тоже связаны с мафией?       — Нет-нет, Вы не так поняли, — Развела руками Донателла. — Просто за мою просьбу Буччеллати попросил об одолжении и кое-что Вам передать...       — Бруно? Вот же гадёныш!.. — разозлился Жан-Пьер, сложив руки на груди.       — Не ругайте его! Поверьте, если бы это дело было опасным, он бы не стал отправлять меня рассказать Вам о том, где предположительно находится то, что Вы ищите! Буччеллати — хороший человек, просто ему тоже иногда требуется помощь, ведь он был ранен.       Польнарефф нервно сглотнул. Ему не хотелось признаваться ей в том, что именно он и был тем самым парнем, который покалечил Бруно вчера. Ему до сих пор было не по себе от того, что под страхом смерти ему пришлось так себя повести, нанеся Бруно серьёзные раны. Меньше всего сейчас Жан-Пьеру хотелось выглядеть перед Донателлой в дурном свете. Несмотря на то, что они были едва знакомы, какое-то чувство нагоняло на него стыд за случившееся, ведь Буччеллати обещал ей помочь с чем-то, связанным с отцом её дочери.       — Кстати, а где тот друг? — осеклась она, начав разглядывать толпу.       — Отошёл купить нам мороженое. Но, видимо, это надолго...       — Почему?       — Он прекрасно знает мой вкус, но вот свой до сих пор не знает, — усмехнулся Жан-Пьер, представляя, как сейчас Джотаро раздражает продавца, пытаясь определиться.       — Ого! Вы настолько хорошие друзья?       — Да он вообще как брат. Мы с ним знакомы где-то около десяти лет, вместе работаем, да даже номера телефонов у нас отличаются всего на одну цифру!..       — Жаль, что его здесь нет. Хотелось бы познакомиться... Но, видимо, придётся передать необходимое лишь Вам, Жан-Пьер.       — Вы торопитесь?       — Да, не хотелось бы Триш оставлять одну... Она подросток и любит притягивать неприятности.       Что-то в сердце Польнареффа едва заметно сжалось. Ему стало тоскливо от осознания, что Донателла торопиться. В её компании ему почти сразу становилось легче говорить на неродном языке так, будто это песня, которую ты поёшь кому-то близкому. Пусть они и встретились лишь во второй раз, но её улыбка была настолько заразительна, что Жан-Пьер и сам не замечал отступающую хандру. Тепло её добрых слов помогало ему забыть, зачем он вообще приехал в Неаполь.       — Что-то не так?       — Нет, ничего!.. Так, что там насчёт нашего дела?       — Да, в общем, как сказал Буччеллати...       Договорить Донателле не дал всплеск в фонтане. Польнарефф рефлекторно обернулся и увидел нечто, с чем ему в жизни ещё ни разу не приходилось сталкиваться. Огромная рыба выпрыгнула из воды в фонтане, обнажив свои острые зубы. Жан-Пьер понял, что такая тут водиться точно не могла, поэтому вывод напрашивался один: вражеский станд.       Польнарефф выпустил Сильвер Чариот, ожидая, что эта рыба, наверняка, послана, чтобы разделаться с ним, но слишком поздно заметил, что зубы станда направлены в плечо Донателлы. Когда рыба впилась в неё, она закричала. У Донателлы не было станда. Она даже не могла предположить, что же именно сейчас её так тянет в фонтан. Жан-Пьер схватил девушку за руку. Он направил станд атаковать врага, но тот отбивался от атак хвостом с невероятной прытью.       Другого выхода не оставалось. Свободной рукой Польнарефф вцепился в пасть рыбы и попытался оторвать от плеча Донателлы. Пусть и не сразу, но ему это удалось. Когда вражеский станд отцепился от неё, Польнарефф не стал мешкать. Направив Сильвер Чариот, он пронзил рыбу. Пусть и не насмерть, но рана должна была остаться приличная, чтобы обладателю не взбрело в голову вернуться обратно.       — Донателла, как Вы? — Опустился с борта фонтана Жан-Пьер, снимая с себя майку и прикладывая её в ране на плече женщины.       — Нормально, только испугалась... Правда, мне совсем не больно!       Она пыталась его успокоить, но сердце Жан-Пьера бешено колотилось. Он прекрасно видел, что рыба успела оставить раны на её теле. Они кровоточили, а Польнареффу хотелось треснуть себе пощёчину за такой провал. Если бы он только направил станд на её защиту, этого бы не случилось. Жан-Пьер зажал рану, но так продолжала кровоточить.       — Польнарефф, что произошло? — крикнул подбежавший Джотаро и помог другу поднять девушку на ноги.       — Ничего хорошего, Джотаро... Надо быстрее добраться до отеля и обработать...       Куджо не понимал, что происходит, но почти без лишних слов побежал ловить такси.

***

      — Значит, это был не контрабандист, а другой мафиози?       — Да, его имя Польпо. Так Буччеллати сказал...       В номере застыла тишина. Джотаро задумчиво смотрел в окно, пытаясь выследить нападавшего. Вполне вероятно, он не хотел бы, чтобы эта информация дошла до их ушей, поэтому легко мог продолжить преследование. Польнарефф внимательно слушал Донателлу. Его взгляд упал на перебинтованное плечо девушки. Кажется, кровь всё-таки остановилась.       — Мне жаль, что я была так неосторожна...       — В том нет Вашей вины. В конце концов, это неисправность фонтана, в который ваше платье затянуло.       — Хорошо, что Вы так быстро среагировали! Если бы не Вы, Жан-Пьер, я бы просто захлебнулась.       — Угу... — протянул Польнарефф, стараясь отогнать навязчивое чувство вины.       — Что ж, это всё, что он передал... Мне пора идти. Можно воспользоваться вашей ванной напоследок?       — Конечно.       Когда Донателла скрылась за дверью, Джотаро присел рядом с Жан-Пьером. Теперь, когда женщина включила воду, они могли спокойно поговорить.       — Это был станд, да?       — Да. Причём... он хотел утащить в воду именно её.       — Это точно не Буччеллати. Кто-то из Passione вынюхал, что мы ищем стрелу и подослал убрать информатора...       — Твою мать! Если бы я не был таких кретином, она бы не пострадала! — Закрыл лицо руками Польнарефф, не зная, как ему бороться с нахлынувшей злостью.       — Успокойся! Ты и так сделал всё, чтобы она была цела...       — Прошу прощения, — сказала вышедшая Донателла. — Джотаро... была рада с Вами познакомиться!       — Я тоже, Донателла, — Приветливо кивнул Куджо. — Берегите себя!       — Постараюсь, спасибо! Ну, мне пора...       — Постойте! — Подскочил Польнарефф, натягивая ещё не высохшую до конца майку. — Я провожу Вас...       — Хорошо! Буду ждать Вас у входа в отель, пока вы обуваетесь, синьор, — усмехнулась она, покидая номер.       — Вот, — сказал Джотаро, протянув Жан-Пьеру сложенный лист бумаги. — Идите к Буччеллати. Я обрисовал в записке всё, что случилось. Пусть приставит к Донателле кого-нибудь из своих. Сейчас цель Passione именно мы, но перестраховаться будет не лишним... Будь осторожен!       — Буду, — через силу улыбнулся Жан-Пьер, покинув номер.