Поймай меня, если сможешь

Паркинсон остановилась перед каменной стеной. Она обернулась и, убедившись, что за ними никто не следит, надавила на кирпич, обрамлённый серебряной каймой. Со стуком стена начала раздвигаться. Пэнси поманила за собой Драко, отличающегося от навязчивой блондинки. — Я сегодня не танцую! — вскрикнул Малфой, отталкивая пьяную девушку. — Я не думала, что ты из этих... Мог бы и сразу сказать, — обиженно пробормотала девушку, поправляя подскочившую юбку. — О, Мерлин! — взвыл Драко, — Почему меня уже второй раз за последние двадцать четыре часа принимают за гея? — Это тревожный звоночек, дорогой. Пэнси ухватила блондина за ворот рубашки. Она толкнула его внутрь открывающегося лифта. Своим видом он напоминал орхидею. Лепестки начали захлопываться друг за другом. В лифте освещение было тусклым настолько, что кожа Драко показалось Паркинсон мертвенно серой. Парень поднес к лицу руку с часами, пытаясь понять, сколько ему останется поспать до того момента, пока в его жизнь снова не ворвётся Кингсли с очередным заданием. В лифте стоял приторно сладкий аромат духов, смешанный с острым запахом алкоголя. Драко усмехнулся, поняв, кто чаще всего пользуется этим входом. Когда лепестки раскрылись, и волшебники вошли в кабинет Блейза, он убедился в правильности своей догадки. Забини развалился на кожаном диване. Вокруг него вилось с дюжины девушек. Блейз определенно потратил немало гадлеонов, чтобы обеспечить себе приятный вечер. Он скривился, заметив незваных гостей. Парень поднялся, а девушки недовольно замурчали. Одной все же удалось схватить его за рукав и стянуть рубашку. Они довольно захихикали. Взгляд Драко остановился на милой шатенке. На ней не было ничего, кроме тонконого длинного платья, идеально струящегося по ее гибкому телу. Девушка, заметив блуждающие по ней глаза блондина подмигнула ему. Малфою на мгновение показалось, что из-за распущенных волос показались острые уши. — Персефона, мой ангел, не своди меня с ума! — вскрикнул Забини, возвращая Драко в реальность. — Блейз, это важно. Ты же знаешь, я бы не привела его в другом случае, — сладко пропела Пэнси, мило улыбаясь другу. Блейз недовольно хмыкнул. Он обернулся, жестом показывая девушкам, что они свободны. Те послушно засобирались, проходя мимо хозяина бара. Красавица со смуглой кожей, на которую обратил внимание Драко, остановилась около него. Он почувствовал едва уловимое дуновение ветра. — А ты мне понравился. Я приду, если ты позовешь меня. У воды. Услышишь мое пение — следуй за ним, — тихо прошептала шатенка. Малфой вздрогнул. Когда он обернулся, чтобы остановить незнакомку, ее рядом уже не оказалось. Пелена у его глаз исчезла, ее более не застилал образ зеленеющего леса, а в мыслях не пели птицы. Драко помотал головой. — Это нимфы. Ты притащил в свой бар нежить? — блондин тыкнул пальцем в Блейза, — Тебе не достаточно милых ведьмочек? Захотелось новых ощущений? Ты устроил из бара притон. — Послушай, это уже слишком. Я не учу тебя сидеть в министерстве и ублажать начальство ради заветного повышения. Я праведником никогда не был, не помню такого и о тебе. Не смей меня осуждать, твои благия намерения не смогут загладить прежнюю вину. Не беги от себя настоящего и тогда, возможно, станет проще жить. Гнев Забини не угасал. Он вернулся обратно к столу и наполнил свой стакан. Парень уселся на диван, забросив ногу на ногу. Жестом он пригласил гостей сесть напротив, понимая, что просто так они не уйдут. Паркинсон толкнула вперёд Драко, заставляя его спрятать свою гордость куда подальше. — Прежде чем ты задашь мне вопрос, Драко, ответь на мой. В качестве кого ты сюда явился? — Старого друга, — немного помедлив ответив Малфой. — С аврором ты говорить не станешь, — поспешно добавил он. — На твоё счастье я очень люблю Персефону и не хочу её расстроить. К тому же, не забываю прежних товарищей, несмотря на нынешние распри. Блейз напомнил ещё один стакан и подвинул его в сторону собеседника. Пэнси от алкоголя отказалась, вальяжно прогуливаясь по кабинету. Она скинула с ног ботинки на высоком каблуке. Девушка остановилась возле огромной картины, висящей на стене. Паркинсон усмехнулась. Прямо с портрета на нее смотрел полуголый Забини. На его голове была огромная корона, которую он вечно поправлял левой рукой. В правой хозяин клуба держал толстый жезл. Пэнси сама подарила ему этот портрет, зная, в какой восторг придет друг. — Любопытная вещица. У кого видел? — спросил Блейз, покрутив в руках рисунок Малфоя. — У одной ведьмочки пропал этот перстень. Сказала: фамильная реликвия. Знаешь что-то о происхождении камня? Внутри него будто черный дым клубится, жуткое зрелище, а цветом чем-то напоминает... — Кровь, — закончил Забини, отбрасывая бумажку в сторону, — Sanguinem Ruby. — Кровавый рубин? — Драко непонимающе оставился на брюнета, — Новая цацка для поклонников нежити? — Эта «цацка» делается из вампирского яда. Камень очень редкий. По своему виду напоминает философский, но от него по своему составу очень далек. Алхимики в своем стремлении изобрести способ вечной жизни были настолько безумны, что испробовали все возможные способы. Согласно их записям и рисункам, примерно так философский камень и должен выглядеть. Насколько я помню, несколько десятилетий их даже продавали под видом лекарства от старения. Кровавый рубин, конечно, тоже очень редкий, но влияние имеет куда меньшее. — То есть, та, кому он принадлежит связана с вампирами? — задумчиво спросил доакоо. — Ты же сказал он пролежал с сотню лет у безобидной старушки. Вряд-ли она, будучи вампиром, так плохо сохранилась. Советую подумать о воровке. Есть камни и подороже. Она либо схватила то, что попалось под руку первым, либо знала, что искать. Пэнси неожиданно засобиралась. Она поспешно натянула ботинки и схватила курточку. Девушка поспешно рылась в меховых покрывалах, валявшихся повсюду, пытаясь найти свою пропавшую сумочку. Она довольно вытащила ее с самого дна, но все ее содержимое оказалось на мраморной плитке. — Вообще странно, что Персефона привела тебя ко мне. Она и сама неплохо разбирается в делах, связанных с нежитью. Правда, ангелок? Драко круто развернулся в кресле, уставившись на Пэнси. Брюнетка сидела на корточках, бросая в сумочку всю разлетевшуюся косметику. Она, наконец, поднялась, отряхнула колени и смахнула со лба челку. — О чем это ты, Блейз? — задавая вопрос одному собеседнику, Малфой прямо смотрел на другого. — Ах, так ты ему не рассказала. Тогда предоставлю этот шанс тебе. Надеюсь это всё, мне ещё нужно кое-что уладить. — Пэнс, даже не думай бежать, — предупредил подругу блондин, — Забини, я твой должник. Вряд-ли ты что-то попросишь у служителя министерства, но я отдам должок. У меня будет ещё один вопрос. Ты не знаешь, где живёт Грейнджер? — Подружка Джинни? Не помню, чтобы такие, как она, были в твоём вкусе. Хотя Грейнджер очень похорошела. Иногда сам не могу отвести взгляда от её... — Не интересует тело, интересует адрес, — мило улыбнулся Драко, пытаясь скрыть раздражение. Забини вынул из кармана брюк палочку. Он быстро взмахнул ей несколько лет, вырисовывая в воздухе буквы. Блейз протянул Драко бумажку с адресом. Малфой благодно кивнул и протянул руку. — Я подумал над твоими словами, — сказал блондин, — И ты прав, Блейз. Попробуем мои методы. Не совсем ординарные и законные, зато всегда действенные. Паркинсон обнялась на прощание с Блейзом и первой скользнула в лифт. Она тут же мысленно поблагодарила Забини за плохое освещение, которое совсем недавно вызвало у нее недовольство. Девушка боялась пристального взгляда серых глаз, который ощущала, даже не глядя на Драко. — Ничего не хочешь мне объяснить? — холодно поинтересовался Драко. — Драко, я знаю, как сильно ты ненавидишь нежить, — выпалила Паркинсон, — Но нельзя сравнивать всех всего с несколькими. Марсель — вампир, но это не имеет никакого значения. Он красив, умён, очень хорошо воспитан и... Его не интересует моё тело, а скорее я сама. У меня не было подобных отношений до этого момента. С ним я испытываю новые ощущения. — Пэнс, экстаз пройдет, — выдохнул Малфой, — Тогда ты осознаешь, что ошиблась. Как минимум, Блейз и я любим тебя не за красивое личико и сексуальное тело. Найдется и другой волшебник, но вампир... Конечно, я догадался об этом ещё во время разговора с Забини, но надеялся, что ошибся. Не так давно мы дали слово не лезть в личную жизнь друг друга. Попробуем не нарушать его хотя бы несколько часов. — Ты не скажешь Теодору? Лифт остановился. Лепестки начали раскрываться. На этот раз перед волшебниками не оказалось стены. Они стояли с обратной стороны здания. Малфой спустился на сырую после дождя землю. В свете фонаря Пэнси могла видеть, как заходили желваки на его лице. Глаза, как обычно, не выражали ничего, кроме спокойствия и безразличия. — Не скажу, но своего Марселя ты не сможешь прятать вечно. Придется либо постоянно врать Тео, либо объяснить ситуацию бойфренду. Подумай, кто был с тобой рядом после всех разрывов, и сделай правильный выбор. Драко круто развернулась на каблуках, оставляя Пэнси наедине со своими мыслями. Он петлял между переходами, следуя согласно стрелочкам, появившимся под названием улицы на листе Блейза. Малфой, наконец, остановился. На бумажке возник милый хорек, помахавший ему лапкой. Драко усмехнулся, пряча ее в корман. Он поднялся по ступеням и поднес к двери палочку. Прошептав заклинание, Малфой зашёл внутрь. Драко чертыхнулся, вспомнив, что не уточнил номер квартиры. Он на мгновение решил, что друг мог об этом и не знать, хотя хорек тут же разубедил его. Малфой развернул бумажку и увидел на ней число «11». Блондин довольно кивнул, преодолевая несколько лестничных пролетов. Он открыл дверь тем же способом. Зайдя внутрь, Драко остановился, чтобы привыкнуть к полной темноте. Ему почудилось, что он ощутил на своей шее дыхание. Малфой зажег кончик палочки, поднося его к лицу. Прям перед ним мелькнули густые русые волосы. — Вердимиллиус! — Протего! — парировал Малфой. Драко ловко увернулся. Его глаза начинали привыкать к темноте. Он рассмотрел тень девушки, стоящей прям перед ним. Грейнджер даже не собиралась прятаться. Ведь это вовсе не она ворвалась в чужую квартиру посреди ночи. — Для Аврора ты не слишком аккуратен. Советую вести себя потише и потренироваться с отпирающими чарами, — смеясь, сказала Гермиона. — Это тебе стоит сменить замок. Или хотя бы смазать его маслом. Баубиллиус! Гермиона присела. Желто-белая магия угодила прямиком в вазу за ее спиной. Девушка тут же раздражённо выдохнула, оказавшись рядом с осколками. Она бросила злобный взгляд на Малфоя. Он же выглядел так, будто уже одержал победу. Таким друг друга они и представляли, хотя в темноте могли отличить только очертания фигур. — Эта ваза досталась мне от прабабушки! — вскрикнула Гермиона. — Забыла заклинание, отматывающее время, Грейнджер? Помнится, в школе ты была лучшей ученицей. Растеряла навыки? — Не дождешься! Инкарцеро! — Хочешь связать меня веревками? Не выйдет, лучше скажи мне, как тебе это. Малфой давно нащупал позади себя стол. Он толкнул его в сторону Грейнджер. От неожиданности девушка не успела отскочить. Драко воспользовался моментов и, ловко ухватив ее, прижал к стене. Убедившись, что Грейнджер никуда не денется, он наколдовал большой светящийся шар, поднявшийся к потолку. — Встречаешь меня в кружевной ночнушке? Это крайне мило с твоей стороны, но меня не проймёшь, — усмехнулся Малфой, стараясь сосредоточиться на глазах девушки. — Обычно я не встречаю гостей в столь поздний час, потому не успела принарядиться. Уж извольте, — съязвила Грейнджер. Гермиона попыталась вырваться из рук Драко, но тот только крепче сжал ее плечо. Грейнджер заметило его колено, стоящее между ее ног. Малфой пошло подмигнул, за что заслужил пощёчину. Гнев заставил Гермиону высвободить руку, но блондин, осознав досадную ошибку, свёл обе ее руки за спину. — Ты напала на аврора. — А ты без спроса влез в мою квартиру. Всего одно моё слово, и ты вылетишь с работы, — почти прорычала Гермиона. — Грейнджер, ты просила меня поймать тебя. Тебе не кажется, что я уже добился цели? — на лице Драко появилась улыбка, больше похожая на оскал. — Ты чокнутый, Малфой. Что ты несешь? — Не притворяйся! Я знаю, что это была ты, — раздражённо ответил блондин. — Где была? Да пусти же ты! Гермиона согнула ногу, отталкивая Драко. От неожиданности он ослабил хватку и отступил, почти спотыкаясь об стол, который сам же и бросил. Недовольно выругавшись, Малфой подвинул стоящий рядом стул и присел на него, скрещивая руки на груди. — Покажи мне свой перстень, — потребовал Драко. — Если ты сейчас же не покинешь мою квартиру, то я сейчас отправлю письмо в министерство. Кингсли будет приятно узнать о новом досадном происшествии. Придется начинать путь заново. Малфой соскочил со стула. Он растерял всё былое самообладание, подходя к девушке вплотную. В ее глазах блондин увидел расстерянность. Он довольно усмехнулся. В его голове возник план: до жути простой, но единственный. Драко ухватил девушку за талию и придвинул к себе. Палочка Грейнджер ударилась о пол. Девушка подняла обе руки, пытаясь избавиться от блондина лёгким взмахом, будто тот был странным видением. Драко крепко сжал в руках шёлковую ткань, совсем, как платье в клубе несколько часов назад. Но сейчас расстояние между одеждой и телом сократилось вдвое. — Мне написать ещё и домогательстве? — стараясь говорить твёрже пробормотала Гермиона. — Нет, пока не стоит, — прошептал Драко, наклоняясь к губам Гермионы. Опешившая девушка неожиданно пришла в себя. Она схватила первое, что попалось ей под руку, чтобы заставить пожалеть Малфоя обо всем, что он успел сделать, но тому удалось выскользнуть. Гермиона невольно сравнила его со змеёй. Он двигался столько же плавно и грациозно. Увлекшись созерцанием фигуры Драко, Грейнджер совсем не заметила, как исчезла ее волшебная палочка. Девушка вцепилась ногтями в столешницу позади, пытаясь отмахнуться от навязчивого заказа одеколона прямо перед ее носом. От Малфоя разило дорогим алкоголем, который обычно пил Блейз, но этот запах был не так сладок, в нем чувствовалась горькая мята.