Гусеница, что притворилась змеёй

Селин даже предположить не мог, что единственное слово, которым можно будет описать весь следующий день, проведённый в непосредственной близости от гигантских змей — скучно. Последние дни он был на ногах, и неожиданное бездействие застало его врасплох. Селин был совсем не рад такому отдыху. Пусть его физические силы наконец-то могли восстановиться, но теперь в игру вступил разум, пребывавший до этого в каком-то коматозном состоянии. Как только у тела отпала надобность в моментальном реагировании на любые внешние раздражители, его разум усиленно заработал, а потому в голову полезли совсем неутешительные мысли. Что ему делать дальше? Что будет с ним? Если он находится на Земле, то какой сейчас, чëрт побери, год? Ещё была слабая надежда на этого Хозяина, встречу с которым ему всё это время обещал змей. У Селина накопилось множество вопросов и он надеялся, что хоть что-нибудь удастся прояснить. Вот только Лу не спешил знакомить парня со своим всемогущим Хозяином. Пробуждение вышло крайне милым — Селин проснулся от удара о землю, ровно в тот момент, когда змей, начав двигаться, сбросил его, беспардонно устроившегося на змеином хвосте. Едва ли Лу скинул его намеренно, скорее просто забыл о том, что какой-то неопознанный объект решил прикорнуть у него под боком. Потирая ушибленную спину, парень удивленно смотрел вслед молчаливо удаляющемуся серому хвосту. Утро было туманным, а воздух влажным, но дождь уже прекратился. — Ты куда? — громко спросил парень, но аспид его уже не услышал. Или сделал вид, что не услышал, но ответа парень не дождался, зато привлёк к себе любопытные взгляды других змей. Шевелящийся монстр, представляющий собой клубок разноцветных хвостов, смотрелся не столь волшебно в серых тонах мутного тумана. В отсутствии разноцветного свечения корней и мха, картина сплетённых чешуйчатых шкур заставляла против воли содрогаться от своей излишней реалистичности. Утренний свет неизбежно заставил сказку превратиться в пугающую действительность. Селин оказался отрезанным от остального мира и зажатым между подножьем высокой горы с одной стороны и пёстрым переплетением хвостов с другой. Ещё и аспид уполз в неведомом направлении. В очередной раз было неприятно осознавать, что парень цеплялся за аспида как утопающий за соломинку, ведь в его присутствии Селин чувствовал себя увереннее. Он не мог не признать, что сейчас один из устоев его привычной жизни крошился, распадаясь на щепки, оставляя от себя одну лишь пыль. Он всё больше вверял свою жизнь аспиду. Неплохо иметь верные знакомства, полезные связи, однако Селин не планировал, чтобы его жизнь зависела от другого человека. Существа. Разве что от тёти. С другой стороны, он и не планировал оказываться в диких джунглях. В сердцах Селин ударил рукой по ноге, словно желая отрезвить себя. Он итак потерялся в незнакомом лесу, нельзя было давать себе потеряться в собственной голове. Что же делать? Может, попробовать наведаться к Хозяину? Селин не посчитал это хорошей идей. Без Лу не стоит туда соваться. Вот вечером змей вернётся, и тогда Селин точно потребует его вместе нанести визит. За весь день, что Селин сидел и наблюдал за лениво ёрзающими змеями, пугающая картина успела приестся, уже не вызывая бурю эмоций, оставив после себя осадок лёгкой брезгливости — не от змей самих, а от их чрезмерного количества, словно было в этом нечто неправильное, противоестественное. И что-то ещё. Было ещё какое-то чувство, слишком неуловимое, непонятное, и от этого чересчур расплывчатое. Этому ощущению никак не получалось обрести чёткую форму. Селин поочерёдно рассматривал узоры на десятках шкур. Красные, чередующиеся с желтыми, полоски. Оранжевые и коричневые пятна, мелькающие из-под однотонно зелёных хвостов. Казалось, что с наступлением дня змеи подуспокоились, клубок практически полностью остановил свой ход, замер. Они перестали без устали уползать в лес и приползать обратно. Селин реже стал натыкаться на чужой взгляд тонких прямых зрачков, изучающий странного человека, и лишь спустя некоторое время он понял почему. Змеи уснули. Вот только уснула лишь большая часть, так как внезапно Селин с мрачной досадой заметил, как в его сторону движется одна особь. Он сидел на том же возвышении, куда его вчера привёл аспид, а потому смотря вниз, он с пугающей отчётливостью видел, как поверх неподвижно спящих сородичей ползёт змея — светло-лилового цвета, двигаясь медленно по самому краю, то и дело цепляя своим телом кусты и папоротники, порой останавливаясь, нюхая воздух розовым языком. Она ни на секунду не отрывала свой взгляд от Селина, который с такой силой вжался спиной в скалу, что казалось ещё немного и у него получится продавить собой твёрдый камень. Он в очередной раз проклял себя за бездействие, но черепную коробку словно до краёв заполнил белый шум. Селин понимал, что у него не получиться заставить себя сдвинуться с места, пока его мозг не даст ясную и внятную команду его телу. Нужно задать направление, поставить цель. Как же раздражало, когда процессы, которые в обычной жизни происходили в организме в автономном режиме, в экстремальных ситуациях необходимо было координировать самому. Селин огляделся. Единственное место, куда он мог убежать — углубление в скале. Та самая пещера. Неимоверным усилием воли Селин заставил себя подняться на ноги, и когда он почувствовал, что тело начинает вновь оживать, то моментально воспользовался шансом. К пещере. В пещеру. Там он сможет спрятаться. Безусловно, он не мог с уверенностью заявить, что ему известны намерения змеи, но вряд ли та была настроена дружелюбно. В этом плане Селин был в себе уверен — у него слишком хорошо была развита интуиция, он слишком хорошо понимал язык тела; и неважно человек перед ним, или чудовище весом под тонну. Движения и выражения морды говорят сами за себя. Ноги несли его сами, но как только Селин оказался под каменным сводом, его уши заполнил гомон различных и крайне недовольных голосов. От неожиданности Селин на секунду, потеряв координацию, споткнулся, распластавшись на холодном камне. Тихо ругнувшись, он постарался вслушаться. — Куда он? — Нельзя, сейчас нельзя. — Он не спросил. — Где подношение? «Дерьмо. Сюда что, нельзя просто так заходить? Сдался мне этот ваш Хозяин». Селин поднялся, с неудовольствием отмечая, что он в очередной раз содрал себе кожу с ладоней и локтей. Он гадал, когда она вообще успевала заживать. Стоило Селину развернуться, дёрнувшись в сторону выхода — как ему в живот прилетел сокрушительный удар, чуть ли не выбивший из него весь дух. Селин не смог устоять на ногах, он отлетел назад как тряпичная кукла, приземлившись и прокатившись кубарем по земле. Гребаные ладони! Селин только сейчас заметил, что у входа в пещеру стали толпиться змеи — несколько десятков пар глаз смотрели на него, но в саму пещеру решилась заползти только одна, та самая лиловая змея. И сейчас она ползла к Селину, не понимающему что же не так. Не со всей этой ситуацией — тут как раз всё было ясно, Селин ступил туда, куда ему не следовало идти вовсе — а что же не так с этой змеёй. Потребовалась всего доля секунды — змея настроена крайне агрессивно, она движется решительно, её хвост вырисовывает резкие, крутые изгибы. Странность в том, что Селин не понимал, что же она собирается сделать. Напасть, да. Как? Её пасть плотно сжата. Селин бездумно побежал вглубь пещеры, скорее от безвыходности ситуации, осознавая, что этот поступок едва ли разумный, но не бежать же ему в сторону крайне агрессивно настроенной змеи, позади которой плавают в воздухе другие змеиный головы. Гул недовольных голосов возрос, твердящий одно слово «нельзя». «А к вам на встречу значит можно?» Впрочем, Селину и не дали пробежать дальше. Он ощутил ледяное прикосновение к своей коже — вокруг его торса обвился лиловый хвост, мгновенно начав сжиматься. Чёрт, чёрт, чёрт. Селин с ужасом осознал, что его душат. Конечно, зачем же змее сейчас открывать свой рот — её добыча ещё не оглушена. Не потребовалось много времени, прежде чем Селин заорал от боли, чувствуя, что его кости сейчас треснут, а органы просто-напросто лопнут. — Стой! — крикнул он. Селин сам не мог поверить в то, что змея послушалась его приказа. Речь! Естественно. Когда же он это наконец запомнит? — Ты не можешь меня убить… — просипел Селин и постарался глубоко вдохнуть, воспользовавшись тем, что змея ослабила хватку. — Ты рьяши? — неподдельное удивление в чужом голосе. У Селина потемнело в глазах от боли, а потому он не понимал, смотрит ли он на лиловую змею или на стену пещеры, зато слух у него работал теперь в полную силу. Голос змеи. Он… женский. На несколько секунд повисла тишина, и Селин мог лишь быстро-быстро моргать, надеясь на скорейшее восстановление зрения. Вскоре он смог рассмотреть повисшую перед собой узкую, закруглённую морду лиловой змеи. Сейчас до него дошло, как было недальновидно надеяться, что вчерашняя речь Лу убедит всех его собратьев, но разве… К чему её вопрос? Змея сейчас на достаточно близком от него расстоянии, чтобы точно учуять исходящий от него тот самый запах рьяши, о котором все говорят. — Ты не слышишь запахов? — неуверенно спросил Селин. Шестым чувством Селин ощутил, что попал в точку. Если и не в точку, то очень недалеко от неё. Змея отпрянула, склонив голову, злобно зашипев. Она отпустила Селина и тому стоило нечеловеческих усилий не осесть на землю, а продолжить стоять на ногах. — Точно. На него нельзя нападать. — Хозяин пока ещё ничего не решил. — Нужно дождаться его слова. Затараторили наперебой змеи, которые будучи настроенными агрессивно к Селину секунду назад, теперь все вместе пришли к консенсусу — этому странному самцу, от которого не пойми кем пахнет, нельзя навредить. По крайней мере пока что. Лиловая змея неохотно отступила, хотя всем своим видом и показывая, что просто так она незнакомого пришельца не оставит. Парень подождал, пока все змеи расползутся по своим делам, прежде чем выйти из пещеры. Заходить глубже и исследовать её в одиночку он и не собирался. Серый же сказал, что сейчас не время, а значит стоит подождать и не портить отношения с небезызвестным Хозяином раньше времени и без острой необходимости. Селин уже было отправился к тому самому месту, где его оставил аспид, но остановился на полпути. Хоть сейчас проблема и решилась, но он не был уверен, что спустя ещё час или два не объявятся очередные интересующиеся его собственной персоной змеи с проблемным обонянием. К тому же он понимал, что сейчас на взводе. Страх, облегчение, радость от того, что у него самого получилось решить вопрос, взять ситуацию под свой контроль. Все эти эмоции смешались, сердце гоняло кровь с бешеной скоростью и Селин, нащупав вену на виске, слегка нажал, словно в попытке заставить кровь замедлиться, ведь от сумасшедшего ритма начинала болеть голова. На ватных, негнущихся ногах Селин двинулся в сторону змей, с жалостью глянув на свои пожитки, которые он решил не брать с собой. Действительно, какой смысл был сидеть на месте и ждать проблем, если можно самому отправиться на их поиски? Вся ситуация, а главное её благополучное разрешение придало Селину небывалой уверенности. Он сможет, справится, не будет сидеть на месте. Чтобы добраться до той части, где заросли отделяли поляну, вышитую хвостатыми телами, необходимо было пройти прямиком через скопление змей. И Селин решился. Его посетило странное ощущение и родом оно было из детства. Детства до встречи с тётей. Так он обычно чувствовал себя, когда встречал на улице стаю бродячих собак. Главное не бояться. Они чувствуют твой страх. К удивлению, большая часть змей не обращала на него никакого внимания, кто-то продолжал спать, кто-то из любопытства обнюхивал Селина и почти сразу терял интерес. У Селина зародилось одно подозрение и он подумал, что мог бы задать вопрос аспиду… Где он, кстати? Вновь оказавшись в лесу, Селину потребовалось время, чтобы привыкнуть к царящему под кронами деревьев сумраку. Вязкий туман окутывал стволы, растения. Даже не было слышно жужжания насекомых, которые словно не желали просыпаться в отсутствие солнца. Мох и корни слабо светились. Такая неподвижная атмосфера навевала сонливость. Селин подобрал небольшой камень с относительно острыми краями. Он решил делать зарубки на коре, чтобы не потеряться. Всей душой он надеялся, что сейчас не встретит огромного зверя, от которого придётся уноситься сломя голову. Селин ухмыльнулся. Это было неизбежно — он стал относиться к опасностям, поджидающим его на пути, как к самим собой разумеющимся. Не важно, остаёшься ты на одном месте или находишься в движении, в этих джунглях невозможно спрятаться от угрозы. Ты рискуешь жизнью каждую секунду. И вот от этого Селин и устал. Устал бояться. Парню казалось, что в нём что-то меняется. Его чувство страха преобразуется, перерождается во что-то новое. Он не знал, во что именно, единственное, что знал сейчас — хотелось отдохнуть от опасностей. Просто пожить. Подумать о завтрашнем дне. Не цепляться за жизнь каждую чёртову секунду. Где-то впереди раздался звук. Селин вздёрнул голову, ощущая, как физически пытается навострить уши. Если так дело пойдёт и дальше, то он сам станет напоминать какого-то дикого зверя. Что за звук? Похоже на топот. Селин обрадовался, что наконец-то можно было услышать хоть что-нибудь. До этого лес казался вымершим, и отчего-то ещё более непонятным, угрожающим. Плотный туман мешал обзору. Хоть Селин и намеревался найти источник топота, но теперь он понимал, что надо быть аккуратнее. Он с осторожностью ступал вперёд, раздвигая в стороны лианы и кусты. Когда он переступал через лужу, впереди заметил движение. Это кто-то живой. Селин замер, наклоняя голову из стороны в сторону, стараясь рассмотреть существо с разных углов. Сейчас оно замерло. Рыжая шерсть. Оно стояло спиной к Селину, и парень мог увидеть пару длинных и стройных задних ног. Лошадь? Осёл? Где-то сверху ухнула кукушка и животное, что сейчас находилось от Селина на расстоянии десятка метров, вскинуло свою голову, и в этот момент показались два прямых рога. Антилопа. Или нечто, похожее на неё. Удивительно. С растрепанными волосами, весь побитый, босой и в одних рваных брюках, с острым камнем в руках Селин бесшумно наблюдает за антилопой. За добычей. И тут его осенило. Впервые за всё время в джунглях он мыслил с такой кристальной ясностью. Словно туман вокруг него был материализовавшимся туманом, который прежде обволакивал его разум, и тот теперь улетучился, вытек наружу. Селин вытеснил его из себя. Не обязательно быть лишь жертвой, не обязательно занимать последнее звено в пищевой цепочке. Селин может стать выше. Он может получить больше власти и над своей жизнью, и над чужими. Вот он — закон джунглей. Теперь он был уверен. Сила кроется в способности принимать все удары судьбы с достоинством. Принимать, но всегда быть готовым дать отпор. Селин сжал камень, как вдруг антилопа исчезла из виду, словно провалившись сквозь землю. Он физически ощутил как сердце в грудной клетке подпрыгнуло, собственно как и он сам. Это прервало его размышления, и он очнулся, возвращаясь в реальность. Селин не успел ещё в полной мере осознать, что только что намеревался сделать сам, его сейчас больше беспокоило то, куда делась антилопа. Было в её исчезновении что-то зловещее, ведь Селин не услышал ни звука. Если бы она упала, то до его слуха мог бы донестись шелест листвы, глухой стук удара о землю. Получается, что животное что-то утянуло вниз. Или кто-то. Селин нахмурился, мысленно запрещая страху завладевать собой. Словно ответ от леса на его самонадеянные мысли — не ты один здесь хищник. Селин подумал об отступлении. На сегодня хватит. Он не хотел сейчас попадаться на глаза одному из многочисленных диких монстров, встреча с которым повлекла бы за собой суматошную беготню. Так велика вероятность заблудиться. Не зря же он оставлял зацепки — он ещё может вернуться. Селин глянул назад, с удовлетворением замечая несколько виднеющихся порезов на стволах рядом с ним. Он начал разворачиваться, но его штанина зацепился за ветку, торчащую с поваленного бревна. Оступившись и едва было не упав, раздражённо он склонился, сначала пытаясь высвободиться, но в конце смирившись и сдавшись, он просто дёрнул ногой, слыша, как трещит разорванная ткань. Селин хотел уже распрямится, но тут он почувствовал чужое дыхание где-то над собой. Рядом. Запредельно рядом. Селин замер, молясь, чтобы ему показалось. Спустя мгновение, которое тянулось целую вечность, Селин вновь ощутил тёплое дыхание на своей спине. Он резко разогнулся. Его тут же пригвоздил к месту цепкий взгляд двух чёрных глаз, глядящих на парня сверху-вниз. Всё внутри парня ощетинилось, поджалось. Морда аспида нависала над ним. — Охотишься? — в тоне аспида было искреннее любопытство, и Селину внезапно захотелось стукнуть его. — Ты без таких эффектных появлений сам не свой будешь, да? — голос Селина звучало слишком глухо. Аспид не отвечал, и Селин подумал, что, возможно, тот даже не услышал его слов. В ушах звенело, Селин сам себя еле слышал. Он сделала шаг в бок — принципиально не стал пятиться назад, но всё же не смог противиться желанию увеличить расстояние между ним и аспидом. Селин откашлялся и постарался придать своему голосу как можно больше уверенности. — С чего ты взял, что я охотился? Селин и сам не до конца был уверен, что он только что собирался сделать. Неужто и впрямь хотел убить живое существо? — Ты слишком громко думал, — Селин постарался не слишком показывать своё облегчение, когда змей опустился, перестав столь грозно парить над парнем, припав мордой к земле, что-то вынюхивая в том месте, где Селин стоял, готовясь к… К чему же? — Ты можешь читать мои мысли? — спросил он. — Нет, но я мог тебя видеть. Твоя поза. Твоё лицо, — змей сощурился, и Селин стало как-то уж совсем неуютно. Несмотря на промозглую погоду и холодный туман, парня охватило нетипичным для него жаром. Селину хотелось думать, что он заболел, совсем не желая списывать этот жар на чувство смущения. Он не собирался признавать, что ему становилось не по себе от того, что кто-то другой в который раз заставал его в помутненном состоянии и отсутствии самоконтроля. Видимо, змей решил его добить, так как тут же невозмутимо добавил: — Ты хотел напасть, но не сумел это сделать, — змей не отрывая носа от земли, посмотрел вверх, с жадностью и напором заглядывая парню то ли в глаза, то ли прямо в душу. Даже его щупальца потянулись к парню, словно жаждя вырвать ответ из него силой. — Мне помешали, — Селин пожалел о своих словах ещё до того, как успел произнести их вслух. Слабая отмазка, которая явно не впечатлила аспида. Тот даже повел мордой, сморщив ноздри, показывая своё презрение такой отговоркой, поэтому Селин решил сменить тему, — Ты давно за мной следил? — Нет. Заметил тебя тогда, когда ты нацелился на мою добычу, — скрытый смысл фразы мог нести в себе угрозу, и то, как аспид выделил слово «мою» покоробило Селина. Подобная реплика могла нести предупрежденее: «Не лезь на мою территорию». С момента появления аспида Селин видел лишь его переднюю часть тела. Он огляделся вокруг, и его слегка передёрнуло. Со всех сторон за буйной растительностью можно было заметить серую чешую. Когда он успел так незаметно окружить парня? И тем не менее — в зрачках аспида плясали весёлые огоньки. «Вот же жук. Для него это игра, не так ли?» Наверное, это должно было рассердить Селина, но, к своему удивлению, он захотел. Захотел сыграть в чужую игру — но правила будет устанавливать он сам. — Ты сказал я слишком громко думаю? Объясни, что я сделал не так, — Селин ухмыльнулся, сложив руки на груди. Совсем рядом раздалось шуршание, а затем шлепок чего-то о влажную землю. Улыбка Селина стала шире, ведь ему даже не нужно было поворачиваться, чтобы убедиться, что это змей радостно стукнул концом хвоста. Волшебным образом ни с чего ни с того взявшееся воодушевление аспида было заразным, и Селин и сам начал испытывать нечто сродни волнующему предвкушению. — Ты много шумишь. Хруст от ветки, на которую ты наступил. Частое, громкое дыхание. Каждый твой шаг слышен, — с каждой новой фразой серого Селина всё больше подмывало вставить своё слово, как-то объясниться, защитить себя. Нужных слов на ум не приходило, а потому Селин молчал, ожидая продолжения. — Твои действия отражают твои намерения. Ты громко думаешь, и поэтому я могу услышать твои намерения, — подытожил аспид и тоже замолк. — Ты же не просто так всё это сейчас мне рассказываешь, да? — хоть Селин и пребывал под впечатлением от такого исчерпывающего объяснения, но вопросов у него не убавилось. — Зачем указывать на ошибки тому, кто может их исправить и стать более достойным соперников в, — пауза, — охоте за добычей? Селин всё ещё не мог до конца принять тот факт, что действительно обсуждает с огромным чудищем как правильно следует охотиться. Чем дальше — тем чудней. Змей задумался. Он прикрыл веки, и Селин взглядом очертил две изящные стрелки, обрамляющие змеиные глаза. Странно, почему он всегда избегал змей? Нет, он никогда их не боялся, напротив, за годы жизни в доме тёти он привык к ним. Селин скорее никогда не обращал на них должного внимания. Если они и вызывали в нём какую-то эмоцию, так это брезгливость. Вызывал ли у него брезгливость Лу? Нет. Если быть честным, то даже в первую их встречу нет. Габариты аспида вызывали опасения. Его бесшумность откровенно пугала. Его чешуя была красивой. Она притягивала к себе свет, блестела. Почему он не замечал раньше, какая она красивая? Нет, не так. Почему лишь сейчас Селин смог признаться себе, что считает её красивой? — Разве ты сам не хотел этого? Не хотел поймать её? Вопросом на вопрос. Классика. — Пусть так, но сейчас разговор о твоих мотивах, — продолжал гнуть свою линию Селин. — Ты же рьяши. Все рьяши должны уметь охотиться. Всё та же извечная тема. Если бы аспид был более разговорчивым, то он мог сказать: «Не совсем понятно ты рьяши или нет, но было бы лучше, если бы ты хотя бы делал вид, что ты один из нас. Серьёзно, Селин, возьми себя в руки». Серому, видимо, надоели пустые слова и он перешёл к действию. Задняя часть его тела медленно зашевелилась, поползла, приминая траву под собой. Селин стоял, так как пока не мог понять, в какую сторону ему нужно будет последовать за аспидом, ведь всё тело того задвигалось, ползя сразу во всех направлениях. Конечно, логичнее держаться возле головы Лу. Селин вспомнил вчерашний вечер. Он посмотрел на серого, который как ни в чём не бывало полз, важно задрав нос, что-то вынюхивая быстрыми движениями языка. — Что-то ищешь? — поинтересовался Селин, краем глаза он заметил улитку, что медленно ползла по широкому листу. Это была не первая улитка, замеченная им за сегодня. Селин ещё с детства помнил, как любят всякие слизняки вылазят наружу в периоды высокой влажности. — Да. Ты тоже должен. — Искать? Что? Аспид повернулся к парню, почти с жалостью посмотрев на него. Селин не мог отделаться от мысли, что люди так обычно смотрят на умалишённых. — Свою цель, естественно. Селин еле сдержался, чтобы не протянуть «ааа». Почему-то здесь, в лесу, информация в его мозге обрабатывалась дольше. Скорее всего, из-за переизбытка этой самой информации. Ладно, с чем чёрт не шутит. Будь он хоть рьяши, хоть человеком, да хоть надоедливой мухой, что сейчас жужжала над ухом — здесь каждому нужно уметь за себя постоять. Можно попробовать, как сейчас попробовала муха, избежать длинного языка лягушки, что намеревалась поймать положенный себе обед, но попытка может обернуться провалом. К слову, у мухи не получилось улететь, и не факт, что получится у Селина. Нежели чем вечно убегать самому, почему бы не сделать первый шаг по собственной инициативе? Он тоже попробовал принюхаться. Ничем не пахло. — Я ничего не чувствую, — сказал Селин, — Знаешь, сомневаюсь, что могу различать запахи так, как это умеешь ты. Змей остановился. Сейчас даже концы его щупов задорно подрагивали, хотя и оставались в ложбинках. Он несомненно наслаждался происходящим, однако внешне всё ещё оставался довольно сдержан. Хотя как ещё аспид мог проявить свою радость. Вряд ли бы он начал сейчас хохотать и весело подпрыгивать. Селин тихо прыснул в кулак. А умеют ли змеи смеяться? — Что ты сейчас делаешь? — Ну, вынюхиваю добычу, как ты и сказал. — Я не говорил тебе вынюхивать добычу. Твоя позиция изначально неправильна. Тебе нужно найти свою цель, но здесь существует бесконечное множество целей. Вопрос в том — какую именно ты выберешь и будешь проследовать? Птицу, что сейчас сидит на ветке надо мной. Белку, что спит в своём дупле. Или жука, на которого ты только что наступил. — О чём ты?.. Ауч! — Ты вынюхиваешь добычу, думая, что вокруг тебя сплошная пустота, но это не так. Ты не ищешь цель среди ничего, напротив, ты лишь выбираешь себе наиболее подходящую из всего их безграничного выбора, что предлагает тебе природа. — Понял. Ну, я чувствую запах тумана. Он влажный, сырой. Чем-то похож на запах плесени, — открыл глаза, — Но ведь туман не живой, тогда это бессмысленно, да? — Нет разницы, животное или неодушевлённое. Это часть мира, его наполнение. И неживое может стать твоей целью. Если зверь испытывает жажду, то как ему утолить её? — Хочешь сказать, он найдёт воду тоже по запаху? — Да, отчасти. — Ммм. Запах мокрой земли. Больше ничего не чувствую. — Этого уже достаточно. А что ты слышишь? — Сегодня довольно тихо, не так много звуков, как обычно. — Ты прав. — Я слышу как капает вода с листьев на ветках. Слышу кваканье лягушки. И вроде бы ещё слышу шорох. Кстати, чувствую, что сейчас подул лёгкий ветер. — Да, только что над твоей головой перепрыгнул с лианы на лиану лемур. В этой местности их много. Селин повертел головой. — Погоди, серьёзно? А мне казалось, что сегодня какой-то сонный день для всех. Я всегда этого не замечал или просто сегодня столько живности повылазило? — Ты и без меня знаешь ответ на свой вопрос. Рьяши не знакомы все запахи с самого начала. Мы все лишь с рождения начинаем познавать мир. Думаю, тебе нужно начать с истоков. — Эм, представить, якобы я только что родился? — Да. — И что же вы делаете сразу после рождения? — Мать съедает мёртвых детёнышей, а потому ты должен показать ей, что жив. — Может эту ступень пропустим? Вроде как понятно, что я жив. — Дальше идёт твоя первая охота. Они двигались в известном одному лишь Лу направлении. Селин силился унюхать что-либо или кого-либо, но пока безрезультатно. Неожиданно аспид подал голос: — Чувствуешь? По выражению лица парня аспид явно считал, что всё, что тот чувствует — это непонимания что, Бога ради, здесь происходит. — Это твоя первая охота, а потому позволь мне дать тебе подсказку, — пояснил серый, — Лучше тебе начать именно здесь. Это намек, что рядом кто-то есть? Селин кивнул. Селин стоял на месте, ища глазами свою «цель». Возможно, не стоило понимать аспида так буквально, ведь под словом «здесь» тот мог иметь ввиду местность, радиусом в несколько метров. Однако Селин не двигался. И аспид тоже. Вверху никого нет, не слышно ни звука сбоку от него. Может, аспид ошибся? Нет, такого не может быть. Селин глянул на серого, думая, что тот тоже сейчас осматривается вокруг, но взгляд аспида был прикован к нему самому. Слишком тягучий, немигающий. Угрожающий. Словно аспид был не прочь сейчас напасть и на самого парня. И как ни странно, этот взгляд придал ему сил. Уверенности. Он насильно разорвал зрительный контакт, так как услышал шелест листвы. Небольшой зверёк с пушистым хвостом. Похожий на белку, с двумя тёмными полосками на спине. Селин подумал, что аспид бы даже не рассматривал её добычей — почти как муху проглотить. Белка сидела на ветке и грызла что-то, зажав это в лапах. Ему нужно убить её? Селин решил, что сначала он просто попробует ее поймать, убивать ему не обязательно. Нет, он точно не будет этого делать. Селин дёрнулся, вырывая ногу из липкой земли с чавкающим звуком, чем тут же привлёк вниманием белки. Она с любопытством глянула вниз. Это будет сложнее, чем он думал. Как он вообще собирается подобраться к дикому зверю? Тот никогда его к себе не подпустит. Даже Лу не особо жалует, когда Селин нарушает его личное пространство. Белка, ожидаемо, тут же испуганно навострила уши, оторвавшись от еды. Сделав несколько шагов, шлепающий звук от которых, казалось, был слышен на весь лес, Селин в конец потерял всякую надежду поймать белку, которая теперь, зацепившись когтями за кору, висела на стволе, готовая в любую секунду забраться на дерево ещё выше. Смирившись с тем, что тихо и незаметно — это не про его стиль, Селин резко приблизился к дереву, запрыгивая на лиану и начиная карабкаться вверх. Его раскачивало, но он вовремя отталкивался ствола и хватаясь за другие лианы. Взгляд наверх — белки и след простыл. Нет, вот же она! Селин увидел торчащий пушистый хвост с ветки почти рядом с собой. Селин протянул руку, но хвост тут же дёрнулся, избегая чужого прикосновения. Подобное повторилось ещё несколько раз. Удивительно, что белка уже давным давно могла скрыться с концами, но она лишь скакала с ветки на ветку, словно насмехаясь над неумелыми попытками Селина её поймать, словно вовсе не чувствуя опасность от этого недоохотника. Да чёрт бы тебя побрал! Для Селина задача поймать этого дурацкого зверька стала принципиально важной. Если бы он не был так поглощён жаждой схватить белку, то мог бы заметить как сам отпускает лиану, за которую всё это время держался для подстраховки, начинает перепрыгивать на другие деревья, растущие крайне близко друг к другу, перебегает между ними по ветвям, что сплелись между собой и трудно было разобрать, где кончается одно дерево и начинается другое. А белка всё скачет и скачет, иногда оборачиваясь, с усмешкой глядя на Селина. Она не чувствует ни грамма страха. Лес, объятый плотным туманом, сужает кругозор. Селин не заметил, как высоко поднялся, выше, чем думал он был способен, а неба всё не показывалось — облака, цвета парного молока, спрятали за собой солнечные лучи. Вот, снова хвост, в нескольких шагах от него. Просто так он до него не дотянется. Белка уже планирует прыгать дальше, продолжая гонять за собой Селина. Нет, он не даст ей этого сделать, но тогда ему нужно действовать на опережение. Впереди виднеется дыра меж спутанных ветвей, ему даже не куда поставить ногу. И он прыгает. И в этот самый момент ему глубоко плевать, что он летит на высоте десятков метров от земли и что у него нет крыльев, которые могли бы спасти его, не получись у него вовремя схватиться одной рукой за свисающую лиану. Ему до лампочки, что по инерции он ударяется о твёрдый ствол дерева, а руки и ноги горят от напряжения. Ведь пальцы его другой руки всё ещё ощущают мягкую шерсть беличьего хвоста. — Есть! — не сдержавшись, радостно крикнул Селин. Пусть ему и не удалось её поймать, но он смог дотронуться. — Получилось! — Селин часто-часто дышит и смотрит вниз, ожидая увидеть там Лу. Его сейчас просто разрывает от переполняющего его буйного, почти мальчишеского, восторга, который просто невозможно удержать в себе, которым необходимо поделиться сейчас же. — Ты не поймал её, — спокойно произносит аспид тоном, в котором можно уловить нотку высокомерного ехидства. — Хотя твои старания похвальны. Однако Селин даже не думает оскорбляться. И даже пугаться от того, что голос аспида раздаётся отнюдь не с земли, а намного ближе к нему самому. Селин вдыхает с такой силой, что может показаться, что он пытается высосать в себя весь воздух. Что-то в нём щёлкает, и он понимает, что сейчас он точно знает, где аспид. Селин чувствует его. Голова серого свисает сверху, и то ли от тумана, то ли от мышечного напряжения и внутреннего жара у Селина стало рябить в глазах, но Селин не видит его глаз, его взору доступна лишь нижняя часть морды. С застывшей на ней загадочной полуулыбкой. На ум пришла одна фраза, которая уже много лет без дела пылилась на полках его сознания, правда слегка искажённая: «Легко представить себе змею без улыбки, но чтобы вообразить улыбку без змеи…»